Глава 25
Все гудели о том, что снова напали демоны. Служанки, евнухи, стража и даже чиновники — все перешептывались меж собой, и в их разговорах то и дело всплывало имя бессмертного мастера. За то время, пока я прогуливалась по императорскому саду, я слышала о этом раз десять, не меньше.
Мейлин утром рассказала мне новость, но об одном демоне, а к полудню говорили уже чуть ли не о целой армии Повелителя демонов, которую в одиночку отбил бессмертный мастер.
Вся эта шумиха была очень даже кстати — помогала не думать о том, что произошло между мной и Чонгуком. Правильно ли я поступила, когда соврала ему? Сбудется ли теперь сценарий дорамы? Убьет ли Чонгук императора? И самое главное: как забыть все произошедшее, как вытравить образ из своей памяти, перестать возвращаться снова и снова к мыслям о минувшей ночи.
Все эти вопросы бесконечным потоком всплывали в сознании и сводили с ума, а потому, когда увидела, как работники дворца собрались послушать о «легендарном подвиге», то тоже тихонько подошла послушать и стояла поодаль вместе с Мейлин, чтобы не напугать слуг своим присутствием.
— ...демон появился внезапно и напал на Его Величество! Глаза налиты кровью, кожа с шипами! Лапищи — во! — Кто бы мог подумать, что тот самый мальчишка-евнух, что облил Чонгука помоями, окажется таким хорошим рассказчиком! — Он начал плеваться огнем и разрушать всё вокруг себя, а следом за ним явились еще такие же твари. Разнесли весь тронный зал!
— Но я был сегодня в тронном зале, там все целое, — возразил кто-то из толпы.
— Восстановили магией! — нашелся тут же евнух и продолжил рассказ, а на комментатора шикнули из толпы, чтоб не мешал слушать. — Демоны обступили Его Величество, охрана пала... И тогда явился бессмертный мастер!
— Доброе утро, Ваше Высочество. — услышала я голос Цин Фана рядом с собой.
И голос этот был нарочито громким, чтобы услышали все. Слуги обернулись, увидели меня и тут же попадали ниц, нестройным хором прося прощения.
— Возвращайтесь к своим обязанностям, — приказала я, досадуя, что мастер привлек ко мне внимание.
Цин Фан покачал головой. Если бы у него были здоровы глаза, уверена, в них бы было осуждение. Ну да, как принцесса я должна была остановить распространение слухов, а не попустительствовать их растпространению. Но что делать, если телевизора и интернета тут нет, а рассказывал евнух здорово? Это история отвлекла от тревожных мыслей.
— Судя по всему, за свой спокойный сон сегодня я и все обитатели дворца должны благодарить вас, мастер Цин. — Я склонила голову.
— Не стоит благодарностей, — отмахнулся Цин Фан. — Это даже не демон был, а так... недоразумение. Судя по всему, случайно забрел в замок.
— Вы его убили? — взволнованно спросила Мейлин, но тут же поняла, что нарушила правила заговорив без разрешения и низко поклонилась. — Прошу прощения, что спрашиваю. Но я очень переживаю за безопасность принцессы.
— Не стоит, — улыбнулся Цин Фан. — Хоть убить это недразумение и не вышло, но я напугал его так, что ко дворцу он теперь и на сто ли не подойдет. Но я сейчас здесь не для того, чтобы рассказать про демона. Принцесса Дженни, я поговорил с вашим отцом насчет обучения.
У меня сердце забилось быстрее, а ладони моментально вспотели. Поговорил — и что? Император в гневе? Почему Цин Фан молчит?!
— Мастер Цин, — я осторожно спросила, — что именно вы обсудили с моим отцом?
Цин Фан слегка улыбнулся, его лицо оставалось спокойным и уверенным.
— Возможно, сказалось вчерашнее появление демона. Но ваш отец на удивление легко согласился отпустить вас на пик Тянь Лань, правда, только на один год. Спустя который вы должны будете вернуться и выйти замуж, как и полагает принцессе.
Я не поверила своим ушам. Меня отпускают? Это правда? Сдержаться и не закричать от радости было очень сложно. Я обернулась к Мейлин. Она слышала то же, что и я?
И на лице служанки увидела отражение собственных эмоций. Что это только на время, что после меня ждет свадьба, уже не имело значения. Главное — сбежать из дворца, а там я что-нибудь придумаю. Может быть, через год меня уже и в этом мире не будет.
— Спасибо вам большое, мастер Цин, вы даже не представляете, как много это для меня значит! А Мейлин... Я могу ее с собой взять? Пожалуйста. — Я схватила служанку за руку и подтянула к себе.
— Но у адептов пика нет собственных слуг... — нахмурился заклинатель.
— Не как служанку. Можно она будет учиться вместе со мной? — Я зажмурилась, боясь, что от такой наглости он откажет и мне.
А бедняжка Мейлин затрясла головой в испуге.
— Госпожа, я недостойна...
— Почему бы и нет, — пожал плечами Цин Фан, — И раз такое дело, вы можете звать меня учитель Цин, — с теплотой предложил он.
— Да... Конечно, учитель! — Я все-таки не смогла сдержать счастливого смеха. Я словно получила письмо из школы магии вместе с совой. Радость, эйфория наполняли каждую клеточку. — Я вас не подведу! Мы не подведем! Будем очень-очень стараться...
У Мейлин от шока пропал голос. Она вытаращила глаза и все, что могла, — это хлопать ресницами и ртом.
— Ваш энтузиазм мне нравится. Но, принцесса Дженни, обучение на пике Тянь Лань будет нелёгким. За год вы вряд ли сможете создать духовный фундамент, но это не значит, что стараться не нужно.
— Да, конечно, я все понимаю, учитель.
— Я собираюсь пробыть здесь еще неделю. Так что у вас есть время собрать все необходимое. Может быть, есть какие-то вопросы?
Я закусила губу. Стоит ли сейчас спрашивать? Или уже подойти к этой теме, когда мы с Мейлин прибудем на пик Тянь Лан?
— Учитель Цин, в отцовской библиотеке мне как-то встретились упоминания о других мирах. Скажите, а магия заклинателей учит перемещаться между ними? — все же решилась я.
Цин Фан неопределенно цокнул. Он явно не ожидал такого вопроса.
— Принцесса Дженни, — начал он медленно, — Мы ведь с вами говорим не о мире живых и мире мертвых?
— О, нет... скорее о...
Я запнулась, не зная, говорить ли о теории мультивселенной и возможности существования параллельных миров. Или это будет слишком подозрительно?
— Знаете, на пике Тянь Лан хранится священный артефакт. Око дракона. Небесно-голубой прозрачный камень с узкой черной сердцевиной. Согласно легенде, много тысяч лет назад за порядком в этом мире смотрел дракон. Его почитали и боялись и демоны, и люди. Но потом он устал и отдал по одному своему глазу людям и демонам, чтобы они следили за порядком сами. А сам уснул в горах у границы нашей империи.
Я слышала об этом в дораме. В легенде говорилось о том, что если начнется война между людьми и демонами, то древний дракон пробудится и, так как он теперь слепой, сожрет без разбора и правых, и виноватых. Но при этом в «Тысяче слез...» не раз подчеркивалось, что это всего-навсего красивая легенда, и на самом деле никакого дракона нет. Да и про «Око дракона» в дораме не упоминалось.
— Я слышала эту историю, учитель Цин. Но мне казалось, что это сказки.
— Сказки или нет, но камень действительно существует. И благодаря заключенной в нем силе он помогает искать ответы на вопросы, принцесса.
«Неужели это то, что нужно?» Я невольно облизала разом пересохшие губы.
— И я... смогу попросить у этого камня помочь мне... утолить мое любопытство? Вы позволите?
— Конечно, принцесса. Если вам так любопытно, я покажу его вам сразу после того, как мы прибудем на пик. А сейчас прошу меня простить, принцесса Дженни. Встретимся позже.
* * *
Принцесса Лиса ждала командира Чона одна среди слуг. Трое охранников на приличном расстоянии, служанки, стоящие поодаль, чтобы не слышали, о чем говорит хозяйка, но при этом моментально среагировали бы, если она подаст знак.
Она сидела на скамейке с веером в руках, лениво обмахивалась и делала вид, что наслаждается пением птиц.
Стоило Чонгуку подойти и приветственно поклониться, как она замахала веером чаще.
— Какая встреча, командир Чон. Тоже решили прогуляться?
«Действительно, какая удивительная встреча, ты же сама передала через служанку, что ждешь меня здесь», — усмехнулся про себя Гук, но вслух сказал иное.
— Ваше Высочество, не ожидал Вас увидеть. Слышал, Вы сегодня должны были отправиться в свой дворец.
Принцесса томно вздохнула.
— Решила у отца задержаться на пару дней. Уже через неделю бессмертный мастер уезжает, и неизвестно, когда еще удастся пообщаться с таким умным и возвышенным человеком.
При упоминании Цин Фана Чонгук скрипнул зубами. После ночи с Дженни он был сам не свой. Даже покинул ненадолго замок, чтобы успокоить разбушевавшиеся эмоции.
«Ты не лишил меня невинности. Никакой ответственности за это ты не несешь».
Ее слова заставляли кипеть кровь в венах. Она отдавала себя другому? Кто это был? Генерал Хуа? Поэтому он так нагло и демонстративно пытался опорочить ее репутацию и вынудить императора заключить брак?
Если бы Чонгук знал об этом раньше, то не убил бы негодяя так быстро.
Он раз за разом прокручивал в голове прошедшую ночь, то распаляясь, то впадая в отчаяние. Он даже не предполагал, что его маленькая ложь о подлитом афродизиаке закончится именно так.
Он думал, что принцесса лучше убьет себя, чем отдастся ему. Тот осколок у шеи, ее окровавленная ладонь... Тогда он всерьез испугался, что зашел слишком далеко. Он не простил бы себе, если бы с Джен что-то случилось.
Но когда она сама потянулась к его губам, первая сделала шаг навстречу, он больше ни о чем не думал. Он превратился в единый порыв, в стремление обладания.
Прежде у него никогда не было отношений. Он не видел в них смысла. Это могло лишь помешать его целям. Пережитый в детстве опыт напрочь отбил у него ассоциации борделей с каким бы это ни было удовольствием, а потому рядом с ними он испытывал только брезгливость, гадливость и отвращение. К самому себе в первую очередь. И тем не менее теоретические знания, почерпнутые на улице, у него были.
А вот откуда им взяться у принцессы, у которой даже не было матери, чтобы просветить дочь перед будущим замужеством? Даже если какую-то информацию Джен узнала из той злополучной книги, за которую Чонгук получил сотню палок, как объяснить то, что она без стеснения обхватывала его плоть руками, сама подставляла тело под его жадные голодные ласки, выгибалась, будто дикая кошка. В тот момент он ни о чем таком, конечно, не думал. Лишь ластился к ней, как пойманный на поводок зверь, желающий одного — остаться на этом поводке навсегда.
«Мы оба выпили этот чай и потому возжелали друг друга... Это не значит, что я не получила удовольствие. Получила. Надеюсь, ты тоже».
Это было произнесено с таким коварством, она нарочно дала себя попробовать. Поманила, чтоб закрепить свою власть и привязать, а после выставила за дверь, как нашкодившего пса! Заставила его бросить жизнь к ее ногам, а потом демонстративно отказалась от нее. Может, она отказалась потому, что есть еще кто-то, кто доставляет ей удовольствие? Не генерал Хуа, а кто-то другой? Но кто? Цин Фан?
Кровь на постели... Какой же он дурак, она ведь просто не перевязала руку, а потом трогала и его, и себя! Он думал, что стал ее первым, а стал лишь одним из многих. Развлечение на одну ночь, не больше.
Зачем она ему рассказала об этом? Он ведь просил ее — лги мне, обманывай, только разреши быть подле.
Но, видимо, даже на коленях у ее ног он ей не нужен.
Своим отказом она четко указала на его место. Она получила удовольствие, и может, когда-нибудь захочет его получить с ним снова. А может не захочет.
Но хуже всего было то, что если бы сейчас Дженни позвала его... он бы пришел. Прибежал, как проклятый трижды пес, виляя хвостом. Сделал все, что она прикажет, лишь бы только получить иллюзию обладания, хотя бы ненадолго.
Из-за этих противоречивых мыслей и эмоций Гук понимал, что начинал окончено терять хладнокровие и здравомыслие. Он пытался взять себя в руки, вернуть отрешенность, вспомнить о своих изначальных целях, но все без толку. Перед глазами стояла лишь Дженни.
— Вы ведь в курсе, что отец дал согласие, чтобы моя сестра отправилась на год на пик заклинателей...
— Что?
В голове зазвенело, Чонгук с силой стиснул рукоять меча на поясе. Дышать. Нужно не забывать дышать.
— Да, это такая чудесная новость, не так ли? — преувеличенно бодро спросила принцесса. — Через год к нам вернется уже не просто вторая принцесса, а целая заклинательница, которую научат всяким магическим трюкам.
— Действительно... чудесная новость, — севшим голосом произнес Чонгук. Что ж, теперь, по крайней мере, он знает, кому предпочла его Дженни.
Принцесса Лиса наблюдала за Чонгуком, и он это понимал, как и понимал, что не смог удержать на лице маску равнодушия и принцесса Лиса наверняка поняла его чувства.
— Командир Чон, вы выглядите напряженным. Что-то вас беспокоит? — спросила она с наигранной заботой.
Чонгук сделал глубокий вдох, стараясь успокоить бешено колотящееся сердце, пытаясь вернуть самообладание. Старшая принцесса позвала его, чтобы сообщить эту новость? Она в чем-то его подозревает? Быть может, кто-то из слуг видел его, выходящим из покоев Джен?
— Нет, Ваше Высочество, все в порядке. Просто неожиданная новость, — ответил, придавая голосу как можно больше спокойствия.
Принцесса Лиса слегка улыбнулась.
— Вы расстроились, — печально констатировала она. — Не стоит. Знаете, я говорила с сестрой. И говоря про вас, она сказала, что ее не тронет, если вы расстроитесь, ведь то, что думают слуги, ее не волнует.
— Простите, что она сказала? — переспросил он.
Зачем она говорит ему это? Хочет привлечь на свою сторону? Впрочем, после того, что сказала Дженни утром, он и сам не сомневался в том, что ничего не значит для нее. Лиса не поведала ничего нового.
— Ну... мы с ней немного повздорили, и она заикнулась о вашей казни, — пожала плечами Лиса. — С чего вообще ей такое в голову пришло? Командир Чон, вы чем-то обидели мою сестру?
— Подождите, когда это вы с ней об этом говорили? Сегодня утром?
..Неужели принцесса решила рассказать об их близости и обвинить его в насилии? Неужели она действительно хочет свести с ним счеты? Эта догадка была словно удар по голове. Сокрушающая. Выбивающая почву из-под ног.
«Это не значит, что я не получила удовольствие. Получила. Надеюсь, ты тоже...»
Какая же она коварная, подлая...
Чонгук изо всех сил удерживал маску на лице. Робкий росток надежды на то, что Лиса лжет, сминался сухими фактами. Предыдущую свою стражу Дженни казнила без каких-либо сожалений. Так что ляпнуть подобное — вполне в ее духе.
Достаточно вспомнить ее строгое и безразличное лицо в тот момент, когда она отказалась от него, а затем выгнала из своей комнаты.
«Теперь мы просто квиты».
— О, не принимайте всерьез. Она сказала это в сердцах, и я уверена, что это совсем ничего не значит. — Лиса сделала вид, что задумалась. — Но на вашем месте я бы поостереглась общаться с ней. По крайней мере, до ее отъезда.
— Это она просила вас передать мне? Чтобы я не попадался ей на глаза? — горько усмехнулся Чонгук.
Это предположение легко объясняло, зачем наследная принцесса вызвала его сейчас. И это было вполне в духе Дженни — избалованной девицы, что считала, что может подкармливать глупого стража с рук, как бездомного пса, а потом выгнать, оставив вспоминать крохи ее заботы как величайшие драгоценности.
Лиса отвернулась, не подтверждая, но и не опровергая это его предположение. Чонгук уже хотел откланяться, как вдруг принцесса заговорила снова:
— На самом деле я удивлена решением сестры уехать. Вчера я ей пожаловалась на бремя наследной принцессы, и она сказала, что совсем не прочь помочь мне разделить заботы. А вот теперь вдруг новость, что она уезжает...
Гук нахмурился, пытаясь разгадать мотивы Дженни:
— Вы думаете, это какая-то уловка?
* * *
Чонгук с грохотом захлопнул дверь своих покоев. Руки дрожали от плохо сдерживаемой ярости и боли.
«...На год на пик заклинателей......»
Гук схватил стоящий на столе кувшин и, не раздумывая, швырнул о стену. Керамика разлетелась на тысячи осколков, а вода потекла по полу, как его разбитые мечты. Мужчина стоял посреди комнаты, тяжело дыша, мечтая перевернуть все вокруг. Весь этот ненавистный дворец вместе с его обитателями.
В этот момент дверь приоткрылась, и к нему осторожно заглянул Гоушен. Увидел разбитый кувшин, осколки на полу.
— Хозяин, что-то случилось? — спросил с тревогой. — Вы опять с Дженни говорили? Вы всегда сам не свой после того, как ее увидите.
Чонгук резко повернулся, его глаза горели гневом и болью.
— Не смей произносить ее имя! — рявкнул яростно. — Никогда больше не упоминай ее в моем присутствии!
Гоушен затравленно сглотнул, напуганный вспышкой господина.
— Простите меня, хозяин, — пробормотал он жалобно.
— Не следи за ней, понял меня? — Чонгук вздохнул и провел рукой по лицу, стараясь успокоиться. — Не хочу о ней ничего знать.
— Да-да... как скажете, хозяин. — Слуга быстро поклонился и вышел, оставив Гука наедине с его болью.
Командир стражи сел на край кровати и закрыл лицо руками. Нет, он все еще не собирался отказываться от Джен. Она все еще его, целиком и полностью. Но сначала ему нужен план. Если действовать сейчас, на эмоциях, — это не приведет ни к чему хорошему. В конце концов Цин Фану он не противник. Тот гораздо старше и сильнее. Маленькая врушка хочет освободиться от него. И он даст ей эту иллюзию свободы.
Но лишь затем, чтобы покрепче ухватить, когда она попадет в его руки в следующий раз.
* * *
Лиса сидела в роскошных императорских покоях, окруженная шелковыми занавесями и изысканными фарфоровыми вазами. В воздухе витал легкий аромат цветов, а за окном слышалось тихое журчание садового ручья.
Вот только вся эта красота не трогала ее сердце.
Дверь тихо открылась, отец вошел в комнату. Лиса поднялась и склонилась в глубоком поклоне.
— Приветствую Вас, Ваше Величество, — чопорно поздоровалась.
— Лисок, дорогая, ты попросила меня отменить совещание для того, чтобы кланяться? Давай хотя бы наедине оставим все эти церемонии, — улыбнулся ей отец, подходя ближе и садясь к столу. — Ну? О чем ты хотела со мной поговорить?
— Ты, разумеется, прав, отец. — Лиса улыбнулась ему самой очаровательной улыбкой. — Нам так редко удается побыть с тобой просто как отец с дочерью... Давай сначала выпьем чаю.
Служанка поспешила разлить чай по чашкам.
— Отец, я хотела бы поговорить с тобой об отъезде сестры.
— Ох, Дженок, мой цыпленок... — расчувствовался император. — Она так тянется к знаниям — вся в маму... Как же мне не хватает вашей мамы...
Император грустно вздохнул и, отсалютовав дочери чашкой, залпом ее опустошил.
* * *
Дни в ожидании отъезда из дворца тянулись мучительно, и тем не менее еще никогда с того момента, как попала сюда, я не чувствовала себя так спокойно. Цин Фан — сильнейший из людей этого мира, благородный, честный, и если уж он назвал меня своей ученицей, то чего мне бояться? Даже повелитель демонов не смог одолеть его, обманом и хитростью выторговав себе лишь ничью.
Вот только думала я так ровно до того момента, как за день до отправления на пик Тянь Лань ко мне в комнату ворвалась стража.
— Что случилось? Что вы тут делаете? — удивилась я.
— Ваше Высочество принцесса Дженни. Вы арестованы по подозрению в убийстве императора и отравлении принцессы Лисы!