Глава 22
Сумерки окутывали дворец, когда я вместе с Мейлин вышла прогуляться по территории дворца. Лёгкий ветерок приносил прохладу, предвещая скорое наступление осени. Воздух был пропитан ароматом цветущих хризантем, а где-то в ветвях деревьев щебетали птицы.
Лиса эту ночь должна была ночевать тут — якобы соскучилась по отцу и осталась на пару дней, чтобы провести с ним побольше времени.
Вчера после ее... ладно, назовем своими словами — шантажа я была сильно обескуражена. Да, в дораме Лиса тоже совершала спорные с точки зрения морали поступки, но там они казались оправданными обстоятельствами. Помню, как радовалась очередному ее хитрому ходу, когда она оказывалась на шаг впереди кого-либо из министров и того же Чонгука. Женившись на ней, он попытался запереть ее за стенами «запретного города» — территории императорского гарема, где полагалась жить евнухам, наложницам, а вместе с ними и императрице.
«Додумалась же чем меня шантажировать — жизнью и здоровьем Чонгука! — размышляла я, гуляя по саду, кутаясь в тонкий шелковый плащ. — Я, может, только сплю и вижу, как бы его схватили и казнили. По крайней мере, можно было бы больше не опасаться, что он сойдет с ума и придушит меня». Я вздохнула, нервно теребя край одежды.
Нет. Даже если Чонгук — демон, который не понимает ни хорошего отношения, ни сострадания, я никогда не смогу поступить с ним так.
Закусила губу, вспоминая, как во время обыска дворца Гук выручил меня с книгами.
— Может быть, я могу как-то помочь вам? — Он встал на одно колено, и заглянул в мое лицо. — Что нужно забрать, Ваше Высочество?
Он сделал, не подвел, а потом еще и принял вместо меня наказание. Так почему же вчера, когда я встретила его в саду после разговора с заклинателем, он снова смотрел так, будто хотел свернуть мне шею? Нужно поговорить с ним, но теперь, когда он больше не мой страж, я даже не знала как к нему подступиться. Захочет ли он со мной разговаривать?
Мы с моей служанкой медленно продвигались по каменной дорожке, рядом росли раскидистые деревья.
Сегодня Мейлин выходила в город, и пока аптекарь готовил афродизиак по заказу, осторожно расспросила людей в той таверне, где мы сели ужинать с Чонгуком — видел ли меня кто. И выяснилось неожиданное: официант, который разносил в тот деть заказы, пропал. С одной стороны, ну пропал и пропал, мало ли что могло с ним случиться? Может, в другой город переехал, заболел или просто решил сменить работу без предупреждения. Но что, если его к себе во дворец взяла Лиса? Устроила тем же разносчиком или на кухню, чтобы в нужный момент использовать как свидетеля? Если это так, то как много этот официант мог видеть?
Может, он видел, как Чонгук заносил меня в какую-нибудь комнату из тех, что там сдаются? Ведь не мог же страж оставить меня одну за столом, после того как опоил сонным зельем, пока сам ходил мстить старым обидчикам?
Неплохо было бы обсудить это с Чонгуком, если он, конечно, вообще захочет со мной разговаривать.
В дом удовольствий Мейлин не пошла, но за несколько серебряных лянов вместо нее с портретом Лисы туда сходил знакомый лавочник, через которого она продавала мои вертушки. По его словам, старшую принцессу там никто не видел.
Выходило, что окончательно ссориться с сестрой мне еще рано. А потому ее просьбу я все-таки решила выполнить.
Открыв флакон с афродизиаком, я осторожно вдохнула легкий аромат горечи и трав, а затем приказала служанке:
— Вылей, чтобы никто не видел, и налей туда тонизирующее масло из аптечки.
Если верить дораме, до этого сестра с афродизиаком не сталкивалась, поэтому вряд ли опознает запах. При этом если захочет проверить у аптекаря — бутылек будет тем самым, из-под вожделенного ей снадобья.
Какими бы ни были намерения Лисы и как бы они ни совпадали с моими, я все еще считала, что принуждать кого-то к близости подобным методом — отвратительно. Я бы не хотела, чтобы кто-то поступил так со мной.
Из дорамы я помнила, что заклинатель и так неровно дышит к будущей императрице. Если Лиса будет уверена в своих силах, то она соблазнит его и без зелья. Тонизирующего масла в качестве плацебо будет вполне достаточно, чтобы поверить в себя.
Лиса должна была прийти к императорскому пруду, чтобы забрать склянку, но пока я нигде ее не видела.
— Мейлин, ты слышишь это? — спросила я, останавливаясь и прислушиваясь.
Служанка, семенившая позади меня, сделала несколько шагов вперед и кивнула, её глаза широко раскрылись от любопытства.
— Да, госпожа. Это звучит как смех. Но кто это может быть в такой час?
Я нахмурилась. Не хотелось бы наткнуться на кого-то случайно.
— Давай обойдем, — предложила я, сворачивая в сторону от звуков.
Вот только стоило пройти вперед, как мы вышли прямо на берег императорского пруда и увидели двоих мужчин: бессмертного мастера Цин Фан, а рядом с ним... Чонгука. Один весь в белом, другой в черном, они выглядели как белая и черная шахматные фигуры или, как сказали бы здесь, черный и белый камушек для игры в го. Заклинатель и полудемон. Они сидели рядом, в руках у Цин Фана была большая бутыль. Чонгук что-то негромко ему рассказывал, а мастер заливисто смеялся.
От удивления я так и застыла на месте. Я точно в ту дораму попала? С каких пор эти двое — закадычные друзья?
— Кажется, мы не одни. — Цин Фан безошибочно повернул голову в мою сторону.
Добродушное выражение лица Чонгука сменилось непроницаемой маской.
— Принцесса Дженни... — гормко произнес он то ли здороваясь, то ли отвечая на не высказанный вопрос своего нового друга.
Лишь после того, как заклинатель, услышав мое имя, встал и почтительно поклонился, Чонгук тоже поднялся и склонил голову.
Пришлось сделать несколько шагов к ним и изобразить поклон.
— Добрый вечер, господа. Я не хотела мешать вашему отдыху. Просто гуляла тут перед сном...
— Ваше Высочество, раз уж Вы здесь, — мягко обратился ко мне бессмертный мастер, — то позвольте ответить на вашу просьбу.
Я залилась румянцем и невольно взглянула на Чонгука. Как он отреагирует на то, что я просилась в ученицы к заклинателю? Он все-таки демон, пусть лишь наполовину.
«Может, поэтому он на меня злится? Ведь мой интерес к этой теме он мог понять по магическим книгам, которые убирал из моей комнаты», — пришла неожиданная мысль. Вот только по проскользнувшей на губах мужчины улыбки я поняла, что и про просьбу стать ученицей Цин Фана он уже в курсе.
— Я хорошо все обдумал, Ваше Высочество, и, к сожалению, Вы совершенно не подходите для того, чтобы стать одной из совершенствующихся на пике Тянь Лан. — В его голосе послышалось искреннее раскаяние. — У Вас определённо есть талант — я его чувствую, но талант — это еще не все. Нужен определенный склад характера...
Чонгук не проронил ни звука, но в его глазах мелькнуло удовлетворение. А по тому, как он кивал в такт словам Цин Фана, стало понятно: мой бывший страж приложил к этому отказу руку. Так вот почему они тут сидели и хохотали на весь двор! Меня обсуждали?! У меня внутри все закипело. Как они могли обсуждать меня за моей спиной?! Я сжала кулаки, стараясь сохранить самообладание.
— Говорите, у меня не тот склад характера? — прошептала я, глядя прямо в лицо Чонгуку. Толку смотреть на слепого? Да и слова эти предназначались не к Цин Фану, а тому, кто ему напел про мой характер. — И чем же мой характер не удовлетворил?
— Прежде всего для культивации нужны терпение и альтруизм...
— И когда же, позвольте спросить, я была недостаточно терпелива? Когда просила не искать утешения в мести? Или, может быть, когда объясняла, что добро есть в каждом, независимо от происхождения?
— Я не совсем понимаю... — нахмурился Цин Фан.
— Принцесса... — попыталась урезонить меня Мейлин, но я подала ей резкий знак не вмешиваться.
— И когда я была недостаточно альтруистична? Когда закрывала своей спиной от плети? Когда заботилась о больном, простоявшем всю ночь под дождем?
Лицо Чонгука потемнело, а глаза сузились. Его грудь вздымалась от ярости. Что, не нравится слушать про себя правду?
Адреналин ударил мне в голову, полностью отключая чувство самосохранения. Кажется, в этот момент я впервые не чувствовала страха перед ним.
— Ваше Высочество, что Вы имеете в виду? — пытался докопаться до сути моих слов заклинатель.
— Ничего, — процедила я сквозь зубы. — Благодарю вас за откровенность, мастер Цин Фан. Жаль, что я вам не подхожу.
Я развернулась, не желая больше и минуты находиться рядом с новым командиром дворцовой стражи, сделала пару шагов, но резко развернулась обратно. А я еще не все сказала!
— А знаете, мастер Цин, — с вызовом вскинула голову, снова смотря на Чонгука, — думаю, вам стоит предложить роль вашего ученика вашему новому другу. Уверена, уж он-то подойдет по всем качествам. Где же еще найти такого терпеливого, альтруистичного, а главное — всепрощающего. Воплощение будды, не иначе! — мой тон был наполнен ядом, но меня уже несло так, что я была не в силах остановиться. — Неудивительно, что когда он рядом с вами, все остальные на фоне его белизны кажутся комьями грязи.
— Вы имеете в виду командира Чона? — голос Цин Фана казался расстроенным.
— А кого же еще? Ведь это он вам дал на меня исчерпывающую характеристику, не так ли? — выплюнула я. — Видимо, я действительно плохо с ним обходилась, когда он был моим стражем.
Чонгук в одно мгновение оказался рядом со мной.
— Смотрю, вы ведете счет своим добродетелям, — зашипел он мне на ухо, не заботясь о том, как мы выглядим со стороны. — А вот я веду счет чужим грехам, принцесса. Не так уж велика между нами разница.
— Командир Чон, думаю, вам лучше отойти от принцессы.
Цин Фан попытался ухватить его за рукав ханьфу, но разъярённый Чонгук отмахнулся от заклинателя, то ли специально, то ли случайно толкая его. Бессмертный мастер ловко увернулся и сразу же нанес контрудар. Толчок Чонгука и ответная реакция Цин Фана произошли так быстро, что я едва успела их осознать. Чонгук, не ожидавший такого поворота, покачнулся, но быстро восстановил равновесие. Его лицо исказилось от ярости, он схватился за меч. Но не успел его из ножен вытащить, как в руке заклинателя тоже блеснуло оружие. Где он его взял только? Ни на поясе, ни за спиной его еще секунду назад не было. Не иначе как из воздуха материализовалось.
— Пощадите! — зазвенел высокий мужской голос. Между Чонгуком и Цин Фаном, раскинув руки в стороны, как-то оказался тощий тип с повязкой на голове из под которой смешно топорщились волосы. — Пожалуйста, не трогайте моего хозяина. Лучше меня побейте.
Хозяин? Это он про Чонгука? Что за странный тип? В дораме его не было! Откуда он вообще взялся?
— Я сказал тебе не высовываться! — рыкнул на него Чонгук, буквально испепеляя его взглядом.
— Хозяин, но если вас прибьют, то куда идти мне? — пискнул тощий, покосившись на...
Я проследила за направлением его взгляда... Он смотрел на... Мейлин?
— Госпожа, это он! — выскочила вперед моя служанка. — Это тот самый негодяй, что обозвал меня сегодня днем демоницей!
Когда Мейлин вернулась после похода за афродизиаком, она была растерянной и взволнованной.
— Что-то случилось?
— Госпожа, на обратном пути один из дворцовых слуг... — она замолчала и шмыгнула носом.
— Что? — вскочила я, едва не пролив чай. — Что случилось? Тебя обыскали? Нашли афродизиак? Не молчи же, Мейлин!
— Он обозвал меня демоном! — едва не плача, выпалила она.
Я нахмурились, не понимая, о чем речь.
— Демоном? — переспросила. — Ты ничего не перепутала?
И вот сейчас моя служанка стояла и указывала пальцем на тощего заморыша, который называл Чонгука хозяином.
— Командир Чон, — Цин Фан убрал свой меч так же быстро, как и достал. Тот просто растаял в воздухе. — Вы объяснитесь?
— Как командиру стражи мне положен личный слуга. И вот этого как раз на днях приняли во дворец. — Он сухо кашлянул. — К сожалению, он оказался скорбным на голову.
— А имя у вашего слуги есть? — уточнил заклинатель.
— Гоушен, — поспешно ответил Чонгук.
Слуга удивленно поднял на него глаза. А в моей памяти всплыло значение иероглифов, составляющих это имя. «Объедки собаки» или «корм собаки». Это его реальное имя или просто оскорбление?
— Хм... Гоушен, ты правда назвал эту милую девушку демоницей? — спросил Цин Фан. — Почему?
— Эм... — слуга Чонгука стремительно начал покрываться красными пятнами и стал жаться поближе к своему хозяину.
— Говорю же: он скорбный на голову. Еще и ссытся по ночам, — вздохнул Чонгук. — В любом случае мне уже пора. Спасибо вам за сегодняшнюю компанию, мастер Цин...
— Дженок! Вот ты где!
К нам со стороны дворца шла Лиса вместе со своей верной Ян Ми и еще парочкой служанок. Все на берегу пруда склонились в приветственном поклоне перед наследной принцессой. Несмотря на то, что мы с Лисой договаривались тут сегодня встретиться, появилась сестрица в самый неподходящий момент. Служанки за её спиной о чем-то шептались и хихикали, а Ян Ми, смотрела на всех свысока.
«Только Лисы здесь для полного счастья не хватало!» Я едва не застонала от досады, моментально вспоминая про флакон у меня за поясом. На всякий случай провела рукой по платью, проверяя, на месте ли он.
— Какой сегодня чудесный вечер. Командир Чон, мастер Цин, сестра, рада всех вас видеть! Что вы тут обсуждали?
— Наследная принцесса Лиса, — произнес Цин Фан, делая шаг вперед и кланяясь. — Мы уже почти закончили наш разговор. Ничего важного.
Лиса улыбнулась, её взгляд скользнул по всем присутствующим, задержавшись на мне.
— Может, расскажете мне? — спросила она, подходя ближе.
Чонгук стоял молча, его лицо было словно каменным. Гоушен прятался за его спиной, боясь даже вздохнуть. Я почувствовала, как Мейлин напряглась.
— Конечно, Ваше Высочество, — ответил Цин Фан. — Принцесса Дженни просилась стать моей ученицей, она мечтает стать заклинательницей. И мы рассуждали, подходит ли ее характер для этого.
Если бы бессмертный мастер мог видеть, он бы испугался того, как перекосилось мое лицо. Какого черта он рассказал об этом?
Улыбка сползла с лица Лисы, она повернулась ко мне с немым вопросом во взгляде. В нем было обвинение.
Ну вот, похоже, сестрица теперь считает, что я пытаюсь «увести» ее мужика!
— Мастер Цин Фан мне отказал, — попыталась я ее успокоить.
— Я решил пока отозвать отказ. Подумаю еще немного, — мягко поправил меня заклинатель.
Взгляд Лисы, полный подозрения и скрытой угрозы, был направлен прямо на меня.
— О, Дженок, это неожиданно — голос при этом был сладким, но в нём сквозила сталь. — Ты всегда стремишься к знаниям. Но заклинательница?..
Мейлин слегка коснулась моей руки, напоминая о необходимости сохранять спокойствие.
— Да, сестра, — ответила я, стараясь говорить уверенно. — Хочу быть полезной нашему дому и народу.
Лиса улыбнулась, но её глаза оставались холодными.
— Это похвально, Дженок. Но как отреагирует отец?
— Я поговорю с Его Величеством завтра, — вмешался Цин Фан. Лиса кивнула. Заклинатель, тем временем повернулся к Чонгуку и Гоушену. — Командир Чон, ваш слуга проявил неуважение к девушке. Я надеюсь, вы примете меры.
— Не сомневайтесь, — мрачно пообещал Гук.
Гоушен побледнел и опустил голову ещё ниже.
— Уже так поздно! И темно! — воскликнула Лиса, как будто она не пару минут назад подошла к нам, а простояла весь вечер. — Командир Чон, проводите меня до моих покоев? Хотела обсудить с вами городскую стражу и ночные патрули...
Да она ему глазки строит! Цин Фан слепой, так что его присутствия принцесса не боялась. И моего, очевидно, тоже.
— Конечно, Ваше Высочество принцесса Лиса. — На меня Гук даже не взглянул, зато обращение к Лисе был очень мягким, почти нежным. — Мастер Цин, еще раз спасибо за вечер.
— Нужно будет обязательно его повторить, — добродушно отозвался заклинатель. — А сейчас, пожалуй, я тоже пойду к себе.
Когда все ушли, я почувствовала облегчение.
— Кто такой этот Гоушен? Госпожа, вы видели, как он на меня пялился? Так и чесались руки ему... — Мэйлин не договорила, крепко сжав зубы.
И правда, откуда взялся этот слуга?
Вздохнув, я поправила платье, намереваясь идти обратно, и задела рукой склянку, спрятанную в поясе. Проклятье! Лиса так и не забрала ее!