23
Лорд Чонгук Чон. Империя Шеридар.
Высокий мужчина, с волосами цвета первого снега и с лёгкой улыбкой на обычно бесстрастном лице решительно распахнул дверь в зал Малого Совета Империи.
Вызов отца его не встревожил, Чон испытывал такой невероятный душевный подъём, что уничтожил бы всех тварей Бездны, если бы эта дверь была переходом в мир Дархэйлера. Но в Малом Совете его ждало куда более опасное собрание – Император Актиор Тшерийский, Их Императорские Высочества Тэйрин и Каэрта, и лорд Артиан Тшерийский с леди Мэлирой.
При вызове лорд Артиан не уточнил, что Совет предстоит семейный.
Улыбка с лица Чона медленно сползла, но все присутствующие уже успели её заметить, и хищные взгляды представителей правящего рода Империи Шеридар так же хищно вцепились в родственника. Лишь леди Мэлира тепло улыбнулась сыну, с некоторым удивлением отмечая произошедшее в нём перемены... возможно, другим они были и незаметны, но материнский взгляд подмечал и посветлевший взгляд сына, и то, что губы не были нетерпимо поджаты... хотя нет, опять сжались.
– Всем светлого дня. По какому поводу собрание? – не стал тянуть время Чонгук, сразу переходя к делу. Знал бы, что за Совет – напрочь бы проигнорировал.
– Чонгук, а скажи-ка нам, куда делся Браслет Души из родового хранилища? – Актиор Тшерийский так же не любил зря терять время.
– Я взял, – не смог всё-таки сдержаться от улыбки Чонгук, вспомнив тот момент, когда он надевал браслет на руку своей элинель.
– Сынок! – то ли восхищённо, то ли испуганно воскликнула леди Мэлира, приложив руку к груди, словно её стало дурно. – Тебя заставили? Она носит твоё дитя? Кто эта девушка? Она хоть достойного происхождения? Я так старалась для тебя, самые завидные невесты Империи побывали в нашем доме, а ты...!
– Лира, – обронил лорд Артиан, и его супруга, трагично закатив глаза к потолку, притихла, не в силах понять, как ей реагировать на это и как она пропустила такое важное событие в жизни единственного сына.
Тэйрин и Каэрта, переглядываясь между собой, хранили молчание, ожидая дальнейшего продолжения начавшегося спектакля. Не было ни малейшего сомнения, что этот семейный совет будет увлекательным зрелищем, ведь обычно всё внимание родственников было обращено исключительно на них, а не на вечно занятого Чонгука, теперь же они находились в роли зрителей и готовы были сполна насладиться предстоящим зрелищем.
– Взял, значит... занятно, – протянул Император Актиор, не спуская взгляда со своего племянника, а перед ним лёг свиток, который его брат, лорд Артиан, заботливо хранил у себя в нагрудном кармане и который до сих пор не удосужился показать правителю Шеридара.
В конце концов, лорд Артиан радел за счастье своего сына и слава всем Богам, что тот своевременно прозрел, не хватало ещё, чтобы такое сокровище, как леди Манобан досталось Тэйрину.
В повисшем молчании Актиор быстро пробегал глазами древнее соглашение, под любопытными взглядами присутствующих Тшерийских. Лишь один взгляд не сверкал интересом – взгляд Чонгука, он так и знал, что там написано.
– Почему раньше не показал? – миролюбиво обратился к брату Император.
– Не хотел суеты, – улыбнулся лорд Артиан, прекрасно зная, что получи его брат эту информацию раньше, то тотчас бы отправил Тэйрина в герцогство Манобан... а там даже Боги не ведают, чем могло бы закончиться противостояние Тэйрина и Чонгука... хотя, может и надо было этих двоих столкнуть лбами, глядишь, и Чонгук бы куда быстрее разобрался бы в своих чувствах, а то и так его пришлось осторожно подталкивать на нужную тропинку, ведущую к его же счастью. – Это ещё не всё, – подтолкнул он ещё один свиток в сторону Актиора.
А вот теперь лорд Чонгук Чон насторожился, потому как о содержании этого свитка ему не было известно ровным счётом ничего. Недолго думая, он в пару решительных шагов оказался за креслом Императора, чем заслужил укоризненный взгляд отца, но сейчас ему было плевать на это, и на непозволительность поведения также, мир его ценностей сместился...
«Лишь то, что сильнее жизни и смерти, разбудит спящие способности рода Тшерийских. В момент опасности, когда сердца забьются в унисон, два рода встанут, как один, и с равной силой остановят тьму».
– Это что такое? – прошипел Чонгук, и нехорошее предчувствие грядущей катастрофы поселилось в его недавно ликующей душе.
– Это то, что сказали эльфийские провидцы Тиаране Тшерийской, по чьей инициативе был заключён магический договор. Недавно обнаружил. Зарылся в архивы и случайно наткнулся, – ответил лорд Артиан.
– Да о чём, вообще, разговор? – не выдержал наследник Шеридара и быстро поднявшись со своего места, также быстро пробежал глазами оба свитка. Мало что понял и повторил процесс куда медленнее, потом передал свитки Каэрте и окинул взглядом окаменевшего Чонгука: – Что же получается, дорогой кузен, ты жертвуешь своей свободой во благо рода? Похвально, нечего сказать... а как же твоя вечная несчастная любовь к несравненной леди Элии? Или сейчас речь не о чувствах, а о долге? Ты мужественно наступил на горло своим идеалам и ценностям, ради выполнения магических обязательств?
– Чонгук! Ты, что действительно собрался лишиться своей свободы в угоду интересам нашей семьи? – удивлённо спросила Каэрта.
Ведь именно её судьба и судьба её брата были предопределены едва ли не с момента рождения – наследники Шеридара не имеют права на собственный выбор. Но у Чонгука был этот самый выбор, и сейчас он добровольно его лишался, принося своё будущее в жертву ради исполнения обязательств.
Этого Каэрта никак не могла понять, её судьба уже была связана договорённостями с судьбой наследника Поднебесной, и этот факт её неимоверно бесил, но даже сейчас, когда, казалось, всё уже решено, она всё равно надеялась на чудо... и планировала устроить такой скандал во время предстоящего визита в Поднебесную, что рыжий Ардан Дарвурд сам откажется от идеи связывать себя узами с такой взбалмошной особой. Каэрта прекрасно понимала, что за задуманную выходку она будет сурово наказана своим отцом, но не убьёт же он её в конце концов!
– Чонгук, не делай этого! – взмолилась леди Мэлира, ещё до конца не разобравшись в происходящем, а всего лишь сделав выводы из услышанного. – У тебя есть возможность найти своё истинное счастье, ты свободен от правил, накладываемых рождением. Простите, мои дорогие, – бросила она извиняющийся взгляд на одинаково криво усмехнувшихся младших Тшерийских, Тэйрина и Каэрту. – Не упускай эту возможность, не иди на поводу у чувства долга и ответственности.
Лорд Артиан, хранивший молчание, как и Император, на этих словах улыбнулся. Если уж их сын и идёт на поводу, то определённо им движут совершенно противоположные чувства.
– Вы совершенно не понимаете о чём сейчас говорите, – спустя некоторое время ровно ответил лорд Чон, старательно подбирая всё это время вежливые обороты.
– Ну так просвети нас, Чонгук. Потому как мне очень интересно узнать, что происходит, а ещё я крайне раздражён, что нахожусь совершенно не в курсе событий, касающихся рода Тшерийских. Даже бесит немного, знаешь ли... – весомо уронил Император Актиор и волна его силы заставила поёжиться всех, кроме Чонгука, обладающего не меньшими способностями.
– Вы ознакомились с содержанием свитка, и свой выбор я сделал, руководствуясь не долгом перед родом, а собственными чувствами. Леди Лалиса Манобан... – начал Чонгук, но на имени своей любимой улыбнулся такой нехарактерной ему улыбкой, лёгкой и счастливой, чем вызвал очередную волну растерянности у присутствующих. – она самая удивительная девушка, которую я когда-либо встречал...
– Даже удивительней Элии? – не упустил возможности задеть своего кузена Тэйрин, потому что... наверное, наследник Шеридара и сам не мог сказать, почему его так хотелось вывести Чонгука из себя.
Обычно у них сохранялся холодный мир, слишком разные были кузены, чтобы их связали крепкие дружеские узы помимо кровного родства, но сейчас, глядя на этот блеск в глазах Чонгука, слыша в его голосе непривычные мягкие тона, внутренний демон Тэйрина просто взъярился, загораясь желанием вывести из себя Чонгука, который вечно обходил Тэйрина во всём. Вот и сейчас? Почему он, а не наследник Шеридара, тот, перед кем склонит голову вся Империя в будущем?
– Подождите. Леди Лалиса Манобан... это имя мне знакомо, – Император прервал обоих молодых мужчин, и через мгновение его глаза загорелись весельем. Он вспомнил, при каких обстоятельствах слышал это имя! Посмотрел на лорда Артиана, и тот молча кивнул, словно подтверждая его мысли. Раз уж он упустил такой ценный кадр, как леди Манобан из своих интересов, и всё благодаря скрытности своего же брата, то возможности поиздеваться над племянником он не лишиться: – А не та ли это замечательная девушка, которая достаточно храбра, чтобы вступать в открытое противостояние с высшим демоном и даже учить его хорошим манерам?
– Именно она, – с улыбкой поддакнул лорд Артиан, не упуская из виду своего наследника, который снова улыбнулся... улыбнулся! Да у Чонгука за последние полчаса улыбка на лице присутствовала чаще, чем за последний год!
– Учить хорошим манерам моего сына?! – возмущённо воскликнула леди Мэлира в противовес радостным чувствам своего супруга. – Какая-то девица позволяет перечить тебе, мой мальчик? Да ты образец для подражания, но никак не для порицания!
Леди Мэлира Тшерийская, мать Чонгука, переживала бурю эмоций внутри: радость от вида своего сына, наконец-то, начавшего походить на живого человека, а не на ледяную глыбу льда; досаду, что ей никто и ничего не сказал о таком важном событии в жизни Чонгука, как появление какой-то наглой девицы; злость на эту самую девицу, потому как Мэлира успела сделать вывод, что её прекрасного сына эта леди Манобан не ценит в должной мере; раздражение, что Чонгук не выбрал одну из тех воспитанных и нежных леди, которых она в огромном количестве перетаскала в замок; но самым ярким цветом пылала ревность – ещё никогда и ни о ком Чонгук Тшерийский не говорил с таким блеском в глазах!
– Она не девица! – мгновенно вспыхнул Чонгук истинным демоническим пламенем. – Она глава рода Манобан, настолько же древнего, как и наш, в ней течёт древняя кровь, да не просто есть, как у нас, а проявленная и её умением работы с магическими потоками можно только восхищаться. Её сердце полно отваги и мужества, она никогда не отступает перед опасностью и не раз становилась на пути тварей из Бездны, повадившихся в наш мир... – распалялся всё сильнее Чонгук, и его пламя разгоралось всё ярче и ярче, заставляя присутствующих отгородиться магическими щитами от набирающей мощи демонической сущности, даже Император слегка нахмурился, но щит ещё не выставлял... ведь сделай он это, он признает силу племянника главенствующей в их роду... поэтому его неодобрение и вызвала защита Тэйрина. – А в душе живёт любовь и сострадание...
– К тебе? – нагло ухмыльнулся Тэйрин, усиливая свой щит, потому что загоревшийся злостью взгляд Чонгука был направлен чётко на него, словно остриё клинка на беззащитную цель.
– Успокойтесь! Оба! – рявкнул Император Шеридара. – Вы упустили самое главное! Вы прочитали слова эльфийских провидцев... но поняли ли вы о чём они?
Каэрта легко пожала плечами, её мало волновали все эти древние сказки, куда больше её интересовала собственная судьба. Леди Мэлира и вовсе растерянно развела руками, потому как круг её интересов не затрагивал эти сферы.
Чонгук и Тэйрин тоже были заняты, прожигая друг друга взглядами, и вопрос наглым образом проигнорировали.
– Я больше чем уверен, что речь идёт о возможностях древней крови, – взял слово лорд Артиан, забарабанив пальцами по подлокотнику кресла и глядя на Чонгука, словно говорил он это исключительно ему: – Я поднял все архивы и записи, среди которых нашёл личный дневник Тиараны Тшерийской, одержимой идей разбудить древнюю кровь в нашем роду. Её страсть к лорду Чимину Манобану, была обусловлена не только чувствами... она была уверена, что истинные чувства, те самые, что заставляют демоническое пламя ярко пылать в груди, многократно усиливая способности, послужат тем самым катализатором, который разбудит древнюю кровь Тартаса Повелителя Смерти и сделает род Тшерийским величайшим не только в Шеридаре, но и во всём мире. И она горела фанатичной любовью к лорду Манобан, но не нашла отклика, его сердце билось для другой женщины. Никакие её уловки и ловушки не смогли привести его в Храм... была у Тиараны такая мысль: женить его на себе, а потом уже соблазнить и влюбить, но и тут её ждал провал...
– Род Манобан отличается исключительной разборчивостью, – хмыкнул Чонгук.
– Да, а ещё умом и хитростью. Лорд Чимин шантажом и угрозами вынудил эльфийских провидцев прибыть на Совет Правителей и вразумить Тиарану... в чём-то она была права, древняя кровь Тшерийских проснётся, если зажжётся любовь в сердцах обоих представителей родов, именно по этой причине на свет и появился свиток с брачными обязательствами... Лорд Чимин был так счастлив, что избавился от притязаний Тиараны на свою персону, что подписал всё без раздумий... Я так думаю, что он и в кошмарном сне не мог представить, что его род, имеющий под собой такой основательный фундамент, когда-нибудь почти сгинет... Чонгук, – обратился лорд Артиан к своему сыну, – пророчество ушастых сбывается. Если ты забрал Браслет Души из сокровищницы и защёлкнул его на руке леди Лалисы, то это говорит о твоих истинных чувствах. Я рад, сын, леди Лалиса более чем достойная партия, о чём я не раз говорил тебе, в неё достаточно характера, чтобы быть с тобой на равных, не находясь в твоей тени, и достаточно силы, чтобы разорвать ту клетку заботы и опеки, в которую ты захочешь её засунуть...
– Я не пытаюсь засунуть её ни в какую клетку! Я всего лишь хочу обеспечить ей защиту и безопасность! Она же притягивает опасность, смертельную опасность! – моментально возразил Чонгук, поджимая губы... последние слова отца ему не очень понравились... в любом случае он будет делать то, что считает нужным! Он, вообще, закрыл бы Лалису в сокровищнице, в самом надёжном и безопасном месте, пока угроза «Детей Покорителя» не минует... и сам бы закрылся вместе с ней, для обеспечения полной сохранности и не только...
– А не слишком ли жирно будет Чонгуку? – зло рявкнул Тэйрин, сжимая в руках свиток с брачными обязательствами. – Здесь не написано, с каким именно Тшерийским должна заключить союз последняя из рода Манобан! – взмахнул он бумагой. – Я тоже Тшерийский и имею такие же права, как и мой кузен, а то и больше! У леди Манобан будет выбор...
Договорить он не успел, объятый пламенем чистой ярости Чонгук оказался около него одним рывком и схватил за горло, и только потом отчеканил страшным голосом:
– Если ты хотя бы подойдёшь к Лалисе с этой мыслью, если хотя бы заикнёшься о чём-то подобном, я уничтожу тебя Тэйрин, сотру с лица земли, невзирая на наше родство. Никогда не становись между демоном и его элинель!
Внутренний демон Чонгука ликовал, чудовищная сущность готова была разорвать всех до единого, кто посмел бы предъявить права на его душу и сердце, на его Лалису, на ту, кто приняла его демонический облик... доказать свою силу и мощь, растерзать всех врагов и окружить свою элинель истинным огнём любви и заботы.
Тэйрин не мог ни сказать, ни вздохнуть, вцепившись в удерживающую его руку кузена и ненавидя его в этот момент всей душой. Чонгук, несмотря на то что был младше на пару лет, был сильнее наследника Шеридара, и это раздражало Его Императорское Высочество Тэйрина, ставя его блистательное будущее под угрозу – Чонгук Тшерийский мог оспорить его право на власть в поединке силы, по старинным обычаям, давно забытым, но не утратившим свою силу. Если уж тысячелетние свитки всплыли на свет, то можно ожидать чего угодно от ненормального кузена. Куда спокойнее было, когда он излучал хладнокровие и лёгкое пренебрежение к присутствующим, а не переходил в боевой облик прямо во дворце, как сейчас.
Лорд Артиан широко и весело улыбался, он был уверен в своём сыне – Чонгук никогда не нанесёт вреда никому из родных, а хорошая трёпка Тэйрину не помешает, слишком легкомысленен он для будущего правителя, слишком тщеславен и горд... Император Актиор тоже не вмешивался, с лёгкой грустью следя за своим наследником... Лишь одна Каэрта, в силу молодого возраста не умеющая и не желающая сдерживать эмоциональные порывы, бросилась между кузенами, пытаясь расцепить их.
– Ты его сейчас за грань отправишь, Гук! Пусти, я тебе сказала! – повисла она на спине у Чонгука, только вот непонятно было, то ли она действительно хотела спасти брата от ярости кузена, то ли просто поучаствовать в общей свалке, как когда-то в детстве... когда Тэйрин уродовал её кукол, а Чонгук всегда заступался за неё, а потом получал наказание от отца, потому что по силе превосходил наследника и не мог её рассчитать, не раз расквашивая нос и отсыпая болезненных тумаков будущему правителю Шеридара.
Чонгук скривился, но руку разжал, возвращая свободу Тэйрину и тот начал шумно хватать воздух ртом, не спуская с беловолосого демона взгляда, полного злости и ненависти.
– Мне крайне интересно посмотреть на эту леди Манобан, что лишь одним своим именем может воспламенить такой костёр страстей, даже не присутствуя при этом... – задумчиво проговорил Актиор.
– Весьма достойная девушка, брат. Я счастлив, что она войдёт в нашу семью! – откровенно признался лорд Артиан.
Казалось, он даже больше своего сына радуется тому, как складываются обстоятельства.
– Эта леди ответила согласием на твоё предложение? – слабым голосом спросила леди Мэлира. Ей не нравилось происходящее, её не нравилась леди Лалиса Манобан, пусть она никогда её и не видела... просто эта девица не восхищалась её сыном, и этого было достаточно для любящего материнского сердца, чтобы испытывать неприязнь.
Вот на этот вопрос Чонгук не знал, как ответить, ведь предложения по сути и не было. Единственное предложение, сделанное им Лалисе, было предложение стать его любовницей, и на него она ответила категорическим отказом. Да, он не раз говорил ей о своих чувствах, доказывал всеми известными способами, но предложения не было... это подразумевалось как-то само собой, он даже вариантов других не рассматривал.
Чонгук промолчал, решив при первом же удобном моменте исправить это упущение.
И вот это молчание было воспринято представителями рода Тшерийских весьма неоднозначно... У Тэйрина вспыхнул предвкушающий блеск в глазах, и в его голове тут же выстроился план, который вполне мог испортить радость Чонгука... да он, вообще, мог всё испортить на радость наследнику Шеридара. В конце концов, если он сможет пробудить древнюю кровь, то он готов даже заставить себя влюбиться в эту Манобан, а уж о том, что сможет вызвать у неё ответные чувства, молодой мужчина и вовсе не сомневался. Что этим женщинам нужно? Ласковые слова, обходительное обхождение, подарки и всё, любая леди уже готова на всё! Один его статус позволял ему соблазнять девушек лишь взглядом... а после холодности Чонгука она просто растает в его горячих и страстных объятиях.
Тэйрин не смог сдержать наглой ухмылки, которая не осталась не замеченной Чоном:
– Я тебя предупредил, Тэйрин.
– Боишься конкуренции? Боишься, что несравненная леди Манобан может выбрать более достойного из нашего рода? Меня, например? – принял гордую и самоуверенную позу Тэйрин, одобренный молчанием остальных... потому как, в принципе, если не брать в расчёт чувства Чонгука, он был в чём-то прав: в свитке не было указано конкретное имя, и он имел право добиваться расположения последней из рода Манобан наравне со своим кузеном.
Чонгук смерил его презрительным взглядом, успокоив своё пламя, едва вспомнив ласковое «Брысь», сказанное его Лалисой, а потом в памяти всплыла их первая встреча и то, как магия Лалисы всегда пропускала его к своей хозяйки, и Чонгук улыбнулся шальной улыбкой, полностью уверенный не только в своих чувствах, но и в чувствах своей элинель. В его душе поселилось полное доверие к своей избраннице, а ещё он как-то забыл про Хранителя рода Манобан, про того самого лорда Чимина, который в своё время виртуозно избавился от внимания Тиараны, а у его Лалисы определённо прослеживается схожесть характеров с основателем рода, да и её неуёмной энергии можно только позавидовать... на какое-то мгновение ему даже стало жаль Тэйрина...
– Леди Лалиса предпочитает зелёный цвет глаз у своего избранника, тебе даже не на что надеется, Тэйрин, – весело улыбнулся Чонгук на самонадеянное заявление кузена, – но тебе лучше прислушаться к моим словам и не лезть к моей будущей супруге.
Притязания Тэйрина волновали сейчас Чонгука куда меньше того факта, что Лалиса может подумать будто ему нужны возможности древней крови, а не она сама...