4
Признаться честно, когда я только узнала о переезде сюда, я была очень негативно настроена. Мы с тётей даже поссорились. Мне совершенно не хотелось оставлять своих друзей, школу, любимые места, комнату лишь из-за её работы. Это казалось чем-то неважным, глупым. А что теперь?
Теперь я даже благодарна тому, что сменила место жительства. Да, я скучаю по нашей компании, но мы часто созваниваемся и переписываемся. Новый город, уже любимый город N., познакомил меня с прекрасными людьми. Могу точно сказать — у меня сейчас всё хорошо.
Середина февраля. Очередной учебный день, который не предвещает абсолютно ничего нового или интересного. Единственное, почему мне всё ещё хочется приходить сюда даже по слякоти, — мои друзья. Больше всего за это время я сблизилась с Киарой и Эдвардом, который стал в последнее время уж слишком заботливым.
На мой стол небрежно, но метко прилетела какая-то смятая бумажка. Нетрудно было догадаться, кто отправитель данной «посылки». Мои руки быстро развернули свёрток, стараясь не слишком громко шелестеть.
«Мелкая, погуляем после школы? Куда хочешь», — слова на бумажке расположились в две строчки.
«Завтра вообще-то четверг, а не выходные. Мне надо будет готовиться», — я быстро написала ответ карандашом и, как можно аккуратнее, передала бумажку назад.
«Ну не нуди, я тебе что-нибудь куплю», — ответ прилетел довольно быстро. На моём лице появилась улыбка, которую, конечно, Эд не увидел, так как сидел сзади. Я была совсем не против прогуляться с ним.
После той первой январской прогулки между нами очень быстро зародилась крепкая дружба. Чувство, будто мы знакомы всю жизнь. Наверное, я ни с кем ещё не ощущала той же лёгкости, какую ощущаю с Эдвардом. Мне казалось, что мы до невозможности разные и никогда не сможем общаться, но брюнет разрушил мои обманчивые иллюзии о нём. Если он был со мной, то я никогда не возвращалась домой одна. Если мне было грустно или радостно, он делил эмоции со мной. Если было свободное время, он звал меня гулять. Я почти никогда не отказывала. Странно: я никогда и ни к кому не чувствовала такого же тепла и притяжения. Что это? Я встретила своего самого близкого друга?
После занятий мы направились на набережную. Кожей лица я чувствовала свежий, прохладный и влажный от реки воздух, но мои руки были согреты чаем.
— Фу, Боже, Уотсон такой дурак! — воскликнула я, пока мы обсуждали одноклассников. Эд посмеялся, пристально смотря вдаль.
— Понял, парни, вроде него тебе не нравятся, — взгляд брюнета перешёл на меня, — а какие нравятся?
— А тебе зачем? — моя наивная душа не нашла ничего особо странного в таком вопросе. Мы ведь друзья, друзьям интересно знать всё друг о друге...
— Просто так, интересно стало. Так какие? — вопрос звучал серьёзно, настойчиво.
— Ну, я ещё не влюблялась и не думала об этом, — я сделала глоток ароматного чая, который Эд купил мне минут пять назад, — думаю, он просто должен быть добрым, хорошим, нежным что ли... ну и не идиотом, — я рассмеялась, — по внешности не знаю.
— У тебя правда ещё не было той самой первой любви? — с каким-то удивлением прозвучал вопрос Эдварда.
Я лишь пожала плечами. Не пойму, что такого необычного в моих словах?
— Нет... ну, «любовь» в восемь лет я не считаю. А ты влюблялся?
Лицо парня заиграло какими-то новыми красками. Он, кажется, задумался о чём-то, а на его губах появилась лёгкая, светлая улыбка. Я ещё не видела у него такой эмоции.
— Да, — его ответ был уверенным, — недавно.
— Серьёзно?! — я слегка хлопнула друга по плечу, — и ты мне даже не рассказал о той самой?! — я показательно нахмурила брови.
— Скоро сама увидишь, это пока секрет, — я хотела что-то возразить, но парень быстро перебил меня, — даже для тебя — секрет. Идём.
Сегодня было пасмурно, но мой день словно всё равно был освещён солнцем. С появлением в моей жизни Эдварда я взяла себе привычку ходить домой пешком, хоть это и дольше. Он обычно провожает меня, поэтому идти не скучно. А иногда бывает весело настолько, что щёки начинают болеть. У Эда явно какое-то магическое действие на меня, не иначе, ведь раньше я бы никогда не позволила себе смеяться на всю улицу и точно прокомментировала бы его шутки, назвав их тупыми.
У ворот дома в этот раз нас оказалось трое. Тётя вернулась с работы раньше и как раз открывала калитку, когда мы с другом подошли.
— Ой... — тихо шепнула я на ухо парню, когда заметила на горизонте знакомый силуэт, — готовься к допросу.
Я ехидно улыбнулась. Конечно, мне тоже не хотелось сейчас знакомить Марго с Эдвардом, но уже поздно куда-то бежать. Она нас заметила.
Почему я так не хочу этого знакомства? Во-первых, тётя устроит настоящий допрос с пристрастиями. Так происходило, кажется, со всеми моими друзьями. Она аргументирует это тем, что переживает за меня, но я думаю, ей просто никто не нравится и она хочет, чтобы люди сами уходили из моей жизни. Во-вторых, если Эл пройдёт проверку моей тёти, она будет вести себя, словно Лариса Гузеева, хотя сама не замужем. Марго — лютая карьеристка, которая, по её же словам, ещё в молодости поставила семью на второй план. Потом в её жизни появилась четырёхлетняя я, хотя она вообще детей не хотела, и до замужества дело так и не дошло.
— Айлин, привет! — женщина открыла калитку и помахала рукой, — а кто это с тобой?
— Привет, э... — я посмотрела на своего спутника, — это мой друг, Эдвард.
Клянусь, если бы мои щёки не были уже давно розовыми от мороза, они бы порозовели в этот момент.
— Здравствуйте, — уверенно и коротко. В стиле Эда.
— Очень приятно, Эдвард. Я Маргарет, — тётя явно внешне оценивала парня. Бедный. На его месте я бы уже хотела провалиться сквозь землю от одного лишь взгляда Марго, — проходите, чай выпьем.
— Нет-нет, я уже ухожу, — Эд явно не договорил, но был прерван.
— Отказы не принимаются, заходите.
Я толкнула друга в бок и усмехнулась, что означало «я же говорила, ты не отвертишься».
Следующий час стал невыносимым для меня. Однако Эдварда, кажется, совершенно не волновали и не смущали вопросы моей тёти. Она интересовалась его хобби, планами на будущее, делами в школе, даже немного спросила про семью. Господи, почему спрашивают его, а переживаю я?! Даже воздух как будто бы напрягся.
Когда я вышла во двор, чтобы открыть Эдварду калитку, было уже темно. Я стояла, облокотившись на забор, и услышала тихую вибрацию. Парень достал из кармана телефон и со вздохом ответил на звонок. Я не слышала, что говорилось по ту сторону трубки.
— Мам, я где-то через час буду, всё, давай, — телефон вернулся в карман, а я приподняла бровь.
— Что? — спросил друг.
— Кто-то мне говорил, что ему недалеко отсюда добираться домой. Эд, какой час? — я насторожилась, но улыбалась.
Он явно замялся и почесал затылок одной рукой.
— Ну, немного соврал... не так уж и близко... — его взгляд бегал, направляясь то на меня, то куда-то в сторону.
— Дурак. Неужели ради меня ходишь так далеко? — я сделала шаг вперёд, сократив между нами расстояние. В моём голосе не было злости. Скорее, некая благодарность и умиление, — ещё и по холоду...
— Не думай об этом, мелкая, — я не успела ничего понять, как парень потрепал мне волосы, на которые я не надела шапку. Незачем на пять минут её надевать, — до завтра.
Я осталась молчать у забора. Смотрела Эдварду вслед, пока он не скрылся за поворотом, после чего и сама зашла в дом, немного постукивая зубами от холода.
— Он точно лишь друг? — послышался голос из кухни. Я сняла обувь и подошла к источнику звука.
— Ну, Марго, не начинай... — протяжно просила я, — друг. Хороший друг. Всё? Я пошла к себе.
— Айлин, я не договорила!
— Ничего не слышу! — прокричала я уже с лестницы.