3
В остальном, урок прошёл, как обычно. Я пыталась вложить в свою голову слова учителя и рисовала на полях, если писать ничего не нужно было. Всегда так делаю, это успокаивает и помогает скоротать время. Не люблю физику, впрочем, как и все точные науки. Вот что может быть интересного во всех этих цифрах и формулах?
Когда раздался звонок, провозглашающий начало перемены, я подошла к учителю — он просил меня поговорить с ним после занятия по поводу моей успеваемости в предыдущей школе. Ожидаемый вопрос. Это моя третья школа, и я уже знаю, что при переводе в новую каждый учитель обсуждает оценки прибывших учеников.
Я довольно быстро освободилась и направилась к выходу. Уже в коридоре кто-то легонько постучал по моему плечу. Данное действие вызвало у меня лишь лёгкое раздражение. Почему нельзя просто словами обратиться, неужели нужно именно касаться? Я обернулась.
— Удивительно: я знаю лишь твою фамилию, а ты прикасаешься ко мне уже второй раз за час, — я скрестила руки у груди, — Хартман, не находишь ли ты это странным? Зачем подошёл ко мне?
Парень облокотился на стену и нагло улыбнулся. Честно говоря, первое впечатление у меня о нём сложилось не самое хорошее, потому я не горела желанием общаться. Он опоздал в первый же день четверти, зачем-то лезет ко мне, да и вообще у него образ легкомысленного хулигана. Больше, чем уверенна, мы не сойдёмся характерами. Игра не стоит свеч.
— Ну, ты сказала «на перемене познакомимся», вот я и знакомлюсь, — брюнет протянул ладонь, — Эдвард. Эдвард Хартман.
На рукопожатие я не ответила. Не очень люблю лишние касания. Эдвард, кажется, это понял и опустил руку.
— Моё имя ты уже знаешь, — ответила я, на секунду приподняв бровь, и уже собиралась уходить.
— А фамилию? Мы же типо в одном классе учимся, одноклассники обычно знают и имена, и фамилии друг друга, — лёгкая улыбка не пропала с его лица.
Вот же он заноза. Прицепился, и всё.
— Айлин Эрчел, — я накинула рюкзак на второе плечо, — всё? Я могу идти? Спасибо.
Ответа я не дожидалась, просто пошла дальше по коридору. Чёрт, а куда мне, собственно идти? Здесь так много кабинетов и поворотов, что сразу и не поймёшь.
— До упора вперёд, спускаешься вниз по лестнице и поворачиваешь направо, — крикнул уже знакомый голос за спиной.
— Ага, спасибо, — погромче сказала я в ответ и пошла по «инструкции».
Домой я вернулась к трём часам дня. Рассыпанные по кухне хлопья никуда не делись, и мне пришлось первым делом заняться уборкой. Про обед я благополучно забыла и ушла наверх, в свою комнату. Сразу включила музыку на ноутбуке.
Следующие часа два прошли за рисованием и кружкой малинового чая. С каждой новой линией в своём блокноте я словно медленно отрываюсь от внешнего мира и погружаюсь в свою придуманную вселенную. Может, я слишком мечтательна? Я буквально горю рисованием, хотя тётя говорит задуматься о более «серьёзной» профессии. Не настаивает, но «настоятельно рекомендует»
На экране ноутбука всплыло новое уведомление — меня добавили в группу класса. Потом ещё одно — сообщение от неизвестного номера: «Привет». Фотографии у человека нет, имя тоже не указано. Вот я как по его мнению должна догадаться, кто это пишет?
«Не знакомлюсь в сети», — быстро напечатала я.
«Так мы уже знакомы, зануда :)», — теперь я догадалась, кто же автор этих строк.
«Чего тебе?»
«Скучно».
«Ничем не могу помочь».
Больше он не писал.
К восьми вечера вернулась Марго. Я выключила музыку и спустилась, чтобы её встретить. Чёрная шуба тёти была покрыта снежинками и пахла холодом, от которого по моей коже даже пробежали мурашки.
— Привет, Айлин. Как день прошёл? — женщина протянула мне какой-то пакет с продуктами и стала снимать сапоги.
— Нормально, — ответила я, уже направившись на кухню, чтобы убрать еду в холодильник, — у тебя?
— Хорошо, — Марго повесила одежду и села на кухонный стул, — расскажи хоть про школу, чего ты так кратко говоришь?
Я немного задумалась, стоя перед открытым холодильником. Потом, не переводя взгляд на тётю, ответила.
— Ничего необычного. Класс нормальный, учителя вроде тоже.
— Ну, отлично, — Марго уже уставилась в свой телефон.
Нельзя сказать, что у нас какие-то тёплые отношения, но и нельзя сказать, что мы друг друга недолюбливаем. Просто мало общаемся и не питаем друг к другу особо сильной любви. Обе прекрасно понимаем, что я ей свалилась много лет назад, как гром среди ясного неба, и что без меня ей было бы легче. Будь моя воля, я бы жила с родителями, а не с ней. Радует, что мы хотя бы просто нормально друг к другу относимся. Но, признаю, иногда мне не хватает какой-то заботы. Правда, за столько времени я настолько привыкла к этому лёгкому холоду, что уже просто не приняла бы тепло. Слишком поздно.
Я села на диван, а Марго открыла холодильник, чтобы разогреть еду.
— Я не поняла. Ты не обедала что ли? — тётя повернулась ко мне с нахмуренными бровями.
— Забыла, — слово было быстро и почти автоматически брошено мной.
— Боже, Айлин, опять двадцать пять?! — женщина недовольно приложила руку к своему лбу. Злится. Заезженная эмоция, — ну сколько раз тебе говорить, ешь нормально! Ты хочешь снова в голодные обмороки падать или что? Я не понимаю тебя! — спокойный голос перешёл в повышенный тон. Я убрала телефон в сторону.
— Ну, прости, я не специально, — тихо ответила я. Понимаю, что Марго права, я виновата.
— Садись за стол, сейчас суп нагрею, — Марго достала кастрюлю и устремилась к плите, — как маленькая, ей Богу, — добавила он чуть тише, но по-прежнему недовольно.
Очередная нотация про вред голодания, пользу еды и мою забывчивость. Переживания тёти не с пустого места взялись. Я и правда пару раз теряла сознание от голода. Нет, проблема не в диетах или желании похудеть, я просто забываю поесть или же не хочу, но мой организм считает иначе. Такое происходит уже около года, и Марго ужасно на это злится. Я стараюсь просто не реагировать.
Вечер выдался самым обычным: домашние задания, бесцельный просмотр соцсетей, чтение группы класса, в которую я пока ничего не пишу. Перед сном вышла во двор потрогать снег и слегка замерзнуть. Засыпать легче, когда холодно, поэтому я стояла на крыльце буквально в пижамных штанах, майке и курточке, до дрожи замораживая свои ладони. Странная привычка, зато закаляет. Марго говорит, что я с момента переезда к ней часто старалась замёрзнуть перед сном: летом включала кондиционер, зимой подолгу стояла перед окном. Но холод мне нравится только перед сном. В любое другое время суток я его не люблю.
И вот, я наконец, выключив свет и закрыв дверь своей комнаты, засыпаю в своей постели. Сон — очень приятное занятие. Все мысли, страхи, тревоги отступают, оставляя место лишь мирному спокойствию. Мне редко снятся сны, я по этому поводу не переживаю. Позволяю себе полностью расслабиться.
Вся неделя прошла примерно одинаково. Дом-школа-дом. Радует, что меня приняли в классе. Нет, конечно, некоторые люди мне не очень нравятся, как и я им, но мы не конфликтуем. Так, мелкие споры случались, не более. Учителей я уже разделила на злых и добрых, хороших и плохих... нормальных всё же больше.
Сегодня, в субботу, девочки пригласили меня погулять. Ну а я что? Конечно же, согласилась. Гнить здесь в одиночестве я не собираюсь. Нора сказала, что мы соберёмся компанией: я, она, Киара и её парень, с ним я не знакома. Он вроде как из параллельного класса, 10Б. Мы договорились встретиться в парке, куда мне ехать ещё минут двадцать. Впрочем, так как я живу в частном секторе, мне почти в любое место нужно ехать на автобусе более десяти минут. Я привыкла — в предыдущем городе было так же.
Парк встречал новогодними украшениями, которые ещё не успели или, может, не захотели убрать после праздника, несмотря на то, что прошло уже две недели. Так даже лучше, красиво будет. Вдоль тропинок лежит свежий белый снег, на ветках — тоже. Погода же сегодня солнечная и морозная.
Ребята уже ждали меня у фонтана, который зимой, как полагается, не работал. Их почему-то было четверо... издалека я не смогла разглядеть лицо ещё одного парня, но, подойдя ближе, поняла — это Эдвард.
— Всем привет! — я подняла руку и улыбнулась.
Все спокойно поздоровались, но Эдвард удержаться не смог, чтобы не съязвить. Это в его манере, я поняла уже.
— Привет, зануда, — парень слегка кивнул головой в знак приветствия.
— Так, Айлин, знакомься, это Нейт, — Киара показала на своего молодого человека.
— Ну, а я, как ты мог понять, Айлин. Приятно познакомиться, — я спрятала руки в карман. Замёрзла.
— А мне ты не говорила «приятно познакомиться», — раздался тихий мужской голос над моим ухом. Я не ответила, лишь закатила глаза.
— Предлагаю сначала зайти за чаем или кофе, а потом идти дальше, — предложение Норы было как никогда вовремя.
В этот морозный день на душе было необыкновенно тепло. Даже появилось чувство, будто я уже давно знаю всех этих людей. Мы смеялись, много смеялись, кидали друг в друга снегом, рисовали на нём пальцами приличные и не очень вещи (за «не очень» был ответственным Эдвард. Как оказалось, он дружит с Нейтом, потому и пришёл). Через пару часов загорелись гирлянды, и я с новым восторгом осматривала улицы.
— Как красиво... — прозвучало завороженно.
— Тебя сфотографировать? — спросила Киара, и я согласилась. Как тут вообще можно отказаться? Уже через полминуты в моей галерее появилось несколько новых ярких квадратных фотографий.
— Смотри-смотри, всё равно не дотянешься. Мелкая, — Эдвард решил подразнить меня, пока я рассматривала лампочки над своей головой.
— Зато я уж точно не врежусь в дверную раму пустой головой, — я не собиралась оставлять издёвку без внимания, это не в моих правилах.
— Что? — парень посмеялся и наигранно наклонил голову, — повтори, пожалуйста, а то ты слишком низко, я не расслышал.
— Дурак, — я толкнула его в плечо.
— Очень страшно, — демонстративное закатывание глаз и протирание места удара.
— Так, всё, не ссорьтесь, — Киара, как самая ответственная здесь, принялась нас успокаивать, — нам уже пора бы расходиться, семь вечера, темно, холодно...
Нора и Киара живут рядом, как я узнала, Нейт их проводит. Когда эта троица ушла, остались только я и Эдвард.
— Ну, пока, — я развернулась и даже сделала несколько шагов в сторону остановки.
— Подожди, — брюнет сравнялся со мной, — я провожу.
— Чего? — я остановилась и засмеялась, — ты? Меня? Не смеши.
Но он выглядел довольно серьёзно.
— Я не шучу, Айлин. Уже темно, а тебе, как я понял, долго добираться. Короче, идём. Можем даже пешком, это минут на пятнадцать дольше, чем на автобусе.
— А ты откуда знаешь, где я живу? — мои глаза, наверное, округлились.
— Мелкая, да ты ж сама при мне говорила об этом, когда вы с девочками у школы прощались, — тихий смешок, — идём.
— Заноза, — пробурчала я, но от сопровождения больше не отказывалась.
Мы пошли пешком. Ближайший автобус ждать полчаса, это было бы даже дольше. Интересно, и где в этом болване скрывалась вся интеллигентность, которую он вдруг решил проявить? Я думала, что в его душе нет ничего, кроме тупых шуток и прозвищ. Мы знакомы всего неделю, а я уже и «ботанша», и «очкарик», и «мелкая», и «зануда»... Но, кстати, я не вижу злого умысла, когда он это говорит, что тоже странно.
— О чём задумалась? — парень прервал молчание, вырвав меня из своих мыслей.
— Да вот думаю, — я намеренно сделала паузу, чтобы заставить Эдварда немного погадать, — с каких это пор ты у нас настолько интеллигентный, что даже решил проводить меня домой?
Он достал из кармана зажигалку с сигаретами и закурил. Выдыхал в другую от меня сторону.
— Любой нормальный парень не отпустит девушку одну по темноте, тем более далеко, — он посмотрел на меня, — а что, я не похож на нормального, очкарик?
— Да нет, просто... — и вот что мне теперь ему говорить? — сложилось впечатление, будто ты легкомысленный и самовлюблённый хулиган. Как минимум потому, что ты зовёшь меня какими-то дурацкими прозвищами.
Парень громко рассмеялся, совершенно не скрывая своих эмоций. Я даже впала в небольшой ступор.
— Первое впечатление обманчиво, мелкая, — кольца дыма вылетели из его рта. Не в мою сторону, — а что, тебя обижают мои прозвища? Я думал, ты крепче, — окурок полетел в мусорку, — а вообще, я не со зла. Скорее, даже по-дружески.
Мы подошли к высокому забору из белого камня, ограждающего мой дом. Всю дорогу мы проболтали о чём-то не особо важном, но мне понравилось. Эдвард не так плох, как мне казалось, хотя я всё ещё считаю его слишком легкомысленным и безответственным. А ещё он курит, что мне совсем не нравится. Я остановилась и повернулась к Хартману.
— Спасибо, что проводил. Я здесь живу, — головой я показала в сторону дома, — тебе далеко возвращаться?
Парень обвёл взглядом дом, местность вокруг него, а после снова посмотрел на меня.
— Не, недалеко, не парься, мелкая, — он очень легко об этом говорит. Наверное, и правда недалеко.
— И хватит меня называть мелкой, я не такая уж и низкая, — я сделала тон своего голоса чуть серьёзней.
— Понял, буду говорить так почаще, — и снова эта ехидная улыбка.
— Дурак.
— Пусть так, мелкая.