Новенькая

— Девкалион, — произнёс Скотт напряжённо. — Что ты здесь делаешь?

Тот усмехнулся, подходя ближе.
— Расслабься, Макколл. Не льсти себе. Я прибыл не ради тебя и твоей стаи.

Он перевёл взгляд на Эли. Его глаза остановились на ней с тем выражением, которое сложно было описать. Там была не враждебность. Скорее — узнавание.

— Я приехал ради неё, — медленно произнёс он.

В клинике воцарилась мёртвая тишина.

— Ч-что? — выдохнула Лидия, её голос едва слышен.

— Погоди… — Крис уставился на него. — Ты хочешь сказать, что… она твоя…

— Дочь, — закончил за него Девкалион. — Да.

Эли словно ударило током. В голове застучало. Дыхание сбилось.

— Это какая-то… шутка? — её голос дрогнул, и только она знала, сколько стоило удержать себя от паники.

Крис взял шаг вперёд, потрясённо глядя на Девкалиона.
— Ты… у самого кровожадного Альфы есть дочь?

— Всё не так, как ты думаешь, Арджент, — холодно бросил Девкалион. — Но да, шестнадцать лет назад я оставил кое-что позади. Или, точнее, кое-кого.

Эли сделала шаг назад. Она чувствовала, как в груди сдавливает. Его запах был странно знакомым. Приятным. Почти… родным. Её волчья суть не чувствовала в нём угрозы. И это пугало больше всего.

— Интересно, — язвительно сказала она, — в прошлую нашу встречу я чуть не убила тебя. Не припомню, чтобы это было очень… по-семейному.

Девкалион усмехнулся, не сводя с неё взгляда.
— Значит, характером ты пошла в меня. Даже голос у тебя, когда ты злишься, как у Изабеллы...

Эли скривилась.
— Не жди от меня обнимашек. И не смей думать, что я просто приму это.

— Я и не жду, — серьёзно сказал он. — Но ты заслуживаешь знать правду. И я останусь здесь, чтобы рассказать тебе её… если ты позволишь.

Эли сжала кулаки, опустила взгляд. Внутри всё было смешано — злость, растерянность, притяжение, страх. Она всегда ощущала, что в ней что-то другое, но чтобы… это?

— Мне нужно подумать, — прошептала она и вышла из клиники, не оглядываясь.

Все переглянулись. Никто не знал, что сказать. Только Девкалион смотрел ей вслед, молча, с тем выражением, в котором была и горечь, и надежда.

***

Ветеринарная клиника опустела. Остальные ушли — Скотт сдержанно попрощался, остальные последовали за ним, бросая на Эли встревоженные взгляды. Девкалион ушёл последним, и когда за ним захлопнулась дверь, тишина повисла тяжёлым покрывалом.

Эли стояла посреди кабинета, всё ещё не двигаясь. Сердце колотилось, в ушах звенело. Мысли метались в беспорядке. Девкалион — её отец? Как это возможно? Почему она чувствовала странное притяжение к нему? Почему её тело не ощущало опасности рядом с ним?

Из тени вышел Дитон, спокойно наблюдавший за ней всё это время.

— Эли, — мягко произнёс он, — сядь.

Она резко обернулась. В её глазах плескалось раздражение, растерянность и боль.

— Ты знал?

Он кивнул. 
— Знал. Но это не было моей тайной, чтобы рассказывать.

— Значит, всё это… правда? Он — мой отец? — голос её дрогнул.

— Да. И ты должна знать больше, чем просто имя.

Эли медленно опустилась в кресло. Её плечи поникли, взгляд был потухшим.

Дитон сел напротив, его голос стал ниже, как будто он начал рассказывать древнюю сказку.

— Более пяти веков назад жил Альфа, настолько могущественный, что даже другие оборотни боялись его. Он обладал редкой способностью — пробуждать магические связи в крови. Это делало его опасным не только для сородичей, но и для магов. Он заключил союз с ведьмой, одарённой, но сломанной. Вместе они провели ритуал, столь тёмный и древний, что даже сама природа воспротивилась. Их дитя родилось… необычным. Слишком сильным. Непредсказуемым. Оно не вписывалось в баланс. Поэтому его называли "ошибкой природы".

Эли не отрывала взгляда от него, будто боялась, что если моргнёт — правда исчезнет.

— Эта легенда не просто история, Эли. Она пугающе напоминает твою судьбу.

Она едва слышно выдохнула:

— Но моя мать… она не была ведьмой. Она была обычной.

— В этом ты ошибаешься, — мягко сказал Дитон. — Изабелла родилась ведьмой. Но её магия не проявилась. Она была… пустой. Её считали слабой, ненужной. Но была одна редкая особенность. Она могла впитывать магию из артефактов, реликвий, даже природных источников. Колдовство не шло от неё — но она могла управлять им, если "зарядится".

— Я не знала… — прошептала Эли. — Мама никогда не говорила.

— Она боялась, — кивнул Дитон. — И я помогал ей. Шестнадцать лет назад Изабелла пришла ко мне. Беременная. В панике. Она не знала, выживет ли ребёнок, зачавшийся от сильнейшего Альфы и женщины без собственной магии. Но… ты выжила. Ты родилась, потому что магия в ней была чужая, но сила — настоящая. Ты стала первым гибридом… не оборотня и ведьмы, а гибридом силы и пустоты. Это сделало тебя уникальной.

Эли всхлипнула. Она отвернулась, сжимая руки.

— Но я потеряла свою магию. Я не могу колдовать. Не чувствую ничего.

— Ты не потеряла её. — Дитон встал, подошёл ближе и осторожно положил руку ей на плечо. — Она внутри тебя. Не погасла. Просто дремлет. Ты наполовину ведьма, и магия твоей матери — особая. Она не проявляется просто так. Её нужно пробудить. Когда ты это сделаешь… ты станешь тем, кем должна быть с рождения. Полноценным гибридом. Оборотнем и ведьмой. Впервые за пять столетий.

Эли вскинула взгляд, полный страха, боли и надежды.

— Почему ты не сказал мне раньше?

— Потому что ты не была готова. — Дитон вздохнул. — И потому что я дал слово твоей матери. Она боялась. Боялась, что ты станешь такой же, как твой отец. Что сила уничтожит тебя. Но теперь... теперь время пришло.

Эли молча кивнула. В её глазах сверкнуло что-то новое — не ярость, не отчаяние, а решимость.

— Я хочу знать, как пробудить её, Дитон. Я хочу знать всё.

***

Коридор был залит мягким светом дневных ламп. Сквозь приоткрытые окна доносился шум с улицы, смешиваясь с гулом голосов учеников. Эли стояла у шкафчиков, скрестив руки на груди. Рядом с ней были Лидия и Кира, смеясь и болтая о чём-то несерьёзном.

— Ты видела, как Мейсон чуть не уронил планшет мистера Брауна? — хихикала Кира. — Он так побледнел, будто привидение увидел.

— Не удивлюсь, если мистер Браун сам бы стал привидением, если бы планшет треснул, — подхватила Лидия, закатывая глаза. — У него там, наверное, расписание на год вперёд.

Эли усмехнулась, но её взгляд был рассеян. Она будто слушала их вполуха. Лидия уловила это и, как всегда, прямолинейно спросила:

— Эли, а каково это… ну, ты понимаешь, быть дочерью Девкалиона?

Эли замерла на мгновение, потом тяжело вздохнула.

— Сложно. Пока что это… непривычно. — Она посмотрела в сторону, сжав губы. — Я ещё маме не сказала. О том, что мой настоящий отец… объявился.

— Ты не рассказала своей маме? — удивилась Кира.

— Нет, — покачала головой Эли. — Как вообще сказать такое? Привет, мам, помнишь Девкалиона, самого жуткого Альфу, которого все боятся? Так вот… он мой папа. Круто, да?

Лидия слабо улыбнулась, а потом перевела взгляд на Киру, которая осторожно продолжила:

— А как же мистер Монтан? Он ведь тебя растил… вы до сих пор общаетесь?

— Да, — кивнула Эли, голос стал тише. — Мы с ним до сих пор говорим по видеосвязи. Он… всё тот же. Добрый. Заботливый. Но теперь, когда я знаю, что он не мой родной отец… я просто… не знаю, как ему это сказать. Как будто, если скажу — всё изменится.

— Думаю, он догадывается, — осторожно предположила Лидия. — Если он столько лет был рядом с тобой, то наверняка чувствует, что что-то не так. И всё равно остался рядом. Это о многом говорит.

Эли кивнула, задумчиво глядя в пол.

В этот момент в коридоре появилась девушка. Стройная, с длинными светлыми олосами, лёгкой походкой и уверенным взглядом. Она подошла ближе, улыбаясь.

— Привет, — сказала она, взгляд её задержался на Эли.

Эли моргнула, немного удивлённая, но сразу улыбнулась в ответ.

— Привет, ну как освоилась в школе?

— Да, спасибо, что прошлый раз провела мне экскурсию по школе.

— Да не за что, — Эли повернулась к своим подругам. — Это Лидия и Кира.

— Очень приятно, — произнесла Аврора, сдержанно кивая.

Кира вежливо улыбнулась, а Лидия, хоть и сделала то же самое, ощутила странный холодок, словно по её коже пробежал ток. Что-то в девушке было… не то. Неуловимо тревожное. Но она тут же отмахнулась от этого ощущения, списав его на привычную мнительность.

— Мы как раз собирались на урок, — сказала Эли. — Пойдём с нами?
— С удовольствием, — с мягкой улыбкой ответила Аврора.

Они пошли вместе по коридору, растворяясь в потоке студентов. Аврора шла рядом с Эли, чуть ближе, чем нужно, внимательно слушая каждое её слово, как будто запоминала ритм её дыхания, интонации, даже походку.

Лидия, идущая позади, наклонилась к Кире.

— Ты это чувствуешь? — прошептала она.

— Что именно?

— От неё. Что-то… не то. Словно... пустота. Но не естественная. Скорее... выжженное место.

Кира нахмурилась, оглядываясь на Аврору.

— Думаешь, она сверхъестественная?

— Не знаю. Но я это выясню, — сказала Лидия, сжимая пальцы в кулак.

Аврора, будто почувствовав на себе взгляд, обернулась и улыбнулась Лидии. Та ответила ей тем же, но внутри уже знала: за этой девчонкой нужно следить.

***

В лесу было тихо, слишком тихо. Даже птицы, казалось, замерли, чувствуя приближение чего-то зловещего. Тёмные сосны тянулись вверх, словно сторожа, наблюдавшие за каждым шагом путников. Под ногами хрустели ветки и сухие листья, и каждый шаг отдавался в тишине эхом.

Скотт шёл впереди, сосредоточенно принюхиваясь к воздуху. Позади него — Эли и Айзек, чуть в стороне — Стайлз, напряжённо вертящий в руках бейсбольную биту. Девкалион замыкал строй — его высокая фигура двигалась грациозно, как у хищника, в глазах — настороженность и сила.

— Люблю такие прогулки по лесу, — пробормотал Стайлз, нарушая молчание. — Только не хватает ещё серийных убийц. Хотя, стоп… серийные убийцы у нас есть. Прекрасно.

Айзек сдержанно усмехнулся, но Эли молчала. Она чувствовала, как по позвоночнику ползёт напряжение — не только из-за близости опасности, но и из-за Девкалиона, шедшего рядом. Как разговаривать с человеком, который одновременно и угроза, и… её отец?

— Ты не обязана говорить, если не хочешь, — тихо сказал Айзек, склонившись к ней ближе. — Я рядом. И если станет слишком тяжело — просто скажи.

— Спасибо, — так же тихо ответила Эли, бросив взгляд на Девкалиона. Он не сводил с неё взгляда, изучая каждое движение.

— Так вы встречаетесь? — спросил он внезапно, прерывая их разговор. В его голосе не было угрозы, но подспудная тяжесть чувствовалась в каждом слове.

Эли кивнула, чуть напрягаясь. 
— Да. Уже давно.

Девкалион не ответил сразу. Его лицо оставалось непроницаемым, но глаза сузились. Он перевёл взгляд на Айзека, словно оценивая, измеряя. 
— Интересно. Я почему-то думал, что моя дочь выберет… Альфу.

Айзек сжал челюсть, но сдержался. Эли шагнула вперёд, встала между ними. 
— Не тебе судить, кого я выбираю. Ты не был рядом шестнадцать лет. Ты — не часть моего детства, и в мою жизнь пришёл только сейчас.

Стайлз свистнул сквозь зубы. 
— Ладно, ладно, давайте не превращать это в семейную терапию в лесу.

— Тихо, — резко сказал Скотт, поднимая руку. — Слышите?

Они все замерли. Лес будто затаил дыхание. Где-то впереди — лёгкое дрожание воздуха, будто... что-то призрачное шевелилось среди деревьев. Запах крови, слабый, но ощутимый, ударил по обонянию оборотней.

— Сюда, — Скотт указал на заросший склон. Они поднялись вверх, продираясь сквозь колючие ветви, пока перед ними не открылась расщелина в скале — узкий вход в пещеру, спрятанный мхом и камнями.

Внутри было холодно. Воздух пропитан сыростью и чем-то ещё — древним, зловещим. Каменные стены были покрыты символами, выцарапанными когтями. Кровь, уже засохшая, размазана по полу. Среди знаков — один, выделяющийся особенно ярко: круг, в который вплетены две пересекающиеся спирали. Символ слияния.

— Это оно, — прошептал Айзек, появляясь вслед за остальными. — Здесь она хочет провести ритуал.

— Этот символ... — Эли провела пальцами по камню. — Он означает объединение сущностей. Магии и крови. Это значит…

— Что ритуал совсем близко, — перебил Скотт. — Она почти готова.

Эли отошла чуть в сторону, прислоняясь к стене. Её дыхание участилось.

— Что, если мы не успеем? Что, если она уже начала?

— Тогда мы её остановим, — твёрдо сказал Девкалион. — Я не позволю, чтобы с моей дочерью произошло то, что планирует Кейт.

Эли подняла на него взгляд. На мгновение в его лице не было ни угрозы, ни холода — только решимость. 
И впервые за всё время… она поверила ему.

***

Сумерки медленно спускались на город. Парк почти опустел — только редкие прохожие неспешно проходили по освещённым дорожкам. Свет фонарей отбрасывал мягкое золотистое сияние на мокрый асфальт и покачивающиеся от ветра ветви деревьев. Пахло сырой листвой и прохладой.

Эли подошла к скамейке, стоящей у небольшого озера. Девкалион уже ждал её — стоял, как статуя, в тени, но когда она подошла, выпрямился. Его силуэт казался массивнее на фоне тусклого света. В этот раз в его облике не было ни капли устрашающего. Только... усталость.

— Спасибо, что пришла, — сказал он негромко.

— Ты позвал — я пришла, — ответила Эли, скрестив руки. — О чём ты хотел поговорить?

Он сделал пару шагов, затем жестом пригласил её сесть. Она колебалась, но в конце концов опустилась на край скамейки. Девкалион сел рядом, оставив между ними немного пространства.

— Шестнадцать лет назад, — начал он, глядя на озеро, — я прибыл в Бейкон-Хиллс со своей стаей. Это было сразу после того, как я стал Альфой… альф.

— Я слышала об этом, — сухо сказала Эли. — Легенды ходят.

— Тогда это ещё не были легенды. Мы были голодными, полными ярости и силы. Я был уверен, что ничто не способно нас остановить. — Он замолчал, затем усмехнулся. — Но потом мы встретили ведьм.

Эли слегка вскинула брови, но молчала.

— Существовал местный шабаш. У него была сильная глава — ведьма по имени Кассандра Роуз. Очень... опасная женщина. Мудрая, гордая. Она сразу поняла, кто мы такие. И устроила встречу.

Он на мгновение закрыл глаза, словно возвращаясь в прошлое.

— И тогда я увидел её. Изабеллу. Её дочь. Вся стая почувствовала перемену во мне, сразу. Она была… — его голос стал тише — невероятной. Сильной, умной, красивой. Она смотрела на меня так, будто видела не чудовище, а человека. 

Эли напряглась, не сводя взгляда с его лица.

— Мы были вместе месяц. Каждый день. Скрывались от её матери, от моих альф. Мы дышали друг другом. Мы не строили планов — просто жили этим чувством. А потом…

— Потом всё рухнуло, да? — с ноткой горечи в голосе сказала Эли.

Девкалион кивнул.

— Кассандра нашла нас. Сказала, что это… нельзя. Что союз оборотня и ведьмы приведёт к разрушению, к нарушению баланса. Она приказала мне покинуть город. Запретила мне даже говорить с Изабеллой. Я… был моложе. Горячее. Я не видел выхода. И ушёл.

— И ты не знал? — её голос дрогнул. — Не знал, что она носит под сердцем меня?

Он резко повернул к ней голову. В его глазах было то, чего Эли ещё не видела раньше — боль. Глубокая, сдерживаемая.

— Нет. Изабелла не сказала мне. А Кассандра… она, вероятно, всё знала. Но решила, что так будет лучше. — Он сжал кулаки. — Я только недавно узнал, что у меня есть дочь. Только недавно понял, что та любовь... она оставила след. Настоящий. Живой.

Эли медленно вдохнула. Сердце колотилось, будто в груди сидела стая птиц. Она не знала, что сказать. Что чувствовать. Обида и облегчение, гнев и сострадание — всё переплеталось внутри неё.

— Почему ты хочешь рассказать мне всё это сейчас? — тихо спросила она.

— Потому что ты имеешь право знать. Потому что, несмотря на всё, я хочу быть рядом. Я не прошу прощения — его нельзя заслужить так просто. Но я прошу... шанса. Узнать тебя. Стать частью твоей жизни, если ты позволишь.

Эли посмотрела на его лицо. Он не выглядел как кровожадный альфа. Не как монстр из легенд. Просто человек, потерявший слишком многое.

— Я не знаю, Девкалион, — прошептала она. — Я пока не знаю.

— Эли… — он произнёс её имя почти с благоговением. — Ты часть меня. И, хочешь ты того или нет, ты особенная. И не только из-за силы. Из-за своей природы. Изабелла... ты её отражение. И моё тоже.

— Это слишком много… слишком быстро.

Он кивнул, не удерживая её.

— Я должен признаться тебе в ещё кое-чём, — начал он, его голос стал глубже, будто внутри него оживали воспоминания. — В тот день... когда мы впервые встретились. Когда моя стая сражалась с вами, и я увидел тебя...

Он замолчал на миг, как будто слова застряли у него в горле.

— Мне показалось, будто передо мной стоит… Изабелла. Та же осанка. Те же глаза. Та же… сила, которую невозможно описать словами. И я почувствовал... что-то. Будто часть меня вдруг встала напротив.

Эли внимательно смотрела на него. Её губы дрогнули.

— А я тогда... — она слабо усмехнулась, но в её голосе слышалась напряжённая злость — хотела убить тебя.

Он не удивился. Только кивнул, спокойно.

— После того, как члены твоей стаи чуть не убили Дерека, я была в ярости. Бешенство просто сжигало меня изнутри. Я хотела разорвать тебя. Если бы Айзек не остановил меня — я бы это сделала.

Девкалион не отвёл взгляда. Он принял её слова как заслуженные удары.

— Я знаю. И я не держу зла. Я был... другим. Тёмным. Слепым. Но после твоей победы над Дженнифер… — он выдохнул, — я уехал. Чтобы разобраться. Чтобы узнать правду. Я узнал, что ты... моя дочь. И тогда всё встало на свои места.

Он медленно положил руку на грудь, словно пытаясь успокоить сердце.

— И я… я горжусь тобой, Эли. У меня сильнейшая дочь, настоящая волчица. Вся в отца. — Он усмехнулся, но с грустинкой. — Мне так жаль, что ты потеряла свою магию.

Эли отвела взгляд.

— Я сама виновата. — Её голос стал ниже. — Я использовала… тьму. Самую грязную магию. Когда сражалась с Ногицунэ. Я не знала, на что ещё способна. Я просто хотела спасти своих. Но магия... забрала цену. Всё до последней капли.

Он нахмурился.

— Ты пошла на это, чтобы защитить других. Это… достойно. Но мне удивительно другое: ты стала оборотнем. Без укуса.

— Да, — тихо сказала она. — После того, как исчезла магия, что-то внутри... проснулось. Словно всё это было во мне, просто запечатано.

— Это объяснимо, — кивнул Девкалион. — Магия и зверь — две разные сущности. Они… не терпят друг друга. Магия подавляла твою волчью природу. А когда исчезла — волчица вышла наружу. Это противоестественно, но в тебе — всё необычно.

Эли опустила голову, закусила губу.

— У меня бывают проблемы с превращением. Иногда это больно, неполно. Иногда я не могу контролировать сам процесс. Но… в полнолуние я держу себя в руках. Даже без наручников, без подвала. Просто… держу.

Девкалион широко улыбнулся, по-настоящему гордо.

— Это редкость. Очень редкость. Даже у опытных бета не всегда получается. Ты прирождённая. Я помогу тебе. Научу всему, что знаю. Есть... хитрости, приёмы. Как чувствовать приближение боли. Как замедлять пульс, чтобы не сорваться. Как использовать слух, обоняние, даже голос — как оружие.

Эли медленно подняла на него взгляд. Там была осторожная надежда.

— Ты правда хочешь… помочь?

— Я не просто хочу, Эли. Я должен. И я рад этому. Я не был рядом, когда ты росла. Я не знал, как ты смеёшься, как плачешь. Я не учил тебя охотиться, не стоял рядом, когда ты теряла себя. Но если ты позволишь — я буду рядом сейчас.

Эли долго молчала, потом тихо сказала:

— Тогда… начнём с превращения.

Он улыбнулся снова. А в его глазах светилось то, чего не было в них много лет — свет. Тепло. И гордость отца.

***
Медицинская клиника уже опустела. В коридорах гасли последние огни, и только один кабинет ещё освещался тёплым желтоватым светом лампы. За столом сидела Изабелла Монтан — высокая, грациозная женщина с выразительными глазами, в которых всегда таилась какая-то недосказанная тайна. Она закрывала последнюю медицинскую карту, аккуратно откладывая её в папку.

— Всё на сегодня, — вздохнула она, сняв белый халат и перекинув через плечо тёмное пальто.

Она выключила свет, прошла через приёмную и толкнула стеклянную дверь, выйдя на прохладный вечерний воздух. На улице пахло листвой и приближением дождя. Изабелла поправила ворот пальто и пошла в сторону дома — её шаги были уверенными, но глаза постоянно скользили по теням.

Спустя пару кварталов, она замедлилась. Остановилась.

Шаги.Едва уловимые, но не отражение её собственных. Кто-то шёл за ней.

Её пальцы медленно потянулись к цепочке под кофты. Она вытащила ожерелье с красным камнем, сжала его в кулаке.

— Последний шанс, — произнесла она, и её голос эхом отозвался в переулке. — Покажись. Или пожалеешь.

Камень вспыхнул кроваво-красным, и по коже её рук побежали волны магии. Пальцы засияли, словно пульсировали жаром. Воздух вокруг задрожал — и небо словно стало темнее.

Изабелла медленно обернулась, теперь уже лицом к тени за её спиной.

Из темноты, почти лениво, шагнул силуэт. Высокий, мощный. Уверенный, как хищник, знающий, что ему нечего бояться. Тень материализовалась в мужчину. Его черты были резкими, взгляд — прожигающим.

Девкалион.

Изабелла сделала шаг назад, дыхание перехватило.

— …Не может быть… — выдохнула она.

Он усмехнулся, прищурившись.

— Что, я стал ещё красивее? — произнёс он, будто с флиртом в голосе. — Или ты просто скучала по мне, Изабелла?

Магия в её руках затрепетала, но она не отпускала ожерелье. Она не знала, обнять его или атаковать. Прошло шестнадцать лет. И всё это время она была уверена — он ушёл навсегда.

А теперь… он стоял перед ней.