Новенькая

Темнота наполняла помещение, где сидела Элизабет, обмотанная цепями, словно древним артефактом, не позволявшим ей использовать магию. Эти цепи, покрытые ржавчиной и загадочными рунами, скручивали её руки, сковывая движения и лишая надежды на спасение. В воздухе витал некий холод, а тени, танцующие на стенах, казались первыми предвестниками надвигающейся опасности.

Эли чувствовала, как каждое прикосновение цепей приносит ей боль и удушье. Она знала, что Ногицуне вот-вот придёт за ней, и время на исходе.Ведьма была беззащитна. Воздух наполнял тяжёлый запах плесени, а мрак окружал её, создавая атмосферу безнадежности.

Эли пыталась удержать в себе надежду, но с каждым вздохом чувство страха усиливалось. Она не знала, как долго она здесь. Резко, словно из глубины своей души, раздался звук — шаги приближались к ней. Она ощутила прилив адреналина и, собрав все силы, закричала:

— Кто-нибудь, помогите!

Дверь внезапно открылась, и в проёме появился силуэт.Девушка зажмурилась, пытаясь разглядеть, кто это. На пороге стояла Лидия, её лицо было искажено шоком, а глаза расширены от удивления.

— Эли?— произнесла Лидия с дрожью в голосе, очевидно, осознавая всю серьёзность ситуации.

Элизабет попыталась встать, но усталость и беспомощность не оставляли ей сил.
В сердце был страх, но в голосе звучала решимость, когда она говорила Лидии:
— Убегай! Убегай, пока он не пришёл!

Лидия, стоявшая в нескольких шагах, с тревогой посмотрела на свою подругу. Она не могла поверить, что Эли всё это время была у Ногицуне.Волнение переполнило её голос, когда она спросила:

— Почему ты не можешь колдовать?

Элизабет подняла взгляд, полон слёз, и ответила с тяжёлым вздохом:

— Эти цепи… Они древние. Они созданы, чтобы подавлять магию, и снять их может только другой человек или существо.

Лидия, не раздумывая, подошла ближе к Эли, её сердце билось быстрее от страха за подругу и решимости помочь. Осторожно, но твердо, она начала снимать цепи с рук девушки. Каждое движение было наполнено надеждой и отчаянием.

Когда цепи наконец свалились на пол, брюнетка почувствовала, как сила возвращается к ней, слёзы радости заполнили её глаза. Она бросилась в объятия рыжеволосой, их сильная дружба, казалось, освещала тьму вокруг.

— Я так скучала по тебе, — прошептала Эли сквозь слёзы, обнимая свою подругу.

— И я по тебе, — ответила Лидия, крепко сжимая её, словно боясь потерять снова.

Наконец, они отстранились друг от друга, и Лидия взяла Элизабет за руку. В её глазах горел огонь решимости.

— Пора нам выбираться и покончить с этим, — сказала она, словно клятва, полная мужества.

Ведьма кивнула, и их взгляды встретились, наполненные решимостью и надеждой. Они были готовы сразиться с тьмой вместе, оставив страх позади.

*******

Лабиринт был пронизан холодным воздухом, шумом капающей воды и треском старого камня. Лидия и Элизабет пробирались по узким коридорам, стараясь не издавать ни звука. Ноги девушек были уставшими от бесконечного бега, а сердца колотились в груди от страха. За ними шёл Лже-Стайлз. В его глазах горел дьявольский огонь, и каждое его слово звучало, как угроза.

–Вам не спрятаться от меня, — его голос разорвал тишину, глубоким эхом отразившись от стен катакомб.

Лидия остановилась на мгновение, пробежав рукой по каменным стенам, как будто надеялась найти в них спасение. Монтан, чувствуя, как ей не хватает сил, старалась не подавать виду, но отчаяние в её глазах невозможно было скрыть от подруги.

–Ты слишком слаба, Эли, чтобы противостоять мне! — усмехнулся Ногицуне, его голос напоминал смех демона. От этих слов сердце Элизабет сжалось, но она постаралась не поддаваться панике, глядя на Лидию, которая крепко сжимала её руку.

В этот момент, когда все казалось безнадежным, перед ними вдруг возник Стайлз. Его выражение лица было полным тревоги и решимости.Девушки поняли, что это был их друг.
–Эли! Лидия!— он заорал, и в его голосе не было ничего, кроме заботы и любви. Девушки замерли, не веря своим глазам. Стайлз шагнул вперед, его лицо освещалось мягким светом среди тьмы катакомб.

–Я рад видеть тебя, Эли, — сказал он, и в его голосе звучали искренние эмоции. Монтан бросилась в его объятия, и, наконец, слёзы радости и облегчения текли по её щекам. Она не могла поверить, что настоящий Стайлз вернулся, что они не одни, что помощь пришла в самый критический момент.

–Мы приехали спасти вас, — продолжал он, и взгляд Стайлза пронзил тьму, как меч света.

Ногицуне среди тени, в которой он прятался, взревел от ярости. Стайлз, собравшись с силами, шагнул вперед, полон решимости вернуть себя и своих друзей.

Лидия посмотрела на Элизабет с тревогой в глазах. В воздухе витал страх, но она знала, что сейчас нужно действовать.
–Эли, тебе нужно бежать! Мы сможем справиться, – произносила Лидия, стараясь говорить уверенно.

Монтан, стоя, крепко сжав руки Стайлза и Лидии, покачала головой.
–Нет, я не могу оставить вас.Я не могу бросить вас с ним,– решительно произнесла она, упрямо смотря на Лидию.

Лидия почувствовала, как её сердце замирает от отчаянной преданности подруги, но она понимала, что сейчас каждая секунда на счету.
–Мы справимся. Ты нужна остальным,– повторила она, стараясь передать всю свою уверенность.

Брюнетка, видя искренность в глазах Лидии, немного сомневалась, но всё же кивнула. –Хорошо,– произнесла она, полная решимости. Обняв сначала Стайлза, а затем и Лидию, она на мгновение задержалась, собирая всю свою силу и поддержку.
–Будьте осторожны, – прошептала она, и в её голосе слышался трепет.

Отпустив их, Элизабет, полная решимости, развернулась и побежала к единственному источнику света, готовая помочь своим друзьям, а Лидия и Стайлз остались наедине, полные надежды, что смогут одолеть грозящую опасность вместе.

*******
Когда Эли прибежала, её друзья бились с Они. Схватка была неравной. Девушка видела, как Айзек атаковал их громко рыча, а Кира, размахивая катаной, оттесняла от себя демонов.Друзья заметили её,кивнув им девушка начала сражаться с одним из Они.
Айзек, Скотт и Кира были в самом эпицентре битвы, сражаясь с демонами, которые, как тени, двигались быстро и бесшумно.

Кира с яростным азартом размахивала катаной, её движения были грациозными и уверенными. Каждое её взмах сопровождалось перекрестными ударами, а лязг стали напоминал музыку битвы. Она ловко уклонялась от атак самураев, чувствовала, как адреналин наполняет её.

Параллельно с Кирой Айзек, свойственный своей звериной натуре, тоже отбивал удары. Громкие рык и впечатляющие размеры сделали его внушительной фигурой на поле боя. Он силой повалил одного из противников на землю. Бурное рычанье Айзека переполняло атмосферу боевого азарта.
Скотт, тоже обретя облик оборотня, сражался с двумя одновременно. Он ловко использовал свою скорость, маневрируя между ударами, нанося удары. Его ярость и концентрация были олицетворены в каждом движении.
На безопасном расстоянии от основной части сражения находилась Эллисон. Она стояла с луком в руках, стараясь подмечать движение противников и подбирая момент для выстрела.

Вдруг внимание Эли привлёк один из Они , который крался к Арджент сзади, намереваясь атаковать. Но ведьма, не медля, использовала свою магию. Внезапно фиолетовые искры вспыхнули из её рук, и с мощным рывком она откинула нападающего противника в сторону, заставив его приземлиться на землю с громким стуком. Эллисон, увидев это, с переполненной благодарностью прошептала: «Спасибо», Элизабет кивнула.

Битва продолжалась, и Элизабет, окружённая тремя самураями, использовала свою магию, чтобы создать защитный барьер вокруг себя. Фиолетовые потоки энергии, выделяющиеся из её рук, словно вибрировали в воздухе, отражая атаки Они и подрывая их уверенность. Она излучала силу и уверенность, направляя волны своей магии на противников, заставляя их отступать и смещаться.
Сражение было беспощадным: каждый участник был погружён в битву, каждое движение было пропитано решимостью и борьбой за выживание. В этот момент их объединённые силы позволяли им противостоять угрозе, охватывающей всё вокруг.

Эли стояла на поле битвы, наблюдая за ужасной сценой, развернувшейся перед её глазами. Её сердце колотилось в груди, когда она увидела, как один из самураев, с холодным лицом и неумолимым взглядом, полоснул катаной по груди её парня Айзека. В этот момент мир вокруг неё замер — от шока её охватил прилив ярости и страха. Она не могла позволить этому самураю унести из жизни того, кто был ей так дорог.

Собравшись с силами, Эли шагнула вперёд, её глаза засияли интенсивным темно-фиолетовым светом. Она глубоко вдохнула и направила руки к самураю. В её голове заклокотала магия, готовая вырваться наружу.

–Conjuro et confirmo super vos Angeli fortes Dei– Эли начала произносить заклинание, каждое слово наполняя пространство вокруг вибрацией мощной энергии. Ветер закружился, поднимая вокруг неё пыль и растерянные листки, словно отзываясь на её призыв.–et sancti, in nomin magnum ipsius Dei! –самурай, почувствовав нарастающую магию, попытался поднять катану, но его движения были остановлены невидимыми оковами, которые ведьма накладывала на него. Он стоял, совершенно неподвижный, с недоумением в глазах, понимая, что попал в ловушку. Элизабет продолжала читать заклинание, и с каждым произнесённым словом её силы возрастали.

Вдруг из её глаз потекла кровь — напряжение от использования такой мощной магии давило на её сознание, но она не могла остановиться.
Заклинание достигло своего пика, и мощная волна магии вырвалась из её рук, сталкиваясь с Они. Взрыв света и тьмы разразился в воздухе, потрясая пространство вокруг. Остальные прикрыли глаза от яркости, когда её противник рухнул наземь, взорванный силой её заклинания. Остальные Они отшатнулись, испуганные тем, что только что произошло, даже Ногицуне наблюдавший издалека был шокирован.
Её друзья, наблюдая за этой сценой, были парализованы от удивления. Они никогда не видели Эли такой — её магия была прекрасной и одновременно ужасающей, а её решимость поразила их до глубины души. Элизабет, истощенная, но полная решимости, повернулась к друзьям, её глаза всё еще мерцали фиолетовым светом.

Вдруг в воздухе раздался резкий свист – и всё изменилось.

Эли заметила, что взгляды остальных вдруг изменились, словно время замедлилось. На мгновение всё вокруг стало немым и неясным. Она увидела, как сверкающий меч плавно пробежал через воздух, а затем один из Они развернулся и отошел, как будто ничего не произошло. Эллисон уклонилась в неприметный момент, и лишь потом Элизабет поняла, что это не просто игра света.
Когда Эллисон осела на землю, мир вокруг ведьмы перестал существовать. Она почувствовала, как сердце её сжалось в груди.
–Эллисон! – закричала она, её голос пронзил тишину, и этот крик стал единственным звуком, который перекрывал непонятный гул в ушах. Все вокруг вдруг утихло.

Она могла видеть только одно – как Эллисон падала, и в её глазах отражалась растерянность и страх. Её мир, казалось, разрушился в одно мгновение.

Скотт, инстинктивно подхватив Эллисон на руки, прижал её к себе, но этот момент стал для Эли вечностью. Она вскочила, но ноги её не держали, и она едва могла сделать несколько шагов. Глаза её тряслись от ужаса, в то время как её разум отказывался верить в происходящее. Она слышала, как её голос снова звучит, но слова были бессмысленными.

Когда Монтан добралась до них, она начала быстро говорить о магии, о том, как можно помочь. Но Эллисон, прикрыв глаза, тихо произнесла:

–Нет, всё нормально...–. Эти слова были как нож, нанесший новый удар в сердце Элизабет. Словно сама Арджент пыталась успокоить её, хотя сама была в отчаянии.

Айзек подхватил Эли, его голос был тихим и успокаивающим, но никакие слова не могли заполнить пустоту, образовавшуюся в её душе. В тот момент всё исчезло – мир, ощущения, чувства – осталась только бездонная тьма, в которой она потерялась.
Айзек нежно обнимал Эли, прижимая её к себе, как будто искал способ сделать хоть что-то, чтобы облегчить её боль. Сердце его сжималось от горя, когда он чувствовал, как её тело дрожит от слёз, текущих по её щекам.
Но в тот момент, когда он прижимал её к себе, что-то изменилось. В её глазах пробежал блеск, необычный и тревожный, и вскоре они засияли ярким тёмным фиолетовым светом.

В его объятиях она внезапно дернулась, будто пробуждаясь от страшного сна. Лицо Эли исказилось от ярости, и Айзек почувствовал, как её тело наполнилось мощной энергетикой. Она выпрыгнула из его объятий, словно её кто-то проколол иглой. Взгляд её становился все более диким, а вокруг неё начала сгущаться тьма, которая поднималась, образуя вихрь из магической силы.
Они, как тени, стояли перед ней. Она не могла больше сдерживать свою ярость. В воздухе раздавались треск и шёпот неконтролируемой магии, каждый её жест сопровождался вспышкой фиолетового света. Ведьма произносила заклинания, ни разу не открывшие свои губы; её энергия сама направляла силы, о котором она даже не подозревала.

Каждое заклинание, выпущенное из её рук, отражало вселенскую боль и ненависть.Противники пытались атаковать её, но она с легкостью отражала их удары, словно сама магия защищала её от ударов Они. Невидимые волны магии расплавляли воздух вокруг, искрящийся фиолетовым сиянием, и вскоре казалось, что сама атмосфера была напоена её гневом.

Но когда она была готова завершить своё мщение, всё изменилось. В один ужасный миг Они исчезли, словно их не было никогда. Элизабет замерла от невыносимого разочарования, не успев отомстить. Она закричала — это был крик, в котором смешивались ярость, горе и чувство бессилия.

******
Элизабет шла к дому Айкена, её сердце колотилось от волнения и предвкушения.Ведь девушка никому не рассказала,куда она идёт.Сгущающиеся сумерки окутывали окрестности, и лишь редкие фонари могли хоть немного разгонять мрак. Она следила за своим шагами, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Здание выглядело внушительно и даже слегка пугающе — серые стены, завуалированные тайнами, скрывали множество историй.

Когда девушка подошла к воротам, то заметила охранника, стоящего на посту. Он был высоким и мускулистым, его силуэт выделялся на фоне мрака. Монтан выпрямила спину и, причесав волосы, направилась к нему, излучая уверенность и обаяние.

— Привет, красавчик, — произнесла она, флиртуя. Её голос был мягким и манящим, а глаза сверкали озорным искорками. — Ты такой высокий и сильный, что я почувствовала себя настоящей лилипуткой рядом с тобой.

Охранник, слегка смущённый, улыбнулся и покачал головой. Они отошли немного подальше от ворот, чтобы обсудить возможность пропуска. Элизабет умело вела разговор, использовала каждый момент, чтобы утешить его тщеславие. Но в какой-то момент её глаза сохраняли яркий и проницательный взгляд.

Внезапно Элизабет резко схватила его за голову.

–Tirinum, portanis, felintas!– В её руках засияло мерцающее свечение, когда она произносила заклинание. Её голос звучал уверенно и зловеще, и в воздухе ощущалось нарастающее напряжение.
С каждым произнесённым слогом воздух вокруг стал клубиться, а в глазах ведьмы заблестели искры магии. Она сосредоточилась, погружаясь в процесс, и её облик начал мерцать, как будто её тело растворялось в воздухе. Волосы распустились, и вдруг она начала приобретать черты парня. Он казался удивлённым, но не мог вырваться из её захвата — его взгляд был прикован к её лицу, которое постепенно изменялось, стирая все её женственные черты. На мгновение время замерло, и, когда заклинание завершилось, ведьма уже приняла его облик, став копией мускулистого парня, которого она держала.

— Что... что происходит? – запинаясь произнёс мужчина.
– Тебе пора поспать, – произнесла девушка, её глаза засветились фиолетовым. – Ad somnum!

Во мгновение ока охранник, все ещё удивлённый, начал моргать и медленно терять сознание. произнес он, но слова не успели вырваться из его губ, как он уже провалился в бездну сна.

Наконец отпустив его, она аккуратно перетащила тело охранника подальше от прохода, уворачиваясь от возможных взглядов. Она понимала, что нужно скрыть его, чтобы никакие подозрения не упали на её персону. Он больше не был преградой для её намерений.

****
Парень-охранник, одеяние которого было простым, но аккуратным, шагал по длинным коридорам психиатрической больницы. В его глазах читалось спокойствие, но на самом деле он был насторожен. Каждый раз, когда он проходил мимо камер и слышал сдержанные стоны, заунывные разговоры и иногда истерические смехи, его сердце начинало колотиться быстрее. Он искал кого-то.

Спускаясь по холодной, стальной лестнице, он чувствовал, как атмосфера вокруг него меняется. Каждый шаг отдавался эхом, и чем глубже он опускался, тем более зловещей становилась обстановка. Внезапно, как будто сама реальность начала искажаться, его облик стал мерцать, как растрескавшееся стекло.

–Черт, тут же магия не работает,— пробормотал он, осознавая, что его обычная маскировка больше не действует. Лицо его стало расплываться, а затем в воздухе повисло завораживающее мгновение.

Вдруг он изменился, и на месте парня возникла девушка. Её длинные волосы стройно спадали на плечи, а глаза сверкали.

Эли аккуратно спустилась вниз, ощущая волнение, которое только подстегивало её решимость. Вниз, в самую глубину заведения, где заключенные, несомненно, были самыми опасными и непредсказуемыми. Она шла по коридору, где клетки со звучащими в них шепотами и криками были более чем зловещими.

Брюнетка проходила мимо остеклённых камер, с жутким напряжением в сердце. Внутри них содержались самые опасные заключённые — существа, порождённые кошмарами и древними легендами. Тени шевелились на стенах, и порой казалось, что тёмные фигуры, запертые внутри, шепчут друг другу угрозы и истории о своих злодеяниях. Девушка едва сдерживала дрожь, но желание помочь себе и спасти близких заставляло двигаться дальше, вглубь этого зловещего места.

Углубившись в тёмные коридоры, Элизабет остановилась, заметив женщину с длинными чёрными волосами, сидящую спиной к ней. В её позе была скрыта некая подавленная сила, а воздух вокруг нестерпимо густел от магии, исходящей от неё.
Девушка тихо произнесла имя:
–Дженифер…
–Так и думала, Лиззи, когда-нибудь ты придёшь ко мне за помощью, — раздался холодный, но мелодичный голос. Женщина обернулась, и в её ярких глазах промелькнула настороженность, смешанная с интересом.

Элизабет собрала все силы и призналась, что ей нужна помощь:
–Мне нужна помощь ослабить Ногицуне.
–Я знаю, — сказала бывшая ведьма, её голос был почти шёпотом, полным тайны и угрозы. Атмосфера вокруг них менялась,будто сама тьма поддавалась её воле. –Но ты не понимаешь, — продолжала Дженифер, её взгляд стал суровым, — у тебя ничего не получится. Он злой дух, которому уже тысяча лет. Его сила бесконечна.
Монтан почувствовала, как страх сжимает её сердце, но надежда всё же не покидала её.

– Но есть один вид магии, — произнесла Блейк, — который поможет одолеть его. Но это темнейшая магия....Экспрессия!. Она сделала паузу, давая Элизабет время осознать всю тяжесть своих слов. –Экспрессия может развратить разум. Даже самая сильная ведьма может сойти с ума, потерять себя, потерять всё!

Элизабет смотрела на Дженифер, понимая, что каждая секунда тянулась как вечность. В голове возникали мельчайшие сомнения, но вполне понятная тёмная притяжения магии манила её. Она понимала, что если не сделает этого, то городу конец.

–Я готова, — с решимостью произнесла Эли, её голос не дрожал, несмотря на немыслимую опасность. Мгновение тишины затянулось, затем Дженифер кивнула, но в её глазах заблестело что-то пугающее, предостерегающее.

–Встав на этот путь, ты никогда больше не вернёшься назад, — произнесла она, и в её улыбке вновь появилось что-то зловещее. Элизабет сделала шаг вперёд, и в этот миг она поняла, что выбор сделан.

******

Ребята находились в ветклинике. Обсуждаю как победить Ногицуне.            

— Стайлз и Кира сказали что его сдерживал Неметон. —сказал Скотт.             

— Проблема в том что вы боретесь даже не с человеком, он просто дух, что принял облик человека. — ответил Дитон.                   

— Раз его один раз уже поймали, значит можно сделать это снова. — произнесла Лидия.Эли посмотрела на неё.

– Я попытаюсь ослабить его магией, – решила сказать Монтан.Ребята посмотрели на неё.

– Но...

— Дитон, Ногицунэ же сейчас в теле Стайлз? — спросила ведьма.

— Да, но это не совсем его тело. От него осталась только оболочка.

— Значит он сейчас магическое существо?

—Эли, к чему ты сейчас клонишь? — решила спросить рыжеволосая.

— Ногицунэ сейчас магическое существо, а значит я смогу высосать из него большую часть магии, ослабляя его.

— Элизабет, ты должна понимать,что Ногицунэ - это тёмный дух, если ты и сможешь высосать из него магию, то только тёмную. Она может поразить тебя. — сказал Дитон.

– Эли, но..

– Айзек, я смогу. Поверьте я смогу выкачать магию из Ногицуне. – ответила Эли, прерывая Лейхи.

******

Ребята пробрались в школу, но вместо коридора предстал перед ними зимний лес. Двери сзади закрылись. Эли и Лидии было холодно, ведь они были одеты не по погоде.

Теперь они увидели Ногицунэ, в другом воплощении, он был весь в бинтах. Кира достала катану, приготовившись к драке. Эли была готова отбить магией, в её руках появилось свечение.

— Я же говорил Стайлз, мы убьём их всех. Одного за другим. — говорило существо.

Появился один из Они, он решил напасть на Киру. Ещё один, но стоит рядом с Ногицунэ. И ещё один сзади. Ребята тихо отходили назад.

— Что это за чертовщина? Где мы? — спросил Скотт.

— Между жизнью и смертью.

— В бардо — ответила Мартин.

— Только тут нет мирных божеств. Ты умираешь Стайлз. И сейчас все кто тебе дорог, тоже умирают. — говорил Ногицунэ.

— Что? Ты о чём? — спрашивает Стайлз.

— Я захватил почти все территории на доске, Стайлз. Больницу, полицейский участок. А теперь и ветличебницу. — говорил Ногицунэ. Эли переглядывалась с Кирой и подходя ближе друг к другу. Лидия прижималась к Стайлзу.

Эли, не упуская ни секунды, сосредоточилась, вызывая своюмагию. Её глаза засветились, и внезапно, как будто невидимая волна обрушилась на врагов, двое Они полетели прочь, оставляя за собой только шлейф света.

Рядом с Кирой разгорелся бой: она сжимала в руках остро отточенную катану, её лезвие сверкало, отражая свет и искры, которые возникали при столкновениях. Один из Они, атаковавший её, был быстр и хитер, но Кира не сдавалась. Каждое её движение было выверено, как будто она и катана составляли единое целое. Они плясали в смертоносном танце, где каждый шаг мог стать последним.

Вдруг в громе битвы раздался крик Элизабет, полон отчаяния и страха.

– Это не по-настоящему! — воскликнула она, её голос рвался сквозь шум сражения. Скотт резко обернулся, не веря своим ушам, и пристально посмотрел на Эли. Он был полон недоумения: ее слова не оставляли его равнодушным, но как можно считать эту реальность иллюзией, когда Они сражались так, как будто их удары могут причинить настоящую боль?

— Но бьют то они по-настоящему! — воскликнул он, все еще не понимая, как Эли могла так уверенно говорить о том, что происходило. Он все еще ощущал тяжесть ударов противников, слышал их резкие крики и металлический скрежет.

Эли, собравшись с силами и собравшись с духом, лишь коротко ответила:

–Это всего лишь иллюзия. Они не могут причинить вреда.

Её уверенность будоражила Скотта, но разум его все же искал логическое объяснение происходящему. Каково было бы сражаться с нечто, что выглядит вполне реальным, но на самом деле не было?

Девушка повернулась в сторону и увидела, как Стайлз направлял лезвие Катаны себе в живот.

— Стайлз нет! — крикнул Скотт.

— А если это спасёт тебя, если это спасёт всех нас! — говорит Стайлз.

Эли подошла к парню вплотную. 

— Это не по настоящему. Поверь мне! Опусти катану. Он этого и добивается! Он хочет чтобы мы сражались здесь! Он… — Монтан задумалась. 

— У вас больше не осталось ходов. — проговорил за спиной существо. Стайлз начал оглядываться. Он понял. Элизабет почувствовала, как кто-то приближается сзади.

— А вот и есть. — парень кинул катану ведьме, она успешно поймала её и развернулась приставляя оружие к горлу Ногицунэ.             

— Божественный ход — сказала девушка с ухмылкой на лице. 

— Хватит с ними сражатся. — Лидия крикнула. и подошла к Стайлзу настолько близко, насколько можно представить.

— Эли права. Это иллюзия.

Ногицунэ отошёл назад. Впереди него в две колонны встают Они.Скотт подходит ближе и проходит первый. Раз царапина. Два порез. Три насквозь. Но вцепляется в Ногицунэ и расталкивает им дверь. Ребята теперь в школе.Теперь на них не было порезов и глубоких ран. 

— Мы впорядке. Мы. — не успевает сказать МаКкол как его откидывают в шкафчики.

Лидия и Стайлз отходят назад. Киру откидывают в противоположную сторону.

— Это моя игра! Хотите обыграть меня в моей же игре?! — спрашивал Лже- Стайлз.

— Божественный ход! Божественный ход! Думаете у вас остались ходы? Вы можете убить Они, но меня, меня? Мне 1000 лет, вы не можете убить меня! — кричал Ногицунэ идя на Лидию со Стайлзом.

— Но мы можем изменить тебя! — сказала Лидия.

— Что?

Внезапно рядом с ним возникла Эли с полным решимости взглядом. Она подошла к Ногицуне с решимостью, схватив его за лицо. В ее глазах разгорелся фиолетовый свет. Ведьма начала читать заклинание: – La candidat au somme la toxique cantus!–ее голос звучал тихо, но уверенно, наполняя пространство силой.

–La candidat au somme la toxique cantus!– В этот момент темная магия, исходившая от Ногицуне, зашевелилась.Брюнетка, сосредоточив всю свою энергию и волю, направила свои силы на извлечение магии из существа. Постепенно она чувствовала, как тёмная магия покидает Ногицуне, ослабляя его.

Но внезапно черные вены начали изливаться из тела Ногицуне, обвивая Эли, как стальные пряди. Эти тёмные узоры начали стремительно разрастаться, охватывая ее руки и ноги, ползущие к лицу. Монтан почувствовала, как магия Ногицуне проникает в нее, охватывая ее, как зловещая паутина. Черные вены становились все более отчетливыми, и она заметила, как они стремятся к ее глазам, пронзая ее светлую сущность.

В этот момент в коридоре поднялся сильный ветер, свирепо трепля волосы девушки, словно пытаясь избавить ее от этого существа. Свет фиолетового цвета заполнил коридор, создавая контраст между тьмой Ногицуне и светом, излучаемым Эли. Ее друзья, стоящие в тени, прищурились, не в силах поверить в то, что видели — эта борьба между светом и тьмой развивалась прямо перед ними.

Но вскоре черные вены достигли глаз Эли, и весь фиолетовый свет вдруг погас, заменившись мрачной тенью. Глаза девушки стали абсолютно черными, и в ту самую секунду, когда ее сущность была на грани падения, произошла мощная вспышка. Эли сумела сконцентрировать остатки своей магии и, сделав последний решающий вздох, выкачала всю темную магию из тела Ногицуне.

В результате заклинания, высвободившегося из ее уст, вокруг раздался оглушающий гул, и с Ногицуне, как с проклятого создания, сбежали все темные энергии, оставляя только ослабленное и бессильное тело. Эли, ослабленная, но победившая, подняла голову ее глаза вновь вспыхнули фиолетовым светом.

— Нельзя одновременно быть лисой и волком. — говорит Стайлз.

Сзади подлетает Скотт и кусает парня. А после Кира поражает его катаной. Парень садится на колени. Он начинает кричать. Слышется гром. Перебои света.

Из рта Ногицунэ вылетает муха, в дали Айзек ловит её в шкатулку. Сосуд Ногицунэ, словно фарфоровая кукла трескается, а после разбивается об пол в пыль.

Стайлз падает на пол.

*******

Стайлз просыпается. Это был просто обморок.Эли стояла рядом с Лейхи.

— О боже, я что упал в обморок? Мы живы. Мы все живы? — говорил Стайлз.

— Да мы впорядке. — ответила девушка. А после попыталась растрепать волосы Айзека. Парень начал смеяться.

*******

Посреди темной ночи тишину разрывает резкий всхлип: девушка просыпается, её сердце колотится в груди, как будто пытаясь выпрыгнуть. Кошмар, преследовавший её в сновидении, оставляет чувство тревоги в воздухе. Она потирает глаза, пытаясь выпрямить мысли и распутать неясные образы, но страх по-прежнему сжимает её в своих ледяных объятиях.

Эли встаёт с постели, ноги чувствуют себя тяжелыми. Она делает шаг к углу комнаты, где тускло светит ночник, его блеклое свечение едва разгоняет мрак. Собравшись с силами, она подходит к зеркалу, которое висит на стене.

Зеркало отражает её. На первый взгляд, она видит себя — привлекательную девушку с тёмными волосами, что струятся по плечам, и глубокими голубыми глазами, которые светятся даже в полумраке. Однако это отражение кажется ей знакомым, но в то же время слишком далеким. После кошмара страх возвращается с новой силой, и её взгляд прикован к собственному лицу.

Вдруг что-то меняется. По коже под глазами начинают расползаться тёмные вены, как будто магия пробуждает что-то зловещее и древнее. Эти тёмные линии, постепенно начинают покрывать её щёки, и тень, нависшая над её душой, словно оживает.

Глаза девушки, которые прежде светились ярким небом, начинают темнеть. Чёрные облака завладевают её зрачками, поглощая всю искренность и надежду. Она себе не верит, не понимает, что происходит. Но на этом отражении, этом исказившемся зеркале, она внезапно замечает — тень, зловещая сторона её, уже смеётся.

Элизабет слышит тишину, а в ней эхом звук уха, нарушаемый зловещим хохотом, который явно не принадлежит ей.

В панике она делает шаг назад, но её отражение остается неподвижным, и пока она пытается отстраниться, её зловещий двойник продолжает смотреть на неё с угрюмой усмешкой — своим холодным, пронизывающим взглядом, который в какой-то момент становится слишком близким, слишком знакомым.