глава16
Зайдя в спальню, он осторожно положил Ынче на ее кровать и встал рядом. Муж спокойно глядел на нее, засунув руки в карманы темно-синих брюк-карго (п.п.: штаны свободного покроя с большими накладными карманами на бедрах). Ей нравилось, как Ники выглядел в них. Брюки сидели низко на бедрах и выгодно подчеркивали безупречную задницу. В этих брюках и своей любимой застиранной обтягивающей серой футболке с логотипом Бэтмена Рики был воплощением мужского совершенства. Впечатление не портили даже всклокоченные волосы и двухдневная щетина. У Ынче перехватило дыхание от внезапно охватившего ее желания.
Ники прищурился, внимательно глядя на покрасневшее лицо Ынче. Уголки его губ потянулись вверх, но тут он широко зевнул и потянулся. Его футболка задралась, открывая загорелый накаченный живот. Ынче чуть не простонала вслух, с трудом подавляя желание протянуть руку и погладить его.
Наконец, Ники перестал потягиваться и покрутил головой, разминая шею.
- Что-то я устал, – сказал он и присел на кровать.
Ынче поспешила отодвинуться подальше, но Ники проигнорировал ее движение и откинулся назад. Его футболка снова задралась, и Ынче уставилась на соблазнительный торс мужа.
Ники поднял руки – еще больше оголяя свой живот – прикрыл ими лицо и опять вздохнул.
- Позволь я полежу здесь немного, cara. Мне нужно перевести дух после того, как я снес тебя вниз. За последние несколько месяцев ты набрала несколько кило.
Ынче была так очарована видом мужа – лежавшего чуть наискосок от нее, словно фуршет перед голодной женщиной, – что не сказу осознала сказанное Ники. А, когда поняла, ударила по его бицепсу.
Губы Ники растянулись в ленивой улыбке.
- Ты бьешь, как девчонка, – хмыкнул он.
Ынче снова попыталась его ударить, но в этот раз Ники был готов. Он поймал ее руку, потянул и затащил Ынче на себя. Она постаралась скатиться с него, но Ники приобнял ее за талию и с легкостью удержал на месте.
- Отпусти меня, – сквозь сжатые зубы потребовала Ынче.
Она продолжала извиваться в объятиях мужа, пока, наконец, не выбилась из сил. Ладонями Ынче упиралась в широкую грудь Ники, стараясь удерживать верхнюю часть своего тела подальше от него. Одна нога Ынче свисала с кровати, а вторая была зажата между ног мужа.
Ники спокойно лежал с закрытыми глазами и могло показаться, что он и правда спит. Лишь когда Ынче перестала елозить, он лениво приоткрыл глаза и устало попросил:
- Просто расслабься, cara.
- Не могу я так расслабиться, – прошипела Ынче.
Простонав, Ники неохотно повернулся, укладывая себя и жену в середине кровати. Теперь он лежал на спине, закинув одну ногу на другую, а Ынче вытянулась рядом, упираясь макушкой в его подмышку. Одной рукой Ники по-прежнему обнимал Ынче за талию, а вторую положил себе под голову. Как ему удалось перевернуть их, не выпустив ее из объятий, оставалось для нее загадкой.
- Ты так и не расслабилась, – заметил Ники после нескольких минут молчания.
Ынче подняла голову и хмуро уставилась на него.
- Не расслабилась и не расслаблюсь, пока ты не уйдешь, – прошипела она.
- Я не уйду, и ты сама в этом виновата. – Ники равнодушно пожал плечами.
- Это как же?
- Нарушив указания врача, – сонно пробормотал он. – Только, находясь здесь, я могу быть уверен, что ты останешься в постели.
- Я не буду заниматься с тобой сексом, Ники!
Многострадальный вздох мужа, раздавшийся в ответ, еще больше разозлил Ынче.
- Конечно. Но будешь со мной спать, – сообщил Ники не терпящим возражений голосом.
Ынче спорить не стала, но и не расслабилась.
Ники между тем одной рукой начал легонько поглаживать бок Ынче, а другую прижал к животу - к тому месту, где сейчас отдыхал их ребенок. Ынче еще больше напряглась, но вскоре под успокаивающими ласками мужа расслабилась и почти задремала.
- Ты уже думала об имени для ребенка? – спросил Ники примерно полчаса спустя.
Все это время они провели в уютной тишине, и Ынче так разомлела, что даже не возмущалась, что муж затронул запретную, по ее мнению, тему.
- Хммм… – пробормотала она. – Мне нравятся имена Дио и Сонджун, возможно, Лиам. Но я все же склоняюсь к Элану…
Ынче неловко замолчала и надеялась, что Ники не обратит внимания на ее слова.
Напрасно надеялась.
- Элан? – словно мимоходом поинтересовался он. – Эланий?
«Дура! Ну, ты и дура! Зачем сказала, что собираешься назвать сына в честь его второго имени?!», – отругала себя Ынче.
Но Ники больше ничего не стал уточнять, и Ынче постепенно успокоилась.
- А что насчет имен для девочки? Не думала? – через несколько минут спросил он.
«Конечно, не думала. У меня будет сын!» – мысленно буркнула Ынчн, но вслух отвечать не стала.
- Мне нравятся Лили и Суджин, – мечтательным голосом произнес Сандро, поглаживая выступающий животик Терезы. – У Лили могут быть темные волосы, как у меня, и красивые зеленые глаза, как у тебя. А у Суджин – твои шоколадные волосы и мои глаза. Лили будет милой и послушной, а Суджин темпераментной. Ей будет нравиться…
- Хватит! – прервала его Ынче – Никакой Лили или Суджин! Будет милый и очаровательный Лиам или Дио, возможно, Сонджун или Элан с моими рыжими волосами и зелеными глазами!
Ники никак не отреагировал, молча, продолжая нежно гладить животик жены. Однако вскоре его движения замедлились, а затем и совсем остановились. Ынче ощутила, как отяжелела его рука, и услышала тихое похрапывание.
Ники уснул.
Ынче тихо вздохнула и тоже погрузилась в сон.
Комнату заливал теплый оранжевый свет заходящего солнца, когда Ынче открыла глаза.
«Часов пять проспала, не меньше», – подумала она и лениво зевнула.
Ынче было тепло и уютно лежать под боком Ники, используя его грудь, как подушку. Правая ладонь Ынче покоилась под ее щекой, а левая… Тереза напряглась, поняв, куда именно забралась ее своенравная рука – она накрывала выпуклость на промежности Ники. И эта выпуклость быстро увеличивалась и твердела под ее ладонью.
- Не паникуй, – прогрохотал голос Ники – его вибрацию Ынче ощутила под своей щекой. – Это просто… в этом нет ничего такого…
- Судя по ощущениям, есть, – прошептала Ынче, осипнув из-за долгого сна.
Первым ее порывом было немедленно отдернуть руку, но вместо этого, к своему удивлению, Ынче нежно, почти осторожно, сжала ладонь.
- Madre de Dio, cara… – прохрипел Ники. – Что ты делаешь?
- Ничего, – пробормотала Ынче.
Она поглаживала Ники так же, как он гладил ее, прежде чем они уснули, но, конечно не так невинно.
- Ынче, – напряженным голосом пробормотал Ники, – милая, если ты продолжишь, то не думаю…
- Вот и не думай, – промурлыкала Ынче и, подняв голову, взглянула в умоляющие карие глаза мужа.
- Что на тебя нашло, cara?
Честно говоря, Ынче и сама не знала. Дело в том, что последние несколько месяцев ей ужасно не хватало Ники в ее постели, ее руках и внутри нее. Отчасти в этом были виноваты бунтующие гормоны, но в основном все же любовь и желание к мужу, которые она никак не могла побороть.
- Ынче, не уверен, что именно это имел в виду врач, прописывая постельный режим. К тому же, на самом деле ты этого не хочешь, – проговорил Ники и убрал руку Ынче от своего теперь полностью возбужденного члена.
- Хочу, – запротестовала Ынче и попыталась вырвать руку.
- Нет… ты… э-э… твои гормоны… из-за беременности они вышли из-под контроля, поэтому ты так себя чувствуешь…
Ники запнулся, когда стройное бедро женв переместилось туда, где моментом ранее находилась ее ладонь. Он беспомощно простонал и чуть ослабил хватку. Ынче тут же воспользовалась этим: перекинула через Ники ногу и оседлала его.
Ынче чуть сдвинулась, прижимаясь к Ники. Он беспомощно откинулся на подушку, его руки легли на бедра Ынче, притягивая ближе к себе. Видя это, она удовлетворенно улыбнулась. Чтобы сохранить равновесие, она уперлась руками о грудь Ники и продолжила чувственно тереться об него.
- Думаю, ты прав насчет гормонов, – задыхаясь, проговорила она. – Мое тело желает тебя, но не разум.
Сумбурные чувства, которые охватили Ынче, затуманили взор ее ярко-зеленых глаз. Карие глаза Ники в ответ отразили бурю эмоций, но он тут же беспощадно их подавил.
- Шшш… милая. Я читал, что беременные женщины иногда… ну, большую часть времени, охвачены… – Ники замолчал, подбирая правильное слово. Но ему было сложно сосредоточиться – на лбу выступил пот, глаза остекленели.
- Похотью? – подсказала Ынче и была поражена тем, как тело мужа замерло под ней. Прежде она никогда не произносила это слово, хотя сам Ники частенько его использовал.
- Да, – неловко прокашлявшись, сказал он.
- Именно так я себя и чувствую – похотливо, – повторила Ынче наслаждаясь смущением мужа.
Бедра Ники начали слегка приподниматься при каждом неспешном движении Ынче, и ей нравилось, что сейчас власть сосредоточена в ее руках.
- Ты сказала, что не будешь заниматься со мной сексом, – с отчаянием напомнил ей Ники, прерывисто дыша. – К тому же мы не можем заниматься сексом, пока у тебя постельный режим.
- Но поразвлечься-то мы можем? – она улыбнулась, глядя на шокированное лицо мужа. В этот момент она напоминала довольную кошку, укравшую сметану.
Ники проглотил мучительный крик удовольствия, когда Ынче сильнее надавила на его член. Его глаза лихорадочно блестели, черты лица заострились от усилий, которые он прикладывал, чтобы сдержать себя. Ники запустил руку во взъерошенные волосы Ынче и потянул ее к себе. Их губы почти соприкоснулись, но Ынче с безмятежной улыбкой уперлась ладонями в быстро вздымающуюся грудь Рики и оттолкнулась. Он неохотно позволил ей отстраниться – очевидно, в данный момент он согласился, чтобы именно Ынче контролировала происходящее.
- Ынче, пожалуйста, – взмолился он… – поцелуй меня. Мне нужно почувствовать вкус твоих губ… per favore (п.п.: итал. «пожалуйста»).
Ынче покачала головой.
- Никаких поцелуев. Они слишком… – она запнулась.
Тело Ники напряглось, словно натянутая струна.
- Они что, cara ? – потребовал разъяснений он.
- Слишком интимны, – прошептала она.
Боль, отразившаяся в обычно нечитаемом взгляде Ники, потрясла и обескуражила ее.
- То, что мы делаем сейчас, для меня довольно интимно, cara, – прошипел он.
- Я просто… нуждаюсь в тебе… – всхлипнула Ынче.
- Не во мне. – Сандро покачал головой. Обхватив Ынче руками за талию, он толкнулся в нее бедрами. – В этом.
- Да! – вскрикнула она, вздрагивая от удовольствия. – Пожалуйста…
- Прости, но я не позволю тебе вот так себя использовать. – Голос Ники заскрежетал от эмоций.
- Почему? – прошептала Ынче. Слезы разочарования и гнева заструились по ее щекам. – Ты точно так же использовал меня и пресекал всякую интимность. Ни поцелуев, ни объятий, никакой близости или тепла. Ты не давал мне ничего, кроме необходимого, и сейчас я того же хочу от тебя.
- Так это месть? Хочешь показать мне, каково это быть использованным? Если так, то ты прекрасно справилась. Считай, что я хорошо усвоил твой урок.
Ники легко, словно пушинку, снял с себя Ынче и положил на кровать. Она свернулась в клубочек, заливая покрывало слезами.
- Я не пытаюсь отомстить или что-то показать, – запротестовала она. – Я просто не хочу снова привязаться к тебе! Не желаю снова начать думать, что между нами есть что-то кроме физического влечения. Еще раз такую ошибку я не допущу!
- Mi dispiace, cara (п.п.: итал. «извини меня, дорогая»), – с сожалением произнес Ники, поднялся с постели, засунул руки в карманы брюк и посмотрел на Ынче. – Это твое желание я исполнить не могу.
- Но раньше же ты так делал, – напомнила Тереза, садясь на кровати и сердито утирая со щек слезы. – Мы можем просто вернуться к этому.
- Я не вернусь к тому, что было, – резко ответил Ники. – Никогда.
- Я не в твоем вкусе, Рики, и знаю об этом. – Ынче старалась говорить небрежно о том, что до сих пор ранило ее, и игнорировать разочарованное рычание Ники. – По сравнению со всеми этими моделями и актрисами я выгляжу невзрачной. Но раньше ты, казалось, мирился с этим, и, возможно…
- Ты на комплимент нарываешься? – Ники нахмурился, скептически глядя на нее. – Не можешь же ты всерьез говорить всю эту чушь.
Ынче растерянно взглянула на Ники, и тот разразился недоверчивым смехом.
- Но как еще объяснить то, что ты едва смотрел на меня? – спросила Ынче.
Ники перестал смеяться и поморщился, словно от боли, услышав нотки мучительного стыда в ее голосе.
- Я знаю, насколько тебе было противно прикасаться ко мне, – продолжила Ынче. – Хоть я и была девственницей, но все же понимала - если мужчина напивается в брачную ночь, а после секса сбегает в ванную, чтобы смыть с себя запах и прикосновения, то считает женщину в своей постели отталкивающей.
Тяжелый грохочущий звук вырвался, казалось, прямо из груди Ники. Он потер ладонями лицо, а затем прошелся по волосам, ероша их. Казалось, он не знал, как ответить на мучительные признания жены.
Наконец, с беспомощным стоном он сел рядом с ней и притянул ее к себе на колени. Ники повернул ее так, чтобы она снова оседлала его, крепко обнял и прижал к груди, словно заключая хрупкую фигурку жены в клетку, созданную его телом.
- Ынче, – простонал Ники, зарываясь лицом в ее мягкие ароматные волосы, – я хочу тебя. Я всегда тебя желал, cara.
Ники обхватил голову Ынче ладонями и заставил посмотреть на себя. Он словно хотел силой воли заставить ее поверить в правдивость своих слов. Но Ынче так и не смогла понять, искренен ли он.
- Тебе не нужно врать, Ники, – прошептала она.
Опустив голову на плечо мужа, она обняла руками его широкую спину и почувствовала себя в полной безопасности.
- Прости, что опять заговорила об этом. Мне жаль, что я снова ткнула тебя носом в наше прошлое. Я знаю, в какой непростой ситуации ты тогда оказался, и…
- Перестань, Ынче…
Ники прервал поток ее слов, которые она сама, похоже, не могла остановить.
- Просто перестань, cara. Да, тогда я утратил контроль над своей жизнью. Наша ситуация была и остается сложной. Но это не значит, что я должен был обращаться с тобой так ужасно. И это точно не значит, что я не хотел тебя. Большинство ночей я еле мог удержать при себе руки.
- Правда? – Ынче подняла голову с плеча Ники и посмотрела в его помрачневшее лицо.
- А зачем, по-твоему, я настаивал, чтобы мы спали в одной кровати? Затем, чтобы мне не нужно было искать тебя, когда необузданное желание к тебе, наконец, пересиливало все остальное.
- О… – только и смогла выдавить Ынче.
- Вот тебе и «о», – кивнул Ники. – В то время я винил тебя, считал, что ты вместе со своим отцом заманила меня в этот брак. Я придумывал всякие идиотские уловки, чтобы свести к минимуму любые интимные жесты между нами. Но при этом, сколько бы я ни спал с тобой, мне всегда было мало.
- О… – снова, теперь уже специально, произнесла Ынче, вызывая у Ники улыбку.
- Именно поэтому я никогда не изменял тебе. Я не занимался сексом со всеми теми женщинами, которых приписывали мне журналисты, – сказал Рики, лаская пальцами атласную кожу на скулах Ынче.
- Ты, правда, ни с кем из них не спал? – неуверенным голоском спросила Ынче.
Ники решительно кивнул, не прерывая их зрительный контакт.
- Зачем мне это, когда дома меня ждала ты?
Ынче сморгнула слезы, которые снова угрожали заструиться по ее щекам.
- Почему я должна верить тебе, Ники?
- Зачем мне врать? Что я получу от этого? Мы же разведемся через несколько месяцев… верно? – В голосе Ники послышалась неуверенность.