11
У него небольшая квартирка, недалеко от набережной Aker Brygge. Если подняться этажом выше, видно острые шпили крепости Акерсхус, и, конечно, тут солено пахнет морем. Старый приличный райончик с аккуратно постриженными газонами, но с кучей дворняг, ошивающихся то тут, то там.
Прямо возле дома две рыжие и один черный, с усердием мочащийся на колеса чьей-то машины, вынюхивающий что-то под тазом.
Старушка, выгуливающая крошечного померанского шпица, с опаской косящаяся на огромных дворняг. А больше вокруг ни души. Как будто наступил комендантский час.
Тэхен открывает дверь, задерживает на нем самодовольный взгляд, потом двигается в сторону.
— Залетай.
Эта квартира стоит приличных денег, но роскошью или даже богатством тут совсем не пахнет. А пахнет кофе и сигаретами. Как будто сюда только и приходят для того, чтобы по-быстрому курнуть и опрокинуть кружечку паршиво сваренного кофе, а потом сразу уходят, не задерживаясь.
У порога те самые черные Vans, валяются в стороне друг от друга. Одна перевернута шнуровкой к полу. Рюкзак с раскрытым карманом, из которого торчит атлас по анатомии Неттера и черный кистевой эспандер.
Чонгук снимает обувь, сбрасывает рюкзак.
— Долго искал место? — Спрашивает Тэхен совершенно обыденным тоном. Будто это просто дружеский визит. Только сейчас Чонгук вдруг смотрит на него внимательней. Все те дни, что они проводили вместе, ели и разговаривали, все то время, что сидели рядом, он ни разу не задерживался взглядом на его лице дольше двух-трех секунд.
— Не долго, — бросает коротко, снимает куртку.
У Тэхена скуластое лицо, полусонные полуприкрытые глаза, кончик носа немного раздвоенный и губы идеальной формы. И конечно все это красиво расцвечено синяками и кровоподтеками. А губы идеальной формы разбиты. От этой картины у Чонгука на мгновение даже улучшается настроение.
— Мы тут прямо заждались тебя.
Но, когда Чонгук входит в гостиную, Чимин, сидящий на полу, вдруг замирает в удивлении. У него сигарета во рту дымится, и он как-то слишком быстро вытаскивает ее, тушит и машет перед собой ладонью, как подросток, который пытается быстрее избавиться от запаха сигарет перед приходом родителей.
Они не успевают даже поздороваться, а Тэхен уже говорит:
— Чимин хочет в сотый раз пересмотреть «Затойчи», надеюсь, ты не против?
— Ничего не в сотый. И вообще, может, Чонгук его не смотрел, — отвечает Чимин. На нем футболка с «Вороном» Мане. И это так странно, потому что Чонгук только утром вспоминал стихотворение. А этот рисунок прямая иллюстрация.
— Я смотрел «Затойчи».
— Но ты не смотрел его под комментарии Чимина, — ухмыляется Тэхен . — А ещё, ты в курсе, что он наизусть знает «Криминальное чтиво»? Прямо вот каждую гребаную фразу!
— Нет.
— Я не пойму, Тэхен , это ты меня, типа, пиаришь или пытаешься выставить полным придурком?
— Конечно нет, малыш, — Тэхен, походя ерошит ему волосы. И видно, что Чимина это напрягает. — Давай, спроси его, — говорит, садясь в кресло и кивая Чонгуку на такое же рядом. Берет уже початую бутылку Tuborg и пьет. Морщится от боли, когда горлышко бутылки задевает разбитую губу.
Чимин хмурится.
— Знать бы, что за придурки это сделали. В прошлом году, когда эти дебилы из Якузы прессовали Юнги, мы собрали банду и отпи...кхм... Избили их тоже.
Тэхен замечает, что он исправился и пристально на него смотрит.
— Я, типа, получил за дело. А за дело получить не грех.
— Какое еще дело?
— Это взрослая тема.
— Пффф...тоже мне, взрослый выискался. Чонгук, вы ведь тусуетесь вместе. За что он получил?
— За дело, — подтверждает Чон.
— Да вы сговорились!
— Ты лучше давай, врубай своего «Затойчи».
— Я вас, как бы, не заставляю его смотреть. Можно и другое, — говорит слегка обиженно.
— Ну не знаю. Может, «Остров проклятых»? Обожаю фильмы про психушки, — делает глоток пива и смотрит на Чонгука в упор.
— Ненавижу психушки, — говорит Чимин. — Помню, как-то рубился в игрулю одну. Так вот там есть сцена, где главная героиня копша идет на допрос в психушку, а там вдруг вырубается свет и все психи выходят из своих палат. А она тоже до жути психушек боится, и психов. Я чуть не обоссался от страха, пока проходил это место.
— А тебе, Чонгук , нравятся фильмы про психушки? — Спрашивает Тэхен .
— Ровно.
— Тогда ты не против, если мы вместо «Затойчи», посмотрим «Остров проклятых»?
И Чонгук вдруг понимает, что он затеял какую-то игру, что именно поэтому так настырно звал его сюда. Чувствует, как потеют ладони от страха, а сердце начинает оглушительно биться где-то в горле. Но тут вдруг подает голос Чимин:
— Я против.
И, видя, как в этот момент Тэхен раздосадовано кусает свою лопнувшую губу, Чонгук успокаивается.
— Фильм — тягомотина, мы вырубимся через минут десять.
— Просто ссышь с психушек, а, Минни?
— Не зови меня так, — говорит со злостью, и весь покраснев.
— Ладно, ладно. Давай смотреть «Затойчи».
Вытаскивает косяк, поджигает его спичками.
— Я всегда пользуюсь только спичками, обожаю их запах. Будете? — протягивает косяк.
Чонгук отказывается, а Чимин колеблется.
— Что это сегодня с тобой, малыш Минни? Матюков избегаешь, от косяков отказываешься. Баллы что ли зарабатываешь?
— Перед кем это? — нервно смеется Чимин . — Чушь, — берет косяк слегка дрожащими пальцами, затягивается.
— Вот так-то лучше. Чонгук ?
— Нет.
— Хм, надо же, какой правильный, — ждет, пока Чимин затянется, потом забирает у него косяк и сам тоже делает глубокую затяжку, блаженно откидываясь в кресле, закрывает глаза.
Сверху вдруг несется соседская ругань. Топот детских ног и собачьих лап. Потом жалобный скулеж собаки. Чонгук вздрагивает и думает о том, что квартира в престижном районе совсем не гарантирует нормальных соседей.
— Что-то не так, приятель? — Cпрашивает Тэхен .
— Все отлично. Давайте уже смотреть «Затойчи».
— Вот это другое дело, — радуется Чимин .
— Чимин у нас фанат всякого кровавого дерьма, типа «Убить Билла» и отшибленных ужастиков с Белой Лугоши. Кстати, насчет кровавого дерьма, слышали про тот пиздец в Elvebakken?
Чимин уже хочет нажать пуск, но тут оборачивается к Тэхену.
— Что еще за пиздец?
Тэхен ровно садится в кресле, делает короткую затяжку, снова протягивает Чимину, тот смотрит на Чонгука и берет косяк.
Собака наверху снова бегает. Туда-сюда. Туда-сюда.
— Чонгук , ты не слышал?
Но Чонгук молчит.
— Погоди, не могу слушать про пиздецы без кружки крепкого кофе!
— Чувак, ты серьезно? — Раздраженно говорит Тэхен .
— Я серьезно, это всего пара минут.
— Бля, да ты одна ходячая зависимость.
Чимин пожимает плечами, встает с пола и идет на кухню, потом его голова вдруг снова появляется в дверном проеме.
— Кто-нибудь еще будет?
— Я бы не отказался, — говорит Тэхен . — Сливок и сахара не жалей.
Чимин исчезает. Минуты тишины, потом Чонгук спрашивает:
— Сука, ты чего добиваешься?
Слышно, как Чимин на кухне гремит кружками, открывает холодильник, включает воду, что-то поет себе под нос.
— Не понимаю, о чем ты, — удивленно выгибает бровь. — Просто хочу рассказать занятную историю, которую услышал от приятеля.
— И давно ты знаешь?
— Узнал на следующий же день после твоего перевода сюда. Жуть, конечно, еще та, — смеется и делает последнюю глубокую затяжку. Чонгук видит, как по косяку ползет оранжевый огонек и тут же гаснет. Тэхен тушит его остатки в пепельнице, до краев полной окурков, двигает от себя подальше.
— То, что тебе надо знать об этом пареньке, — кивает в сторону кухни, — он абсолютно не выносит трудностей.
— Я, надеюсь, вы ребята не начали обсуждать пиздец, пока я тут загибаюсь с кофе, — кричит Чимин с кухни.
Тэхен ничего ему не отвечает.
— Зачем ты мне это говоришь?
— Потому что ты и есть одна большая трудность. Делай выводы.
Чимин входит с двумя кружками кофе и уже в кепке с металлической бляшкой Hater, замирает на месте.
— Ох, блин. Я идиот, совсем забыл спросить! Чонгук , возьми мой кофе.
— Нет, спасибо.
— В холодильнике есть пиво, принеси ему.
— Я не буду.
Тэхен хлопает себя по карманам, находит пачку сигарет, вытаскивает одну сигарету, ломает её напополам, одну часть поджигает, другую обратно убирает в пачку.
Встречает удивление Чимина и недоумение Чонгука.
— Я пытаюсь бросить.
Чимин ухмыляется, типа знаю я, как ты бросаешь. Ставит кружки с кофе на столик, где лежит пепельница, смотрит на неё с отвращением. Тэхен замечает это.
— Ну что, я готов слушать про пиздец.
Тэхен молча курит, потом берет свою кружку с кофе.
За окном вдруг взрываются фейерверки. Из-за хлопков срабатывает сигнализация одной из машин под окном.
— Я передумал, включай своего «Затойчи», — говорит, глядя на Чонгука. У него пожелтевшие ногти и огонь от сигареты почти уже царапает кожу на пальцах, а он, кажется, хочет выкурить все без остатка.
— Что значит передумал? Рассказывай давай!
Тэхен мотрит на Чимина так, что тот сразу съеживается под его взглядом. Между ними сейчас как будто происходит какой-то телепатический диалог.Чимин отворачивается, к кофе не притрагивается.
— Там парень упал с крыши школы, — говорит Чонгук , берет сигарету из пачки, которая лежит на столе. Поджигает.
Тэхен замирает с кружкой, поднесенной ко рту, Чимин поворачивается снова.
— Что, насмерть?
— Насмерть, у него череп треснул, и мозги были по всему асфальту.
Чонгук делает затяжку и кашляет с непривычки. В последний раз он курил почти год назад. Кусает губы.
— А я слышал, что ему помогли, — Тэхен шумно пьёт из кружки.
— Может и помогли. Никто и никогда не узнает, что там было на самом деле.
— Какой-то псих, говорят, столкнул его.
— Жуть какая, — произносит Чимин , снимает кепку, чешет в затылке и надевает снова. — И что, того психа не посадили?
— Он же псих, а им всегда все сходит с рук, — говорит Тэхен .
— Не посадили, — подтверждает Тэхен .
Наверху опять какая-то суета. Снова скулит собака. И вся эта ситуация становится почти не выносимой. Они как будто разыгрывают какой-то сценарий или играют безумную авангардистскую пьесу. Бэккета или Ионеско. «Это плохо», — думает Чонгук . Это чертовски плохо, потому что будь это какая-нибудь классическая пьеса, он мог бы рассчитывать на Deus ex machina, чудесный случай, который вырвет его из этого места.
Он не курил уже год. Не ширялся уже год. Не пил уже год. И даже, когда было невыносимо просто открыть глаза, он был настолько силен и собран, что вставал с постели и куда-то шел, даже говорил с кем-то. Но какой в этом смысл, когда все его старания, вся его борьба это как тот самый камень, который вкатывают на гору лишь для того, чтобы он скатился обратно?
Он просто устал бороться со всем этим дерьмом. Чертовски устал. И если все это пьеса, то где же долгожданный катарсис? Когда-нибудь же он должен настать.
Он курит, а Чимин смотрит на него своими глазами-вулканами. Зрачок — черное бездонное жерло. Шесть крошечных коричневых крапинок на серо-зеленой радужке. Смотрит так, как будто читает его как открытую книгу.
— Я должен уйти, — говорит неожиданно.
— Что? — Тэхен лениво смотрит на него, с какой-то блуждающей полуулыбкой. Не верит, что он всерьез.
Но, когда Чимин встает с места и решительно идет к выходу, сам подрывается тоже. Слышно, как Чимин быстро собирается в коридоре, неловко надевает обувь, а Тэхен уже идет было к нему, но Чон преграждает ему дорогу.
— Он пойдет куда захочет и когда захочет, и будь я проклят, если позволю тебе ему помешать.