10
Чонгук не верил в простые схемы, не верил, что люди могут сломать судьбу другого безо всякой причины, руководствуясь лишь бессмысленной прихотью и, глядя на человека перед собой, он размышлял: «В чем же может крыться его выгода?»
Мужчина перед ним был крайне необычным, будто вылинявшим, потускневшим, словно старая фотография. Бледный, одетый в растянутые серые одежды, его глаза казались почти прозрачными, лишенными жизни. На фоне идеально убранной комнаты он походил на неестественный, инородный элемент.
- Ты вообще из дома не выходишь? - хмыкнул альфа.
- Зачем? - буркнул сидящий напротив человек, стараясь придать своему голосу пафосную значимость. - Доставка - есть, деньги на счету - есть, квартира в собственности. - Он поерзал на стуле и с опаской покосился на второго альфу, который медленно разглядывал помещение.
- Ты прямо как черно-белый комикс, - произнес Чон, окинув его беглым взглядом.
Сложно было разговаривать с такими людьми - монохромными, безвкусными, безжизненными, лишенными каких-либо ярких эмоций или стремлений. Непонятно, за что можно было зацепиться, как пробиться сквозь эту оболочку безразличия.
- Мне так проще, - угрюмо отозвался альфа. - Никто не заметит, не найдет.
- Я нашел, - подал голос Мин, прищурившись.
Этот серый, безликий альфа - фрилансер, занимался тем, что писал статьи для журналов, порталов и чатов, монтировал видео, обрабатывал фотографии. Но несмотря на свою заурядную внешность, он обладал поразительным даром: из одной лишь фотографии или фразы он мог разжечь целую историю, способную разрастись до масштабов всей страны.
- Удивительно... - с каким-то плохо скрытым восхищением произнес Чонгук. - Как такой, ничем не примечательный человек, способен на подобное?
- Долгие годы тренировки, - выдавил из себя альфа, отводя взгляд.
- Допустим, - кивнул Чон. - Тебе что-то говорит имя Бан Ёнсу?
- Ничего, - спокойно ответил альфа, но его глаза забегали, выдавая внутреннее напряжение.
- Кто заказал тебе статью о Ким Тэхёне?
- Ты же понимаешь, что я не скажу, - сухо бросил мужчина.
Желваки заиграли на скулах Чонгука, но он сдержался, оглядывая комнату в поисках чего-нибудь, что могло бы стать рычагом давления и мотивацией для упрямца.
- Я проверил... - послышался за спиной тихий голос Юнги. - Это ваша первая подобная работа. Раньше вы специализировались на белом пиаре. А судя по вашему образу жизни, вы человек принципиальный и привыкший к определенной схеме во всем. Что-то изменилось?
Чонгук молчал, внимательно слушая. Мужчина тоже не отвечал, загнанно озираясь.
- О.к.р? - наконец уточнил Юнги.
- Есть такое, - скупо усмехнулся альфа.
- Удобно, - Мин пристально посмотрел на альфу и, заметив характерные движения его пальцев и тревожный взгляд на часы, едва заметно улыбнулся. - Вы должны кому-то позвонить?
Мужчина вздрогнул и впервые посмотрел на Юнги в упор. В его безжизненных глазах промелькнуло что-то живое.
- Дочь, - сорвалось с его губ.
- Позвоните ей, мы не против, - великодушно разрешил Чонгук.
- Не могу... - с болью в голосе просипел альфа.
Вот оно... Чон шумно вдохнул и подался вперед, облокотившись на широко расставленные ноги.
- Есть дочь, есть телефон, возможность, есть даже точное время звонка. Но вы не можете позвонить ей. Где она?
Альфа молчал, нервно теребя пальцы. В его глазах плескалось смятение.
- Юнги, думаю, нам придется вызвать полицию, - произнес Чон, изучающе разглядывая мужчину.
- В чем вы хотите меня обвинить? - встрепенулся тот.
- Преступление против репутации... Начнем со статьи триста седьмой, добавим триста девятую, - спокойно, будто перечисляя список покупок, проговорил Чонгук.
Альфа заметно напрягся, бормоча себе под нос:
- Лишение свободы на срок не более трех лет или штраф в размере не более семи миллионов вон... лишения свободы на срок не более пяти лет...
Он покачивался, словно читая невидимый текст закона.
- Мы будем настаивать на лишении свободы. Если я не ошибаюсь, по совокупности выйдет лет десять, - вздохнул Чон и откинулся на спинку стула. - Или... ты расскажешь мне всё, а я помогу тебе с ребенком.
Повисла гнетущая тишина. Альфа замер, его взгляд бессмысленно бродил по комнате, словно он пытался прочесть нечто, написанное в пространстве невидимыми чернилами. Чонгук терпеливо ждал, не спуская с него цепкого, изучающего взгляда. Наконец, спустя долгие минуты, когда мужчина застыл, словно кукла, Чон тихо произнес:
- Бан Ёнсу...
- Не она... - взгляд альфы уперся в пол, - Бан Маншик...
***
- Ого! Ты подумай! - Чимин смотрел на чашку с огромными ягодами клубники на столе и казалось не дышал. - Это вообще законно так над людьми издеваться?
Госпожа Чхве, стоявшая рядом, лишь хмыкнула и, схватив посудину, поспешила прочь с этим ягодным искушением.
- Я сказала... сначала нормальная еда, а потом все остальное.
- Вы знаете, наши предки это считали нормальной едой. - фыркнул Чимин усаживаясь за стол. - Собирательство... может слышали?
Домработница лишь закатила глаза, не удостоив его ответом, и продолжила свои хлопоты.
- Тэхён-а, меня обижают. - протянул бета, откидываясь на спинку стула и наклоняя голову назад, в его голосе звучала притворная обида, но глаза смеялись.
- Меня не втягивай. Госпожа Чхве главная на кухне, я с ней не спорю. - он зашёл, поправляя рубашку и разглаживая брюки, идеально подчеркивающие его ноги. - А правило «нормальной еды» в этом доме соблюдают все. Даже Юнгхо.
Чимин с восхищением посмотрел на Кима. Они общаются неделю, но кажется - всю жизнь.
- Я ощущаю себя словно я в гостях у бабушки. - посетовал Пак. - Мне вообще не стоит есть, а то не видать мне таких шикарных бёдер как у тебя.
- А я вот не откажусь, - парировал омега, медленно опускаясь на стул напротив и лениво изучая фигуру беты. - Ведь тогда у меня будут такие же милые щечки, как у тебя. И, кстати, бедра у тебя что надо... даже у меня голова кругом.
Бета махнул на друга рукой, отметая его слова, и залился румянцем смущения, пряча взгляд.
- Так, господа. - вклинилась в разговор Чхве, ставя на стол огромный поднос с кучей тарелок с закусками, рисом и большой супницей в центре - Стол накрыт.
- В вашем доме есть правило «чистых тарелок»? - наклонившись к Тэхёну спросил Чимин с опаской поглядывая на количество еды.
- Нет, - прошептал омега, наблюдая за выражением лица друга. - Мы здесь против любого насилия, включая пищевое. - Он потянулся и снял крышку с супницы, позволяя ароматному пару вырваться наружу. - Оу, это суп с кимчи?
С боку раздался странный писк, и Тэхён обернулся, заметив, что бета едва не плачет от избытка чувств.
- Вы же говорили, что ваш новый друг любит кимчи, - спокойно пояснила Чхве. - Приятного аппетита, господа.
- Спасибо, - всхлипнул Чимин, вытирая проступившие слезы счастья.
Тэхён ловко наполнил тарелку друга супом и поставил рядом с ним чашечку с рисом.
- Налетай, - предложил он с мягкой улыбкой.
Но Пак не двинулся с места, словно что-то вспоминая, погрузившись в собственные мысли.
- Ах, это же...
- Что-то не так? - забеспокоился омега.
- Это Чонгук! - вдруг воскликнул бета, подпрыгивая на стуле от волнения. В его глазах вспыхнул огонь.
- Мне нужно больше контекста, Чимин, иначе я не пойму, - смущенно произнес Тэхён.
- Цветы пропали, осталось только кофе... и появились мягкие игрушки, - быстро затараторил Пак, волнуясь все сильнее с каждым словом.
- И?
- Я думал, кто мог рассказать моему тайному поклоннику об этом, кто подсказал ему заменить цветы на игрушки... А теперь понимаю - только Чонгук мог это сделать!
- И что это тебе дает? - по-прежнему не понимая, нахмурился омега.
- Это максимально сужает круг «подозреваемых», - глаза Чимина сверкнули, но он тут же осел, а по лицу проскользнула неуверенность. - Можно даже сказать, что теперь у меня есть конкретный подозреваемый.
- И как он тебе? Горяч? - с мягкой улыбкой и неподдельным интересом в глазах спросил Тэхён.
Пак не ответил, словно провалившись в собственные мысли. Перед его глазами пролетели воспоминания о тех нечастых встречах с альфой... и он был уверен, что тот ни разу не выдал себя, ни взглядом, ни словом.
- Значит, придется проводить допрос... - едва слышно пробормотал Чимин, зачерпнул ложку горячего супа и отправил его в рот, тут же закатив глаза от наслаждения. - Мммм... ... это что за волшебство! ... госпожа Чхве! Я беру назад все свои слова против «нормальной еды». Вы - супер!
***
Альфы вновь сидели друг напротив друга, как и чуть больше месяца назад. Но на этот раз Чонгук не мог не заметить, как сильно исхудал Юнгхо, как запали его глаза, а волосы, что в прошлый раз были наполнены живым блеском, потускнели. Болезнь оставила на нем свой неизгладимый отпечаток.
И все же, несмотря на явные следы недуга, альфа по-прежнему источал ауру уверенности и харизмы. На нем был безупречно сидящий костюм, каждая складочка которого была идеально выглажена. Волосы были тщательно уложены в аккуратную прическу, ни единый волосок не выбивался из нее. И если не учитывать болезненную худобу и несомненную слабость, читающуюся в глубине глаз, то Юнгхо выглядел таким же властным и непоколебимым, как и прежде.
Каждая мелочь в его облике говорила о том, что об этом альфе трепетно заботятся, следят за каждой деталью его внешнего вида. А еще... этого альфу любят. Любят так, как Чонгук даже представить себе не мог.
Его истинный омега любит этого альфу бесконечной, всепоглощающей любовью.
- Вы выглядите... хорошо, - чуть осипшим голосом произнес Чон, не в силах подобрать более подходящее слово. - Надеюсь, что и чувствуете себя так же.
- Спасибо, Чонгук, - кивнул Юнгхо, медленно поднимаясь из-за рабочего стола. Его движения были неторопливыми, осторожными, словно он берег каждый вздох. Альфа прошелся к соседнему с Чоном креслу и опустился в него с подчеркнутой аккуратностью, стараясь не потревожить ни единой мышцы. - Ты звучал обеспокоенным, когда звонил и просил о встрече.
Чонгук заворожено наблюдал за каждым жестом, каждым вдохом альфы, ловя малейшие изменения в его облике. То, как Юнгхо двигался, говорило, как осторожен он должен быть с собственным телом, будто то вот-вот могло предать его.
- Вы ведь... ничего же не изменилось в прогнозах? - спросил Чон, заглянув ему в глаза.
Юнгхо молча кивнул, но в его взгляде мелькнуло что-то тревожное, почти болезненное.
- Это нечестно, - прошептал Чонгук. - Так нечестно по отношению к вам... к вам обоим.
Альфа лишь устало вздохнул, опустив веки в немом согласии. Нечестность ситуации разъедала изнутри, сочилась ядовитым зельем в каждую клетку тела.
- Мне... мне так хочется поддержать вас, но я не знаю как.
Его слова повисли в густой тишине, лишь нарушаемой тихим дыханием двух альф. Юнгхо открыл глаза и впился в Чонгука долгим, изучающим взглядом. В его облике, в этом тщательно сохраняемом спокойствии читалась непоколебимая решимость идти до конца, принимая все выпавшие на его долю испытания. И в то же время где-то в глубине его глаз таилась беззащитность, почти детская растерянность перед лицом судьбы.
- Просто... будь рядом, - едва слышно выдохнул он после долгой паузы. - Когда придет время, и я... он будет рад поддержке.
И Чонгук лишь кивнул, сглотнув ставший вдруг огромным комок в горле.
- Что все-таки привело тебя сюда?
В густой тишине кабинета голос Юнгхо звучал приглушенно, почти бесплотно.
- Юнгхо, я не знаю, в курсе ли вы ситуации, что произошла, и обвинений в прессе касательно Тэхёна... - начал было Чон, но старший альфа остановил его движением руки.
- Я все знаю, Чонгук, - произнес он с невозмутимым спокойствием. - Тэхён всегда рассказывает мне все. До мельчайших подробностей.
Младший альфа слегка напрягся, вспоминая о своих словах, сказанных омеге в пылу закипающей страсти, о пощечине, о слабости перед этим восхитительным созданием. Он опустил глаза, ощущая стыд, жгучий, опаляющий лицо.
- Тэхён не выносит лжи, - добавил Юнгхо. - Он не переносит ее на физическом уровне.
- Я... разобрался в ситуации, - выдавил из себя Чонгук, заставляя себя встретиться взглядом с Юнгхо. - Однако возник вопрос с заказчиком статьи.
- Вы считаете, что я могу вам помочь? - В голосе старшего альфы не было ни намека на удивление, лишь странная отстраненность.
- Думаю, да, - Чон выпрямил спину и расправил плечи. - Сначала я думал, что все это произошло из-за ревности. Эм... омега, что была моей... женщиной в течение последнего года - Ёнсу...
- Я видел ваши совместные фотографии, - кивнул Юнгхо, его лицо осталось бесстрастным. - Прошу прощения, но мне пришлось изучить вашу биографию.
- А ее биографию вы не изучали? - голос Чонгука предательски дрогнул.
- К сожалению... эта омега не представляла для меня интереса, - безжизненным тоном отозвался Юнгхо.
- К огромному сожалению, - выдохнул Чонгук. - Ёнсу - дочь Бан Маншика.
На лице старшего альфы промелькнуло подобие эмоции - брови чуть дрогнули, сходясь к переносице.
- Хм. Я не узнал ее, - протянул он, нахмурившись. - Правда, в последний раз я видел ее совсем малышкой... Мы с ее отцом партнеры много лет. Я поддерживаю его благотворительный фонд, а он - театр Тэхёна. Маншик, он также входит в состав совета директоров КимТехнолоджи.
- Боюсь, у меня для вас плохие новости, Юнгхо, - сглотнув, произнес Чонгук. Он заметил, как побелели костяшки пальцев старшего альфы, сжимающих подлокотники кресла. - Маншик - тот человек, кто заказал статью о Тэхёне.
В кабинете повисла гнетущая тишина. Юнгхо будто окаменел, его грудь вздымалась в единственном признаке жизни. Чонгук внимательно всматривался в черты его лица, ловя малейшие изменения, пытаясь прочесть эмоции, скрытые за непроницаемой маской. Неожиданно веки старшего альфы дрогнули и опустились, скрывая взгляд.
- Чонгук, вы не могли бы попросить моего секретаря вызвать Ли Сонёна? - произнес он невыразительным тоном, откидываясь на спинку кресла. Весь его вид говорил о глубочайшем изнеможении.
- Юнгхо? - воскликнул Чонгук, вскакивая с места. Он в два широких шага оказался рядом со старшим альфой, в его глазах полыхало беспокойство. - Вы в порядке?
- Я... в порядке, - выдохнул Юнгхо, не открывая глаз. В уголках его губ залегли горькие складки. - Просто... мне нужно домой. К Тэхёну.
- Хорошо... я отвезу вас, - решительно кивнул Чонгук. - Сейчас же. Я отвезу вас домой, Юнгхо.
Старший альфа открыл глаза, и в его взгляде промелькнула тень благодарности. Он протянул руку, опираясь на Чонгука, и тяжело поднялся на ноги. Чон видел, как дрожат его руки, как сгибается спина под гнетом невидимого бремени, прочитывал в его чертах терзающую альфу усталость.
Молча, не произнося ни слова, Чонгук обнял Юнгхо за талию, позволяя тому опереться на себя. Их шаги были неторопливы, каждый вздох давался с трудом.
Ли Сонён буквально влетел в приемную. Один взгляд на своего шефа - и его лицо застыло в гневной решимости. Не произнеся ни слова, он подхватил Юнгхо под вторую руку.
Путь до машины давался с трудом, каждый шаг отзывался глухой пульсацией в висках. Юнгхо беззвучно сжимал зубы, борясь с накатывающей слабостью. Он шел, упрямо переставляя ноги, не позволяя себе ни единого стона. Чонгук лишь крепче прижимал его к себе, будто стараясь взять на себя его боль.
В просторном автомобиле Юнгхо наконец-то позволил себе расслабиться, откинувшись на спинку сиденья, и смотрел прямо перед собой, не видя ничего, кроме желанного образа.
Когда они, наконец, добрались до особняка Кимов, казалось, прошла целая вечность. Чонгук вновь обнял старшего альфу, помогая ему выбраться из машины.
Массивные двери особняка распахнулись, и на пороге замер Тэхён. Юнгхо побледнел, как смерть, глядя на своего омегу. Его веки дрогнули, словно он боялся, что это всего лишь мираж, галлюцинация. Но Тэхён уже шагнул к нему.
- Юнгхо... Любовь моя... - шептал омега, прижимаясь к нему, оплетая руками, вдыхая его запах.
Альфа прижался к омеге что было силы, зарываясь лицом в шелковые волосы, ловя губами солоноватую влагу на висках. Теперь они были вместе - два единых целых, две половинки одной души.
Чонгук молча отступил на шаг, отводя взгляд и позволяя им остаться наедине.
- Чонгук, вы можете остаться? - тихо произнес Юнгхо
Альфа кивнул.
- Пройдите, пожалуйста, в кабинет. Хорошо?
***
Золотистые лучи заходящего солнца медленно ползли по стенам домашнего кабинета Юнгхо, окрашивая темное дерево панелей в теплые тона. Чонгук, проведя здесь уже больше часа, чувствовал, как напряжение сковывает его плечи. Он только что закончил разговор с Юнги, их общее мнение было единодушным - необходимо собрать компромат на каждого члена совета директоров КимТехнолоджи. Это была рискованная игра, но они оба понимали, что на кону стоит слишком многое.
После разговора с Юнги Чонгук набрал номер Чимина. Голос друга звучал обеспокоенно, когда он попросил его задержаться на работе. «На случай, если понадобится срочный пресс-релиз,» - объяснил Чонгук, и бета согласился.
Сейчас он стоял у высокого французского окна, вглядываясь в сад за стеклом. Ухоженные кусты роз и аккуратно подстриженный газон казались насмешкой над хаосом, царящим в его мыслях. Пальцы Чонгука нервно теребили пачку сигарет в кармане. Он боролся с острым желанием закурить, и понимая, что никотин лишь на время притупит тревогу, он так и не решился на это.
Внезапно тишину нарушил едва слышный скрип. Дверь за спиной Чонгука открылась. Первым вошел Ли Сонён - его шаги были уверенными и четкими. За ним, словно тень, скользнул Тэхён. Омега, не говоря ни слова, прошел к рабочему столу Юнгхо. Но вместо того, чтобы сесть в кресло мужа, он встал справа от него, будто заняв место подле своего альфы. Его тонкие пальцы, белые от напряжения, легли на мягкую кожу подлокотника.
Чонгук обернулся, его взгляд сразу же нашел лицо Тэхёна. В глазах омеги читалась смесь тревоги и решимости.
- Юнгхо? Как он? - спросил Чонгук, не в силах скрыть беспокойство в голосе.
Ли Сонён ответил первым, его тон был неожиданно бодрым, контрастируя с напряженной атмосферой в комнате.
- Господин Ким уснул. Уверен, к завтрашнему дню ему станет легче. - он сделал паузу, затем добавил - Нас не представили. Я - Ли Сонён, начальник службы безопасности КимТехнолоджи.
Мужчина слегка поклонился, демонстрируя уважение.
- Чон Чонгук, - ответил альфа кратко, решив, что имени будет достаточно. Его взгляд снова метнулся к Тэхёну, который едва заметно кивнул.
Ли Сонён, получив молчаливое разрешение, опустился на кожаный диванчик и начал говорить.
- Господин Ким просил рассказать вам, что на следующей неделе в КимТехнолоджи планируется заседание совета директоров. Главный вопрос - назначение Ким Тэхёна президентом компании. - Ли на мгновение замолчал, прочищая горло. - Все документы для проведения голосования подготовлены, акционеры предупреждены.
- Вы можете предоставить мне документы по членам совета? - спросил Чон.
- Конечно. Я все вам вышлю. Но... - Ли начал было что-то добавлять, но Чонгук прервал его, протягивая визитку Юнги.
- Свяжитесь, пожалуйста, с этим человеком. Он скажет, что конкретно нужно.
Тэхён, до этого момента хранивший молчание, наконец заговорил. Его голос был натянут, как струна, готовая лопнуть в любой момент.
- Юнгхо сказал, что у вас есть для нас информация.
Чонгук глубоко вдохнул.
- Да. Статья, что привела к обвинениям... заказчиком выступает Бан Маншик. Он отец... - альфа запнулся, не желая называть Ёнсу своей, пусть и бывшей, в присутствии Тэхёна. - Он отец Ёнсу.
- Это имеет значение? - удивленно спросил Ли, его брови поползли вверх.
Чонгук снова посмотрел на Тэхёна. Омега стоял в той же позе, его лицо было маской, не выражающей ни единой эмоции. Но Чонгук видел, как напряглись мышцы его шеи, как сжались губы в тонкую линию.
- Да. Она была в офисе, когда вы, Тэхён, приезжали, и скорее всего слышала наш разговор.
- Скорее всего... - эхом отозвался Тэхён.
Ли Сонён, казалось, наконец осознал всю серьезность ситуации.
- Вы считаете, что Бан Маншик планирует занять кресло президента компании?
Чонгук почувствовал, как гнев поднимается в нем волной.
- А вы считаете, у него есть еще какие-то причины для очернения имени мужа вашего шефа?
Ли Сонён замолчал, его лицо отражало интенсивную работу мысли. Внезапно он вскочил с дивана, нервно запуская руку в волосы.
- Господин Ким, нам нужна стратегия. Вы не можете потерять компанию.
Тэхён, словно очнувшись от оцепенения, задал вопрос, который, очевидно, мучил его все это время.
- Как вы узнали о Маншике? Кто вам рассказал?
Чонгук ответил, стараясь, чтобы его голос звучал спокойно.
- Я нашел автора статьи, и он рассказал о заказчике.
Тэхён на мгновение закрыл глаза, словно собираясь с силами. Когда он заговорил снова, его голос дрожал от едва сдерживаемых эмоций.
- Мне кажется, что я знаю, кто предоставил им информацию о переводе. - он повернулся к начальнику службы безопасности - Сонён, проверьте звонки и личную переписку моей помощницы.
- Сейчас же займусь, - выпалил Ли, направляясь к двери. - Господин Чон, всего доброго.
- До свидания, - ответил Чонгук, чувствуя, как тяжесть ответственности давит на его плечи.
Дверь за Ли закрылась с тихим щелчком, оставляя Чонгука и Тэхёна наедине в полумраке кабинета. Тишина, наполненная невысказанными словами и подавленными эмоциями, повисла между ними, густая и тяжелая, как предгрозовой воздух.
- Как вы? - голос Чонгука прозвучал неожиданно мягко, почти нежно, нарушая напряженное молчание. Его слова, казалось, растворились в воздухе, не достигнув ушей омеги.
Тэхён молчал, его взгляд был устремлен куда-то вдаль, за пределы этой комнаты, этого момента. Его лицо, обычно столь выразительное, сейчас было застывшей маской.
Внезапно он поднял глаза, и Чонгук почувствовал, как его пронзает острый, пытливый взгляд.
- Как давно вы знакомы с Юнгхо? - вопрос Тэхёна прозвучал неожиданно резко.
Чонгук почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он попытался сохранить спокойствие, но его голос предательски дрогнул:
- Мы - бизнесмены, мы все друг друга знаем. - эти слова прозвучали неубедительно даже для него самого.
Тэхён медленно двинулся в сторону альфы, каждый его шаг был наполнен грацией хищника, приближающегося к добыче.
- Что вы делали в его офисе? - омега продолжал наступать, его глаза не отрывались от лица Чонгука.
Альфа почувствовал, как пересохло в горле.
- Я приехал рассказать о Бан Маншике, - ответил он, не в силах отвести взгляд от приближающегося омеги.
Движения Тэхёна завораживали, обезоруживали, лишали воли. Чонгук ощущал себя кроликом перед удавом, не способным ни убежать, ни сопротивляться, и это повергало его в шок... он ведь альфа.
Тэхён остановился в нескольких шагах от Чонгука. Его голос стал тише, в нем появились нотки горечи.
- Фонд Бан Маншика стал поддерживать мой театр год назад. Возможно, тогда он узнал, что Юнгхо болен. Не думаю, что мой муж рассказал ему сам, скорее информация попала к нему из другого источника.- Омега поморщился, словно от физической боли. Неприятная мысль о предательстве доктора Ляна явно причиняла ему боль. - В то же время я искал нового ассистента, и на пороге моего кабинета появилась Суён... я был покорен ею на собеседовании...
- Вы думаете, что её к вам приставили? - Чонгук почувствовал, как внутри него поднимается волна гнева и беспокойства.
Омега печально улыбнулся. Теперь он стоял так близко к Чону, что альфа чувствовал тепло его тела, ощущал легкий аромат его парфюма, смешанный с естественным запахом. Это близость одновременно пьянила и пугала.
- Как же это парадоксально... не находите, господин Чон? - в голосе Тэхёна звучала горькая ирония.
- Вы о чем? - Чонгук едва смог выдавить из себя эти слова. Близость омеги лишала его способности ясно мыслить.
- Я упрекал вас в отсутствии достоинства и чести... а оказалось, все наоборот... люди, которым я доверял, которым Юнгхо доверял, были не так уж честны... - голос Тэхёна дрогнул.
- Тэхён... - имя омеги сорвалось с губ Чонгука, словно молитва.
- Вы, наверное, ликуете внутри? - голос Тэхёна дрогнул, и Чонгук почувствовал, как его накрывает волной феромонов доминантного омеги. Воздух вокруг них, казалось, загустел, наполняясь электричеством невысказанных эмоций.
Альфа глубоко вдохнул, пытаясь собраться с мыслями.
- Я... Вы правы, я многое делал в жизни неверно и много чего натворил... я признаю, что меня вряд ли можно назвать достойным альфой... но я не ликую. - Он не мог подобрать нужных слов.
Глаза напротив смотрели с интересом, ожиданием, и Чон тонул в этом взгляде.
- Мне жаль, Тэхён. Вы, наверное, сейчас во многих разочарованы, но...
- А вы, Чонгук, - перебил его Тэхён, делая последний шаг, сокращая дистанцию между ними до минимума. - Вы разочарованы во мне?
Чонгук чувствовал, как его сердце бьется где-то в горле. Тэхён был слишком близко, его присутствие заполняло все пространство вокруг, лишая способности мыслить рационально. Альфу разрывало изнутри от желания схватить омегу, прижать к себе, защитить от всего мира. Но он знал, что не имеет на это права.
Чонгук медленно поднял руку, останавливаясь в миллиметре от лица Тэхёна, не смея прикоснуться, но не в силах сопротивляться притяжению.
- Разочарован? - прошептал он, его голос был хриплым от сдерживаемых эмоций. - Нет, Тэхён. Я восхищен вами. Вашей силой, вашей преданностью, вашей... Как я могу быть разочарован в том, кто вдохновляет меня стать лучше?
На мгновение в глазах Тэхёна мелькнуло что-то - удивление? облегчение? - но он быстро взял себя в руки.
- Почему вы здесь, Чонгук? Почему вы помогли Юнгхо?
Чонгук почувствовал, как слова застревают в горле. Как объяснить все те сложные чувства, что бушевали в его душе? Как рассказать о неожиданном и всепоглощающем стремлении помочь этому благородному и сильному альфе, об отчаянном желании защитить этого сильного, но сейчас такого уязвимого омегу?
- Потому что это правильно, - наконец произнес он. - Потому что вы и Юнгхо не заслуживаете того, что с вами происходит. И потому что... - он запнулся, но заставил себя продолжить, - потому что я не могу стоять в стороне.
Тэхён смотрел на него долгим, изучающим взглядом, словно пытался прочесть правду в его глазах. Напряжение между ними росло, грозя вот-вот взорваться.
И в этот момент где-то в доме зазвонил телефон, разрушая магию момента. Тэхён отступил на шаг, и Чонгук почувствовал, как холодный воздух заполняет пространство между ними.
- Мне нужно идти, - сказал Тэхён, его голос снова стал сдержанным и деловым. - Спасибо за вашу помощь, Чонгук. Я... я ценю это.
Он развернулся и направился к двери, оставляя Чонгука стоять в одиночестве посреди кабинета, с бешено колотящимся сердцем и ощущением, что что-то важное только что произошло...
***
Пак Чимин устало потер глаза, когда экран его смартфона ожил, высвечивая долгожданное сообщение от Чонгука. «Все в порядке,» - гласили короткие строчки, заставляя напряжение, сковывающее плечи беты весь день, немного отступить. Он глубоко выдохнул, словно сбрасывая с себя тяжесть прошедших часов, и медленно поднялся из-за стола.
- Дом, милый дом... - произнес он вполголоса, потягиваясь и чувствуя, как приятно хрустят позвонки.
Мысль о скором возвращении в уютную квартирку заставила губы Чимина растянуться в легкой улыбке. Он представил, как погрузится в горячую ванну, а потом, закутавшись в любимый плед, и позволит себе расслабиться после этого сумасшедшего дня.
Пальцы Чимина привычно скользнули по экрану телефона, делая заказ еды на дом. Он хотел, чтобы по приезду его ждал горячий ужин, а не необходимость ждать доставку. Удовлетворенно кивнув самому себе, бета направился к двери, предвкушая скорое возвращение домой.
Но внезапно его взгляд упал на маленького плюшевого котика, уютно устроившегося на краю стола. Это была первая мягкая игрушка, подаренная ему таинственным поклонником. Чимин замер.
- Я совсем забыл про тебя... - прошептал он, бережно беря игрушку в руки. Пальцы утонули в мягком ворсе, и он посмотрел на время, прикидывая шансы.
- Так. Наверное, он уже ушел... - пробормотал Чимин, но затем его глаза встретились с блестящими бусинками глаз плюшевого котика. - Но кто нам мешает проверить? Да?
Решение пришло мгновенно. Чимин схватил сумочку и игрушку, выключил свет и решительно направился к лифтам.
Восьмой этаж встретил его полумраком - лишь редкие точечные светильники нарушали темноту, намекая на то, что отдел безопасности уже разошелся по домам. Но в интересующем Пака кабинете дверь была приоткрыта, рисуя на полу тонкую полоску света, словно приглашая войти.
Чимин на мгновение застыл, чувствуя, как внутри все сжимается от волнения. «Спокойно, Пак,» - беззвучно произнес он, делая глубокий вдох. Собравшись с духом, он двинулся вперед, стараясь ступать как можно тише.
Услышав легкий стук в дверь, Мин Юнги поднял голову от ноутбука и замер, увидев на пороге Чимина. Время словно остановилось, когда их взгляды встретились.
- Господин Мин, добрый вечер. Вас мой друг тоже заставил задержаться? - голос Чимина был мягким, буквально обволакивающим.
Бета стоял, слегка облокотившись на дверной косяк, держа руки за спиной. Эта поза подчеркивала плавный изгиб его тела, по которому взгляд альфы скользнул медленно и жадно, словно лаская каждый сантиметр. Чимин, заметив это, слегка прищурился и, кажется, даже едва заметно кивнул, словно соглашаясь с чем-то внутри себя.
- Мне нужно закончить с досье, - произнес Юнги, и его голос прозвучал неожиданно хрипло. Он попытался придать своим словам деловой тон, но вышло скорее похоже на извинение. - Завтра они нужны Чонгуку.
Чимин улыбнулся, и Юнги почувствовал, как по коже пробежали мурашки. У бет нет природного аромата, но альфа готов был поклясться, что чувствует легкий, чувственный запах, который словно мягкое дыхание касается его кожи.
- Почему не поручить сотрудникам? - спросил Чимин, его голос звучал невинно, но все так же по деловому.
- Слишком конфиденциально, - ответил Юнги, стараясь сохранять самообладание.
Пак кивнул и, отталкиваясь от двери плечом, скользнул в кабинет. Подойдя к креслу напротив стола Мина он опустился в него с кошачьей грацией, а Юнги шумно сглотнул невольно залюбовавшись плавностью его движений.
- А вы? Почему еще здесь? - спросил альфа, чувствуя, как пересохло во рту. Нахождение рядом с Паком в одном пространстве наедине приводило его в состояние, близкое к панике.
- У меня остался один нерешенный вопрос, - ответил Чимин с загадочной улыбкой. - думаю, вы, как директор службы безопасности можете помочь мне. - в голосе звучала явная издевка.
Бета наклонился вперед, глядя альфе прямо в глаза, и поставил перед ним на стол плюшевого котика.
Мин на долю секунды потерял контроль, но тут же взял себя в руки, хотя сердце его забилось как сумасшедшее.
- Я - бета. Вы же знаете? - начал Пак, его голос звучал мягко, но в нем чувствовалась сталь.
Юнги кивнул, не отрывая взгляда от лица Чимина. Он чувствовал, что бета уже все понял, и часть его даже обрадовалась, что наконец-то все стало явным и не нужно скрывать свои чувства. Но почему же так сильно билось сердце и накрывала волна беспокойства?
- Вы знаете, что означает быть бетой? - продолжил Чимин, его глаза блестели от сдерживаемых эмоций.
- Господин Пак... Чимин, я... - начал Юнги, но бета резко его оборвал.
- Вам кто-то разрешил говорить неформально, господин Мин?
От этого строгого замечания тело альфы пробил озноб, а внутри что-то сладко сжалось.
- Вы считали, что со мной сработают методы ухаживания, заставляющие омег раздвигать ножки? - голос Чимина был обманчиво спокойным, но в нем чувствовалась скрытая угроза.
Юнги на секунду задержал взгляд на котика и снова посмотрел в глаза Чимина.
- Я считаю, что внимание приятно вне зависимости от гендера, - произнес он, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.
- Я думал у вас есть омега.
- Нет...
Чимин наклонил голову, открывая взору альфы шею, и Юнги почувствовал, как зудит верхняя десна. Его внутренний альфа рвался наружу, требуя подчинить себе этого невероятного бету. Это было необъяснимо, но Юнги был не в силах сопротивляться этому первобытному желанию.
- Я - бета, и я... - начал Чимин, но Юнги не дал ему закончить.
- А я - альфа, и я хочу вас себе, господин Пак. - рыкнул он.
Тишина, повисшая после этих слов, казалось, звенела от напряжения. Чимин ощущал каждой клеточкой своего тела нарастающее возбуждение. Он принял решение...
- Хорошо, - неожиданно спокойно ответил Пак. Он грациозно поднялся с кресла и подошел ближе к столу. Наклонившись вперед, он позволил альфе зацепить взглядом открывающиеся ключицы. - Следуйте за мной, господин Мин.
Приказной тон вновь заставил тело альфы дрожать, но одновременно с этим вызвал неуемное желание покорить, подчинить себе бету.
Они покинули офис в полном молчании. Юнги даже не думал задавать вопросов, а Чимин не планировал давать объяснений.
***
Автомобиль плавно остановился у современного жилого комплекса в престижном районе города. Чимин выключил двигатель, и на мгновение в салоне воцарилась полная тишина, нарушаемая лишь их учащенным дыханием.
- Мы приехали, - тихо произнес Чимин, не поворачиваясь к Юнги.
Мин молча кивнул, чувствуя, как его сердце готово выпрыгнуть из груди. Он следовал за Чимином, словно в трансе, через просторный вестибюль к лифтам. В кабине лифта они стояли так близко, что Юнги мог чувствовать тепло тела беты, слышать его тихое дыхание. Воздух между ними, казалось, искрил от напряжения.
- Выпьете что-нибудь? - спросил Чимин, заходя в квартиру, прихватив пакет с доставкой и тут же направляясь к бару.
- Виски, если можно, - ответил Юнги, чувствуя, как пересохло в горле.
Чимин кивнул и налил два бокала. Передавая один Юнги, он намеренно коснулся его пальцев, вызывая волну мурашек по коже альфы.
- Итак, господин Мин, - начал Чимин, делая глоток виски, - вы сказали, что хотите меня себе. - он медленно поставил бокал на столик и сделал шаг к Юнги. - А вы знаете, чего хочу я, господин Мин?
Юнги покачал головой, чувствуя, как его сердце начинает биться еще быстрее.
- Я хочу, чтобы вы показали мне, на что способен настоящий альфа, - прошептал Чимин, его губы были так близко к уху Юнги, что тот почувствовал его теплое дыхание на своей коже.
И альфа отпустил себя... он уверенно притянул Чимина к себе, даря жгучий, многообещающий поцелуй. Бета ответил с не меньшим пылом, его руки смело скользнули под пиджак Юнги, исследуя его тело.
Они двигались к спальне, не разрывая поцелуя, сбрасывая одежду по пути. Каждое прикосновение, каждый взгляд были наполнены страстью и желанием.
В спальне Чимин внезапно оттолкнул Юнги на кровать, и медленно опустился следом, нависая над ним.
- Помните, господин Мин, я - бета. И я не склонен к подчинению, как омеги. Вам придется заслужить право быть сверху, альфа.
Юнги почувствовал, как внутри всё взревело от вызова и возбуждения. Он перевернул Чимина на спину, прижимая его руки к кровати.
- Мне не нужен кто-то, кто будет мне подчиняться, - сказал он твердо. - Мне нужны вы, Чимин.