17
Pov Автор
Вечер перед балом висел в воздухе густым, наэлектризованным ожиданием. В покоях Такемичи царила непривычная тишина, нарушаемая лишь шелестом шелка и мерным дыханием спящих в соседней комнате близнецов. Сам Такемичи стоял у окна, глядя на первые, редкие снежинки, кружащиеся в сумеречном небе. Они падали робко, будто боясь нарушить хрупкое перемирие, установившееся между этими стенами. Он не слышал, как открылась дверь — Тайджу разучился хлопать дверьми, его движения стали тихими, почти призрачными. Такемичи вздрогнул, почувствовав знакомое, подавляющее присутствие, и обернулся. Тайджу стоял на пороге, застывший, как монумент собственной вине. В его руках был не свод законов и не приговор. Он держал два футляра из тёмного, отполированного до зеркального блеска дерева.
Воздух не трещал от напряжения. Он был тяжёлым, густым, как сироп. Тайджу сделал шаг вперёд, его сапоги неслышно ступили на ковёр. Он не смотрел Такемичи в глаза, его взгляд скользнул по его фигуре, одетой в подготовленное для бала платье, и остановился где-то на уровне его плеча.
Тайджу -Вечером...
Голос Тайджу был низким, лишённым привычной командирской брони. Он звучал устало.
Тайджу -Нас в первые со свадьбы увидят вместе.
Он протянул первый футляр. Такемичи молча взял его. Пальцы чуть дрогнули. Внутри, на чёрном бархате, лежала диадема. Но не та, что сверкала грубыми алмазами и кричала о богатстве. Она была из белого золота, тончайшей работы, где изящные витые ветви сплетались в узор, напоминающий заснеженные еловые лапы. И в центре, вместо огромного камня, покоился скромный, но прекрасный лунный камень, светившийся изнутри мягким, голубоватым сиянием — точь-в-точь как зимняя луна за окном.
Тайджу -Чтобы волосы не падали в лицо,
Арокомментировал Тайджу глухо, всё так же глядя мимо него.
Тайджу -И… чтобы соответствовало сезону.
Это был не королевский подарок. Это было объяснение. Оправдание. Попытка быть уместным. Такемичи кивнул, не в силах вымолвить слова. Он взял второй футляр. В нём лежало колье. Простая золотая цепь, но к ней был подвешен кулон — идеально отполированный алмаз.
Тайджу наконец поднял на него взгляд. В его жёлтых глазах не было ни страсти, ни гнева. Лишь тяжёлая, утомлённая решимость.
Тайджу -Твой возраст
Произнёс он, и слово прозвучало как приговор.
Тайджу -Никто не должен знать. Никогда. Если кто-то спросит… Тебе было семнадцать, когда ты попал ко мне, ясно?
Такемичи -Да..
Он сделал паузу, сжав кулаки.
Тайджу -На балу… веди себя как обычно.
«Обычно» — жестокий эвфемизм для «притворяйся, что ничего не было».
Тайджу -Улыбайся. Кивай. Держись рядом. Они не должны увидеть…
Он не договорил. Разлом между нами. Вину Тайджй. Страх Такемичи. Это не была просьба. Это был стратегический приказ от короля своей королеве перед битвой. Битвой против сплетен, перешёптываний и правды, которая могла уничтожить всё. Он повернулся, чтобы уйти, его миссия была выполнена. Подарки вручены. Инструкции отданы. Стена между ними возведена ещё выше, но теперь она должна была быть невидимой для посторонних глаз.
Такемичи -Тайджу
Имя сорвалось с губ Такемичи шёпотом.
Тот замер, не оборачиваясь.
Такемичи -Спасибо. За… подарки,
Пробормотал Такемичи, сжимая в руках футляры. Спасибо за диадему. Спасибо за ложь. Спасибо за то, что не сбежал от последствий, а надел на нас обоих эту маску. Тайджу лишь молча кивнул, коротко и резко, и вышел, оставив Такемичи наедине с падающим снегом за окном и двумя немыми свидетельствами их новой, ужасной и необходимой реальности. Он смотрел на кулон, на камень, гасящий правду. Он был самым тяжелым подарком из всех, что он когда-либо получал.
Вечер
Великий бальный зал дворца «Чёрных Драконов» сиял, словно гигантская драгоценность. Хрустальные люстры, в которых горели тысячи свечей, отражались в отполированном до зеркального блеска полу из чёрного мрамора. Воздух был густым и сладким от аромата дорогих духов, цветочных гирлянд и жаровен с благовониями. Шёлк, бархат и золотое шитьё сливались в ослепительном калейдоскопе, а гул приглушённых голосов, смеха и звона бокалов наполнял пространство до самых сводов. И в этот вихрь света и звука вошли они. Тайджу Шиба шёл первым. Его фигура в парадном мундире цвета ночной сини, расшитом серебряными драконами, казалась ещё массивнее и неумолимее. Его лицо было застывшей маской абсолютной, ледяной власти. Ни тени улыбки, ни намёка на эмоции. Лишь жёлтые глаза, медленно и методично сканирующие зал, как хищник, оценивающий стадо. Его появление действовало как ушат ледяной воды — разговоры смолкали, головы почтительно склонялись в низких поклонах и реверансах. Он был их королём, их тираном, их божеством. И сегодня они все пришли на его зов.
В шаге позади, едва касаясь его локтя, шёл Такемичи. В диадеме из белого золота, с холодным сиянием лунного камня во лбу, он выглядел хрупким призраком, пристёгнутым к могучей скале. Простое, но безупречно скроенное платье цвета слоновой кости подчёркивало его бледность, а у груди мерцал тот самый алмазный кулон — камень-молчальник. Его уши были прижаты, хвост неподвижен. Он не улыбался. Он лишь смотрел прямо перед собой, видя не лица, а размытое пятно роскоши. Его рука на локте Тайджу дрожала, и только железная воля и страх не давали ему убежать.
Тайджу ощущал эту дрожь через ткань мундира. Он не оборачивался, не произносил слов ободрения. Его роль была иной. Он вёл его по залу, и его односложное представление — «Королева» — звучало как акт присвоения и защиты одновременно. Каждый, к кому он обращался, замирал, стараясь не встретиться с ним взглядом и в то же время жадно впитывая детали образа того, кто сумел приручить Жестокого Короля. Среди моря лиц мелькали и знакомые по другим историям.
В углу, у огромной вазы с экзотическими цветами, томно опираясь на трость, стоял Хаккай Шиба. Рядом с ним, не сводя с него восхищённого взгляда, теснился его омега, Такаши Мицуя. Хаккай, ловя взгляд брата, поднял бокал в почтительном приветствии, а Такаши улыбнулся Такемичи лёгкой, понимающей улыбкой собрата по несчастью, оказавшегося в схожей ситуации, но, кажется, нашедшего своё счастье. Чуть поодаль, окружённая свитой восторженных поклонников, сияла Юдзуха Шиба. Её платье было вызывающе ярким, а смех — самым громким в зале. Её омега, Хината Тачибана, скромно стояла чуть позади, но её взгляд, полный обожания, был всегда прикован к ней. А вот через толпу прокладывал путь человек с ярко-рыжими волосами и наглой ухмылкой — Рюгуджи Кэйдзи. Он был облачён в безвкусно дорогой камзол, а на пальцах поблёскивали перстни. Он уже успел обзавестись состоянием на сомнительных торговых сделках и теперь искал место потеплее при дворе. Рядом с ним, с невозмутимым видом пробуя дорогое вино, стоял его вечный антагонист и, как ни странно, партнёр по бизнесу — Саёши Маджима, чей цепкий взгляд сразу же оценил Такемичи как «ценный актив» и потенциальную угрозу.
Возле одного из столов с яствами, скрестив руки на груди, с мрачным видом наблюдал за происходящим Кэн Рюгуджи. Его суровая внешность выделялись среди выхоленных лиц придворных. Он был здесь не по своей воле, а по протоколу, как один из ключевых командиров городской стражи. А в тени колонны, почти невидимый, стоял Изуна Коро, правая рука как командира. Рядом стоял Сано Манджиро, его невестка. Его тёмный, скромный наряд сливался с мрамором, а холодные глаза за очками безошибочно считывали каждую деталь, каждую фальшивую улыбку, каждый взгляд, полный страха или ненависти, направленный в спину короля. Он был ушами и глазами Тайджу в этой толпе. Тайджу, не выпуская руки Такемичи, вёл его через этот водоворот. Его ответы на приветствия были краткими, взгляд — пронзительным. Он не позволял никому задержаться рядом надолго. Он был щитом, ограждающим Такемичи от любых нескромных взглядов и вопросов.
И тогда раздались первые аккорды музыки.
Тайджу остановился и наконец повернулся к Такемичи. Он не приглашал его на танец. Он просто взял его руку, положил её себе на плечо, а свою — на его талию. Это был приказ, отданный без слов.
И они закружились. Это не был танец любви или страсти. Это был ритуал. Демонстрация силы и контроля. Тайджу вёл себя жёстко, почти механически, его шаги были точными и неумолимыми. Такемичи следовал за ним, как марионетка, его тело помнило выученные движения, но души в них не было. Он видел лишь блики света на мундире Тайджу, слышал лишь гул голосов, приглушённый музыкой. Рядом с ними танцевали и другие пары. Акио, в честь того кого был устроен этот бал, стоял у окна и болтал с детьми герцагов, маркизов, маркграфов и даже баронов и бароннетов, которые хоть и были в низу иерархии дворян, но Акио был вежлив и добр к ним. Хотя в прошлом году он вёл себя грубо, и даже жестоко с ними, но после встречи с Такемичи, он решил быть чуточку добрее, что бы мама похвалила его.
Тайджу -Хорошо танцуешь
Вдруг прорычал Тайджу ему прямо над ухом, его голос был низким и не для посторонних.
Тайджу -Многие смотрят на тебя, видя как ты красиво двигаешься.
Такемичи поднял глаза на Тайджу, а после бросил быстрые взгляды по сторонам и слабо покрылся румянцем от таких резких и неожиданных заявлений альфы.
Такемичи сделал вдох и поднял подбородок. Он стал улыбаться, милой, не принуждённо, очаровательной улыбкой, что сражалась на повал. Но его взгляд, прежде пустой, приобрёл твёрдость и нежность. Он перестал прятаться. Он встретился взглядом с Кэйдзи Рюгужи — и тот первый отвел глаза. Он скользнул взглядом по Маджиме — и тот почтительно кивнул. Танец закончился. Музыка смолкла. Тайджу отпустил его, и они замерли в центре зала под аплодисменты — король и его королева, прекрасные, ледяные и абсолютно неуязвимые.
Когда апплодисмннты стихли, Тайджу пошёл по общаться с разными высокопоставленными дворянинам, ну Такемичи отошёл к столу с закусками, что бы отдохнуть.
К Такемичи сразу подошёл Саёши Маджима.
Маджима -Здравствуйте королева, мы раньше не встречались, я герцог Саёши Маджима. Я слышал что вы родились двух омег, верно же? Примите мои поздравления, наверное детишки милые. Вы уже нашли им супругов? Вот у меня есть двое сыновей альф, 5 и 8 лет. Уверен они бы поладили.
Такемичи посмотрел на альфу перед собой, попивая сок, так как алкоголь ему был под запретом после родов.
Такемичи -Возможно, спасибо за поздравления Герцог Саёши. Но вопросом о женидьбе мне не решать, я полностью доверяю супругу в этом вопросе.
Такемичи слабо улыбнулся, понимая что и правда не может решать вопросы про женидьбе, ведь этим заниматься должен отец, а не мать. Что бы Такемичи не сказал, альфа решит сам, особенно если касается вопроса детей.
Манджима -Ох, хорошо королева.
Манджима поклонился и ушёл. Такемичи остался один, облегчённо выдыхая. Тайджу же был окружён кучей притворных, Акио так же так же был окружён такими же придворными и их детьми. Через время к Такемичи подошёл Рюгуджи Кен со своей бетой Сано Манджиро.
Кен -Здравствуйте королева
Кен и Манджиро склонились перед Такемичи, омега же перевёл взгляд на подошедших.
Такемичи -Здравствуйте.
Манджиро -Мы заметили что вы тут одни, можем составить вам компанию? Я Сано Манджиро
Кен -Скоро будет Рюгуджи.
Манджиро -Угу.
Такемичи -Рад знакомству, но вынужден отказать, мне не одиноко, просто не особо люблю такие торжества. Слишком шумно.
Манджиро -Тогда бы почему бы вам не выйти на улицу?
Такемичи -Не хочу что бы потом меня потеряли
Такемичи взял стакал и сделал глоток сока. Манджиро продолжал общаться с Такемичи, а после они и струэились, особенно когда Такемичи узнал что Манджиро планирует после свадьбы с Кэном уйти в декрет, планировал заняться домом и детьми.
Такемичи -Хорошие планы
Манджиро -А вы тоже занимаетесь детьми, верно?
Такемичи -Ну за младшими я присматриваю, а за Акио следят учителя. Все же Акира и Рен ещё слабые, так что сейчас они с 5-ью нянями сидят.
Манджиро -Ох, значит вы 24/7 с детьми?
Такемичи -Угу, но мне это и в радость. Они такие милые.
Манджиро -Правда? Слуги ходили что они родились оборотнями, наверное они очень милые, а шерстка их мягкая?
Такемичи -Да, от чего их шерстка путается постоянно.
Манджиро -Эх, вот бы их увидеть в следующем году. Вы же наверняка будете аразновать год их рождения, верно?
Такемичи -Возможно.
Кэн -А в честь вашего дня рождения будет бал?
Такемичи замялся
Такемичи -Я.. не особо люблю аразновать день рождения. Так что не знаю, но если все же будет, то попрошу Тайджу отправить приглашения вам.
Манджиро -Буду благодарен.
Весь вечер Такемичи прообшался в их компании, пока Тайджу предлагали супругов для его сыновей. То для Акио, то для Рена, то для Акира, то сразу для Рена и Акиры альф предлагали, ну а Тайджу отказывался, ведь дети маленькие ещё.
Когда бал закончился, Такемичи ушёл в свои покои, рухнул на кровать, дети, что игрались, сразу подбюползои к матери.
Такемичи -Рен милый, ты уже ползаешь
Такемичи привстал и взял сыновей на руки. Няни что были с ними поклонились и ушли.
Тайджу -Это хорошо что Рен начал ползать
Сказал Тайджу, входя в комнату и посмотрел на уходящих нянек.
Тайджу -Если хочешь, то новогодний бал провели в своих покоях. Скажу всем что ты ещё слаб после родов.
Такемичи -Буду очень благодарен по этому поводу.
Тайджу -Хорошо, также бал убедить в честь твоё день рождения, Акио сказал что оно у тебя 25 июня.
Такемичи -Хорошо.
Тайджу -Видел ты общался с герцогом Рюгуджи, один из капитанов стражи и его бетой. Подружился?
Такемичи -Есть немного.
Они говорили так, будто бы ничего не было пару дней назад.
________________________________________________________________
Подпишитесь на мой тг канал, там вся информация о мои фф:SipYaoi
А так же кидайте донат на номер: 89773739289(Сбер)
Написано: 26.08.2025г-27.08.2025г
Опубликовано: 29.08.2025г
Слов: 2095