18
Pov Автор
Воздух в королевских покоях был тёплым и густым, наполненным сладковатым ароматом цветущих летних растений, принесённых из сада, и едва уловимым запахом детского шампуня. Прошло шесть месяцев. Шесть месяцев тихого перемирия, неловких разговоров, молчаливых договорённостей и медленного, очень медленного привыкания друг к другу. Летнее солнце щедро заливало светом комнату, играя бликами на полированном полу. В центре комнаты, на большом игровом ковре, царил хаос. Шестимесячные Акира и Рен, два комочка энергии в льняных рубашонках, демонстрировали поразительные для своего возраста успехи. Акира, чья синяя шёрстка уже отливала лисьим блеском, неутомимо носился на четвереньках, с громким топотом преследуя механическую заводную мышь, подаренную кем-то из придворных. Его смех звенел, как колокольчик, а хвост энергично махал из стороны в сторону. Рен, всё ещё более хрупкий и чуть бледнее брата, сидел рядом с Такемичи, сосредоточенно пытаясь построить башню из разноцветных деревянных кубиков. Его движения были точными, но медлительными. Он не ползал, предпочитая наблюдать, а его первые, обрывочные слова («ма», «па», «дай») были тихими и обдуманными, в противовес восторженному лепету Акиры.
Такемичи, одетый в лёгкие летние одежды из голубого шёлка, сидел на полу, прислонившись спиной к дивану. Он уже почти вернул себе былую форму, хотя черты лица стали чуть острее, взрослее. В его глазах, всегда таких испуганных, теперь читалась спокойная, хоть и немного усталая уверенность. Он одной рукой поправляла кубик Рену, а другой ловила пролетающего мимо Акиру, нежно щекоча ему животик, от чего тот заливался новым взрывом смеха.
Дверь открылась без стука — привычка, от которой Тайджу так и не избавился. Он вошел в покои, и его массивная фигура сразу же заняла всё пространство. На нём был не парадный мундир, а тёмный, простой камзол, но на этот раз без следов сна или усталости. В руках он держал два новых, плоских футляра. Его появление не вызвало прежней ледяной волны страха. Акира, завидев отца, радостно взвизгнул и пополз к нему с такой скоростью, что тот едва успел присесть, чтобы поймать его на лету. Рен удивлённо поднял глаза от кубиков и тихо, но уверенно произнёс:
Рен -Па.
Тайджу замер на мгновение, сжимая в своей огромной ладони крошечную ручку Акиры.
Тайджу -Он... он заговорил?!
Такемичи -Угу, Акира рано пополз и пошёл, а Рен заговорил и только научился держать равновесие и ползает, хоть и с трудом и не долго.
Тайджу -Ясно..
Такемичи кивнул, мягко усаживая Рена обратно к кубикам.
Тайджу -Ты готов?
Такемичи -Почти, осталось немного, и нянь дождаться надо.
Тайджу положил футляры на ближайший стол и, всё ещё держа Акиру на одной руке, как котёнка, подошёл к Рену. Он молча наблюдал, как тот с упорством продолжает строительство.
Тайджу -Крепче стал
Констатировал Тайджу, не глядя на Такемичи.
Такемичи -Да. Лекарь говорит, что лёгкие почти полностью восстановились. Догнал брата в весе.
Наступила пауза, заполненная лишь весёлым бормотанием Акиры, пытавшегося откусить пуговицу на отцовском камзоле.
Тайджу -Сегодня тебе исполняется восемнадцать, ну для мира. Так то тебе 16 лет.
Произнёс Тайджу, и в его голосе не было ни вопроса, ни напоминания. Это был факт. Новая, официальная истина, высеченная в камне придворными летописцами.
Тайджу -Бал будет большим. Больше, чем у Акио. Многие хотят увидеть новую королеву.
Такемичи -Я знаю,
Такемичи поднялся на ноги, отряхивая шёлковые штаны.
Такемичи -Говорили, что приедет половина знатных родов королевства.
Тайджу -Из любопытства
Хмыкнул Тайджу, наконец отбирая у Акиры пуговицу и сажая его на пол.
Тайджу -Для бала. Примерь.
Такемичи подошёл к столу. В первом футляре лежало платье. Но не воздушное и лёгкое, а сшитое из плотного узорчатого шёлка цвета морской волны, с длинными рукавами и высоким воротником, больше напоминающее парадный костюм знатного омеги-советника, а не наряды для украшения. Оно говорило о статусе, а не о доступности. Во втором футляре, на чёрном бархате, покоился новый кулон. На этот раз это был не алмаз, скрывающий правду. Это был камень тёмно-синего сапфира, обрамлённый причудливым сплетением серебряных ветвей. Он не скрывал, а подчёркивал. Он был тяжёлым, холодным и невероятно красивым. Такемичи взял кулон в руку. Камень был холодным, но быстро согрелся в его ладони.
Такемичи -Спасибо
Такемичи мило улыбнулся, и стал красоваться перед зеркалом.
В дверь постучали — няньки пришли за детьми. Суета с передачей двух возбуждённых младенцев на время разрядила атмосферу. Когда дверь закрылась за ними, в комнате воцарилась тишина. Такемичи повернулся к Тайджу, всё ещё сжимая в руке сапфир.
Такемичи -Я готова.
Тайджу окинул его взглядом — не оценивающим, а проверяющим. Щит готов к битве. Доспехи надеты. Ложь отточена.
Тайджу -Тогда пошли
Он протянул руку не для того, чтобы вести, а как соратник, предлагающий идти рядом.
Тайджу -Наш выход.
И сегодня им предстояло выиграть ещё одно сражение. Не против врагов или сплетников. А против правды. И на этот раз они были готовы сделать это вместе. Величественный бальный зал «Чёрных Драконов» был залит ослепительным светом тысяч свечей, отражавшихся в золотых канделябрах и полированном мраморе пола. Воздух гудел от приглушённого гула голосов, звона хрусталя и торжественных аккордов музыки. Казалось, всё королевство съехалось сюда, чтобы увидеть не просто королеву, а того, кто сумел приручить самого Жестокого Короля. Когда Тайджу и Такемичи появились на вершине парадной лестницы, зал замер. На мгновение воцарилась абсолютная тишина, а затем грянули официальные фанфары, и волна низких поклонов и реверансов прокатилась по залу. Такемичи, в своём элегантном платье цвета морской волны и с сияющим сапфиром на шее, мило улыбался. Он смотрел поверх толпы, его поза была прямой, а взгляд — спокойным и уверенным. Он был не украшением на руке короля, а его частью, его продолжением.
Тайджу, не отпуская его руки, повёл его вниз по лестнице. Их путь к толпе. Первыми к ним пробились самые влиятельные и знатные. Герцог Саёши Маджима склонился с подобострастной улыбкой, которая не достигала его холодных глаз.
Маджима -Ваше Величество, моя королева. Поздравляю с днём рождения. Вы сияете ярче всех драгоценностей в этом зале. Мой скромный дар — коллекция редких вин из моих южных поместий. Уверен, они скрасят ваши вечера
Его взгляд скользнул по сапфиру на шее Такемичи, оценивая его стоимость. Рюгуджи Кэйджи, яркий и беззастенчивый, расшаркался с театральным размахом.
Кэйджи -Королева! С днём рождения! Вы выглядите просто... сногсшибательно! Мой подарок — чистокровный скакун из моих конюшен. Быстрый, как ветер, и послушный, как ягнёнок! Идеален для прогулок по окрестностя
Он подмигнул, явно довольный своим выбором. За ними потянулась вереница графов, баронов и их жён, одаривавших Такемичи дорогими безделушками, тканями, украшениями и сладостями. Он принимал всё с лёгким, вежливым кивком, благодаря стандартной фразой, которой его научили:
Такемичи -Благодарю вас за вашу щедрость и добрые слова
И вот к Такемичи приблизилась пара, которую Такемичи уже выделял из толпы. Рюгуджи Кен, капитан стражи, в парадной форме, и его недавний супруг, Рюгуджи Манджиро. Их поклоны были не такими низкими, как у других, но полными искреннего уважения. Сам Тайджу отошёл, переговорить с парочки аристократов
Кен -Королева. Примите наши поздравления. Желаем вам здоровья и счастья
Его голос был твёрдым и честным.
Манджиро, улыбаясь, добавил
Манджиро -Да, и пусть каждый ваш день будет наполнен светом, как этот зал сегодня
Затем Кен сделал едва заметный жест. Из-за спины стражи вышел молодой человек. Он был одет в простую, но чистую одежду слуги. Его руки были скованы изящными, но прочными серебряными наручами — знаком его статуса. Он не поднимал глаз, его взгляд был устремлён в пол. Белые волосы падали на его лицо, скрывая черты. Казалось, он пытался стать как можно более незаметным, раствориться в воздухе. Такемичи видел его гневный оскал, чувствовал его злость и ненависть.
Кен -Это наш личный подарок вам, королева. Раб. Его зовут...
Молодой человек резко поднял голову, и в его зелёных глазах вспыхнула настоящая, жгучая ненависть, смешанная с горькой обидой. Его голос, тихий, но отчётливый, прорезал придворный шум:
Санзу -Санзу. Меня зовут Санзу».
Он выдохнул это имя, словно это было клеймо, которое он сам себе выжег, отрекаясь от всего прошлого. Манджиро, слегка смутившись, поспешил объяснить
Манджиро -Его... подарили нам на свадьбу. Но, он нам незачем, ни мне не мужу раб не нужен. Про него мало чего известно, только то что он из какой то деревне на краю королевства. Ни настоящего имени, ни фамилия, хах
Такемичи замер. Его взгляд из вежливо-отстранённого стал пристальным и глубоким. Он смотрел не на подарок, не на вещь, а на человека. Он видел не наручники, а боль в его глазах. Боль, которую он знал слишком хорошо. Боль предательства и потери себя.
Такемичи -Я... благодарю, мне что то поплохело, я выйду на улицу, если вдруг Тайджу будет искать, скажите ему что я там. Санзу, составишь мне компанию?
Это был не приказ, предложение, от которого тот мог отказаться, но не смог. Его в первые спросили хочет он или нет.
Кен -Конечно мы сообщим королю где вы.
Выйдя на улицу, Такемичи развернулся к Санзу.
Такемичи -Санзу...
Он произнёс это имя без насмешки, без снисхождения. С признанием.
Такемичи -Это же ненастоящее имя?
Санзу стимул зубы.
Санзу -И что? Отхлестаете за это? Уже пытались узнать моё имя. Так знай! Я от него отрёкся! Нехер мне нужна такая семья!
Такемичи -Нет конечно, я понимаю какого это, когда тебя продают в рабство. Я с детства был продан родителями. И.. до прошлого года скитался из одних рук в лругиескучу стран и людей видел. Пока не оказался тут.
Санзу замер, он ждал подвоха, насмешки, унижений, избиений, всё что угодно, но не раскрытие правды прошлого. Такемичи посмотрел на него и кивнул, как будто это был самый разумный ответ на свете.
Такемичи -Знаешь... я бы.. я отпустил тебя, правда. Просто, Тайджу... он, не позволит, раз тебя подарили, то... придётся, прости.
Санзу опустил голову. Только что у него появилась Надежда на свободу и месть родным, а тут такой подвох.
Такемичи -Но не переживай, ты будешь служить мне, вот и всё. Когда вернёмся в покои, я сниму наручники, хорошо?
Санзу -Хорошо
Они вернулись в зал, и остаток дня Такемичи выслушивал много поздравлений, да ещё и подарки принимать.
Когда же он оказался в комнате, с Тайджу и Санни, он свалился от усталости на кровать. Дети уже были тут, няни как увидели их, поклонились и ушли.
Рен -Ма
Такемичи -Да милый, мама пришла
Тут Такемичи чувствует как его дергают за волосы, он приподнялся и увидел Акиру, который и дергал за волосы.
Такемичи -Акира, милый, зачем ты дёргает маму? А если маме больно?
Такемичи хоть и не было больно, но все же надо отучать сына от этой привычки. Акира опустил волосы и Такемичи поцеловал его в лоб, а после и Рена.
Тайджу -Тебе подарили раба, как я вижу?
Такемичи -Угу
Тайджу -Ты же понимаешь, что дать ему свободу не можешь
Такемичи -Да, но он мой, так что делать с ним буду что я хочу. И тебя он имеет право не слушать. Кстати по поводу Санзу.
Омега встал и взял ключ с кучи подарков и снял наручники с того. Тот в свою очередь потёр свои запястья.
Тайджу -И где он спать будет?
Такемичи -Как я знаю, комната на против свободна, путь располагается там, и путь ему одежду купят или сошьют.
Шиба посмотрел на супруга, но лишь кивнул. Слабо и как то неуверенно.
Тайджу -*Мы вместе почти год. До этого он ни разу не давал приказы, да и я его не слушал. А сейчас... слушаю и слушаю. Да ч в тряпку превращаюсь! Но... с таким омегой... тяжело не превратится в подкаблучника. Он же шикарен...*
________________________________________________________________
Подпишитесь на мой тг канал, там вся информация о мои фф:SipYaoi
А так же кидайте донат на номер: 89773739289(Сбер)
Написано: 29.08.2025г-01.09.2025г
Опубликовано: 04.09.2025г
Слов: 1831