II | V. Образы (!TW!)
!В данной главе присутствуют сцены употребления наркотиков, алкоголя и незаконная деятельность!
Здание Чёрного Тюльпана почти не отличалось от других. Это была девятиэтажная постройка практически на окраине оживлённого района. Обычные жители Токио и власть вряд ли догадываются, что вместо зарегистрированного здесь отеля находился один из самых прибыльных нелегальных видов бизнеса Бонтена, наравне с наркотиками. Но даже в случае проверки — всё схвачено. Таю — под видом горничных прибираются в номерах, а администраторы предоставляют всю липовую документацию, за которую было отвалено немало денег.
Тюльпан встречал меня ослепляющим блеском сотен окон, ловящих вечернее, ещё более тёплое и нежное, солнце. Окна располагались в основном на лицевой стороне здания и позади, откуда открывался вид на небольшой районный парк. Ещё некоторое время я стоял у машины, щурясь от солнца, осматривая здание в настигнувшей меня задумчивости. Сунув руку в карман брюк, я посмотрел на яркий экран телефона, пустующий без уведомлений. Он сообщал мне о том, что осталось семь минут до пяти часов вечера. Странное чувство ожидания защекотало горло. Хотелось, чтобы Кайо напомнила о себе...хотя бы о том, что жива, но за весь день от неё не было ни сообщения. Я не ждал этого и не думал об этом до сих пор, но интуиция мне подсказывала, что мы оба охвачены этим странным ожиданием. Спрятав телефон, я неспеша направился ко входу. Над широкими раздвижными дверями вывеска "Чёрный Тюльпан"(на японском) отливала от своих больших букв солнечным золотом.
-Добрый вечер, чем могу помочь? -высокая девушка с длинными каштановыми волосами, собранными в высокий хвост, лучезарно улыбнулась мне, появившись из-за двери небольшой комнаты. Нотки высокого голоса, с крупицей писка, дёрнули мои нервы, вызывая неприязнь. Раньше я её не видел. Рассматривая её искусственно загорелое лицо с блестящей ровной улыбкой, крашеными алыми губами, девушка терпеливо смотрела на меня, постукивая красными ногтями по кожаному чехлу планшета. Мой взгляд невольно опустился с губ на глубокое декольте, открытое благодаря двум расстёгнутым пуговицам белоснежной блузы. На шее болталась золотая цепочка с кулоном в виде сердца -Извините... -наконец произнесла девушка, заставляя поднять меня взгляд. -Чем могу помочь? -вновь улыбнувшись, словно пластиковая кукла, обтянутая кожей, девушка с настороженностью глянула на охрану.
-В каком зале Хайтани? -ровно спрашиваю я, взяв из огромного стеклянного бокала одну карамельку. Развернув шуршащую упаковку, я закинул в рот конфету, спрятав фантик в карман пиджака. Приторный вкус то ли яблока, то ли груши коснулся моего языка. -Прошу прощения, но я не имею права распространять информацию о наших... -терпеть не могу, когда меняется персонал. Высокий голос был мне неприятным, и дрожащий писк, будто комар, жужжащий около уха, всё больше раздражал мой слух.
-Номер зала, в котором находятся Хайтани. -вертя на языке конфету, спокойно переспрашиваю я, заметив, что длинные ногти перестали стучать по блокноту.
-Я ведь вам уже сказала, что не могу... -я с глубоким вздохом выпрямляюсь у стойки, не переставая прожигать взглядом стеклянные глаза, которые были наполнены смятением. Я поддался вперёд, сокращая расстояние между разукрашенным лицом администратора. Лицо под кучей косметики, казавшееся старше лет на десять, рефлекторно отдалилось от меня, краснея. Алые губы, которые действовали мне на нервы, как на быка красное полотно, приоткрылись, чтобы произнести что-то, но я перебил её:
-Меня зовут Санзу Харучиё, -огромные невинные глаза округлились и стали похоже на огромную монеты, а длинные чёрные ресницы спешно хлопали. -Если я попрошу тебя вылизать весь пол в этом месте, ты должна будешь сделать это молча и с видом полного удовольствия...уяснила? -на мой вопрос девушка медленно кивнула, в страхе смотря в мои глаза. Я облизнул губы сладким от конфеты языком и довольно оскалившись, отдалился от дешёвого запаха женских духов, врезавшегося в ноздри, как запах жженного пластика. Он чувствовался ещё некоторое время, а затем исчез.
-П-простите -прошептала девушка, - Хайтани-сама в третьем VIP-зале, -испуганно пискнула она, опустив взгляд. Встрепенувшись, на её лице появилась смущенная улыбка, а пальцы поправили ворот блузки, привлекая мой взгляд к декольте. -Я провожу вас, - выйдя из-за стойки регистрации протараторила девушка.
-Не надо, - лениво отпрянув от стойки, я небрежно махнул рукой, желая уже двинуться к лифту, как вспомнил о кое-какой мысли. Развернувшись на пятках, я повернулся к девушке, держа руки в карманах. Конфета всё ещё стучала по зубам, услащая мои слюни.
-Мне нужна очень миловидная Таю небольшого роста, грудью и русые волосы со стрижкой каре — это обязательно. - кивок не заставил себя долго ждать. Медленно, словно туго воспринимая мои слова, красногубая кивнула и сложив руки у живота, поклонилась в знак уважения.
-Славно, -развернувшись, сказал я сам себе, в предвкушении направляясь к лифту широкими шагами.
._.
VIP-залы находились на последнем этаже. Их окна как раз выходили на аккуратно стриженный, ещё зелёный парк, часто пустующий без людей. Покинув лифт, я долго шёл по длинному коридору, устланному чёрной дорожкой, украшенной золотыми извивающимися змеями. Из-за тёмных обоев казалось, что коридор сжимался в узкий переулок с каждым моим шагом. Пройдя мимо стен, освещаемых только настенными светильниками на каждой стороне, я наконец подошёл к третьей двери, на которой заканчивался мой путь. Коридор уходил дальше, становился всё уже, угнетая своим опошленным светом, ярость которого почти полностью поглощалась чёрными полотнами ткани на стенах.
Нужная мне комната была скрыта за такой же чёрной, как обои, дверью. Рядом светились прозрачные буквы V-I-P с цифрой "3" после. Я постучал в дверь, из-за которой были слышны тихие отрывки музыки. Спустя полминуты ожидания, уже успевшего мне наскучить за весь день, жёлтая от падающего на на неё свету ручка дёрнулась и Ран, за спиной которого горел сине-фиолетовый свет(подобный горит в ночных клубах), приветственно улыбнулся, протягивая широкую ладонь для приветствия.
-Ты вовремя, мы как раз начали открывать первую бутылку, - произнёс Ран, отпуская мою руку. Он ослабил узел своего галстука и направился в комнату, погруженную цветом, похожим на оттенок его глаз.
-Знал, что ты придёшь! -воскликнул Риндо, рассматривающий большую бутылку виски. Ран направился к мини-бару, открывая соседний шкафчик. Оттуда он достал три бокала для виски и столько же для шампанского - вероятно для Таю. Коконой как обычно отказался идти. Он никогда не любил подобного рода развлечения. Покер — да, Бильярд — да, Выпивка и Трава — да! Но никогда он не оставался в Чёрном Тюльпане на ночь. Не проводил всю ночь в постели и утехах "идеальных" кукол, несмотря на то, что финансы этой организации, как и всех остальных, были под его контролем.
Наша ночлежка на эту ночь была размеров с трехкомнатную квартиру. В огромном зале, полностью опущенном во мрак индиго, стояло два длинных дивана чёрного цвета: два напротив друг-друга и одно кресло — сбоку. В центре них стоял небольшой прямоугольный журнальный столик из дерева, в центре которого было вставлено стекло. На полу лежал чёрный ковролин уже с красными змеями, извивающимися под ногами. В этой "квартире" имелось ещё три комнаты, помимо ванной. Всё они - спальни, отличные друг от друга только цветом мебели.
В воздухе запахло алкоголем, как только Риндо наклонил бутылку, разлива первую порцию алкоголя в бокал. На большой, круглой тарелке лежала свежая сырная нарезка, а в соседней — грузди винограда, манго, пирамидки ананаса и прочие фрукты.
Приглушенный свет, исходящий от светодиодных ламп, встроенных по периметру потолка, всё больше вводил меня в кураж предстоящего вечера. Смотря на янтарную жидкость, медленно волнующуюся в бокале, я уже чувствовал на языке этот сладостно-горький вкус виски, согревающий горло. Сглотнув слюну, мы покорно ждали с Раном его брата, который разливал алкоголь.
Наконец закончив, Риндо крепко закрыл виски, оставляя бутылку на журнальном столике. Рухнув на диван напротив, он обхватил пальцами бокал, поднимая его вверх с радостной улыбкой на лице. Ран и я последовали примеру, обмениваясь ухмылкой, которая означала, что этот вечер, как и все проведённые здесь, не будет скучным. Он позволит нам всем забыть о своих заботах и погрузиться в мир разврата, антиморали, алкоголя и наркотиков. Ощутить то, что ощущают наши верные клиенты.
-За прекрасный вечер! -три бокала, наполненные чистой янтарной жидкостью были подняты вверх и осушены до дна одним глотком.
-Обожаю это место, -произнёс Ран, протягивая ко рту кусочек сыра. Его лицо едва заметного исказилось от прожигающей горло порции алкоголя. Риндо, поджавший губы, согласно кивнул, прикрыв глаза. Сглотнув жидкость, он выдохнул горячий воздух, поднося пальцы к губам.
-Чуть не блеванул, -раздался хрип парня, после которого тот громко закашлял. Смех наполнил комнату, перебивая музыку, служащей приятным сопровождением.
-Глотай сразу, Риндо. Столько лет тебя уже учу этому, а ты как Алабай — не поддаешься дрессировке, - усмехнулся Ран, подливая алкоголь в опустошенные бокалы. Положив одну ногу на колено, параллельно полу, парень "кивнул бокалом" в сторону брата.
-Алабай...-пробуя на вкус это слово, Риндо покачивает бокал в своей руке, наблюдая за тем, как янтарные волны бьются о стеклянные стены. -Классный пёс, но я не Алабай, - мечась взглядом от моих глаз до глаз Рана, которые уже начинали блестеть и веселеть, Риндо выставил руку с виски в мою сторону. -Санзу, Алабай больше всего подходит к тебе! -сказал парень, будто это было очень важным открытием в его жизни. Сделав ещё один щедрый глоток, он заставил себя проглотить вторую порцию алкоголя сразу.
-Так-то лучше, -посмеялся Ран, смотря на то, как брат с наслаждением жуёт сладкий виноград. -Что скажешь? -приподняв длинные, словно очерченные по линейке, фиолетовые брови, спросил он, переведя взгляд на меня, оставив голову повернутой к брату.
-Я привык к Дикой лошади¹ -мешая жидкость в стакане, подобно Риндо минуту назад, спокойно ответил я. Напряжение покидало меня с каждой минутой, сменяясь приятной расслабленностью и равнодушием к недавним событиям. Пустующая дыра в душе больше не беспокоила меня, а длинные когти больше не скребли душу, не раздирали никогда не заживающие швы, не мешали в моей голове коктейль из ошмётков кожи, оторванной от заплатанной ранее груди. Эта дыра заполнялась виски, как песком заполняется яма на идеальной ровной дороге, а наркотики и секс закроют эту яму, подобно асфальтобетону. До следующей атаки грязными когтями. Разговор прекратился. В комнате слышна лишь музыка, будто звучавшая издалека.
Stay in the darkness,I'm loving the pain Оставайся в темноте, я люблю боль
I'm fighting myself, and I'm living it straight Я борюсь с собой и живу честно
Walking a path, completing my sins Ходить по пути, пополняющему грехи
Living this world, where good guys don't win Жить в этом мире, где хорошим парням не везёт
Putting my feelings inside of this page Вложить свои чувства в эту страницу
Now don't give a fuck, if this my end. ² Теперь мне плевать, если это конец.
Эти строчки звучат отчётливее на фоне других. Они заставили меня усмехнуться про себя и сделать небольшой глоток виски. После небольшого молчания, Риндо разваливается на диване, рассматривая сначала несколько секунд, а затем и меня.
-Я всё-таки удивлён тому, как Майки смог объединить нас -начертив пальцем окружность, витающую в воздухе, произнёс он, закинув в рот ещё один кусочек винограда. Музыка вновь исчезает, остались только басы, звучащие громче остальных.
-Что именно тебя удивляет? -не опуская одну бровь, заинтересованно спросил Хайтани старший. Длинноволосый замялся, долго думая, но всё же выдал то, что думал:-Когда Рокухара-Тандай был поглощен Свастикой-Канто, наши отношения были натянутыми...
-Ха-ха! -с восклицанием смеётся Ран, щурясь. Я помню, как чуть не раскрошил тебе череп, -приятный смех, словно низкое мурлыкание, наполнил комнату. Парень с улыбкой глянул меня, подмигнув.
-Тебе просто повезло, что я не услышал, как ты подошёл к моей спине...-опустошая одним глотком на одну треть наполненный бокал, хрипло отзываюсь я, ловя усмешку от Хайтани.
-...Но несмотря на это, Майки сделал из нас Грешную Троицу, которая теперь не стремится разбить друг другу еб.льники -Риндо вновь обвел нас сапфирами, а затем вытащил из кармана пачку папирос, скрытых под дорогим кожаным кисетом и наполненных марихуаной. Он оставил кисет на столе, а на его синем от света лице расплылась довольная ухмылка, когда два бокала одновременно опустились на столешницу с коротким звоном.
-Это мне нравится больше, чем обсуждение прошлого, -с ответной ухмылкой, довольно произнёс я. Ран утвердительно кивнул и подвинулся ближе к столу, опираясь локтями на колени, чтобы расстегнуть манжеты на белой рубашке. Его пиджак серо-фиолетового цвета свисал с подлокотника дивана, где лежал и телефон.
Риндо не требовалось спрашивать нас о том, присоединимся ли к курению. Он знал — будут все. Длинные пальцы потянули за собой молнию, которая с приятным скрежетом, открывала нам вид на папиросы...
._.
Солнце давно спустилось за горизонт. Полосы лунного света пытались протиснуться сквозь плотные бордовые шторы. Дым сигарет, запах марихуаны и терпкого алкоголя, который наполнил собой нашу кровь, смешались в единый аромат ночи, от которого кружилась голова, краснели глаза и бешено стучало сердце, отбивая свой быстрый ритм под кожей. Ощущение времени совершенно исчезло, мне казалось прошло пять минут, как стрелка часов, качающаяся из стороны в сторону, подобно метроному, от лёгкого движения головой, наклонилась к цифре "1", указывая на полночь. Музыка грохотала со всех углов, валилась на голову, заставляя погрузиться в пучину басов, неразборчивых слов от быстрого чтения автора текста и качающую мелодию.
Громкий стук дверь отвлёк меня от дорожки никотина. Дрожащая рука, сосредоточенно поправляющая белую полосы, дернулась. С раздражением откинув банковскую карту на стол, я облизал крупинки порошка, попавшие подушечку мизинца, и крикнул Рану, чтобы он открыл дверь.
Хайтани закрыл морозилку, держа в руках пакетик с кубиками льда для виски. Он поднял с тумбы пульт, и сделав музыку потише, прислушался к тишине. Собравшись вернуть громкость, послышался повторный слух, и оставив пакет со льдом на дивана, двинулся к двери
-Это Таю, -спокойно отозвался Риндо, отдаляя от губ косяк. Парень развалился на диване, прикрыв свои глаза, а ноги закинув на подлокотник соседнего дивана. Он приоткрыл один глаз, на белках которого кровяные сосуды угрожали вот-вот лопнуть, и проследил за спиной Рана, которая быстро удалилась за стеной. Я продолжил выстраивать дорожку из белого порошка, и наконец закончив, вытащил из кармана купюру в сто йен, ловко сворачивая его в трубочку.
-Разве ты не завязал с порошком? -спросил Риндо, только что заметив ровную белую линию на стеклянной поверхности. Я провожу языком по краю купюры, смачивая его слюной, а затем усмехаюсь, глядя на парня, который недавно сам предлагал завязать с травой, потому что от неё трещит голова, а несколько часов назад вывались на стол полный кисет к косяками.
-Нельзя так просто завязать с тем, что дарит тебе кайф, -с ухмылкой я кивнул на тлеющий косяк меж пальцев Хайтани. Тонкая полоска травяного дыма поднималась вверх, сужаясь, а затем и вовсе исчезая, мешаясь с сигаретным. Риндо поджал губы и закивал, хрипло шепнув: "Ты прав". Я наклонился к столу и подставил купюру к началу дороги.
Глубокий вдох
В носу защипало от ядовитого порошка...
Второй.
Яд раздирал слизистую...
Третий.
Глаза заслезились. Я тёр их ладонями, готовый драть ногтями веки, старался вдохнуть как можно больше воздуха. Раздражение начало проходит, и оторвав ладони от лица, я встретился взглядом с Риндо, черты лица которого казались намного четче, ярче и острее, будто в режиме HDR. Его яркие фиолетово-красные глаза смотрели на меня, светясь явным любопытством.
-Хочешь попробовать? -с растущей улыбкой спросил, смахивая с кончика носа возможные остатки порошка.
-Может быть, но точно не сегодня, -серьёзно произнёс Рин, качая головой. Его стопы качались в такт утихшей музыке или сами по себе, мне было неясно.
-Санзу! -крикнул голос Рана, перед тем как он сам появился в зале. За спиной стояло три молодых Таю. Все они были в коротких платьях, не ниже середины бедра, а каблуки глухо и ритмично стучали по ковролину. Двух из них я видел не впервые: они всегда были дополнению к таким ночкам, а одна оказалась совершенно незнакомой. Таю застучали каблуками, направляясь к дивану. Одна — села на подлокотник кресла, тут же начиная поглаживать крепкое плечо Риндо. Вторая — опустилась на диван напротив, подмигнув своей коллеге. -Кажется по ошибке прислали не ту, -громко произнёс Ран, за спиной которого всё ещё пряталась последняя девушка. -Я позвоню и спрошу, -спешно проговорил парень, готовый вернуться в прихожую, где был телефон для связи с ресепшеном.
-Не спеши, -спокойно ответил я, привлекая его внимания. Поднявшись с дивана, я отряхнулся и с первым шагом почувствовал, как кружится голова, а сердце ускорило свой ритм, молотком отбивая его в затылке. Я приблизился к парню, заметив как из-за его плеча выглянули огромные глаза, полные смущения, и тут же спрятались. -Это та, -я мельком глянул за плечо парня, увидев только макушку русых волос. Фиолетовые брови нахмурились, а острое лицо выразило непонимание:
-Ты же обычно с другой...Всегда берёшь другой типаж, -я кивнул, соглашаясь с Раном. Мне не хотелось объяснять или даже пытаться объяснить то, почему вместо длинноволосой брюнетки с горящими похотью зелёными глазами, тонкими ногами, пышной грудью и губами, я выбрал иное.
-Да, но сегодня я попробую другое, -в сапфировых глазах я увидел свои: ярко зелёные, как свет белого фосфора в темноте, блеснувшие чем-то опасным.
-Ладно, -подозрительно посмотрев на меня, Ран приподнял брови, и спрятав руки в карманы, вернулся на диван, где его уже ждала "ласкательница"
Как только парень отошёл, Таю, спрятанная за его спиной, оказалась без защиты. Я увидел перед собой девушку низкого роста. Чёрное кожаное платье облегало её фигуру: небольшую, но красивую грудь, узкую талию и широкие бедра. Тонкие лямки платья, казалось вот-вот порвутся под тяжестью груди. Русые волосы доходили только до середины шеи: идеально прямые и блестящие.
Я осматривал её как товар в магазине, который собираюсь купить за огромную цену. Скептично, останавливаясь на каждом сантиметре кожи, с жадным интересом, впиваясь глазами в тело, проходя по нему рентгеном. И меня всё устраивало. Я готов был отдать свои деньги, чтобы эта вещь удовлетворила мои желания, существующие здесь и сейчас.
Юное личико было накрашено ярко и вызывающе, совсем не так, как я хотел, но стоило упомянуть о деталях, которым должен был соответствовать товар. Острые скулы, пухлые губы, накрашенные лёгким розово-персиковым оттенком помады, аккуратный вздёрнутый нос, большие голубые глаза, не перестающие хлопать пышными чёрными ресницами. Длинные тонкие стрелки, делающие взгляд "кошачьим". Таю также называют куклами. Для клиентов они также не имеют души, они сделаны для того, чтобы радовать, удовлетворять и оправдывать свою цену работой, которую достойной и не назовёшь.
-Ты что, впервые работаешь? -вдруг спросил я, отчего девушка направила на меня свой пустой взгляд. Я не скрывал своей неприязни в голосе. Безмозглая кукла. Меня раздражал этот стеклянный, ничего не понимающий взгляд. Неужели мне рискнули прислать обычную юдзё? Я с нарастающей злостью смотрел на девушку, чувствуя как мне становится жарко от того, что кровь закипает в жилах.
-Не первый, - качает головой девушка, двумя руками заправляя пряди волос за уши. -Позвольте мне выпить, -смело добавляет она. Её взгляд сменился на уверенный. В нём загорелся огонёк непонятной страсти, а улыбка возникла юном лице.
-Валяй, -махнув рукой, я проводил взглядом ноги, модельной походкой шагающие к дивану.
Шипение пузырьков в бокалах с шампанским, которые никогда не стояли пустыми, громкая музыка, пьяный смех, запах травы, красные глаза, горящие в приглушенном свете опьянением, разноцветные таблетки, тающие на языке, бешеный стук сердца, сладкое виски, согревающее горло, жар, похоть, исходящая от Таю, которые, не скрывая своего животного желания, уже чуть ли не сосали Хайтани прямо в зале под журнальным столиком, покрытом частицами порошка. Всё это смешалось в одно. Лёд гремел в бокалах, музыка била по ушам, свет слепил мои глаза.
Таю не слезала с моих колен, постоянно ёрзая, отчего мой член сильнее натягивал ткань трусов. Я ощущал запах тюльпанов. Он исходил от блестящей кремовой кожи, русых волос, одежды. Я будто нахожусь на цветочном лугу. Упругие ягодицы настойчиво упирались в мои яйца. Девушки смеялись, танцевали, возвращались на колени, соблазнительно улыбаясь, а их похотливые глаза разгорались всё сильнее с каждым новым глотком шампанского, будто в пылающую печь подбрасывали новые бревна, тут же пожираемые языками пламени.
Черноволосая японка не переставала лезть под рубашку Рана, который втягивал и выдыхал травяной дым в мутный воздух с закрытыми глазами и непринуждённой улыбкой. Он, не открывая глаз, перехватывает шаловливую руку, и наклонившись к столу, тушит папиросу о край пепельницы, в которой лежало ещё несколько таких же. Хайтани прошептал ей что-то с ухмылкой, после чего брюнетка встала, и качаясь, направилась в одну из спален.
-Уже покидаешь нас, братец? -с усмешкой и задором спросил Риндо. Он подставил ко рту пальцы, охватившие невидимый член, и несколько раз покрутив рукой, засмеялся.
-Придурок, -наш громкий и пьяный смех вновь наполнил комнату, когда Ран, подняв средний палец вверх, посылает нам приветливый жест до тех пор, пока не не скрывается в спальне, ногой закрыв дверь.
-По последней, -подняв бокал вверх, торжественно произносит Риндо. Я с радостью подношу свой бокал. Хайтани вошёл в кураж: виски им пьётся, словно вода. Со стуком поставив опустошённый бокал, он срывает с веточки винограда сладкий плод, и подкинув вверх, ловит его открытым ртом. Шлёпнув блондинку с пепельным цветом волос по заднице, он встаёт и идёт за ней в другую комнату.
Таю в очередной раз ёрзает на моих коленях. В этот раз я сжимаю её мягкие бёдра, впиваясь пальцами в кожу. Приблизившись к уху, мои слова звучат хриплой угрозой:
-Нам тоже пора, -русоволосая хватает меня за руку, ведя рукой под ткань кожаного платья. Я чувствую как мой член твердеет от возбуждения, и перехватив пальцами горячую руку, поднимаю девушку за бёдра со своих коленей. Ей приходится крепко держаться за ткань дивана, чтобы не повалиться на пол. Она тихо хихикает, что-то бормоча. -Не отставай, -кидаю я через плечо, заходя в комнату, горящую пурпурным светом.
Мой взгляд тут же падает на идеально заправленную кровать, укрытую белым одеялом. Над её высокой спинкой висела неоновая лампа в виде нескольких бутонов ядовито-розовых тюльпана. Я расстегиваю манжеты, и закатав белые рукава, поворачиваюсь на звук каблуков, отбивающих шаги.
Горячие пальцы касаются моей спины, поднимаясь к шее. Одна рука нагло проскальзывает к кожаному ремню, вытаскивая шпенёк из пряжки. Мышцы тела напрягается, терпение, которое постепенно покидало моё тело, вовсе иссякло, и грубо схватив запястье, я настойчиво прижимаю девушку, вдавливая её хрупкое тело в стену. Желание сомкнуть пальцы капканом на шее увеличивается с каждой секундой. Эта молочная шея привлекает меня своей хрупкостью: стоит мне нажать сильнее и раздастся хруст, который заставит мою кровь бурлить от наслаждения.
Вытянув шею, таю горящими от возбуждения глазами смотрит на меня, кусая губы. Помада давно стёрлась, отпечатавшись на бокале с шампанским, открывая вид натуральный цвет. Широкие зрачки пылают огнём, щёки краснеют от постоянного недостатка воздуха в лёгких, а с пухлых розовых срывается молящий стон, когда я касаюсь горячей, как раскаленный металл, кожи на бедре.
-Хочешь ещё?! -продолжая держать свои пальцы сомкнутыми на шее, шёпотом произношу я. -Вы течёте при таких, как я, -пальцы сами собой крепче сжимают шею. Розовые губы приоткрываются, стараясь вобрать воздух, а пальцы обхватывают моё запястье, пытаясь ослабить хватку. -Готовы заглатывать член по самые гланды, кричать от наслаждения, -желчь застывает в горле. -Вам нравится, когда вас трахают незнакомцы. Вы — всего лишь куклы для утех. Вы пустые, в вас нет ничего, что присуще людям...шлюхи -последнее слово звучит с особенным отторжением. Вены вздуваются на руках, а глаза наливаются кровью от резкой ненависти к этим существам. Я с трудом заставляю себя разомкнуть пальцы. Отступив на пару шагов назад, мои пятки встречаются с бортиком кровати. Меня качнуло в сторону, но через пол секунды я уже сидел на краю, пытающим взглядом разглядывая раскрасневшуюся девушку. Она поднимает взгляд полный страха, опаски, не переставая тереть шею, на которой остались красные отпечатки от моих пальцев. Этот взгляд напомнил мне Кайо: то, с каким страхом она смотрела на меня, когда я передавал ей пистолет, то, как её солёные слезы стекали по щекам, оставляя чёрные полосы потёкшей туши.
Я с силой потёр шею, чувствуя как холод остаётся на шее после пальцев. Теперь, когда настала возможность оценить её со всех сторон, увидеть в синих глазах то, что было спрятано за стеклянным взглядом, сравнить с Хинадзуки, я впивался взглядом в каждый сантиметр кожи.
В какой-то момент на небольшое тело начал опускаться силуэт Кайо: кожа посветлела, Коленки порозовели, бедра стали точно такими же, как у неё. Шея вытянулась, ямки ключиц стали выразительнее, подбородок округлился, линия челюсти казались чётче, губы меньше: их оттенок стал похож на цвет свежей, чистой крови, нос стал чуть длиннее и острее. Мой взгляд остановился на глазах. Синева испарилась, они стали серыми, потеряли весь свой цвет, иссохнув. Точно таким же серебром, они отливали в неоновом свете...
Я стиснул зубы, закрыв ладонями глаза. Я тёр веки до боли, поднимал свой взгляд, чтобы рассеять это видение, возникшее из-за наркоты, гуляющей в моих венах, снова тёр, поднимал, встречался с недоумением в серых глазах, тёр — поднимал. Сделав глубокий вздох, от которого мои лёгкие заныли, переполнившись кислородом, я в последний раз устремил взгляд взгляд на таю, застывшую у стены. Она затаила дыхание, с испугом глядя на меня. Синий взгляд с бликами пурпурного света смотрел, не моргая.
-Ну же, -нетерпеливо произнёс, стиснув зубы. Мои локти сильнее уперлись в колени в ожидании. -Делай свою работу! -повысив голос, от которого дрогнуло тельце, произношу я. Ноги неуверенно зашагали в мою сторону ровной походкой. Остановившись передо мной, таю опускает глаза, становясь на колени. Горячие, словно кипяток, ладони, касаются моих коленей, мягко скользя к пряжке ремня. Касания током отражаются под тканью брюк, оставляя за собой огненные следы, обжигающие кожу. Я выпускаю весь воздух из лёгких
Кровь в жилах начинает бурлить сильнее, желание стиснуть хрупкое тело руками, небрежно бросить его на кровать и утешить все свои прихоти под срывающих голос стоны, сводит мои пальцы, но я твержу себе о том, что ещё рано: я хочу, чтобы Хинадзуки исчезла из моей головы. Хочу, чтобы её тело, чтобы её серые глаза исчезли. Чтобы она мешала мне...
Глядя на меня исподлобья, этот похотливый взгляд заставляет меня сильнее стиснуть зубы, ведь он так похож на тот, с которым смотрела на меня в ту ночь...
Влажные губы, коснувшиеся моего члена, выводят меня из потока навязчивых мыслей. Пальцы собирают волосы на затылке, заставляя взять основание глубже. Губы сжимаются вокруг члена, подталкивая волны возбуждения вверх неспешными движениями. Со свистом втягивая в лёгкие весь сжатый воздух, я откидываю голову назад, чувствуя как тянется кожа на шее. Пальцы впиваются в волосы сильнее, настраивая нужный мне темп. Я закатываю глаза, чувствуя, что конец близок.
Передо мной появляется покрасневшее от смущения юное лицо. Серый взгляд, отражающий свет, молча заглядывает мне в душу, разглядывая блестящее серебро в моих глазах, словно в зеркало. Девушка наклоняет голову, облизывая языком мягкие губы. Хинадзуки стоит передо мной с легкой улыбкой, а нос улавливает тот сладкий запах с терпкой ноткой коньяка, капли которого впитали её губы. Её пальцы касаются рубашки, крепко хватаясь за неё, а вторая рука спускается к ремню...
-Вот же сука, -срывается хрипло с моих губ. Яркая волна возбуждения проходится по члену, когда холодный язык касается головки. Я небрежно оттягиваю за волосы тяжелую голову, поднимая её вверх. Очертив пальцами скулы, сквозь мутную пелену на глазах, я медленно спускаюсь взглядом по молодому, раскрасневшемуся лицу. Глаза, которые опять потеряли свой цвет, блистали в неоновом цвете невинным смущением. В них я видел себя, свое утомленное лицо и яркие розовые волосы. Я вглядывался в свои чёрные зрачки, расширившиеся до размера монеты. Зелёной радужки не было видно совсем.
Таю облизала свои губы, собирая языком остатки спермы, и с лёгкой улыбкой посмотрев на меня, она поднялась с колен, покрасневших от фактурного ковра, спуская с хрупких плеч тонкие лямки...
В эту ночь, наполненную ярким пурпурным светом, я удерживал тело Кайо. Слышал её голос в громких стонах, впивался руками в её бедра, входя всё глубже и жестче. Сжимал её ягодицы, натягивал её короткие, мягкие, русые волосы. Неразборчивые буквы хрипло срывались с моих губ, произнося её имя...
¹Дикая Лошадь — в молодые годы, до встречи с Ясухиро Муто, Санзу описывали как дикую лошадь, которая не может удержаться от неприятностей. Из-за этого другим отрядам банды было довольно сложно управлять им.
²(Ghostemane, Ramirez - Bermuda) — перевод может быть неточным, т.к отрывок вручную.