Последнее цветение Сакуры

Сегодня я уехал в резиденцию намного раньше, чем обычно. Как только лучи утреннего солнца коснулись моих закрытых век, они открылись быстро и беспокойно, словно я вовсе и не спал, а просто лежал с закрытыми глазами. Да и привычное сонливое состояние, которое покрывалом окутывает тебя ранним утром, отсутствовало, но это не отменило чашку кофе, чтобы привести мысли в порядок.

После чашки крепкого кофе, сваренного в турке, я вернулся в комнату, чтобы одеться. Ощущение, будто в своём собственном доме мне нет места: я не знал, что делать и тогда вопрос о том, что же я делал дома до того, как девушка появилась в квартире, возник в моей голове, так и не найдя свой ответ. Я просто приезжал домой и...всё?

В резиденции точно также не было дел. Или точнее сказать - не было для меня. Я не вожусь с бумагами - это по душе Хаджиме. Мне интересно только прямое устранение проблемы: пулей в лоб или долгие пытки, которыми я развлекаюсь, как хищник со своей жертвой, прежде чем её съесть, убить окончательно. Но всё-таки решил съездить в Бонтен, чтобы провести время бездельно именно там.

Застыв посреди комнаты, словно истукан, я искал хоть что-то, чем можно занять себя, хотя бы на короткий промежуток времени, но обводя комнату взглядом несколько раз, он останавливался лишь на девушке.

Кайо спала крепким сном, свернувшись на краю кровати клубочком, словно кот. Её ресницы были неподвижным, а дыхание настолько спокойным, что спадающие на лицо русые пряди почти не трепетали. Зацепившись взглядом на "картине", я смотрел на тело, полностью скрытое под одеялом, думая о том, почему этой ночью серые глаза испуганно сверкнули, столкнувшись с моими. Хотя и моё сердце замерло от неожиданности, увидев как пристально она на меня смотрит, поскольку за всё то время, что мы лежали в кровати, Хинадзуки ни разу не пошевелилась. И всё же, почему её серебряные глаза, цвет которых почему-то напоминает металл моей катаны: такой же холодный, блестящий и с тёмными отливами острого лезвия, с жертвенным страхом смотрели в мои.

Неужели она на самом деле думает, что я бы тронул её ночью? Я бы не сделал этого, если бы не получил на это согласие. Неужели думает, что я беспринципный и низкий человек, не имеющий никаких достоинств? Неужели думает, что я настолько бесчеловечен, что могу воспользоваться ей лишь потому, что она принадлежит мне? Если так, то это хуже, чем презрение, мелькающее в её глазах, цвета грозовых туч, каждый раз, когда я делаю что-то, не соответствующее её нормам. Но я знаю о ней ровно столько же, сколько и она обо мне...то есть ничего. Я не знаю, что она думает обо мне на самом деле. Иногда мы можем разговаривать непринуждённо. Иногда она меня совсем не раздражает, колкие слова и фразы в мою сторону не злят, а даже забавят, но всё же она слишком часто суёт свой нос в мои дела: задаёт странные, не имеющие никакой связи вопросы. Их можно назвать даже бестактными, но почему-то мне кажется это неспроста. Она пытается что-то узнать, ответить на вопросы, которые могут существовать только в голове... также как и я. В таком случае ответы не заставят себя долго ждать: рано или поздно она расскажет мне о том, что думает на самом деле.

"Я поцеловала тебя и я хотела бы сказать, что это ничего не значит... то есть я не хочу с тобой..."

Эти слова сами собой всплывают у меня в голове вместе с тем взглядом, полным непонятного мне волнения.

Наши мнения об этом ненужном поцелуе схожи, но насколько сильно? Я не хочу спать с ней, потому что просто не могу себе вообразить: в моих мыслях к слову "трахаться" прибавляется слово "отношения" и иначе это не выходит. Я привык к тому, что сплю с Таю*. Их работа  - развлекать людей, трахаться с ними и получать за это большие деньги, но Кайо не одна из них. Я же не могу предложить ей деньги за то, что мы переспали. А кроме этого мне нечего предложить. Т-Д-Т (товар-деньги-товар) - только такие отношения связывали меня и девушек с самого начала... и раз я не могу предложить Кайо деньги за секс, предложу их другой, чтобы наконец выбить эти развратные мысли из своей головы.

А что насчёт Хинадзуки? Что она имела в виду, когда говорила, что это ничего не значит? Конечно, этот поцелуй на пьяную голову ничего и не мог значить. Как и то, что могло бы произойти, если бы я бы не ушёл из комнаты, чтобы не видеть этих горящих глаз. Но почему тогда я не могу выкинуть их головы её образ в тот вечер? Она определённо меня завела и каждый раз, когда я смотрю на неё, то вспоминаю этот сучий вырез, блестящие, как драгоценные камни на свету, глаза, и тихое хихиканье. Мне точно нужна хорошая доза и отличный минет.

Устало покачиваясь на стуле, я бегаю взглядом по высокому натяжному потолку молочного цвета в своём кабинете, в котором тускло отражались мои волосы и очертания тела.

Мне надоело думать. Хочу забыть обо всём и смешать свою кровь с наркотой. Кажется даже кожа стала бледнее из-за двух недельной завязки, а мысли всё чаще начали атаковать меня, не давая расслабиться. Расслабиться...было бы славно съездить в "Чёрный Тюльпан" и развлечься там, а то меня уже тошнит от этих тихих стен. Громкий стук двери заставил меня опустить голову и взглянуть перед собой. Словно прочитав мои мысли, Риндо появился в моём кабинете, с широкой улыбкой остановившись у входа.

-Привет, Риндо, -сухо произношу я, устало взглянув на парня. Я кажется и не напрягался, а просто отсиживал свою задницу на стуле, скуривая сигару за сигарой, говоря наедине с собой в мыслях, но голова гудела от непрерывного потока мыслей, так что я не мог ответить чем-то похожим на дружелюбие.

-И тебе привет, -бодро кивает Хайтани, поморщившись -Пахнет как в курилке, -он обратил своё внимание на полную пепельницу, заваленную сигарами беззвучно пошевелил губами. Наполненный энергией Риндо прыгнул на диван, растягиваясь на мягком и удобном ложе, закинув руки за голову. -Тебя что Хинадзуки выгнала из дома? Или может ты что-то натворил, теперь тебе стыдно и ты думаешь как тебе извиниться? -усмехнувшись своим же словам, которые не могли быть правдивыми, парень в повседневной одежде начал разглядывать картины, которые видел далеко не впервые, но из раза в раз, в его глазах блистало любопытство. Риндо рассматривал их, как только появлялся в кабинете, и каждый раз будто пытался найти новые формы и очертания в мазках маслянистой краски.

-Не смеши, -мрачно отвечаю я, нахмурившись от фразы "думаешь как извиниться". Это последнее, о чём я бы стал думать. Учуяв мою серьёзность и холод, сапфировые глаза отлипают от последней в очереди картины и цепляются за мои. Улыбка сползла с лица, а игривость потускнела в ярких глаза. Риндо поменял положение и теперь смотрел на меня сидя. Он упёрся локтями на колени, поддавшись вперёд, отчего мне показалось, что фиолетовые глаза пытаются заглянуть в душу.

-Со скольки ты здесь тухнешь? -взгляд скользнул вверх, смотря на часовую стрелку, которая пять минут назад перевалила за двенадцать часов. Мне казалось прошло всего полчаса с моего приезда, но будучи в раздумьях, я совсем не заметил как солнце стало светить ярче, наполнив своим золотым светом весь кабинет.

-С восьми, -коротко и не охотно отвечаю на этот вопрос, как и на все остальные, сильнее помрачнев от того, что времени прошло намного больше, чем я ожидал. Только сейчас я почувствовал сухость во рту от нескончаемых сигар, а резкий запах табака ударил в нос, словно в этот самый момент ко мне вернулись все органы чувств разом.

-Ууу, -прогудел Риндо, поднявшись с дивана, чтобы открыть окно и проверить комнату от едкого запаха. Дернув ручку окна, в кабинет хлынул прохладный воздух, который предвещал скорую осень, а за ним - шум проезжающих машин. -Выглядишь помятым, как машина нашей тупой соседки, -усмешка доносится со стороны парня, который поправляет шторы после короткого взгляда на меня. -Постоянно ругается на громкую музыку и грозится вызвать ментов, -на эти слова Риндо закатывает глаза и возвращается на диван, продолжая в открытую пялиться на меня. -Выглядишь реально хреново, -серьёзно промолвил парень уже без улыбки.

-Сочту это за комплимент, -подняв со стола последний дротик красного цвета, я прицеливаюсь в мишень, попадая в "яблочко", остальные девять были разбросаны по всей окружности мишени. Со стороны Хайтани послышалась короткая усмешка.

-Я как раз пришёл, чтобы предложить тебе навестить Таюшек, -ласково отозвался парень о проститутках, рассматривая мишень. -Знаю, что ты не окажешься, а это значит, что в пять часов ты должен быть в "Тюльпане", -парень вскочил с дивана и бодро направился к выходу. -Ах да! -развернувшись на пятках в мою сторону, ухмылка возникла на его слегка смуглом лице, -Можешь позвать и Хинадзуки, мы и ей найдём развлечение, -фиолетовые глаза сверкнули хитростью перед уходом.

Кабинет снова опустел. Шум машин с каждой секундой начинал раздражать, поэтому лениво поднявшись со стула, я закрыл окно, вновь насладившись тишиной.

Нет. Я не хочу больше видеть Хинадзуки сегодня, так что не вернусь домой до тех пор, пока не почувствую себя лучше. Чтобы узнать ответы на мои вопросы, мне нужно сохранять хоть какую-то нейтральность в наших отношениях. Вечер - это прекрасная возможность узнать только ли из-за долгого отсутствия секса меня тянет к этой девушке. Если это всё же не так, то стоит подумать о том, как искоренить это желание. Хотя нужно ли его на самом деле уничтожать, если я смогу найти для себя выход..? 

Остальные четыре часа до выхода я провёл в небытие. Было закончено сорок раундов в косынке, ещё три в шашках и десять - в шахматах. Спина и шея ныли от неактивности, а экран уже расплывался перед глазами, раздражая своим ярким светом. Тыкнув на кнопку выключения, я полностью облокотился на спинку кресла, потягиваясь и, одновременно с тем, поднимая взгляд на настенные часы.

-Неужели, -стрелка с трудом подползла к черте четвёртого часа дня, наполнив меня оживленностью.

"Больше не вернусь в этот кабинет" пролетело в моей голове, когда дверь тяжело хлопнула. Два поворота ключа в заочной скважине, и облегчение разлилось по моей спине мурашками. Подбрасывая пакетик с разноцветными таблетками, которые с тихим стуком мешались между собой, обещая веселить меня всю ночь напролёт наравне с алкоголем и сексуальными Юдзё**, мои ноги бодро несли меня в сторону выхода. Мысль о том, что мои многочасовые бездельник муки закончили, словно наполнила меня жизнью, и кровь вновь закипела в жилах. Тёплый воздух окутал моё тело, а лёгкий ветер лениво развевал волосы. Жара начала спадать и на смену ей стояла самая приятная температура, которая бывает лишь в конце мая и августа. Совсем скоро деревья потеряют свои листья, которые, опавши, накроют собой все тротуары и парки. Осень - яркое, удивляющее своей красотой и яркостью время года, но больше мне нравятся безжалостные грозы, гремящие на весь Токио. Черно-фиолетовые небо, чуть ли не каждую секунду, освещаемое вспышкой яркого света, наводящее страх на всех детей, стариканов и животных, своей разрушительной свободой...

Перекурив около машины, я всматривался в чистое безоблачное небо, вспомнив о Майки. Каждый свободный вечер он любил всматриваться в небо. С самого начала я не понимал, чем вызвано это любование и не понимал до сих пор. Но сейчас мне стало ясно. Смотря на небо, на медленно плывущие облака, похожие своей воздушностью на сладкую вату, на яркие звёзды, разбросанные на чёрном полотне, Майки вспоминал о тех, кого потерял. О тех, кого он мог увидеть на этот самом небе, стоило только взглянуть в голубую даль.

"-Одна звезда светит ярче остальных...Это Шиничиро...у него ведь сегодня День рождения"

В голубом небе блеснуло что-то похожее на звезду. Почему-то именно в этот момент ко мне пришла мысль о том, чтобы посмотрю на сегодняшнюю дату. Держа в расслабленной ладони телефон, белые цифры показывали двадцатое августа. Неужели время пролетело так быстро? Я вернулся взглядом к небу, где всё ещё блестела маленькая точка.

-Майки... -выдохнув тяжелый воздух, хрипло прошептал я. -Сегодня твой День рождения... -слова звучали тихо, будто они боялись быть услышанными кем-то посторонним. -Я выпью за тебя, -лёгкая ухмылка расплылась на моём расслабленном лице. Губы выпустили последний дым изо рта, который быстро растворился в воздухе. Как только дым исчез - загадочной "звезды" уже не было.

Я сдавил бычок и залез в машину, чувствуя как запах сигарет смешивается со свежим ароматом в салоне, заставляя поморщиться. С беспокойным трепетом в груди, я включил музыку в салоне, настроив её не слишком громко. Быстрая, энергичная мелодия разлилась по коже, но перед тем, как я выехал с парковочного места, мне стало интересно проверить сообщения. Ни одного. Хинадзуки видимо в радость, что меня нет рядом. В любом случае, это не помешает мне узнать о том, чем она занималась сегодня вечером.

"Помнит ли она о День рождении Майки?"

Я качнул головой, выкидывая лишние мысли. Если я постоянно буду задаваться вопросами, то не смогу сегодня отдохнуть и ответить хотя бы на один из них. Поэтому я прибавил громкость музыке и с предвкушением отправился в Синагаву***, где находился "Чёрный Тюльпан" - самый крупный и известный среди элиты Японии публичный дом, названный лучшим за качество услуг...

*Таю — высший ранг дорогих японских проституток.
**Юдзё — собирательное название проституток в Японии.
***Синагава — один из 23 специальных районов Токио.