Глава 5: Исток застывшей реки (Флешбэк).
Эпоха Сэнгоку. Время, когда небо казалось выше, а кровь лилась чаще, чем дождь.
Маленький Акира сидел на пожелтевшей траве, наблюдая, как тренируются другие. В те времена истребители демонов были богами среди людей, а их предводитель, человек с серьгами в виде восходящего солнца, казался воплощением самого божества. Ёриичи Цугикуни двигался так, что само пространство вокруг него пело.
Акира был сиротой, подобранным Корпусом. В его жилах текла воля к жизни, но его тело... оно было «неправильным».
- Снова мимо, Акира, - произнес глубокий, спокойный голос.
Ёриичи стоял рядом, глядя, как мальчик пытается повторить форму Дыхания Солнца. Движения Акиры были неуклюжими, он не мог поймать ритм стихий. Он пробовал Дыхание Воды, но его движения были слишком резкими; он пробовал Дыхание Пламени, но его сердце не пылало яростью.
- Я не чувствую огня. Я не чувствую воды, - задыхаясь, прошептал десятилетний Акира. - Я чувствую только то, как быстро летит время. Каждое мгновение, когда я замахиваюсь, оно уже в прошлом. Я не успеваю за ним.
В тот вечер Акира долго смотрел на текущую реку. Он понял: мир истребителей строится на изменении (вода течет, огонь горит), а он жаждал постоянства. Он не хотел быть стихией. Он хотел быть тем, что наблюдает за ними.
Он начал тренироваться в одиночку. Пока другие оттачивали силу удара, Акира учился концентрироваться на промежутках между ударами сердца. Он заставлял свои легкие работать в ритме, который противоречил природе - он замедлял свой метаболизм до предела, а затем резко ускорял его, пытаясь «выпасть» из общего потока реальности.
Прошло двенадцать лет. Ему исполнилось двадцать два - возраст, который станет для него вечностью.
Это произошло во время великой битвы с высшим демоном тех времен. Группа истребителей была перебита. Акира стоял посреди поля боя, видя, как когти врага приближаются к его лицу. В этот момент страх смерти вступил в резонанс с его многолетними тренировками.
«Если я не могу быть быстрее ветра... я сделаю так, чтобы ветер замер», - подумал он.
В тот миг его легкие вспыхнули ледяным холодом. Первый вдох Дыхания Времени был подобен глотку жидкого азота. Время вокруг него содрогнулось. Демон застыл в прыжке, а капли пота в воздухе превратились в неподвижные жемчужины.
Акира видел всё. Он видел, как колеблется каждая нить реальности. Он нанес удар - не сильный, но идеально точный, в ту самую секунду, которая еще не наступила для врага.
Но цена была ужасающей.
Когда он закончил, он упал на колени. Его зрачки, когда-то карие, начали растворяться, поглощенные рубиновым светом. Он смотрел в «междумирье» слишком долго. Его глаза увидели сотни вариантов будущего и тысячи теней прошлого одновременно. Зрительный нерв не выдержал такой нагрузки - зрачки просто сгорели, оставив после себя лишь два чистых, сияющих драгоценных камня.
- Ты создал нечто невозможное, Акира, - сказал Ёриичи, найдя его среди пепла. В его голосе впервые послышалась тень тревоги. - Ты вырвал себя из потока жизни. Твои часы больше не тикают.
- Я просто... хотел успеть, - прошептал Акира, глядя на свои руки, которые больше не дрожали и никогда больше не состарятся.
С того дня прошло более трехсот лет. Эпоха Сэнгоку сменилась миром Эдо, затем Мэйдзи, а теперь наступила эпоха Тайсё. Друзья Акиры состарились и ушли в землю. Ёриичи исчез в истории. Акира же остался прежним - двадцатидвухлетним юношей с бардовыми волосами, чьи глаза видели гибель великих мастеров и рождение новых героев.
Он стал живым призраком. Человеком, который не может умереть от старости, потому что время для его клеток просто перестало существовать. Он превратился в «петлю» - вечный, неизменный момент в мире, который постоянно меняется.
Акира открыл глаза в настоящем времени, прислонившись к древнему дереву. Флешбэк закончился, оставив лишь горький привкус вечности на губах.
- Три сотни лет... - прошептал он, поправляя свой хвост. - А я всё еще тот же мальчик, который не смог освоить Дыхание Солнца.
Он посмотрел на свои руки. Они были всё такими же крепкими, как в тот день в эпоху Сэнгоку. Но внутри, под кожей, он чувствовал усталость, которую не могло исцелить никакое дыхание. Вечность - это долгий срок для того, кто просто хотел быть истребителем.