Глава 29
Су Янь посмотрел на это молоко, в котором явно была «добавка», и поднял глаза на Лу Линя: — Я вроде как... не хочу пить.
Лу Линь не переставал улыбаться, его тонкие губы разомкнулись: — Ты хочешь.
Это был не вопрос, а утверждение. Лу Линь подошел ближе со стаканом, глядя сверху вниз на сидящего на кровати парня: — Пей, всё нормально.
Непонятно было, кого он убеждал этим «всё нормально» — себя или Су Яня. Су Янь вздохнул, задрал голову и, состроив милую мордашку, послушно улыбнулся. Когда Лу Линь уже решил, что тот снова откажется, Су Янь взял стакан и осушил его залпом. С добавкой так с добавкой.
— Лу Линь, ты правда расскажешь мне, куда уезжаешь? — Су Янь продолжал смотреть на него снизу вверх. Он спрашивал лишь потому, что, зная Лу Линя, понимал: тот, скорее всего, постарается оградить его от любых переживаний.
В его восстановившейся памяти всплыли подробности о Лу Ане. Этот человек раньше вообще не интересовался сыном, пока перед старшей школой не обнаружил, что способности Лу Линя во всем достигают вершин. Характер Лу Линя был во многом наследственным. На совершеннолетие Лу Ан подарил ему виллу. Виллу с камерами в каждом углу и прислугой, которой поручили следить за ним. И то, что Лу Линь снова нашел Су Яня, стало его первым открытым бунтом против отца.
— Да, расскажу, — Лу Линь небрежно поставил пустой стакан на тумбочку.
Су Янь прикусил губу и больше ничего не сказал. По этому ответу он уже всё понял. Лу Линь опустился перед ним на корточки, чтобы их глаза были на одном уровне: — Всё хорошо, не волнуйся.
Перед Су Янем он всегда показывал свою лучшую, самую мягкую сторону. На дне стакана из-под молока остались нерастворенные крупинки порошка. В голове у Су Яня затуманилось, мир вокруг начал вращаться. Кроме дикой сонливости, он больше ничего не чувствовал. Он повалился на кровать. Сквозь марево он ощутил, как Лу Линь перекладывает его на середину кровати и заботливо подоткнул одеяло.
В самый последний момент Лу Линь наклонился, чтобы поцеловать его. Рот Су Яня был полуоткрыт, и он невольно коснулся кончиком языка губ Лу Линя. В воздухе смешались ароматы апельсинового геля для душа. Лу Линь слегка сжал щеки Су Яня, заставляя его открыть рот чуть шире; от этого легкого нажатия на бледной коже сразу остался красный след. Лу Линь поцеловал его в лоб и уже собирался уходить, когда Су Янь слабо ухватил его за край одежды и едва слышно пробормотал:
— Не уходи...
Этот едва различимый шепот упал в сердце Лу Линя, подняв в нем целую бурю. Выпив молоко, приготовленное Лу Линем, Су Янь превратился в безвольную куклу, распластавшуюся на кровати. Если бы он знал, что Лу Линь собирается уйти насовсем, он бы вылил это молоко в унитаз. Хочешь уйти — уходи, зачем же таблетки подсыпать! Неужели он, Су Янь, стал бы закатывать истерики? Он бы не стал его удерживать... С этими мыслями Су Янь окончательно погрузился в водоворот сна.
Лу Линю на самом деле было не лучше: каждая косточка в его теле ныла от нестерпимой боли. К сожалению, сейчас он был вынужден подчиниться Лу Ану. Он долго смотрел на спящего Су Яня, а затем наклонился и губами стер слезу, скатившуюся по его щеке.
Рано утром следующего дня.
Су Янь резко подскочил на кровати, жадно хватая ртом воздух — ему казалось, что он задыхается. Схватившись за грудь, он огляделся. В комнате ничего не изменилось. Во сне он долго плакал, и когда проснулся, веки всё еще были опухшими. Он влез в тапочки и бросился к шкафу. Вся одежда была на месте, висела ровно и спокойно.
Неужели он не ушел?
Из кухни потянуло ароматом завтрака — это была кисло-острая лапша из северной части города, о которой он как-то вскользь упоминал в старшей школе. Су Янь, подавляя боль в сердце, поспешил на запах.
— Лу Линь, ты где?
Миска на столе была еще горячей. У него защипало в носу. Он рванул дверь и выскочил на лестничную площадку, озираясь по сторонам. Никого. Он обежал весь этаж, заглянул в каждый угол, но Лу Линя и след простыл.
В тот момент, когда он захлопнул дверь, в конце коридора бесшумно появилась фигура. Лу Линь всё это время сидел на ступенях лестницы этажом выше. В пальцах он сжимал только что зажженную сигарету, но сейчас дым показался ему слишком едким — он щипал глаза до слез. Он просто хотел взглянуть на Су Яня в последний раз.
Су Янь, пошатываясь, закрыл дверь и увидел на тумбочке для обуви письмо.