под защитой плачущей Килебари

Ючи, Ючи, Ючи... Чарли снился он. Странно.

Они держались за руки. Парень сквозь сон не мог почувствовать, какие они. Холодные? Можно было в этом не сомневаться. Мальчики смотрели друг на друга и улыбались. Так мило и искренне. Словно всё хорошо. Во сне можно было делать что угодно. Он запросто мог обнять или поцеловать своего любимого, а люди не будут смотреть на это с презрением. Но Чарли не двинулся с места. Снова он не мог ничего делать. Ужасное чувство. Терять такой сон просто так было слишком глупо, но ничего не сделаешь. Парень стал что-то бормотать и даже не заметил, как проснулся.
Над его кроватью стояла Алёна. На ней была белая рубашка и чёрные брюки,а волосы собраны в пучок. Куда эта это она хочет идти? Девушка улыбнулась и сказала:
— Доброе утро. Сегодня мы должны пойти в организацию ненадолго. Пожалуйста, не выходи из дома, пока мы не вернёмся, хорошо? Без Ючи нужно быть очень осторожным.
Чарли захлопал глазами и прищурился. Он ещё не смог принять всю информацию таким ранним утром. А вдруг парень ещё спит? Алёна ещё постояла, а затем уточнила:
— Ты ещё не спишь?
— Что? — не понял проснувшийся, но потом спохватился и тоже улыбнулся. — Я-то проснулся. Вот только как вы сможете добраться до этой организации? Она же вообще в другой стране.
— У нас есть свои методы, — сделала хитрую гримасу защитница и ушла.
"И что это было?" — подумал про себя Чарли.
Сегодня значит он будет без Ючи. Немного есть шанс наконец отдохнуть от своих чувств и побыть с семьёй. Но это, конечно, не радовало. Теперь без своего телохранителя парень чувствовал себя не в своей тарелке. Что-то не то.
Семь месяцев хватило, чтобы влюбиться в человека без памяти. Семи месяцев хватит, чтобы сойти с ума.

***
Ючи подошёл к сёстрам и взял их за руки, а затем уточнил:
— Долго мы будем ждать, когда нам уже разрешат телепортироваться?
Карина подняла взгляд и сказала:
— Скоро. Сейчас уже девять часов, так что я не думаю, что они... — Дальше Ючи не услышал, пространство поплыло. Ему вновь казалось, что он летит в космосе. Совсем другой мир. Парень согнул колени и зажмурился. Девушки, как видно, совсем перепугались, хотя делали это не один раз.
Космос прекратился, а Ючи вернулся на Землю. Наконец открыв глаза, защитник обнаружил, что находится в большом белом кабинете. Деревянный письменный стол, на котором лежат бумаги, но вид дополняла ещё кружка, в которой был кофе. Хоть Ючи больше предпочитал чай, он обожал этот запах. Всё сразу становилось более уютным. Но не сейсас. Тело дрожало. Телохранитель знал, что будет. Они всё узнают. Об этом узнают Алёна и Карина. Все.
Ючи попытался не подавать виду, но младшая сестра заметила его волнения. Парень поглядел на Карину. Она тоже боялась? Размышления прервал уже известный защитникам Джеймс, стоявший рядом с прибывшими. Он без доли смущения сильно улыбался, а затем воскликнул:
— Ючи, Алёна и Карина! Я так рад вас видеть. Наши самые лучшие и прекрасные защитники. Чего вы волнуетесь? Не сомневаюсь, что ни у кого не будет больше одной метки на шее. Вы же у нас самые прилежные. Ох, простите. Давайте я вам сделаю кофе или чай, потому что сейчас у нас Алиса разбирается с одной дамой. Подумать только: она влюбилась в своего подопечного. Всё бы ничего, так эта девушка ещё и призналась ему в этом! Возмутительно. Ну так что?
— Мне, пожалуйста, чай, — поглядела на парня Алёна.
— Хорошо! А вам что?
Ючи поёжился и произнёс:
— Чай.
— Мне ничего, — пролепетала Карина.
Джеймс скорчил гримасу, но потом спохватился и вышел из кабинета.
Алёна встала перед братом и сестрой и выдала:
— Что у вас случилось? Я хочу знать. У вас такие лица недовольные. Пожалуйста... Даже если вы хотели убить их. Я никогда не буду осуждать вас за это.
Ючи отвёл взгляд. Сейчас ему хотелось только плакать. Упасть на колени и разрыдаться, закрыть лицо руками и кричать: "Не хочу на проверку! Не хочу!". Но пока что он должен сдерживаться.
— Ничего такого. Просто мне дискомфортно находиться в кабинетах, — попытался уйти от ответа Карина.
— Раньше такого не было! Ну ладно. А ты, Ючи?
Молчание. Не хотелось сейчас ничего говорить. Лучше провалиться под землю и провести там всю свою жизнь, только бы на него за это не давили. Он ненавидел давление.
— Ючи, успокойся, всё будет хорошо. Я не знаю, что за метка у тебя, но это ничего не значит. Ты слышишь?
Парень не хотел ничего слышать. Хотел стать глухим.
Дверь распахнулась и в комнату влетел Джеймс. В правой руке он держал кружку для Ючи, а в левой — для Алёны.
— Несу для вас, мои хорошие! — торжественно заявил работник и раздал ребятам по кружке.
Защитник смотрел на чай, от которого валил пар, и поджимал губы. Всё происходящее казалось таким мерзким и противным. Поддельная радость и гордость, а на деле им не нужно ничего, кроме денег. Ужасно.
— Да вы пейте. Сейчас уже через десять минут вас примут и посмотрят. Проверят то, что вы прячете под шарфами. Почему же вы выбрали это тряпьё? Мы вам бесплатно предлагали хорошие украшения, а вы взяли эти зелёные куски.
— Вы не бесплатно предлагали, — огрызнулась Алёна. — Они стоили очень дорого.
— Ха-ха! Возможно, вы всё просто не так поняли.
Ючи в голове уже тысячи раз оскорбил этого нахала. Терпеть не мог наигранную доброту. Терпеть не мог таких людей. Если бы он был смелее, то уже давно использовал бы магию, несмотря на последствия.
Джеймс зыркнул на телохранителя и начал всматриваться в его лицо своими не на шутку пугающими глазами. Двуличная тварь.

Десять минут прошли слишком быстро для всех. В кабинет зашла стройная девушка с коричневыми волосами и показала пальцами, что пора идти.
Идти в объятья своему ужасу. Скоро Ючи не появится в доме семьи Хосино.
Проходя на второй этаж, парень смотрел лишь под ноги. Ничего другого видеть не хотелось. Как будто в помещении начался дождь, а не на улице.
Большая комната с ярким освещением, которое слепило глаза. Для гостей подготовили три стула со спинкой и удобной мягкой подушкой. Ючи решил пойти к левому, чтобы его результаты сказали в самом конце. Это хоть могло придать больше уверенности. Алёна посмотрела на Карину и кивнула, а затем поплелась к самому первому. Ей-то нечего терять.
На середину вышла уже другая девушка. Она пододвинулась ближе к стенке и взяла листок. Гордо воздвигнув его перед собой, дама начала свои объяснения.
— Проверку на безопасность проходят все защитники после седьмого месяца проживания в доме своих подопечных. Мы собрали вас здесь, чтобы напомнить вам дополнительную информацию, на которую дала разрешение Миссис Жасмин Хосино. У каждого защитника, который без проблем начал свою работу, появляется метка с улыбкой. Если что-то пойдёт не так, то у работников рядом появится метка с сердцем, означающая влюблённость в защищаемого человека. Это недопустимо. Поэтому, обнаружив такую метку, нарушителя отправят учиться на два года обратно, а подопечному заменят защитника. Метка очень снизит репутацию, потому что её нельзя будет убрать. Есть ещё хуже — это метка с черепом. Она означает то, что у защитника возникали мысли о нанесении вреда защищаемому человеку, либо же об убийстве. Работника с такой меткой отправляют к специалистам. По-возможности человек может продолжить долгое обучение, но это были слишком редкие случаи. Есть шансы откупиться деньгами, чтобы убрать дополнительную защиту, либо же прекратить платить больше. На сегодня я всё сказала.
Ючи задрожал. Глаза заслезились, но он быстро протёр всё пальцами, чтобы было незаметно. Вот сейчас.
Дверь открылась. На пороге появились две девушки в обтягивающих юбках и один очень молодой парень. Серьёзные и невозмутимые. Они готовы были с презрением оглядывать гостей, но девушка с листком кашлянула, а затем шепнула что-то. Одна из дам подошла к Ючи. Мило улыбавшись, протянула руку парню и промямлила:
— Я отведу вас в кабинет. Ничего страшного. У вас же нет плохих меток. Не нужно бояться.
Откуда ей знать об этом? Читать мысли умеет, что ли? Нести бред каждый может. Робко и неуверенно защитник встал, проигнорировав жест помощи, а затем поплелся к двери, не замечая сконфуженное лицо спутницы.
Кабинет проверки находился за одним поворотом. Долго и мучительно ходить не надо, что немного бодрило, ведь от раздумий становится хуже. Некуда деваться.
Вход. Это был ужас. Стоя у деревянной двери парню казалось, что его привели на казнь. Всё дрожало. Живот заболел и тихонько заныл. Странные и необъяснимые чувства окутали телохранителя с головы до ног. Лучше будет убежать? Нет. Он был всё тем же трусом. Глупым и беззащитным. Ненависть к себе возрастала с каждыми годами. Это обычный шаг, а защитник не мог его сделать.
"Прости, Чарли", — плакал голос в голове.

***
Всё тот же стул. Дрожащие руки. Взгляд, полный отчаяния, грусти, тоски. На этой проверке все молчали. Парень, помогавшей проверяющей девушке, лишь качал головой. В глазах таилось сожаление. Хоть кто-то. Но было плевать. Ненавистные три стула, на которые пришлось вновь сесть защитникам.
Карина сидела скрючившись. Казалось, вот-вот будет плакать. Алёна поглядывала на родных. Кажется, у неё всё прошло хорошо. Она не дрожала, но ей было страшно за Ючи и Карину. Догадывалась.
Перед всеми стояли Джеймс и девушка с чёрными перчатками, которую звали Маргаритой (это ребятам рассказали ещё при первой встрече). Она поджимала губы, пока смотрела в документы. Попытавшись что-то сказать, Марго издала непонятный звук, а потом, застеснявшись, повернула голову.
Джеймс выдохнул, попытался улыбнуться. Поняв, что это у него не получится, работник медленно начал:
— Вы все сегодня прошли проверку. Результаты, мягко сказать, шокирующие. Не буду нагнетать, хотя вы всё и так понимаете. Защитница Алёна, к вам вопросов нет. Отлично справились. Очень доволен, что кто-то в этой семейке адекватно делает свою работу.
Алёна смотрела на мужчину серьёзно. Она ненавидела, когда её любимую семью оскорбляют. Так сейчас бы и набросилась на этого негодяя, чтобы проучить за такие словечки.
— И так, Карина. Метка "хорошо". Казалось бы, ничего не предвещает беды, но что стояло рядом с ней? Я и вправду считал вас сильнейшей в своём деле. Прилежной. Что из этого вышло? Напомните, что означает метка "влюблённость"? То и означает. Догадаться можно очень просто. И детям понятно. Защищать вы должны были Матвея Хосино, как я припоминаю. Защищать, а не допускать такого. Миссис Жасмин права, что платит деньги за дополнение. Недопустимо! В связи с этим, вы должны будете отправиться обратно в училище. Пусть вам там хорошенько объяснят, как нужно работать. Хорошо хоть, что нет третьей метки. Не добили уже окончательно.
Вжавшись в стул, Карина закрыла лицо руками, но всё было видно. Слёзы. Её хрустальные слёзы каплями катились по лицу, оставляя еле видимый след. Ючи ненавидел, когда сёстры плачут. Появлялось желание зареветь вместе с ними.
Ему хотелось подойти и обнять девушку, но тут взгляд обидчика добрался до парня. Прищурившись, он смотрел на защитника ужасным взглядом. Такими же были его слова, которые последовали после этого:
— К вам у меня ещё больше вопросов, Ючи Мейсон. Моему разочарованию не было предела, когда я прочитал про вас. Спокойный, прилежный парень. Девчонки всегда влюбляются в первых встречных мальчиков. Глупы, словно дети. На то это и женский пол. Простите, но это было отвратительно. Мужчина должен выполнять свою работу хорошо. Быть сильным и независимым. К первой метке вопросов нет, но как вы мне объясните метку "влюблённость"?
Ючи заметил взгляд Алёны, направленный точно на него. Её губа дёргалась, а сама девушка пыталась что-то пробубнить.
— Ужасно. Просто несовместимые вещи. Простите, если в вашей Килебари однополые пары — это нормально, но как могло такое произойти с защитником и подопечным? Вы окончательно хотите разочаровать меня? Очень надеюсь, что вам вытрясут всю дурь из бошки, пока будете учиться любить по-нормальному. Ничего больше сказать не могу. Вы и сами всё слышали. Третьей метки не обнаружено, но то, что вы мужского пола и допускаете такое, просто выводит меня из себя.
Все слышали. Они всё это слышали. Они все. Все, все, все, все, все, все, все, все, все, все.
Хотелось умереть. Лучше бы сейчас у Ючи остановилось сердце и он упал на пол. Вокруг него соберётся народ, попытаются оказать помощь, но будет поздно. Оплакивать смерть будут долго.
Очень долго.
Шарфу уже хотелось стянуть шею парня. Задушить. Жаль, что это просто кусок тряпки, который пока что здесь бесполезен.
На двоих "влюблённых" смотрели все. Алёна пыталась что-то сказать, в глазах её стояли слёзы. Было жалко сестёр. Но себя не было жалко.
Маргарита, как видно, не осуждала ребят. Просто тоже была напугана, как почти все.
— Извините... Что мы можем сделать, чтобы их не меняли? — прервала тишину Алёна. Голос девушки очень сильно дрожал.
Женщина в перчатках вздрогнула, а затем промямлила:
— Можно больше не доплачивать дополнительную защиту, тогда ваши метки не будут работать. Если такой возможности нет, то можно использовать деньги, чтобы эта функция бездействовала.
Марго глянула на Джеймса, словно пытаясь узнать, правильно ли она всё сказала.
Работник качнул головой:
— Я даю вам ровно месяц на раздумья. Ради своей любви можно и отказаться от работы защитником, что было бы лучше всего, раз вы у нас такие несчастные. Извините, не хочу находится больше в этом кабинете. Если вдруг вы через месяц не примите решение, то уже посмотрим ещё раз в этой организации. До скорой встречи.
Джеймс с девушкой вышли. Трое родственников остались наедине. Это пугало. Влюблённость в Чарли была для Ючи очень болезненной, но чересчур искренней. Он не мог без него. Парень всегда писал про него в своём блокноте, думал. Столько раз была мысль о том, насколько сильно хочет поцеловать. Слишком много мыслей о Чарли. Словно в мире были только они вдвоём. И больше никого.
— Не п-переживайте, пожалуйста, — сквозь слезы, заикаясь, проговорила младшая сестра. — Вы после этого не плохие. Мы что-нибудь придумаем, я обещаю. Что-нибудь... Мы наберём денег, сколько нужно. Я узнаю об этом. Джеймса не слушайте, пожалуйста. Он никто. Урод. Тварь. Милые мои...
Алёна вдруг вскочила, а затем встала между стульями Карины и Ючи. Крепко сжав их руки, она добавила дрожащим от страха голосом:
— Я очень сильно люблю вас.
Ючи любил Алёну тоже. Он ещё любил Карину. Любил Матвея и Миру. Он любил Чарли.
Слишком сильно. Он был для него всем.
Одно из самых прекрасных в жизни.
Его лучик солнца, который освещал его тёмный и страшный путь. Заполнял мысли самым лучшим. Чарли был добр и мил. Самый лучший на свете для него Чарли.

Вот только они никогда не смогут быть вместе. Деньги были слишком огромные для того, чтобы дополнение отменили.
Он больше никогда не сможет взять его за руку, обнять, даже просто сказать что-то.
Это было страшно.
Страшнее всего на свете.
Этот страх завладел парнем. Больше ему никуда от него не деться.