Выжить после/ Атака титанов

Зайдя в свою комнату после столь «интересного» разговора с капитаном, Вэйвер подошла к зеркалу. Взгляд скользнул по отражению — уставшее лицо, тёмные круги под глазами, длинная коса, перетянутая потрёпанной лентой. В голове будто щёлкнул выключатель: *нужно что‑то менять*.

Она расплела косу, и густые тёмные волосы водопадом упали на плечи, доходя почти до бёдер. Вэйвер провела по ним рукой, ощущая тяжесть. Да, они ей нравились — но реальность была сурова. Чем длиннее волосы, тем больше проблем во время спаррингов и вылазок: могут зацепиться за снаряжение, помешать в бою, стать уязвимой точкой для противника.

Достав из ящика большие железные ножницы, она на секунду замерла, глядя на своё отражение. *Ну что ж, была не была*, — пронеслось в голове.

— Далила, Далила сглупила, предала. Жаль, что любовь моя живёт не в волосах, — тихо напевала она, размышляя, до какой длины стричь.

В итоге отрезала больше половины. Теперь волосы едва достигали плеч — достаточно, чтобы закалывать их во время тренировок, но не настолько коротко, чтобы выглядеть неухоженно.

Выбросив отстриженные пряди в мусорку, Вэйвер взяла полотенце, сменную одежду и направилась в душ. Тёплая вода смывала не только физическую усталость, но и напряжение последних дней. Она понимала: если не выспится в третью ночь подряд, то после завтрашней уборки точно упадёт замертво.

Упав на кровать, она почти мгновенно погрузилась в сон — без сновидений, без тревог, просто в блаженную пустоту.

В столовой после утреннего построения друзья уселись на привычные места. Ник первым заметил перемены.

— Хей, Вэй, зачем ты постриглась? — спросил он, удивлённо приподняв бровь.

— Да просто захотелось. Да и на тренировках так удобнее, — ответила Блейк, убирая прядь ещё распущенных волос за ухо. — Теперь не будут мешать.

— А я помню, как мы из‑за твоих локонов отжимались на первом построении в кадетке, — ухмыльнулся Рик. — После того случая Шадис тебя больше ни разу не подколол.

Воспоминания о тех днях вызвали у Вэйвер лёгкую улыбку. Да, тогда она ещё была полна наивного задора, верила, что всё получится, что она сможет изменить мир. Сейчас всё казалось сложнее, но отступать она не собиралась.

— Кстати, почему тебя сегодня в списках на уборку не назвали? — вдруг вспомнил Ник, помешивая ложкой кашу.

— А мне капитан ещё вчера сказал, где я буду прибираться. После приезда в штаб я зашла к нему, и он вынес вердикт: конюшня и две женские душевые на мне, — спокойно ответила девушка, отодвигая тарелку с кашей в сторону и отпивая немного компота из сухофруктов.

— Чего?! — воскликнули братья в унисон.

— Туда же больше никого не поставили, а одна ты всё это до завтра будешь вымывать, — с некой жалостью проговорил Рик, глядя на подругу.

— Ничего, справлюсь. Уверена, что капитан думает точно так же. Пусть подавится — я всё вымою до вечерней тренировки, — сказала Вэйвер с твёрдостью в голосе. Она встала из‑за стола, убрала за собой посуду и направилась к выходу.

Без отдыха после утренней тренировки девушка сразу отправилась вычищать душевые, решив, что там работы меньше, чем в конюшне. Она взяла ведро, швабру, тряпки и принялась за дело.

Сначала казалось, что задача выполнима: протереть стены, вымыть полы, очистить зеркала. Но чем дальше, тем тяжелее становилось. Спина ныла от постоянных наклонов, ноги подкашивались от усталости, а руки уже дрожали от напряжения.

Однако сдаваться было не в её принципах. Вэйвер стискивала зубы, напоминала себе, что это всего лишь физическая работа, что она способна на большее. *Если выжила в Подземном городе, то справлюсь и с этим*, — твердила она себе.

Когда всё блестело от чистоты и оставалось только отнести инвентарь в каморку на втором этаже, Блейк поняла, что до вечерней тренировки осталось буквально пять минут. Она сорвалась с места, схватила ведро и швабры, почти бегом направляясь к выходу.

На этаже она чуть не влетела в капитана.

— Ой, простите, — пробормотала она, пытаясь обойти его.

— Что ты здесь делаешь? — холодно спросил Леви.

— Отношу инвентарь на место и очень скоро уже начну опаздывать на вечернюю тренировку, — с сарказмом ответила Блейк. Ей не хотелось разговаривать с ним, не было сил на пустые препирательства.

— Ты должна сейчас заниматься уборкой. Или ты не расслышала мой приказ? — его голос звучал жёстко, а взгляд был пронизывающим.

— Я уже всё выполнила. Можете проверить, — спокойно, но твёрдо ответила она, глядя ему прямо в глаза.

— Проверю, — бросил Аккерман и направился к выходу из здания.

Вэйвер, проводив его взглядом, ускорила шаг. Ей нужно было успеть переодеться и занять место в строю, иначе последствия могли быть ещё хуже.

Сегодня судьба явно не была на стороне девушки. Она опоздала на тренировку всего на минуту, но капитан это заметил.

— Ночное дежурство за опоздание, — объявил Аккерман, как только Вэйвер нашла себе пару для спарринга.

— Но вы же сами меня задержали! — возразила Блейк. Её смутила столь явная несправедливость.

— Не обсуждается, — отрезал Леви, не желая объяснять свои действия.

Странное дело: он сам не мог до конца понять, почему испытывает к этой девушке столь явную неприязнь. Возможно, дело было в её дерзости, в том, как она смотрела на него — без страха, без подобострастия. Или в том, что она напоминала ему кого‑то из прошлого.

— Хорошо, — сквозь зубы процедила Блейк, мысленно проклиная начальника всеми ругательствами, которые только знала.

Братья Луц, наблюдавшие за этой сценой, лишь переглянулись. Они понимали: Аккерман цепляется к их подруге уж слишком сильно.

— Капитан, можно нас тогда тоже на дежурство? — одновременно вызвались Луцы. Они не собирались бросать Вэйвер одну.

— Нет, — коротко ответил Леви, даже не глядя на них.

Не зная, как ещё поддержать подругу, братья подошли к ней и молча похлопали по плечу. Вэйвер лишь вздохнула. Она понимала: так просто он от неё не отцепится. Но что делать? Оставалось только терпеть.

— Похоже, он тебе не может простить всё ещё не зажившую бровь, — хихикнул Рик, указывая на часть лица.

После вечерней тренировки Вэйвер быстро приняла душ, сходила на ужин и перед дежурством решила заглянуть к Ханджи.

— Ханджи, у тебя есть какая‑нибудь книжка, чтоб ночью не уснуть? — спросила она, заходя в кабинет майора и замечая, как та завалена бумагами.

— Посмотри на полке. А ты что, на дозоре? — оторвалась от документов Зое.

— Ага. И похоже, что пожизненно, — ответила Блейк, подходя к шкафчику с книгами и выбирая самое интересное.

— Не поняла, расскажешь поподробнее?

— Капитан, видимо, решил проявить любовь и уважение к своему «земляку». Теперь я — мишень для его успокаивания нервов, — с горькой усмешкой пояснила Вэйвер.

— Он не поверил твоему рассказу про спасителя, — уже серьёзно сказала Ханджи, откладывая бумаги. — Слушай, у тебя ещё полтора часа до смены. Может, попьём чаю?

— Давай, — согласилась Блейк, наконец выбрав книгу с интригующим названием.

Она уселась на захламлённый стол, удивляясь, как майор умудрилась за такой короткий срок превратить кабинет в склад документов. Ханджи заварила зелёный чай с ромашкой и поставила чашку перед гостьей.

Сначала они молчали, каждая подбирала слова. Затем Ханджи решилась:

— Может, расскажешь поподробнее, что с тобой было?

— Обещай, что не будешь сомневаться в правдивости моих слов, — серьёзно заявила Вэйвер, отпивая горячий напиток. Почему‑то именно Ханджи внушала ей доверие.

— Обещаю.

Далее последовал долгий рассказ — о жизни до Подземного города, о том, как она выживала, о человеке, который её спас. Вэйвер не назвала его имени, но описала всё остальное с поразительной откровенностью.

— Давай только ты не будешь никому это рассказывать, о моей жизни на территории стен еще можно. Но все, что было до этого не стоит, а то примут еще за умалишенную. — закончила свой рассказ Блейк.

— Вэйвер, это потрясающе, ты же человек, у которого есть знания, которых нет ни у кого. Может ты будешь помогать мне с опытами, разрабатывать новые лекарства и препараты, да и вообще, ты можешь быть очень полезной в науке, — начала тараторить воодушевленная Зое, как только уложила всю услышанную информацию.

— Стоп, потише. Помогать тебе с экспериментами я не против, мне даже это очень интересно. Но вот светиться здесь, как ученая, я не хочу, — приостановила прорыв эмоций Вэйвер. — Да и тем более, здесь же все по другому, не уверена, что все наши законы будут работать.

— Вот и проверим, с Эрвином я договорюсь, скажу, что мне нужен еще один помощник в лаборатории. Думаю, он будет не против. А сейчас беги, а то на дежурство опоздаешь. — сказала майор, хлопнув ладонями по столу.

Ночная смена прошла без каких‑либо происшествий — если не считать пару случайных встреч с капитаном, которые, пожалуй, были самым неприятным моментом за всю ночь. Вэйвер старалась держаться отстранённо, но каждый раз, когда Леви проходил мимо, по спине пробегал холодок.

Книга, которую она взяла у Ханджи, оказалась справочником о растениях, растущих на территории титанов. Для Вэйвер эта тема была не просто интересна — она буквально поглотила её. Девушка листала страницы, вчитывалась в описания, сравнивала иллюстрации с тем, что видела в своих странствиях. Время летело незаметно: она то делала пометки на клочке бумаги, то мысленно прикидывала, как можно использовать те или иные травы в полевых условиях.

На удивление, даже утром, после отчёта, девушка не почувствовала привычной усталости. Возможно, дело было в увлечённости чтением, а может, в том, что ночь прошла спокойно. Вэйвер решила не терять времени — отправилась на утреннее построение, а после заглянула в столовую, чтобы перехватить хоть что‑то перед новым трудовым днём.

На утреннем построении ничего необычного не происходило — пока капитан не начал зачитывать список назначений на уборку. Вэйвер уже расслабилась, думая, что её дежурство освобождает от этой повинности, но...

— Комната «204», убираешь подвал, — закончил перечислять Леви, не глядя на неё.

— Но... — начала она, но вовремя прикусила язык.

— Что? — капитан поднял взгляд, явно ожидая, когда она сорвётся.

— Ничего, — через силу выдавила Блейк, глотая все ругательные слова, которые вертелись на языке.

Её напряжение не укрылось от окружающих. Отношение капитана к разведчице заметили все — даже те, кто с ней не был знаком. Это стало загадкой для всего отряда: почему именно к ней он проявляет такую неприкрытую неприязнь?

После построения все потянулись в столовую. Рик, усевшись на привычное место с подносом, первым обратился к подруге:

— Хэй, Вэй. Как дела?

— Как видишь, душу богу ещё не отдала, — с сарказмом ответила Блейк, мысленно прикидывая, что же ждёт её в подвале и почему она снова должна убираться там в одиночку.

— Мы в тебя верим. Ты переживёшь эти деньки и доживёшь до своего двадцатидвухлетия, — ободряюще сказал Ник, подсаживаясь к ним.

— А что вообще происходит? Почему капитан так к тебе цепляется? — спросил Грай. К их столику присоединились Лео, Симан, Ричард и Грув.

— Если бы мы сами знали. Видимо, ретроградный Меркурий, — отшутился Рик, стараясь разрядить обстановку.

Остаток завтрака прошёл в тишине. Каждый думал о своём, но все взгляды время от времени обращались к Вэйвер — в них читалась не только сочувствие, но и искреннее беспокойство.

Тем временем за соседним столиком Ханджи оживлённо обсуждала со Смитом свои эксперименты и нужды лаборатории. Капитан сидел рядом, погружённый в размышления, не слыша ничего вокруг.

*«Откуда она взяла эту фразу — „душу богу ещё не отдала"? На моей памяти так говорил лишь один человек. Она не могла с ним пересекаться... Или могла? И почему столько совпадений? Откуда она знает про Изабель? Да и вообще, что с ней произошло после поездки в Трост? Она будто забыла все тягости жизни: подстриглась, а в глазах словно черти плясать начали...»* — мысли Леви крутились в голове, не давая сосредоточиться.

— ...ви! Леви! Ты слышишь? — вырвала его из раздумий Ханджи.

— Чего тебе, четырёхглазая? — раздражённо бросил капитан.

— Мне нужно, чтобы ты отстал от Вэйвер и освободил её от ночных дежурств, — твёрдо заявила Зое, доедая кашу.

— С чего это?

— Да потому что ты достал к ней без повода цепляться. И мне нужна её помощь в лаборатории, — пояснила майор, повышая голос.

— Я не цепляюсь к ней.

— Ну конечно! Это заметили все, даже обычные рядовые. Так что с сегодняшнего дня ты от неё отстаёшь, — почти крикнула Ханджи.

— Да ты... — начал закипать Аккерман.

— Всё! Решено! С завтрашнего дня Вэйвер работает у Ханджи и освобождена от дежурств. У нас нет никаких доказательств против неё, нет повода к ней так относиться, — вмешался Эрвин, которому надоело слушать их перепалку.

Вэйвер, услышав это, замерла с ложкой в руке. Она не знала, радоваться ей или насторожиться. С одной стороны — свобода от бесконечных дежурств и уборки. С другой — новая ответственность и неизбежное внимание со стороны командования.

Она переглянулась с братьями Луц. Ник едва заметно улыбнулся, а Рик подмигнул, словно говоря: *«Ну вот, а ты переживала»*.

Ханджи, закончив разговор с Эрвином, повернулась к Вэйвер и кивнула — мол, всё улажено. Девушка лишь вздохнула, пытаясь осознать, что теперь её ждёт.

После завтрака и утренней тренировки Блейк направилась к кабинету капитана. В голове крутились мысли: *где именно мне прибираться? Открыто ли это помещение? Не придётся ли выбивать дверь?* Остановившись перед дверью с номером 222, Вэйвер глубоко вздохнула, пытаясь унять лёгкое волнение, и постучала.

— Войдите, — раздался изнутри сдержанный, почти металлический голос Леви.

Она переступила порог. Кабинет капитана выглядел так же строго, как и его владелец: минимум мебели, чёткие линии, ни одной лишней детали. Всё на своих местах, каждая вещь — будто по линейке. На столе — стопки бумаг, аккуратно разложенные по папкам, рядом — чернильница с пером, часы с секундной стрелкой, тикающей с пугающей точностью.

Аккерман сидел за столом, перебирая документы. Подняв взгляд, он коротко бросил:

— Капитан, а где именно мне прибираться?

— Идём, — ответил он, не тратя слов.

Достав из ящика стола связку ключей с тяжёлыми латунными головками, Леви поднялся, открыл дверь и пропустил девушку вперёд. Его движения были выверенными, без лишних жестов — будто каждое действие подчинено некой внутренней дисциплине.

Они шли в подвал восточного корпуса. Коридоры становились всё темнее и уже, свет факелов дрожал на каменных стенах, отбрасывая причудливые тени. Вэйвер молча следовала за капитаном, невольно разглядывая его широкую спину. Даже сквозь плотную ткань рубашки проступали очертания мышц — свидетельство бесконечных тренировок и железной дисциплины.

*Он словно машина,* — мелькнуло у неё в голове. — *Ни эмоций, ни сомнений. Только приказ и исполнение.*

Но в то же время в ней просыпалось любопытство: *что скрывает этот человек за своей холодной маской? Почему он так пристально наблюдает за мной?*

Наконец они остановились перед тяжёлой железной дверью. Леви начал подбирать ключ. Металл скрежетал, пока он проворачивал замок. Когда механизм щёлкнул, капитан толкнул створку — она поддалась с протяжным, скрипучим стоном, будто протестовала против вторжения.

Вэйвер невольно вздрогнула. *Давно тут никто не бывал,* — подумала она, вдыхая затхлый воздух, пропитанный пылью и временем.

Леви взял со стола лампу со свечой, передал её Блейк, а сам шагнул вперёд, чтобы зажечь дополнительные источники света. В полумраке вспыхнули огоньки свечей в старинных подсвечниках, и помещение медленно проявилось в дрожащем свете.

Это был не просто подвал — целый заброшенный архив, совмещённый с библиотекой. Двухъярусное помещение, полностью заставленное высокими деревянными шкафами с книгами и папками. Между ними тянулись узкие проходы, а к верхним полкам вели кованые лестницы с витиеватыми перилами, покрытыми паутиной. В центре стоял массивный рабочий стол, заваленный свитками и потрёпанными тетрадями, рядом — небольшой диванчик, покрытый пыльным чехлом.

Вэйвер замерла, широко раскрыв глаза. Воздух пах старой бумагой, воском и временем. Она медленно провела рукой по корешку первой попавшейся книги — кожаная обложка потрескалась, но буквы ещё можно было разобрать: *«Флора восточных лесов. Том III»*.

— Ого! Капитан, хочу вас торжественно огорчить. В этот раз вы прогадали с наказанием, — с улыбкой до ушей проговорила она, не скрывая восторга. Её голос дрогнул от волнения. — Это же не наказание — это подарок!

— Что? — Леви приподнял одну бровь, явно не понимая её радости. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах мелькнуло лёгкое недоумение.

— Да это же просто мечта! Когда ещё может выпасть шанс покопаться в таком месте? — пояснила Блейк, срываясь с места. Она схватила несколько документов со стола и начала листать, вчитываясь в заголовки. — Отчёты о поставках, карты местности, исследования флоры...

Она подняла взгляд на капитана, её глаза сияли.

— Вы понимаете, что это — настоящая сокровищница?

— Я тебя позвал прибираться здесь, а не копаться, — с лёгкой насмешкой сказал капитан. Он завязал белую повязку на лице, защищая дыхательные пути от пыли, и протянул Вэйвер железное ведро из небольшого шкафчика у выхода. — Сходи за водой.

— Одно другому не мешает. Стойте... Вы тоже будете убирать? — удивилась она, приподняв брови.

Ответом стал короткий кивок.

На самом деле, Леви преследовал свою цель. Он хотел понять: заинтересует ли Блейк какая‑либо секретная информация? Обычно подставные солдаты первым делом искали отчёты разведки, карты, списки агентов. Но Вэйвер, казалось, была поглощена совсем другим.

Они провели в помещении весь день, пропустив обед и ужин.

Аккерман работал методично: протирал полки, выметал пыль, проверял состояние книг и документов. Каждое его движение было точным, выверенным, будто он выполнял не рутинную уборку, а какой‑то ритуальный обряд. Он не спешил, не отвлекался — лишь сосредоточенно выполнял задачу, время от времени бросая короткие взгляды на девушку.

Вэйвер же то и дело отвлекалась. Она брала в руки то одну книгу, то другую, листала, читала вслух отрывки, восхищалась иллюстрациями. Иногда она забывалась и начинала бормотать что‑то вроде:

— О, это же описание редкого гриба, который растёт только в северной части леса титанов! А вот тут — схема его распространения...
Или:
— Смотрите, это же чертёж древнего оросительного канала! Неужели его действительно построили ещё до падения стен?

За это она не раз получала строгий окрик от капитана:

— Блейк, вернись к уборке!

Но она лишь виновато улыбалась и возвращалась к ведру, на мгновение задерживая взгляд на очередном заинтересовавшем её томе.

К концу дня Леви убедился: девушка действительно не интересовалась разведданными. Она не подошла ни к одной папке с пометкой *«Секретно»*, не попыталась заглянуть в ящики с кодовыми замками. Это означало лишь одно — она не шпион. И это не могло не радовать.

— Закругляйся, нам пора на тренировку, — сказал Леви, стягивая платок с лица и бросая грязную тряпку в ведро. Его голос звучал ровно, но в нём проскальзывала нотка усталости.

— Ну, капита-а-ан! — протянула Вэйвер с мольбой в голосе. — Давайте ещё немного задержимся. Я только дошла до раздела биологии — это же моя... — она осеклась на полуслове, чуть не сказав *«специализация»*. — Любимая тема, — поправилась она, смущённо улыбнувшись.

— И где же тебе привили эту любовь? — Леви прищурился, его взгляд стал острым, почти пронизывающим. — Что‑то я не припомню, чтобы в Подземном городе были широко распространены библиотеки.

Вэйвер поджала губы, лихорадочно придумывая ответ. *Как объяснить, что она изучала ботанику ещё до того, как попала в стены?

Она медленно выдохнула, подбирая слова:

— Боюсь, что эта правда не оправдает ваших ожиданий и вовсе не стоит стольких усилий, — тихо проговорила она, хватая несколько книг, лежавших стопкой в стороне. — Можно я их возьму? — указала она на энциклопедии в руках.

— Бери, — ответил Леви, как‑то грустно провожая её взглядом. В его глазах мелькнуло что‑то неуловимое — то ли разочарование, то ли тень понимания.

Следующие дни текли однообразно: Утреннее построение — холодный ветер, крики командиров, шеренги солдат. Завтрак — каша, чай, короткие перешёптывания с друзьями. Тренировка — пот, боль в мышцах, удары меча, команды «вперёд!», «назад!», «уклонись!». Обед — короткий перерыв, чтобы перевести дух. Уборка — пыль, вода, скрип швабры, монотонность движений. Ещё одна тренировка — уже тяжелее, уже с ноющей спиной. Ужин — усталость, но и чувство выполненного долга. Эксперименты в химической лаборатории с Ханджи — запах реактивов, пробирки, записи, обсуждения гипотез. 

Между делами Вэйвер успевала забегать на чай то к Зое, то к Эрвину Смиту. С Ханджи они обсуждали возможные опыты, спорили о методах синтеза новых препаратов, смеялись над неудачными реакциями.

С Эрвином Смиттом они говорили о стратегии — он ценил её нестандартный взгляд на вещи, умение видеть слабые места в планах. Командир нередко задерживал её после разговоров, задавая всё новые вопросы:

— Как бы ты поступила, если бы противник атаковал с северо‑востока, а у нас не хватает людей на флангах?

— Я бы использовала рельеф местности, — отвечала Вэйвер, мысленно рисуя карту в голове. — Там есть овраг, который можно превратить в ловушку.

Эрвин кивал, записывал что‑то в блокнот, а потом вдруг улыбался:

— Ты думаешь не как рядовой разведчик. Это хорошо.

Леви больше не назначал ей дежурств, но и не оставлял без внимания. Иногда она ловила его взгляд — он наблюдал за ней издалека, будто пытался разгадать:
Кто она на самом деле? Почему её знания выходят за рамки обычного разведчика? Что скрывает за своей лёгкой улыбкой и острым умом?

Он замечал, как она: в столовой незаметно анализирует расположение столов и выходов; на тренировках просчитывает траектории ударов, а не просто отбивается; в разговорах с Ханджи упоминает такие химические соединения, о которых не знают даже опытные аптекари.

Это будило в нём противоречивые чувства. С одной стороны — настороженность. С другой — невольное уважение.

Друзья поддерживали её по‑своему: Рик и Ник подбадривали шутками, иногда подсовывали в карман дополнительные пайки; Грай и Лео делились припасами — то флягой с чистой водой, то куском вяленого мяса; Грув даже предложил помочь с уборкой, если ей станет совсем тяжело:

— Я могу притвориться больным, и тогда нас отправят вдвоём. Будешь командовать!

Вэйвер смеялась, но отказывалась. Она знала: любая подозрительная активность только усилит внимание Леви.

Выходные она проводила в библиотеке. Ключ приходилось выпрашивать у Леви чуть ли не на коленях:

— Капитан, мне нужно изучить отчёты о миграции титанов...

— Опять? — он поднимал бровь, но всё же доставал ключ из ящика. — Вернёшь до заката.

Она кивала, сжимая холодный металл в ладони. Библиотека становилась её убежищем — там она могла: сверять свои записи с архивными данными; искать упоминания о редких растениях; пытаться понять, как связаны древние тексты с современными угрозами.

Иногда она задерживалась допоздна, забывая о времени. Тогда приходил дежурный и напоминал:

— Блейк, свет гасят через десять минут.

Она вздыхала, собирала бумаги и шла в казарму, мысленно прокручивая прочитанное.

Так продолжалось до одного «прекрасного» дня, когда титаны снова напомнили о своем существовании...

Продолжение следует...