последствия.

Кая проснулась от тишины — непривычно тяжелой и звенящей. Она открыла глаза и сразу увидела Пэйтона. Он сидел в кресле у окна, даже не переодевшись после вчерашнего дня.

Его плечи были опущены, взгляд расфокусированно устремлен в одну точку, а пальцы, сбитые в кровь, нервно переплетали провода от ноутбука. Он не спал всю ночь.

Кая тихо встала и подошла к нему, коснувшись его плеча. Он вздрогнул, но не отстранился, лишь прикрыл глаза, принимая её тепло.

— Пэйт... ты хотя бы прилег? — тихо спросила она.

Он тяжело выдохнул, и в этом звуке было столько изнурения, что у Каи сжалось сердце.

— Этот ублюдок... — его голос был хриплым, лишенным вчерашней ярости, но полным холодного, расчетливого раздражения. — Я перевернул всё. Я задействовал все ресурсы, которые у меня были. Но этот придурок... он использует такие прокси-серверы и такие уровни шифрования, которые обычному хакеру не по зубам. Каждый раз, когда я подбираюсь к его IP, след обрывается в пустоте. Он словно играет со мной, зная, что я вижу его «цифровой след», но не могу схватить за горло.

Он сжал кулаки, и на бинтах снова проступили свежие, тревожные пятна.

— Он насмехается, Кая. Он знает, что я не могу уйти, что я привязан к тебе, и он прячется за монитором, пока я здесь... — он осекся, не договорив, потому что снаружи раздался отчетливый звук: кто-то поставил что-то тяжелое на порог их дома.

Пэйтон мгновенно сорвался с места. В один миг вся его усталость испарилась, сменившись звериной готовностью к прыжку. Он подлетел к двери и рывком распахнул её.

На ступеньках было пусто — лишь звук удаляющихся шагов эхом разносился по дому. А на коврике стоял новый букет. На этот раз это были черные розы — неестественно темные, почти угольные, перевязанные кроваво-красной лентой.

Пэйтон даже не дал Кае подойти. Он одним движением подхватил корзину, но в этот раз не стал её крушить. Он занес её внутрь и поставил прямо перед ноутбуком, на котором всё еще светились строки кодов, не принесших результата.

Внутри лепестков лежал клочок бумаги с коротким, издевательским текстом:

«Слишком медленно, Пэйтон. Пока ты пытаешься меня взломать, я наблюдаю за тем, как ты становишься все более жалким. Ты думаешь, ты меня ищешь? Это я позволяю тебе думать, что ты что-то контролируешь. Но скоро настанет время, когда тебе придется выйти из своего «храма». И тогда я буду ждать».

Пэйтон смотрел на эти черные розы, и в его глазах больше не было безумия. Там поселился ледяной, расчетливый холод человека, который осознал: Итан не просто провоцирует его — он загоняет его в ловушку паранойи, изматывая физически и эмоционально, чтобы в момент слабости нанести последний удар.

Он медленно повернулся к Кае, и в его взгляде читалось немое обещание: этот день станет последним, когда он сможет так с ними играть.

Кая видела, как Пэйтон сжимает края стола так сильно, что костяшки пальцев снова побелели. Его изможденный вид и эта пугающая тишина пугали её больше, чем его вчерашний гнев. Она понимала, что он на грани нервного истощения, и сейчас её единственная задача — удержать его в реальности.

Она подошла к нему вплотную, игнорируя черные розы, которые пахли чем-то химическим и неприятным. Кая положила руки ему на плечи, чувствуя, как он весь вибрирует от напряжения.

— Пэйтон, посмотри на меня, — прошептала она.

Он неохотно поднял взгляд. Его глаза были красными от бессонницы, в них застыла мучительная смесь вины и ярости. Кая медленно наклонилась и прижалась своими губами к его.

Это не был страстный поцелуй — это был глубокий, нежный и бесконечно печальный жест. Она пыталась передать ему всё свое спокойствие, стать его якорем в этом шторме.

Пэйтон на секунду замер, а затем судорожно выдохнул ей в губы, на мгновение расслабляясь под её прикосновением. Его руки обхватили её талию, притягивая ближе, словно он пытался спрятаться в ней от всего мира.

— Я здесь, — тихо сказала она, отстранившись на миллиметр. — И я никуда не уйду. Дай себе пять минут. Просто дыши.

Он кивнул, опуская голову ей на плечо. Кая погладила его по волосам, а затем мягко высвободилась. Ей нужно было поговорить с кем-то еще, взглянуть на ситуацию со стороны, иначе она сама рисковала сойти с ума.

— Мне нужно зайти к Райли, — сказала она, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Я скоро вернусь. Пожалуйста, не делай ничего, пока меня нет.

Пэйтон лишь молча проводил её взглядом, его рука потянулась к клавиатуре еще до того, как она вышла за дверь.

Кая прошла по коридору и тихо постучала в дверь комнаты Райли. Услышав приглушенное «входи», она толкнула дверь.

Райли сидела на кровати в наушниках, листая какой-то журнал, но, увидев лицо Каи, она мгновенно отбросила всё в сторону.

— Боже, Кая, на тебе лица нет! Что случилось? Пэйтон опять сорвался?

Кая закрыла дверь на замок и без сил опустилась на пуфик в углу. Её начало трясти — запоздалая реакция на утро и эти черные розы.

— Это Итан, Райли... — начала Кая, обхватывая себя руками. — Всё становится только хуже.

Она рассказала подруге всё: про вчерашнюю сцену с цветами, про пошлое электронное письмо, от которого до сих пор тошнило, и про то, как Пэйтон всю ночь безуспешно пытался его выследить. Когда она дошла до описания сегодняшнего букета черных роз и записки, Райли вскочила с кровати.

— Черные розы? — переспросила Райли, её голос дрогнул. — Кая, это уже не просто ревность или подкат. Это чистой воды сталкинг. Он играет с Пэйтоном, он бьет по его самому слабому месту — по тебе.

— Пэйтон не спит, он почти не ест, — Кая закрыла лицо руками. — Он превращается в тень самого себя. Он одержим защитой, но он не может ударить по врагу, которого не видит. А Итан... он словно знает каждый наш шаг. Он написал, что наблюдает за нами.

Райли подошла к Кае и села рядом на пол, взяв её за руки.

— Послушай, если Пэйтон не может его отследить, значит, Итан не просто обиженный парень. Он профессионал. Тебе нужно убедить Пэйтона привлечь кого-то еще. Он не может тащить это в одиночку, Кая. Он сорвется, и этот урод именно этого и ждет. Ты видела записку — он хочет выманить его из «храма».

— Я знаю, — всхлипнула Кая. — Я сказала ему об этом. Но Пэйтон... он считает, что это его личная война. Для него защитить меня — это вопрос его жизни или смерти. Если он не справится сам, он себя уничтожит.

Райли посмотрела на дверь, за которой скрывался Пэйтон, и серьезно произнесла:

— Значит, мы должны помочь ему. Если он не может найти в сети, мы найдем его в реальности. У каждого есть слабое место, даже у такого психопата, как Итан. Мы должны вспомнить всё, что мы о нем знаем. Где он живет, с кем общается...

Кая подняла голову, в её глазах мелькнула слабая надежда, смешанная со страхом. Она понимала, что втягивает Райли в опасную игру, но другого пути не было.

Либо они остановят Итана вместе, либо он окончательно разрушит Пэйтона — и её вместе с ним.

Рискованный план созрел мгновенно. Кая и Райли понимали: пока Пэйтон заперт в своей ярости и попытках взломать систему, Итан будет продолжать свою игру, истощая его до последнего. Единственный способ прекратить это — выманить его в реальный мир.

Сидя в комнате Райли, они открыли ноутбук. Пальцы Каи дрожали, когда она печатала ответ на то самое омерзительное письмо.

«Пэйтон в отключке после бессонной ночи. Я больше не могу это терпеть — его паранойя душит меня сильнее, чем твои преследования. Давай встретимся и поговорим без него. Сегодня в 22:00 на заброшенной парковке у старого порта. Приходи один, если тебе действительно есть что сказать, кроме грязи».

Ответ пришел через пять минут. Всего одно слово: «Умница».

Выбраться из квартиры было самой сложной частью. Пэйтон всё еще сидел в гостиной, окруженный мониторами, но его веки отяжелели. Брайс дремал на диване, не выпуская из рук телефон.

Кая и Райли переоделись в темную одежду.

— Пэйт, — тихо сказала Кая, заглянув в гостиную. — Я прилягу у Райли, мы хотим посмотреть фильм и немного отвлечься. Пожалуйста, постарайся тоже поспать.

Пэйтон, не оборачиваясь, лишь махнул рукой:

— Да, малыш... скоро. Я почти нашел зацепку.

Как только в квартире воцарилась тишина, девушки выскользнули через черный ход.

Сердце Каи колотилось так сильно, что казалось, его слышно на всю улицу. Она чувствовала себя предательницей, уходя за спиной у человека, который был готов ради нее на всё, но она твердила себе: «Я делаю это, чтобы спасти его».

Экран монитора плыл перед глазами. Красные строчки кода, бесконечные отказы в доступе, издевательские «Connection Timed Out» — всё это сливалось в одну кровавую пелену. Он чувствовал себя псом, который чует след, но каждый раз кусает пустоту.

В голове набатом стучало: «Он смотрит на тебя. Он видит тебя. Он смеется».

Пэйтон потер глаза разбитыми костяшками, и резкая боль немного протрезвила мозг. За стеной, в комнате Райли, было тихо. Слишком тихо. Полчаса назад Кая заглянула к нему, её голос был мягким, как шелк, она просила поспать...

—Моя маленькая. Она думала, что я смогу уснуть, пока эта мразь дышит тем же воздухом, что и она.

Пэйтон встал. Кресло с хрустом отодвинулось. Ему нужно было просто увидеть её. Один взгляд на то, как она спит, уткнувшись носом в подушку, и этот пожар в груди стихнет хоть на минуту.

Она — его единственный якорь. Его чистый свет в этом дерьме, которым Итан залил их дом.

Пэйтон прошел по коридору, стараясь ступать бесшумно. Остановишь у двери Райли. Прислушался. Ни звука. Ни дыхания, ни шуршания одеяла, ни бормотания телевизора, под который они якобы собирались «отвлечься».

Внутри всё похолодело. Это то самое чувство, которое у него бывает на ринге за секунду до того, как в голову прилетает сокрушительный удар. Предчувствие катастрофы.

Он медленно толкнул дверь.

— Кая? — шепнул он.

Комната была пуста. Кровать заправлена, на тумбочке одиноко светился забытый телефон Райли. Окно было приоткрыто, и занавеска лениво колыхалась от ночного ветра, словно насмехаясь надо мной.

В ту же секунду тишина в квартире перестала быть мирной. Она стала враждебной. Она стала криком.

Она ушла. Его Кая, которую Пэйтон поклялся защищать ценой своей жизни, вышла в ночь. Одна. Без него.

Он рванул к столу Райли. Там лежал ноутбук , всё еще открытый на странице почты. Глаза выхватили строки: «Заброшенная парковка... 22:00... Приходи один».

В этот момент мир внутри него просто взорвался.

Весь этот чертов «контроль», за который Пэйтон держался из последних сил ради неё, сгорел дотла.

Она пошла к нему. Она доверилась этому выродку, она решила поиграть в спасительницу, пока я грыз землю, чтобы выследить его. Она подставила себя под удар. Она позволила ему коснуться её своим присутствием еще раз.

— Брайс! — Пэйтон не кричал, я хрипел, вылетая в гостиную. — Брайс, подъем, твою мать!

Друг вскочил, непонимающе озираясь, но, увидев его лицо, он застыл. Пэйтон выглядел как человек, который уже мертв внутри, но еще готов убивать.

— Её нет. Она у него. Старый порт, — Пэйтон выплюнул слова, хватая со стола ключи от машины.

Он не чувствовал усталости. Не чувствовал боли в руках. В голове была только одна картинка: руки Итана на её коже. Его грязный рот рядом с её ухом.

Мысли Пэйтона в этот момент путались.

«Если он хоть волосок на её голове тронет, я не просто убью его. Я выжгу всё, что с ним связано. И плевать на тюрьму, плевать на всё. Если мой мир — это она, а её сейчас оскверняют, значит, этому миру больше нет смысла существовать.»

Старый порт встретил их запахом гнили, соли и холодным ветром. Райли, прихватив с собой перцовый баллончик и включив запись на телефоне, спряталась за ржавыми контейнерами в паре десятков метров от назначенного места.

— Если что-то пойдет не так, я сразу звоню Брайсу и в полицию, — прошептала она, сжимая руку Каи. — Будь осторожна.

Кая вышла на середину пустой парковки, освещенной одним единственным мигающим фонарем. Тишина была пугающей.

— Я пришла,Итан! — крикнула она в темноту. — Выходи!

Из тени медленно отделился силуэт.Он выглядел совсем не так, как его описывал Пэйтон. Он был аккуратно одет, на его лице играла спокойная, почти вежливая улыбка, что делало его вид еще более жутким.

— Кая... — протянул он, останавливаясь в нескольких шагах. — Ты выглядишь еще лучше, когда в твоих глазах нет этого телячьего восторга по отношению к твоему психопату.

— Хватит, — отрезала Кая. — Зачем ты это делаешь? Чего ты хочешь добиться этими цветами и письмами? Ты же понимаешь, что он убьет тебя, если найдет?

Итан тихо рассмеялся, и этот смех заставил волосы на затылке Каи встать дыбом.

— О, он не найдет. Пэйтон слишком предсказуем. Он думает мышцами, а не головой. Он так занят тем, чтобы «метить территорию», что не замечает главного.

Он сделал шаг ближе, и Кая инстинктивно отступила.

— Я делаю это, потому что мне нравится смотреть, как он разрушается. Как он теряет контроль. Ты для него — единственная нить, связывающая его с реальностью. Если я перережу её, он станет животным. А животных усыпляют, Кая.

— Ты больной... — прошептала она.

— Возможно, —Итан наклонил голову, и его взгляд стал хищным. — Но скажи мне, Кая... разве тебе не хочется быть с кем-то, кто не заставляет тебя дрожать от страха каждый раз, когда кто-то присылает цветы? Пэйтон — это пороховая бочка. Ты действительно хочешь провести всю жизнь, ожидая взрыва?

В этот момент в кармане Каи завибрировал телефон. Пэйтон. Он наверное проснулся и не обнаружил её в комнате.

Итан заметил её движение и усмехнулся:

— Твой поводок натянулся? Пора делать выбор, Кая. Либо ты уходишь со мной сейчас, и я оставляю его в покое, либо я продолжу до тех пор, пока он не совершит ошибку, за которую его посадят на пожизненное.

Кая замерла. Она знала, что Райли записывает всё, но она не ожидала, что этот урод поставит вопрос так жестко. В тишине порта раздался рев мотора — знакомый, яростный звук маслкара Пэйтона, который каким-то образом вычислил их местоположение.

Итан изменился в лице, его улыбка исчезла.

— Похоже, время вышло. Решай быстрее.

Пэйтон выскочил из салона еще до того, как автомобиль полностью замер.

Его вид внушал ужас: взлохмаченные волосы, безумный взгляд, в котором смешались смертельная паника за Каю и жажда крови.

— Отойди от неё! — этот рык Пэйтона был едва человеческим.

Итан, который секунду назад казался хозяином положения, не успел даже вытащить руки из карманов. Пэйтон преодолел расстояние между ними за пару секунд.

Первый удар пришелся прямо в челюсть, сбивая его с ног. Пэйтон навалился сверху, его кулаки взлетали и опускались с глухими, пугающими звуками.

— Пэйтон, нет! Ты убьешь его! Остановись! — кричала Кая, пытаясь схватить его за руки, но он её не слышал.

Он видел перед собой только мразь, которая посмела писать те пошлые слова его девушке.

В этот момент порт залило ослепительным сине-красным светом. Сирены взвыли со всех сторон — Райли не зря вызвала подмогу заранее, понимая, что сама эта встреча не закончится миром.

— Полиция! Всем оставаться на своих местах! Руки за голову! — гремело в мегафон.

Из-за контейнеров выбежала Райли, размахивая телефоном:

— Сюда! Быстрее! Он напал на неё, у меня всё записано!

Полицейские бросились к дерущимся. Им потребовалось трое офицеров, чтобы оттащить обезумевшего Пэйтона от окровавленного тела. Пэйтон рвался из их рук, его лицо было искажено гримасой ярости, он плевался кровью и кричал проклятия.

— Он тронул её! Вы не понимаете! Он осквернил её! — вопил Пэйтон, пока на его запястьях защелкивались наручники.

Итан лежал на асфальте, тяжело дыша, его лицо превратилось в месиво. Он попытался слабо усмехнуться, глядя на Пэйтона:

— Видишь... я же говорил... ты просто животное... теперь тебя закроют...

— Заткнись! — Райли подлетела к нему, её трясло от гнева. Она повернулась к офицеру, который уже записывал показания. — Офицер, посмотрите это. Вот запись встречи. Он угрожал ей, он шантажировал её безопасностью Пэйтона, он признался в преследовании! И у нас есть сотни писем с его почты, которые подтверждают его одержимость.

Полицейский взял телефон Райли. Просмотрев фрагмент, где Пэйтон говорит: «Я буду продолжать, пока он не совершит ошибку»,— он хмуро взглянул на лежащего сталкера.

— Похоже, парень, ты сам себе вырыл яму, — сказал офицер. — Поднимайте его. Обоих в участок.

Кая стояла посреди парковки, обхватив себя руками. Ветер трепал её волосы. Пэйтона вели к патрульной машине. Он перестал сопротивляться. Когда он проходил мимо Каи, он остановился и посмотрел на неё.

В его глазах больше не было ярости. Только бесконечная, выжигающая душу боль.

— Ты ушла за моей спиной... — тихо сказал он. — К нему. Ты доверилась ему больше, чем мне?

— Пэйтон, я хотела спасти тебя! — воскликнула Кая, шагая к нему, но полицейский преградил ей путь. — Я хотела, чтобы это закончилось!

— Ты моя, Кая, — прошептал он, и в его голосе послышался надлом. — Но сегодня ты совершила грех, который я не знаю, как простить. Ты поставила себя под удар.

Дверь полицейской машины захлопнулась. Райли подошла к Кае и обняла её за плечи, но та не чувствовала тепла.

Она смотрела на удаляющиеся мигалки и понимала: Итан проиграл войну, но он всё же сумел отравить то единственное, что было для Пэйтона святым — их абсолютное доверие.