Последний король

—Нет, врачи говорят, что со временем станет лучше. Просто мышцы должны окрепнуть.

Хирург рекомендовал Лисе побольше ходить, чтобы укрепить мышцы, но ей делалось не по
себе при одной мысли о том, что каждый встречный будет провожать ее либо сочувственным, либо брезгливым взглядом. Ну и пусть! С сегодняшнего вечера она начнет тренировать ногу, не обращая внимания на окружающих.
Приняв это решение, Лиса повеселела, выпрямила спину и расправила плечи. Попрощавшись
с Чонгуком, она поехала к себе, стараясь побороть вновь подступающее отчаяние.

Дома Лиса прежде всего распахнула настежь все окна, потом вышла на веранду и упала в старенькое плетеное кресло с намерением почитать журнал.

Не прошло и десяти минут, как она досадливо отбросила его в сторону. Ей показалось, что неестественный, бутафорский мир, для чего-то создаваемый на глянцевых страницах, не имеет никакого отношения к реальной жизни. На первой полосе два государственных деятеля, похожие
на бездарных статистов, с натянутыми улыбками
пожимали друг другу руки по случаю подписания важного договора. Демонстранты на столичных улицах небольшого балканского государства словно явились сюда из старого кинофильма нелепая кургузая одежда, тусклые, изнуренные лица.

Желая рассеять охватившее ее мрачное настроение, Лиса направилась по упругой густой
траве к пляжу, усыпанному купальщиками. Счастливые дети резвились, кричали, смеялись,
барахтались на мелководье.

Но не прошла Лиса и полпути, как нога подвернулась, и у нее потемнело в глазах от боли.
Она едва не впала в панику, тело стало ватным. Подождав, пока к ней не вернулись силы, она, хромая, потащилась обратно к дому.

Навстречу развязной походкой шли два молодых человека. И сквозь шум в ушах Манобан
услышала, как один из них с кривой ухмылкой бросил:

- Эй, красотка, давай поможем, чем можем!

Желая одного - побстрее забиться в свою нору, - она прошла мимо юношей. Но те, пошептавшись, нагнали ее, и один схватил Лису за
запястьс.

—Убери руки!- знакомый мужской голос прозвучал неожиданно и грозно, словно гром
среди ясного неба.

Парни с высокомерным и агрессивным видом повернулись к чужаку. Лиса замерла. Хотя
Чон Чонгук и был значительно выше ростом, но физически молодцы казались покрепче него.
Коренастые, мускулистые, с бычьими шеями и с бычьим же выражснием на лицо, они составляли резкий контраст с величественно грациозным, спортивным Чонгуком.

В том, однако, и состояла тайная сила его личности, что стоило Чону бросить взгляд на
бандита, который держал Лису за руку, как тот резко, словно обжегшись, отпустил ее. Его друг
заискивающе пробормотал:

—Все в порядке, парень. Мы просто думали, она вот-вот грохнется, ну и решили помочь.

Через секунду оба испарились. Чонгук даже не посмотрел им вслед.

—Как вы?- сделав два огромных шага, он очутился рядом с Лисой, обнял ее за плечи и пристально посмотрел в глаза.

Силы окончательно покинули ее. Лицо поcерело, под глазами появились тени. Дыхание
стало прерывистым, губы пересохли.

—Что, собственно, с вами происходит?- вопрос  был задан спокойно, но у Лисы ёкнуло сердце.

—Извините за то, что причиняю вам столько хлопот.

Голос ее дрожал, но ей уже почти
удалось оправиться от испытанного только что потрясения.

—Пустяки.. Пойдемте.
Поддерживая Лису под локоть, Чонгук повел её по небольшому склону к дому. Он уверенно направлял ее движения, и она покорно подчинялась всем его безмолвным командам.
Наконец они взошли на веранду, уставленную давно отслужившими свое плетеными креслами.

Проходя мимо журнального столика, Чонгук подхватил лежавший на нем пластиковый пакет.

—Как вы здесь оказались?
деревянным голосом спросила Лиса после того, как Чонгук открыл дверь, и они вошли в комнату.

—Вы оставили у меня свои продукты.

Неспрашивая разрешения, он открыл холодильник и засунул пакет в крохотную морозильную
камеру.

— Вам нужно прийти в себя, я сейчас приготовлю кофе.

Лисе пришлось на несколько мгновений стиснуть зубы, чтобы они перестали стучать.

—Спасибо, не надо. Мне уже лучше.

Не слушая ее, Чонгук снова открыл холодильник и достал оттуда кувшин с апельсиновым
соком.

— Сойдёт и это - наполнив стакан, он протянул его Лисе.

—Сядьте! -не терпящим возражений тоном приказал Чонгук.

Лиса тяжело рухнула в кресло и отвела с лица волосы. Заметив, как трясется стакан в еe руке,
Чон забрал его и сам поднес к губам Манобан. Глотнув живительной влаги, она почувствовала, что ей и впрямь стало легче. Вскоре она уже держала сок самостоятельно и медленно потягивала его.
Чонгук подождал, пока Лиса придет в себя, а затем ровным голосом спросил:

—Что случилось? Они вас напугали?

—Дело не в них,

— Тогда в чем же?

Лиса с трудом отвела взгляд от его мускулистых бедер. Воцарилась звенящая тишина. Что же сказать, чтобы не солгать, и в то же время не обнаружить свою слабость?
лихорадочно думала она.

—У меня закружилась голова, - наконец проговорила Лиса.

—Посмотрите мне в глаза, снова приказал Чонгук.

Она подняла голову и тут же поняла, что совершила ошибку: их взгляды встретились, и в ее
глазах Чон наверняка прочел правду.

—У вас был солнечный удар?-спросил он.

Ответь она утвердительно, это освободил бы ее от дальнейших расспросов. Но Лиса не умела лгать.

—Нет. Просто я была переполнена впечатлениями... — Ей вдруг стало трудно дышать. Может быть, выйдем на веранду? Там прохладнее.

Лиса едва справлялась с волнением.

—Хорошо. Вам помочь?

—Нет.-Ответ прозвучал резковато, и Лиса поспешила смязчить его:-
Мне уже намного лучше.

Как только они вышли на веранду, она почувствовала прилив энергии и одновременно
жгучую потребность чем-то заняться не стоять вот так, лицом к лицу с человеком, при
неожиданном появлении которого недавно чуть не упала в обморок.

— Не хотители посмотреть, как проводит свой отпуск остальная часть человечества?- махнув
рукой в сторону кемпинга, довольно агрессивно спросила она.

—Если вы в состоянии самостоятельно передвигаться, то почему бы и нет?- жёстко проговорил Чонгук и с интересом посмотрел на Лису.

На берегу все было по-прежнему: повсюду сновали дети-
в панамках и простоволосые,
под тентами и на открытом солнце, у стен песчаного замка и в воде на отмели. Кто-то смеялся, кто-то обиженно рыдал, кого-то окликали высоким фальцетом.

Лиса и Чонгук шли мимо отдыхающих. Песок хрустел под их ногами. Гук смотрел по сторонам, и брови его задумчиво хмурились. 

—Интересно, думала Лиса, искоса глядя на него, сколько ему лет- тридцать три? тридцать четыре?

—Это напоминает мне деревню, в которой я жил ло десяти лет,-сказал вдруг Чонгук.

Лиса почувствовала себя заинтригованной. Но при виде надменного аристократического профиля готовый уже сорваться простодушный вопрос застрялу нее в горле.

Они шли мимо семейств, табором расположившихся на пляже, мимо подростков, шумно игравших в мяч, мимо влюбленных парочек,
поглощенных поцелуми.... И почти все время ощущали на себе заинтересованные взгляды
кто-то смотрел на Лису, кто-то - на ее спутника.

—Интересно, кто он все-таки такой? Лисе не давал покоя этот вопрос. Фамилия была знакомая-
может быть, встречалась в газетах? Впрочем, там наверняка была и фотография, а у Лисы
прекрасная зрительная память. Она бы запомнила такое лицо, такие глаза.. Впрочем, об этом
лучше не думать, опасно...

Выходя из дома, Лиса догадалась захватить соломенную шляпку, а вот иссиня-черная, редкой
красоты шевелюра Чонгука была открыта беспощадным солнечным лучам. Это беспокоило Манобан,
но она не решалась сказать ему об этом, боясь показаться излишне фамильярной.

—Вы, очевидно, хорошо знаете здешние места,- подметил Чонгук.

Лиса кивнула и бросила взгляд на низкий кустарник, отделявший пляж от плантации киви.

—Многие годы я проводила тут школьные каникулы — у своей лучшей подруги. Домик, в котором я сейчас живу, принадлежит ее родителям.

В те далекие золотые деньки они с Ритой всe свободное время плавали в озере или загорали
на берегу. Теперь вот у Риты муж и дети, а она никак не склеит свою разбитую жизнь.

Они остановились у самой кромки воды, и Лиса невольно поежилась.

—Нам лучше возвратиться- дальше начинается болотистая местность. Лиса взглянула на
обувь Чонгука и добавила с легкой иронией:

—Вы же не хотите намочить свои дорогие туфли?

—О да, я был не прав: следовало явиться босиком, - в тон ей ответил Чон.

Представив эту картину, Лиса закусила губу, чтобы не рассмеяться, и резко отвернулась в
сторону. И в этот момент несчастная нога в очередной раз самым подлым образом подвела ее.
Сделав неловкий шаг, Манобан оказалась по щиколотку в воде.

Охватившая ее паника на мгновение сковала движения. Но страх перед водой оказался сильнее паралича. Обливаясь слезами, она пулей выскочила из озера. Твердая почва под ногами —
какое это все-таки чудо!