Мдк читают мдк

Поздравляю всех защитников Отечества с прошедшим 23 февраля! Мы все благодарны вам!

-------------------------------

По исходу двух часов все собрались в главном зале. После того, как Цзян Яньли и Вэй Усянь (который кое-как вымолил возможность у Цзинь Лина) разнесли тарелки с супом, все начали есть.

Внутри себя Юй Цзыюань метала молнии. Вот зачем её дочери приспичило приготовить этот дурацкий суп?! Она что — прислуга?!

— Дева Цзян, ваш суп поистине прекраснен, — сказал Лань Сичэнь.

— Благодарю вас, — девушка улыбнулась, засветившись от счастья.

Цзинь Цзысюань сидел, надувшись как индюк. «Почему она такая счастливая? Готовить — задача слуг! Такое ощущение, будто она делает это чуть ли не каждый день! Я не отрицаю, что суп вкусный, но… И зачем меня хотели поженить на ней?»

— Суп шицзе всегда будет самым вкусным! — с уверенностью сказал Вэй Усянь так, будто ничто не может опровергнуть его слова. Цзян Чэн на это только хмыкнул.

— Естественно, — согласился с ним более старый Вэй Усянь. Он выдавливал из себя улыбку, не давая эмоциям захлестнуть его.

— Вэй Ин°, всё хорошо, — прошептал ему Лань Ванцзи°.

— Я-я знаю, но… Я так давно… Не видел шицзе. И не ел её суп, — вдохнув и выдохнув несколько раз, Вэй Усянь° успокоился.

— А-Сянь°, с тобой всё хорошо?

— Со мной всё прекрасно. Не волнуйся, шицзе.

Пока некоторые особы возмущались, а некоторые восхищались блюдом Цзян Яньли, троица уже немаленьких юношей также его обсуждала.

— Цзинь Лин, твоя мама так хорошо готовит, — восхищённо произнёс Лань Цзинъи.

— Полностью согласен, — поддержал его Лань Сычжуй. В ответ Цзинь Жулань лишь хмыкнул, выражая своё согласие.

— Посмотрите на отношения учителя Вэя и девы Цзян, — попросил Лань Цзинъи. После того, как оба юноши выполнили его просьбу, он продолжил. — Как люди поверили, что учитель Вэй° мог убить её?

— Эти люди явно не были с ними знакомы, — с презрением сказал Цзинь Лин. — Просто решили, что слухи — это правда.

— Люди так жестоки, — со вздохом выдохнул Лань Сычжуй.

— Пхх… — Лань Цзинъи поперхнулся едой, стараясь сдержать смех.

— Цзинъи, что с тобой?

— Сначал проглоти, потом смейся! — одновременно произнесли Лань Сычжуй и Цзинь Лин. Отдышавшись, гусуланец начал объяснять причину своего неожиданного приступа смеха.

— Видите учителя Вэя и Ханьгуан-цзюня? Чем они занимаются? Как обычно, учитель Вэй пристаёт к Ханьгуан-цзюню. Ханьгуан-цзюнь естественно не против, даже наоборот.

— Ну и? Объясни нормально! — разозлился Цзинь Лин.

— Пхахаха! — Лань Цзинъи снова начал смеяться. — А теперь посмотрите на сидящего слева молодого Ханьгуан-цзюня!

Парни перевели свои взгляды в сторону, указанную Лань Цзинъи. Цзинь Лин фыркнул.

Второй молодой господин Лань сидел, невидящим взглядом уставившись на супружескую пару.

— Оказывается, ваш Ханьгуан-цзюнь не всегда был непроницаемым как камень, — съязвил молодой глава Цзинь.

— Интересно, о чем он думает? — задался вопросом Лань Цзинъи.

«Я. И он. Это убожество. Нет. Не может быть. Я и он? Вместе? Супруги? Как так? Почему? За что? Что я сделал в этой жизни не так?» — вот о чем думал второй нефрит.

После обеда, когда вся посуда была вымыта, заклинатели и прекрасные дамы снова собрались в основной комнате.

— Кто будет читать следующим? — прогрохотал Не Минцзюэ.

— Позвольте мне, — смущённо попросила Цзян Яньли.

— Прошу, — мужчина книгу девушке.

— Благодарю.

Прошла всего пара дней, и Вэй Усянь понял, как жестоко ошибся в своём выборе.

— Что у тебя там уже случилось? — закатив глаза, спросил Цзян Чэн.

— Узнаешь, — ответил ему Вэй Усянь°.

Ослику, который так кстати подвернулся ему под руку в деревне Мо, было невозможно угодить.

Будучи всего лишь ослом, есть он соглашался исключительно свежую, молодую травку, омытую чистейшей утренней росой.

— Прям как павлин, — тихо сказал Вэй Ин Не Хуайсану.

Если кончик травинки едва начинал желтеть, животное считало такую еду уже недостойной себя.

— Вэй-сюн, ты так хорошо можешь подыскивать подходящие сравнения. И вправду, будто павлин, — сказал Не Хуайсан.

Проезжая мимо какой-то фермы, Вэй Усянь стащил для него немного пшеничной соломы, но ослик не оценил такого жеста, и, слегка пожевав её, выплюнул с оглушительным «тьху!»,

Лань Цзинъи и Цзинь Лин зажали рты руками, стараясь не проронить ни звука.

— Почему вы смеётесь? — наигранно удивлённо спросил Вэй Усянь°. — Это вовсе не смешно.

— П-простите, у-учитель Вэй, — сотрясаясь от смеха, проговорил Лань Цзинъи. Не удержавшись, Вэй Ин, Цзян Чэн и Не Хуайсан тоже начали смеяться.

— Прекратите. Это не смешно! — продолжал возмущаться Вэй Усянь° и всё же добился затишья с их стороны.

Сидящий рядом с возлюбленным Лань Ванцзи° медленно наклонился и прошептал ему что-то на ухо. Вэй Усянь° мгновенно покрылся красными пятнами.

Наблюдающий за происходящей ситуацией Цзян Ваньинь еле сдержал рвотный порыв. Всё что угодно ради счастья своего шисюна, но только не такие «представления».

Увидев лицо наследника Цзян, Вэй Ин и Не Хуайсан проследили за его взглядом. Не Хуайсан лишь прикрылся веером, дабы не смущать влюблённых, а Вэй Усянь шокированно застыл, не в силах отвести взгляда. Приставая к Лань Чжаню, он не ожидал, что его шалости приведут к браку.

ещё звонче, чем плюётся взрослый человек. Но если же осёл не вкушал еды высшего сорта, то начинал вредничать, отказывался двигаться с места и лягался во все стороны.

— Похож на тебя, правда? — ядовито произнёс Цзинь Цзысюань. Вэй Ин уже открыл рот, чтобы ответить, на напоролся на предупреждающе-умертвляющий взгляд Юй Цзыюань и закрыл его.

Несколько раз он чуть было не лягнул Вэй Усяня.

Этот ишак ни на что не годился — ни как средство передвижения, ни как домашний любимец!

Вэй Усянь в мыслях невольно возвращался к своему мечу.

— Кстати, да, что с моим мечом? — улыбаясь, спохватился Вэй Ин.

— Ааа… Эм… — бормотал старейшина Илин. — «Что мне ему сказать? Не говорить ведь, что мне он не нужен?»

— На тот момент он хранился в ордене Цзинь, — спас своего супруга° Ханьгуан-цзюнь.

— Почему именно там? Почему не в Юньмень Цзян? — нахмурившись, задался вопросом Вэй Усянь.

— Потому что… — господин Вэй° вздохнул. — Потому что на тот момент мы с Цзян Чэном были… в достаточно плохих отношениях.

Цзян Чэн, Не Хуайсан и Вэй Усянь удивленно переглянулись.

— Мы? В плохих отношениях? — неверяще переспросил Цзян Ваньинь.

— Да.

Скорее всего, оружие забрал глава какого-нибудь именитого ордена, повесил на стену в качестве трофея и теперь хвастал им всем своим друзьям.

Вэй Усянь презрительно посмотрел на членов ордена Цзинь.

— Это не совсем так, — решил попробовать объясниться Цзинь Жулань. — Меч учителя Вэя хранился в запертой комнате, в которую был воспрещён вход.

Немного попетляв, дорога вывела их к обширным земледельческим угодьям. Здесь путники могли укрыться от палящего солнца под пышной софорой, на земле, заросшей сочной зелёной травой. Подле дерева находился вырытый колодец, а рядом с ним стояли ведро и ковш, предусмотрительно оставленные здесь селянами для мучимых жаждой путешественников. Ослик, едва завидев столь манящую траву, понёсся к дереву, и ничто не могло заставить его уйти.

«Прям как Вэй Усянь и вино» — Цзян Чэн, по его мнению, нашёл самое подходящее сравнение.

Вэй Усянь покорно слез с него и шлепнул по его солидному заду:

— В твоих венах явно течёт кровь каких-нибудь именитых ослов, угодить тебе даже сложнее, чем мне.

— Чтобы тебе было сложнее угодить? Такое вообще бывает? — спросил Цзян Чэн.

— Как видишь, Чэн-Чэн, бывает, — ответил ему Вэй Ин, про себя взмолившись. — «Надеюсь он не убьёт меня за Чэн-Чэна»

Цзян Ваньинь лишь коротко кивнул, не услышав раздражающее обращение к себе.

Осёл плюнул на него в ответ.

Цзинь Лин, Лань Цзинъи, Цзян Чэн и Не Хуайсан разразились смехом. Ну а Вэй Усяни обиженно надулись, одновременно сказав:

— Это не смешно!

— Мгм, — издал короткий звук Лань Ванцзи°, соглашаясь со словами Вэй Инов.

Пока они бесцельно дурачились, со стороны полей подошла группа людей.

От незнакомцев в хлопковых одеждах и соломенных сандалиях, держащих в руках самодельные бамбуковые корзины, так и веяло очарованием деревенской жизни. Среди них присутствовала молоденькая девушка с круглым лицом, которое можно было бы назвать изящным. Похоже, эти люди уже долго брели по изнуряющей жаре и теперь тоже хотели отдохнуть в тени и глотнуть холодной водицы, но увидев явно недружелюбно настроенного осла, привязанного к дереву, и сумасшедшего с растрёпанными волосами и макияжем висельника, подходить не спешили.

— На тебе до сих пор макияж висельника? В чем проблема его смыть? Зачем ты ходишь и позоришься? — разгневалась Юй Цзыюань.

— Мадам Юй, я скоро его смою, — поспешил заверить тетушку Вэй Усянь°.

Вэй Усянь всегда считал себя чрезвычайно галантным по отношению к женщинам, поэтому незамедлительно подвинулся, освобождая место,

На действие Вэй Усяня° Цзян Чэн закатил глаза и цокнул языком.

и принялся усмирять осла. Увидев, что сумасшедший не представляет никакой опасности, люди, наконец, осмелились подойти ближе. Незнакомцы буквально взмокли от пота, щёки их раскраснелись; кто-то начал обмахивать себя руками, кто-то черпать воду. Круглолицая девушка села у колодца и улыбнулась Вэй Усяню, словно зная, что он освободил место специально для неё.

— Как? Учитель Вэй, как вы это сделали? — спросил Лань Цзинъи.

— А что я сделал? Я ничего особенного и не делал, — изумился Вэй Усянь°.

— Как она поняла, что вы освободили место для неё?

— Вам, юноша, не об этом надо думать, а об учёбе, — возмутился Лань Цижэнь.

— Да ладно вам, учитель Лань. У него как раз тот возраст, когда пора начинать искать жену, — услышав слова Вэй Усяня°, Лань Цзинъи поперхнулся воздухом. — На счёт твоего вопроса, Цзинъи. Я не знаю. Само как-то получается.

Один из людей держал в руке компас.

Посмотрев вдаль, он озадаченно опустил взгляд:

— Мы уже у подножия горы Дафань, почему стрелка до сих пор не двигается?

И стрелка, и сам компас выглядели весьма странно, что неудивительно: это был не обычный компас.

— А какой? — спросил Не Хуайсан.

— Дослушай сначала, а потом спрашивай, — одернул его Не Минцзюэ.

Он не указывал ни на север, ни на юг, ни на запад, ни на восток.

— Что это за компас тогда? — раздражился Лань Цижэнь, обратившись к людям из будущего. — У вас что, все такие неучи?

— Нет конечно! — Цзинь Лин решил взять всë в свои руки. — Если вы, учитель Лань, не умеете слушать, то не надо оскорблять других. Уверен, вам сейчас же объяснят всё в книге.

Понимая, что Цзинь Жуланю не сдобровать, Цзян Яньли решительно продолжила читать. Что, и вправду, помогло.

Он указывал лишь в одном направлении – в направлении тёмных созданий и потому назывался «Компас Зла».

Лань Цижэнь оскорбленно нахохлился. Его отрицательному положению поспособствовал гордый взгляд главы Цзинь.

Цзинь Цзысюань был знатно поражен действиями этого глупого Цзинь Лина. Его мнение об этом человеке заметно улучшилось.

И тут Вэй Усянь понял, перед ним не крестьяне, а заклинатели, скорее всего, из бедного сельского клана. Кроме именитых, утопающих в роскоши и подчас высокомерных кланов, стоящих во главе великих орденов, существовали также маленькие и закрытые от всех остальных. Вэй Усянь подумал, что, возможно, эти люди покинули свою деревню, чтобы воссоединиться со своими дальними родственниками или же отправились на ночную охоту.

Лидер группы, мужчина средних лет, жестом подозвал остальных попить воды и ответил:

— Может быть, твой компас сломался? Я дам тебе новый потом. Гора Дафань менее чем в десятке ли от нас, так что сильно задерживаться не будем. Мы проделали большой путь. Если сейчас дадим слабину, другие обойдут нас, и все усилия пропадут даром.

Значит, всё-таки ночная охота. Многие заклинатели независимо от клановой принадлежности имели следующее возвышенное увлечение — они путешествовали по свету, изгоняя злых духов. Это называлось «охота», а поскольку тёмные создания часто проявляют себя именно ночью, возникло словосочетание «ночная охота».

— И зачем про это написали? Мы же и так это знаем! — возмутился Цзинь Цзысюань. Ни у кого не возникло желания с ним спорить.

Существовало великое множество кланов заклинателей, но действительно достойные внимания можно было пересчитать по пальцам. Не у всех предками были выдающиеся личности. Поэтому, чтобы добиться почтения и занять место среди великих, кланы средней руки всячески старались проявить себя. Если же клан справлялся с монстром или иной нечистью, терроризирующей округу, к нему относились с куда бо́льшим уважением.

Собственно говоря, это то, в чем поднаторел и Вэй Усянь. За время путешествия он уничтожил несколько могил,

— Зачем? — с отвращением спросил Не Хуайсан.

— Мне нужен был мертвец, — ответил ему Вэй Усянь°.

— Зачем? — с ещё большим ужасом снова спросил молодой господин Не.

— Не-сюн, тебе лучше не знать, раз ты только от этого приходишь в ужас, — ушёл от ответа Вэй Ин°, а сам подумал. — «А ещё лучше, чтобы никто не узнал.»

но нашёл только маленьких призраков. Для полного комплекта Вэй Усяню требовался какой-никакой, а призрачный солдат.

— П-призрасный солдат?

— Даже не спрашивай, Не-сюн, даже не спрашивай.

Так что мужчина решил попытать удачу на Рисовой горе, надеясь отыскать там подходящего призрака.

Группа деревенских заклинателей отдохнула немного и приготовилась двигаться дальше. Перед уходом круглолицая девушка достала из своей корзины маленькое полуспелое яблоко и предложила его Вэй Усяню:

— Держи.

Лань Цзинъи посмотрел на своего учителя так, будто он предал бедного парнишку.

Вэй Усянь, расплываясь в улыбке, протянул руку, но осел оказался расторопнее и откусил порядочный кусок,

Лань Цзинъи расплылся в счастливой улыбке.

— Осёл у тебя то что надо, ничего не скажешь! — просмеялся Цзян Чэн.

а его незадачливый хозяин едва успел спасти остатки. Увидев, что животное питало большую любовь к яблокам, Вэй Усянь кое-что придумал. Он соединил вместе длинную палку и рыболовную леску, прикрепил к получившейся «удочке» яблоко и подвесил его прямо перед ослиной мордой.

— Это очень жестоко, учитель Вэй, — заметил Лань Цзинъи. На слова ученика Вэй Усянь лишь пожал плечами.

Ослик, чуя опьяняющий аромат фрукта и страстно желая укусить ещё хоть разок, как сумасшедший гнался за яблоком, которое всегда находилось прямо под носом. Он мчался шустрее, чем лучшие скакуны, виденные Вэй Усянем, только пыль летела из-под копыт!

Теперь, двигаясь без задержек, Вэй Усянь ещё до наступления темноты добрался до горы Дафань. Подъехав к подножию горы, он, наконец, понял, что «фань» означало вовсе не рис. Издалека гора была похожа на доброжелательного и упитанного будду, отсюда и получила такое название. Под горой раскинулся маленький посёлок «Ступни Будды».

— А я то думал, про какую вы гору говорите! Получается, мы опять скоро встретимся! — воскликнул Лань Цзинъи.

— Ты прав, Цзинъи.

Вэй Усянь удивился, увидев здесь так много заклинателей. В глазах рябило от пестроцветия людей из разных кланов и орденов в ярких одеждах. По непонятной причине все они имели весьма подавленный вид. Никто и не думал смеяться над нелепой внешностью Вэй Усяня.

— Эх… Как жаль… Я наверное так старался, да? — расстроенно воскликнул Вэй Ин, параллельно ища подтверждение у своей старшей версии.

— И не говори, Вэй-сюнди*. Полнейший ужас. — с наигранной грустью сказал старейшина Илин, наблюдая, как меняется лицо собеседника от осознания нового прозвища.

*Сюнди — обращение к младшему брату.

В центре длинной улицы стояла группа заклинателей, ведущих серьёзный разговор. Казалось, их мнения по какому-то вопросу сильно расходились. Вэй Усянь мог слышать их громкие голоса даже издалека. Сначала заклинатели вели себя мирно, но их беседа становилась все более возбужденной.

— Я всё же считаю, что здесь нет никаких духов, монстров или иной нечисти, пожирающей души! Будь они здесь, Компасы Зла давно бы уже сработали.

— Если тут нет ничего подобного, как же тогда семь человек потеряли свои души?

— Если так много человек потеряли души, это уже серьёзно. Почему заклинатели не приходят к ним на помощь? — спросил Цзян Фэнмянь.

— К тому времени заклинатели уже должны были появиться там, — сказал Вэй Усянь°.

Не могли же они одновременно подхватить одну и ту же болезнь? Я никогда в жизни о подобной болезни не слышал!

— Это точно не болезнь, — уверенно заявил Лань Цижэнь.

— Если Компас Зла не сработал, это не значит, что тут никого нет! Компас недостаточно точен и может указывать только примерное направление, так что нельзя полностью полагаться только на него. Может быть, в этой местности есть что-то, что сбивает компас с толку.

— И кто же этот безрассудный человек, кто сделал компас неточным? Как можно обманывать людей? — разгневался Лань Цижэнь.

Не успел Вэй Усянь° попросить не говорить о создателе Компаса Зла, как Лань Сычжуй сказал:

— Учитель Лань, зачем вы говорите так грубо? Стена Послушания запрещает судить людей, не зная всех подробностей.

На несколько секунд воцарилось шокированные молчание. Никто никогда ТАК не принижал Лань Цижэня

— Лань Сычжуй, а ты не промах, — одобрительно кивнул юноше Цзян Ваньинь.

— Это точно, — согласился с ним Цзинь Лин. Такого он от Юаня никак не мог ожидать.

— Шицзе, прошу тебя, продолжай читать! — наконец взмолился Вэй Усянь°. Цзян Яньли улыбнулась ему и продолжила.

— Да ты вспомни, кто придумал Компас Зла! Что-то я не слышал, чтобы что-то могло создать помехи направлению его стрелки.

— На что это ты намекаешь таким тоном?! Конечно, я знаю, что Компас Зла создал Вэй Ин.

— Ты, — сухо сказала Юй Цзыюань. — Кто бы сомневался. И почему же ты не довёл дело до конца? Разве я тебя этому учила? Теперь люди из-за тебя мучаются!

— Мадам Юй, на то были причины… — начал говорить Вэй Усянь°, но его перебили.

— Какие у тебя могут быть причины? Какие?!

— Ахах, — у Вэй Ина° вырвался нервный смешок, — мадам Юй, знаете, очень сложно довести дело до конца, когда ты уже мёртв…

Юй Цзыюань шокированно заткнулась. Сделав вид, что ничего не произошло, она сказала:

— Да? Ну ладно, — однако, в её всё равно сквозило безразличным гневом к Вэй Усяню°.

Но не все его изобретения были безупречны. Можем же мы себе позволить хотя бы каплю сомнения?!

— Я и не говорю, что тебе нельзя сомневаться, или что все его изобретения безупречны. Так чего ты на меня накинулся?

Разговор принял другое направление, уже не интересное Вэй Усяню, и он проехал мимо спорящих на своем ослике, ухмыляясь и хихикая. Он никак не ожидал, что после стольких лет он всё ещё жив в людских толках и пересудах. Вэй Усянь по-прежнему оставался притчей во языцех. Если бы можно было провести опрос, чтобы выяснить, чья известность среди заклинателей длилась дольше всех, то победителем вышел бы, несомненно, Вэй Усянь.

«Вот только популярность у тебя отрицательная» — мысленно обращаясь к Вэй Усяню°, подумал Цзян Чэн.

По правде говоря, слова заклинателя несли в себе толику правды. Используемые сейчас Компасы Зла относились к самой первой версии, и действительно были недостаточно точны. Вэй Усянь как раз работал над улучшенной версией, когда его логово уничтожили, поэтому он не успел закончить начатое, и теперь всем приходилось довольствоваться недоработанными компасами.

Взгляды устремились на Вэй Усяня°. Не зная, что делать, он сказал:

— Нуу… Я же говорил.

В любом случае, существа, пожираюшие плоть и кровь, являлись низкоуровневыми, типа ходячих мертвецов. Только монстры или призраки высокого ранга способны пожирать и переваривать души. Тот, что орудовал здесь, пожрал семь за раз — неудивительно, что сейчас здесь было такое столпотворение заклинателей. Эта тварь определённо не относилась к рядовым, поэтому Компас Зла был обречён делать ошибки.

Вэй Усянь натянул вожжи и ловко соскочил со спины ослика.

Он взял яблоко, которое провисело перед ослиной мордой всю дорогу, и сказал:

— Кусочек… Только один кусочек. Эй, ты что, и мою руку хочешь оттяпать?

Вэй Усянь укусил пару раз с другой стороны яблока и засунул остатки в рот животному, попутно размышляя, как же он опустился до того, что разделяет трапезу с ослом.

Со стороны молодёжи послышались смешки.

Внезапно кто-то врезался в Вэй Усяня сзади. Он обернулся и увидел девушку, которая, казалось, совершенно не осознавала того, что только что налетела на человека. По лицу её блуждала рассеянная улыбка, сама же девушка, не моргая, бессмысленным взглядом уставилась вдаль.

Вэй Усянь проследил за её взглядом и увидел, что она смотрит на густо заросшую вершину горы Дафань.

Неожиданно девушка, не говоря ни слова, начала танцевать перед ним.

— Это же ненормально, да, дагэ? — спросил Не Хуайсан.

— Да, — коротко ответил ему Не Минцзюэ.

Руки и ноги её дёргались в бешеном темпе — то была по-настоящему дикая пляска. Вэй Усянь с большим удовольствием наблюдал за представлением,

Цзинь Лин, Лань Сычжуй и Лань Цзинъи посмотрели на учителя Вэя с осуждением.

когда к ним, придерживая родол платья, подбежала женщина.

Она прижала к себе девушку и запричитала:

— А-Янь, пожалуйста, пойдём домой!

А-Янь с силой отпихнула её и принялась убегать, пританцовывая всё с той же бессмысленной и пугающей ухмылкой, будто улыбаясь кому-то очень дорогому.

— Вот это уже точно ненормально. Адекватные люди себя так не ведут, — сказал Не Минцзюэ.

— Что же с ней случилось? — задумчиво произнёс Цзян Фэнмянь.

— Просто сошла с ума, что ещё, — язвительно произнёс Цзинь Цзысюань.

Женщина погналась за ней по улице, всхлипывая на ходу.

Уличный торговец сочувственно заметил:

— Какой ужас! А-Янь из семьи кузнеца Чжэна опять сбежала.

— Это ещё и не первый раз… — задумчиво пробормотала Юй Цзыюань.

— На долю её матери выпало столько несчастий. А-Янь, её муж, её отец… никому не удалось избежать страшной участи…

Вэй Усянь бродил туда-сюда и слушал людские разговоры, по кусочкам составляя картину случившегося здесь.

— Подслушивать запрещено! — гневно сказал Лань Цижэнь.

— Но на тот момент я ещё не состоял в вашем ордене, — Вэй Усянь° начал оправдываться. — К тому же, как ещё мне надо было всё узнавать?

— Подойти и расспросить, — после этих слов Вэй Ину° было нечего возразить.

На горе Дафань находился древний погост. Большинство предков жителей поселка Ступни Будды были похоронены именно там. Иногда и неопознанные трупы получали здесь местечко и деревянную табличку над головой. Несколько месяцев назад, одной тёмной и грозовой ночью, из-за ветра и дождя часть горы Дафань сошла вниз и упала прямо на погост, уничтожив множество старых могил. Несколько гробов оказались на поверхности, а после в них ударила молния, так что и гробы, и похороненные в них трупы обуглились дочерна.

Случившееся крайне обеспокоило жителей Ступней Будды. После продолжительных молитв они вновь отстроили погост, полагая, что теперь всё будет в порядке. Однако с тех самых пор люди в поселке стали терять свои души.

Первой жертвой стал один местный лодырь. Будучи жалким оборванцем, он целыми днями болтался без дела и никогда не работал. Из-за того, что лодырь любил залезать на гору и гоняться за птицами, он оказался там и в ночь, когда сошла её часть. Конечно, он перепугался до смерти, но, к счастью, остался жив. Занятно, что всего через пару дней после происшествия лодырь женился. Сыграли пышную свадьбу, а жених заявил, что отныне и впредь он намерен стать щедрым добродетелем и зажить счастливой жизнью с молодой женой.

В первую брачную ночь жених напился до чёртиков и увалился в кровать. Невеста звала его, но он не отвечал. И только когда девушка как следует толкнула суженого, она поняла, что тело его холодно, а взгляд замутнён.

— О-он же не… Он же не умер? — в страхе спросил Не Хуайсан.

— Слушай и узнаешь, — ответил ему Цзян Чэн.

От покойника его отличала лишь способность дышать.

Не Хуайсан облегченно выдохнул.

Пролежав в таком состоянии несколько дней, без еды и питья, он был, в конце концов, похоронен.

И снова содрогнулся.

Несчастная невеста стала вдовой, не успев вкусить прелестей семейной жизни.

Второй жертвой оказалась А-Янь из семьи кузнеца Чжэна. Девушка только-только получила предложение руки и сердца, как на следующий же день её будущего мужа загрызли волки во время охоты в горах. Услышав такие новости, девушка пришла в то же состояние, что и городской лодырь. Но к счастью, через несколько дней её болезнь, вызвавшая потерю души, прошла сама по себе. Однако после А-Янь сошла с ума и теперь убегала на улицу и танцевала перед первыми встречными.

Третьей жертвой стал отец А-Янь, кузнец Чжэн.

Всего на данный момент от потери души пострадали семь человек.

Вэй Усянь обдумал собранную информацию и заключил, что в череде происшествий повинен не монстр, пожирающий души, а всё-таки таковой же дух.

— И почему же ты так решил? — обесценивающе спросил Лань Цижэнь.

— В книге наверняка всё объяснят, учитель Лань, — ответил ему Вэй Усянь°.

И хотя разница между ними была не такой уж очевидной, все же эти существа относились к абсолютно разным классам. Дух был призраком, а монстр имел физическую форму.

Вэй Усянь° с превосходством посмотрел на Лань Цижэня.

Скорее всего, в ночь, когда часть горы сошла на древний погост, молния разбила какой-то гроб, и покоящийся в нем дух вырвался на волю. Если бы Вэй Усянь мог осмотреть разбитые гробы и проверить наличие печатей на них, то, вероятно, выяснил бы, кем являлось терроризирующее поселок существо. Но жители Ступней Будды уже перезахоронили обугленные гробы в другом месте и упокоили останки, так что улик никаких не осталось.

Попасть на гору можно было по тропинке, которая начиналась в поселке. Вэй Усянь оседлал ослика и медленно побрёл наверх. Вскоре ему навстречу попалась группа людей, чьи выражения лиц не внушали оптимизма.

— Неужели что-то случилось? — задумчиво спросил Лань Сичэнь, но на его вопрос ну и то не смог ответить. Или не захотел.

У некоторых из них на лицах красовались шрамы. Незнакомцы активно обсуждали что-то, перебивая друг друга. Увидев Вэй Усяня, они подпрыгнули, в сумерках приняв его за призрак висельника.

Вэй Ин захихикал.

Сыпля проклятиями, люди быстро прошли мимо. Вэй Усянь обернулся и подумал: «Может быть, они расстроены от того, что добыча оказалась им не по зубам?» Он не стал далее ломать голову над этим и шлёпнул осла по заду, чтобы тот бежал быстрее.

К сожалению, Вэй Усянь пропустил последующие плаксивые жалобы незнакомцев друг другу.

— Эх, ну почему же я спешил то, — с досадой вздохнул Вэй Усянь°.

— Я никогда не встречал подобной наглости!

— Разве стал бы глава большого клана сражаться с пожирателем душ бок о бок с нами? В молодости он, наверное, убил сотни таких духов!

— Интересно, про кого они говорят, — сказал Не Хуайсан.

— Ага. Интересно, кто обладает такой наглостью? — задумался Вэй Ин.

— А вы знаете, кто это был? — спросил Цзян Чэн у ребятишек из будущего.

— Ну… Я догадываюсь… — пробормотал Лань Цзинъи. — «Кто это может быть кроме главы Цзян?»

— А что нам ещё оставалось делать? Он — глава великого ордена. Ты можешь переходить дорогу кому угодно, но не клану Цзян, и не его главе Цзян Чэну.

Вэй Ин, Цзян Чэн и Цзян Яньли в ужасе выдохнули.

— Что? Я? — в шоке вымолвил Цзян Ваньинь. — А почему не отец?..

— Цзян Чэн, люди приходят и уходят. Это нормально, — сказал Цзян Фэнмянь.

Дрожащим голосом Цзян Яньли дочитала:

Давайте убираться восвояси и радоваться, что мы легко отделались!

— Получается, Цзян Чэн теперь глава ордена, — пробормотал Вэй Ин.

— А-Ин°, скажи, как я умер? — спросил Цзян Фэнмянь.

— Ээ… Дядя Цзян, вы умерли… Естественной смертью, — с трудом соврал Вэй Усянь°. — «Надеюсь, тут не будут описываться те события».

Лань Сичэнь, глядя на удручающую атмосферу, царящую в комнате, сказал:

— Предлагаю устроить небольшой перерыв.

— Да, хорошая идея, — согласился с ним Не Минцзюэ.

На том и порешили.

------------------------

Наконец-то я её дописала. Надеюсь, вам понравилось)