Часть 12
Если Вы всё еще верите, что Бог поможет Вам во всем, осуществит ваши мечты, и при потребности высушит океаны, чтобы не наступил всемирный потоп, — прыгайте с крыши, ведь Он создаст под Вами батут.
Людей много, желаний — еще больше. Никто не промотает пленку назад, не вернет тех, кто ушел. Жизнь закономерна, знаете.
***
Я знаю, что умею плакать, но в те минуты мой организм отчаянно борется со слезами, всё же побеждая. Я становлюсь сильнее. Возможно, я просто не могу поверить и осознать правду. Такое бывает. Бывает же?
В любом случае, я не могу поверить в происходящее всю дорогу в город. Мы едем огромной машиной, и путь занимает чуть меньше пяти часов. Все это время Луи обнимает меня, Джо пытается рассказать очередную шутку, пока я чувствую себя будто в прострации. Мы въезжаем в самую глубь города, привлекая внимание множества людей, и я все еще не могу поверить словам Зейна. В центре собрались тысячи людей по совершенно непонятной нам причине. Они смотрят в сторону шести грузовиков с дивергентами, и мне хочется крикнуть что-то вроде «Мы пришли вас спасти, придурки, не убивайте нас взглядом». Наше внимание привлекает огромное полотно, прикрепленное на стену Сирс Тауэра. Изображения на нем плохо видно, поэтому мы выходим из машины, медленно двигаясь через толпу людей к стене. Жители города внимательно разглядывают нас. В основном, здесь собрались представители Отречения, Дружелюбия и совсем немного бесстрашных. Отсутствие эрудитов настораживает меня.
Первое, что я вижу на полотне, надпись «Убиты несправедливостью», и только потом обращаю внимание на фото. Их слишком много, но я стараюсь уделить внимание каждому. Парни и девушки на фото одеты совершенно по-разному. Здесь явно представители всех фракций. Девушка, с которой я сидел за одним столом первые дни в Бесстрашии. Грег, — он помогал мне с оружием. Эрик, — когда я вижу его, мне внезапно передергивает от воспоминаний того вечера. Похоже, все началось именно с его гибели. Найл. На фото он не улыбается, как всегда. Его руки спрятаны в карманы синих брюк, а такого цвета пиджак, застегнут лишь на одну пуговицу. Только стоя здесь, перед фото собственного брата, я понимаю, что случилось на самом деле. Девяносто семь ребят, которых я точно видел на тесте, среди которых есть мои друзья и брат, были убиты. Из-за меня.
Чувство вины смешивается с злостью и отчаяньем, и я буквально взрываюсь, пробираясь между толпы к машине. С разбега запрыгиваю на крышу, с грохотом подпрыгивая, чтобы привлечь внимание.
— Ну что, вы довольны?! Это подразумевает власть эрудитов?! Вы - зомби без собственного мнения! Этого вы хотите? Видеть смерти ваших детей, братьев, сестер и друзей? Вы бесхребетны.
Я обвожу осуждающим взглядом толпу, скрещивая руки на груди. Люди переглядываются, пожимая плечами, и только тогда я замечаю Маркуса, который уверенно движется в сторону автомобиля, на котором я стою. Его лицо перекошено от злости, а руки сжимаются в кулаки до побеления костяшек. Я хмыкаю, когда он становится напротив меня, пусть и на несколько дюймов ниже.
— Ты что о себе возомнил? Бросил фракцию и назвал себя героем? Слезай, щенок, тебе и твоим дружкам ничего не светит!
Я некоторое время стою, ошарашен поведением Маркуса, ранее тихого и рассудительного мужчины. Буквально из ниоткуда появляются Луи и Джо, становясь напротив Маркуса. Он рассматривает их с ног до головы, прежде чем резко перевести взгляд в сторону Джоанны и Дэна. Глаза мужчины округляются, пока толпа молча наблюдает за этим. Спустя несколько секунд Маркус оборачивается, и, бросив громкое "Дивергенты", исчезает в толпе. Я незамедлительно спрыгиваю с машины, как только замечаю нескольких бесстрашных, двигающихся в нашу сторону с ножами в руках.
— Позвольте мне! — выкрикивает Джоанна и толпа словно замирает на месте. — Мы не пришли уничтожать вас, и никогда не хотели этого делать. Мы хотим помочь. Как бы сложно не было каждому из вас принять это, но вы больны. Ваши гены неполноценны, и это факт. Дивергенты — генетически-здоровые люди, и только мы можем помочь вам. В этих автомобилях огромное количество проверенной сыворотки, которая может восстановить гены. Вам нужно лишь поверить нам. Пожалуйста.
Я восхищен. Восхищен этой женщиной так же, как и ее сыном. Ее смелостью, убедительностью, добротой. Похоже, толпа частично разделяет мое мнение. Народ долго перешептывается, пока с толпы не выходят самые смелые, желающие проверить правдивость наших намерений. Довольно подозрительно, не находите? Они поверили нам, правда?
— Я Эд, один из бесстрашных, — говорит рыжий парень, который вышел из толпы первым. — Мы правда должны верить дивергентам? Как вы докажите, что сыворотка проверена и мы не умрем?
— Ты ведь бесстрашный, верно? Так проверяй, — вызывающе фыркает Джо, подкатывая рукав куртки, и демонстрируя след от иглы шприца. — Я же живой. Более того, здоровый.
Эд смотрит на нас, слегка прищурив глаза. Он оборачивается, махая рукой, после чего из толпы вышли еще пять бесстрашных. Они подкатывают рукава курток, выжидающе глядя на нас. Я поспешно открываю заднюю дверцу авто, в салоне которого мы устроили свою «лабораторию». Мы с Луи проходим внутрь, зовя парней за собой. Шатен распечатывает шприцы, пока я открываю пять баночек с определенной дозой сыворотки. Бесстрашные, сидящие на кушетке, заметно нервничают и недоверчиво косятся на нас.
— Процесс займет столько же времени, как и у Лиама? — спрашиваю я у Луи, открывая последнюю баночку.
— Мама сказала, что ее усовершенствовали, поэтому на восстановление взрослого организма уйдет максимум десять минут, — Лу наполняет шприц, и подходит к Эду, смотрящего на оранжевую жидкость с заметным сомнением.
***
Не смотря на взволнованность бесстрашных, нам удается ввести сыворотку каждому, и мы с Лу покидаем «лабораторию», ожидая ровно десять минут, прежде чем проверить состояние парней. Все это время, терпя заинтересованные, а иногда и перепуганные взгляды из толпы, мы обсуждаем запасы сыворотки, и приходим к выводам, что ее определенно хватит на всех, учитывая детей и стариков. Когда Эд со своими друзьями выходят из автомобиля, они жалуются на головокружение и слабость, чем немного пугают остальных. К счастью, Джоанна быстро проводит небольшую лекцию на тему «Как гены дивергента отличаются от генов членов фракций», и прямо на площади демонстрирует анализы новоиспеченных дивергентов. Как мне кажется, свершается чудо, и почти каждый житель соглашается на, своего рода процедуру, и мы начинаем вовсю готовится к массовому вводу сыворотки. Часть дивергентов защищает территорию площади от гостей в виде излюбленных эрудитов, пока лаборанты принимают в каждую из шести машин по пять человек, и процедуры удается закончить только спустя восемь часов. Все явно измотаны, люди расходятся по домам, чтобы восстановить силы после кардинальных изменений. И только тогда мы встречаем человека, который, видимо, был слишком занят все это время, и не уследил за «своими» людьми, что теперь вовсе не «чьи-то».
— Что здесь происходит?! — разъяренно кричит Тина, и Лу слишком забавно затыкает уши, заставляя меня улыбнутся, что было совсем неуместно. — Какого черта вы себе позволяете?
— Привет, Тина, — спокойно говорит Джоанна, мило улыбаясь женщине, и я хочу сказать что-то наподобие «Что за херня?» — Нашим людям удалось задержать твоих, странно, не так ли? Более того, половина твоих «верных подданных», перешла на нашу сторону. Теряешь авторитет?
— Ты и не представляешь, сколько сил у меня осталось. Думаешь, тысячи женщин и детей, которых вы «излечили», поможет вам противостоять моей армии? Считайте минуты.
Тина буквально выплевывает слова в лицо Джей, и, разворачиваясь, быстро удаляется. Я замечаю растерянность на лице Джоанны и Дэна. Мужчина достает свой планшет, быстро печатая что-то.
— Я зову подкрепление и автомобили, чтобы эвакуировать женщин и детей. Все же, эта война будет.