Divergent

  — Где мой автомат? — в комнату влетает Джо, сразу же открывая ящик с оружием. — Я пристрелю ее сам!

Его лицо перекошено от злости, губа искусана, а из глаз, кажется, вот-вот брызнет поток слез. Брюнет сбрасывает со стола различные карты и чертежи, пока Луи пытается остановить его, крепко обнимая. Джо падает на колени, закрывая лицо ладонями, и все, что я могу, это сочувствующе смотреть на него, потому что в какой-то мере испытал то же. Его родителей убили несколько часов назад.

Ровно месяц назад город превратился в ад. Нам удалось собрать ровно пять тысяч вооруженных людей, что превышало армию Тины ровно в полтора раза. Мы старались вывезти всех, что, конечно, не удалось. Слишком много семей осталось в городе. Они были убеждены, что Тина их не тронет, но ее людям было строго приказано убивать всех. Точно так же погибли родители Джо. Они долгое время скрывались в подвале, и почти не поддерживали связь с сыном из-за разногласий. Джо опоздал всего на несколько минут.

В итоге, у нас шестьдесят жертв среди мирных жителей и двести семьдесят четыре среди военных.

Мы не думали, что все произойдет настолько быстро.Ситуация стремительно выходит из-под контроля и напоминает настоящий хаос. За всем этим дерьмом мне вовсе не хватает времени на Лу, как и ему на меня. У нас почти нет времени обняться, а поцеловать его — единственное мое желание за последние две недели. Ситуация Джо была последней каплей, и мы наконец решаем пойти на крайние меры. Победить стаю — убить вожака.

На выходе из штаб-квартиры Искренности, мне удается сжать руку Луи в своей, и мы улыбаемся друг другу, впервые за несколько дней. В другой руке я крепко держу автомат, косясь на друзей. Чувство того, что я готов отдать жизнь за этих людей переполняет меня, и я правда чувствую гордость. За Луи, Лиама, Зейна, Джо. И за себя тоже. Я стал сильнее, несмотря на семнадцатилетний возраст.

Мы осторожно выходим на улицу, прячась за углом здания. Дорога кажется чистой, но Луи все же просит молчать, и выходит первый, зарядив автомат. Он осторожно двигается вперед, маша нам рукой. Я еще не успеваю выйти, когда слышу первый выстрел. Возвращаюсь в исходное положение, прижимаясь головой к стене. Хвост на затылке неприятно жмет, но я по-прежнему не двигаюсь. Только когда слышу тихое «Гарри», выхожу из-за угла, замечая тело одного из армии Тины, и более-менее спокойно двигаюсь за парнями.

— Скорее, там поезд, нужно догнать, — выкрикивает Зейн, и я поднимаю голову, замечая над нами приближающийся поезд.

Мы поднимаемся по лестницам с невероятной скоростью, и я чувствую дежавю. Последний раз, когда я делал это, мы с бесстрашными просто веселились, прогуливаясь по городу. Когда мы поднимаемся, поезд на огромной скорости проезжает мимо. Я поправляю оружие, срываясь с места. Первым запрыгивает Лиам, за ним Зейн, Джо, я и Луи.

В вагоне слишком много хлама, поэтому мы решаем перебраться в другой. Как только дверь за Лиамом (а он шел последним) закрывается, мы слышим выстрел, и в следующую секунду окно вагона разбивается на мелкие осколки. Перед нами стоят человек десять, не меньше, из армии Тины. У того, что стоит ближе всех, на руке голубая повязка, что означает, что он командир. У Лу такая же, только красная.

— Гарри, Зейн, бегите! — кричит Луи, и мне хватает секунды, чтобы послушаться, и, схватив Малика за руку, бежать прочь из вагона.

Мы пробегаем через три вагона, пока свист пуль под ногами не прекращается, и выпрыгиваем из поезда, приземлившись на крыше какого-то здания. Некоторое время мы просто лежим, пытаясь перевести дыхание, пока я не слышу громкий мат Зейна. Он поднимается, пиная ногой пустой ящик, и вновь матерится. Я перевожу взгляд на поезд, исчезающий за многоэтажками, и понимаю, какую ошибку совершил. Мы оставили там остальных, спасая свои задницы. Я впервые жалею, что послушал Луи.

— Какого черта ты сделал, Стайлс? — кричит Зейн, когда я поднимаюсь. — Ты оставил там моего парня и двоих друзей! И своего парня ты оставил там тоже, придурок!

Я запускаю руку в волосы, зачесывая их назад. Должен быть выход. Эти трое не дадут себя убить. Надеюсь.

— Луи хотел, чтобы мы так поступили, значит у них все под контролем, — я пытаюсь сдерживаться, осматривая здание на наличие пожарных лестниц.

— Под каким к черту контролем? Там десять гребаных убийц, ты понимаешь?

Я нахожу лестницу, сразу же спускаясь по ней, под недовольное бормотание Зейна, повторяющего мои действия. Не медля, мы бежим по улице с невероятной скоростью. Она, на удивление, чистая. Штаб-квартира Тины находится всего в полмили от нас, и мы уже видим вход в здание. За углом стоит машина эрудитов с открытыми задними дверями. Я подбегаю к ней, запрыгивая внутрь. На сидении лежит разорванный кулон Джо. Скорее всего, они привезли на ней парней.

— Ну, что там? — тихо спрашивает Зейн, держа автомат обеими руками.

— Парни здесь. Быстрее, пойдем, — бормочу я, выпрыгивая из автомобиля, и мы бежим к дверям, сразу же заворачивая за угол. — Охрана. Нужно найти пожарную лестницу, — говорю я, оглядывая стены в поисках заветного предмета.

— У меня есть слезоточивый газ.

— Что, черт возьми? Откуда? — фыркаю я. Вещество было запрещено еще лет десять назад.

— Слушай, это не важно. Ну порыдают пару минут, подумаешь, — ноет Зейн, доставая небольшую колбочку из внутреннего кармана куртки.

— Ладно, действуй.

Парень улыбается, и без замедлений бросает вещество на асфальт рядом с двумя военными. В следующую секунду раздается отборный мат, и мы сломя голову бежим к дверям, не упуская возможности ударить охранников. В здании нас ждет намного больше сюрпризов. Люди в халатах и костюмах, конечно, замечают нас, и в помещении раздаются первые выстрелы. Мы стреляем слепо, смешивая свист пуль с оглушающей сигнализацией, быстро продвигаясь к лестнице. Только там у нас есть время перезарядить оружие, оторвавшись от умников. Тина должна быть на восьмом этаже, куда мы добираемся, казалось бы, за считанные секунды. Зейн вбегает в коридор первым, и вновь начинается стрельба. Когда я появляюсь в помещении, шестеро военных уже мертвы. Видимо, брюнет застал их врасплох.

В кабинет первым вбегаю уже я, готовясь увидеть десятки вооруженных, но нет. Единственное, что я вижу, это Тину, самодовольно улыбающуюся, и Джо, сжимающего в руках пистолет. Оружие направлено на Луи и Лиама. Обрываю себя на полуслове с просьбой остановится, и выпускаю автомат из рук. Какого черта?

— Джо? — шепчет Зейн за моей спиной, пока его автомат с громким стуком падает на пол.

— Он виноват, — бормочет брюнет, глаза которого полны слез, а руки начинают трястись. — Гарри. Если бы не он, мои родители были бы живы. И Эрик тоже. И Мэгги! Он даже не знает кто это! А я любил ее, черт возьми! — Джо уже плачет, а дрожь в его руках становится еще более заметной.

— Прости, — шепчу я, переводя уже влажные глаза в сторону Луи. Он знает, что я скажу. Я знаю, что я виноват. — Не убивай их, Джо. Умоляю. Убей меня.

— Гарри! — выкрикивает до боли знакомый голос, и я закрываю лицо руками, не желая видеть осуждения.

— Я люблю тебя, — вновь шепчу я в сторону Лу. — Стреляй, Джо.

И он стреляет. Только я не чувствую боли, и спешу открыть глаза. Мой взгляд бежит от бездыханного тела Джо к мужчине, ворвавшемуся в кабинет.

— Пора домой, сынок. Хватит с тебя этих иллюзий.