Часть четырнадцатая
***
Амалия вытирала мокрые золотистые волосы, пританцовывая в такт играющей песне с колонки, в душевой Сальваторе. Она просто обожала именно там принимать душ или ванную. Настроение было, на удивление, восхитительное. Леа старательно огораживала себя от мыслей о вчерашнем поцелуе с Клаусом, думая о танцах сегодняшним вечером. Не то чтобы Гилберт любительница подобных мероприятий, но должно быть весело. Да и выбора у неё особого не было, ведь Ребекка ей угрожала ещё несколько недель назад, что та обязательно там должна быть. Платье она взяла у Майклсон ещё тогда, поэтому на ней был всего лишь макияж и какая-то глупая прическа.
От пения и «танцев» её отвлек вошедший вампир в ванную комнату, который без зазрения совести прошёл дальше, натягивая такую привычную ухмылку.
— Деймон, — возмущённо произнесла Амалия, пытаясь хоть немного прикрыть своё черное кружевное белье, в котором она была, — а если бы я была голая?!
— Чего я там не видел, — хмыкнул он, скользнув взглядом по юному подтянутому телу девушки, довольно улыбнувшись, заставляя её щеки порозоветь.
— Уйди, — сложила она руки на груди, смотря на друга. — Я не знала, что вы уже вернулись.
— Откуда у тебя это? — спросил он обеспокоено, мигом оказываясь рядом с кареглазой, смотря на тонкую талию, на которой виднелись багровые синяки.
— Забудь, — протараторила она, намереваясь потянуться за полотенцем, чтобы прикрыться, но Сальваторе грубо схватил её за руки, заставляя её посмотреть ему в глаза.
— Я спросил: откуда у тебя это, — прошипел он, начиная злиться.
— Деймон…
Поняв, что он не добьётся от неё никакого толкового ответа, черноволосый стянул с неё кольцо с вербеной под её возмущенные охи.
— Откуда у тебя это? — воспользовавшись внушением, спросил он, смотря в карие глаза Амалии.
— От Клауса, — ответила она, а затем, проморгавшись, стала надевать кольцо, которое отдал ей лучший друг. — Ты обещал не использовать на мне внушение! — возмущённо воскликнула она, наблюдая, как голубоглазый намеревается выйти из ванной. Он был слишком зол, нельзя его отпускать в таком состоянии, ведь он запросто может наломать дров. — Куда ты? — поспешила она за ним, уже совершенно на всё наплевав, выбегая из ванной в нижнем белье.
— Убить его, — прорычал вампир, стремясь к выходу из дома. Она могла поклясться, что видела прям пар из его ушей, настолько зол он был.
— Не делай глупостей… — пролепетала она, захотев схватить его за локоть и остановить. — Послушай же ты меня! — вскрикнула Амалия, силой останавливая лучшего друга. — Это вышло совершенно случайно, он не хотел этого!
— Не оправдывай его, Ами, — прошипел Деймон, склоняясь к её лицу.
— Клянусь, он не специально.
— Прекрати беспокоиться о нём!
— Я беспокоюсь о тебе! — разъяренно воскликнула она, чувствуя, как капельки воды стекают с волос и падают на оголённую молочную кожу. — Клаус не всегда будет прощать тебе твои безрассудные поступки, рано или поздно он убьёт тебя, если ты не прекратишь так глупо рисковать своей жизнью!
— Он обещал, что не причинит тебе вред, — продолжил свою «песню» Деймон, ещё раз окидывая взглядом синяки. — Теперь я имею полное право убить его.
— Он просто не рассчитал силу, такое бывает! — топнула она ногой, пользуясь своими последними аргументами. — Тебе ли не знать об этом, — тише добавила она, устремив взгляд в пол, чувствуя, как напрягся и замолк Деймон.
— Так у вас что-то было? — спросил он, понимая, к чему она клонит.
Когда Амалия и Деймон в первый и последний раз переспали, мужчина тоже слегка «увлёкся» и в порыве страсти укусил её. Было больно, но терпимо. Конечно, после этого он напоил её кровью и долго извинялся, но всё прошло хорошо.
— Только поцелуй, — будто нашкодивший ребенок ответила русоволосая, уже ожидая скорых нотаций.
— Я не буду тебя отчитывать, успокойся, — по-доброму закатил он глаза. — Ты уже большая девочка, сама вправе выбирать себе компанию.
— Спасибо, — нечленораздельно промычала она, пропуская тот момент, где перед ними уже стоит Стефан и смотрит непонимающе на эту столь двусмысленную картину: полуголая Амалия, а над ней возвышается Деймон.
Фетиш на Гилбертов. Джереми, ты следующий.
***
Глупые, глупые танцы. Зачем Амалия вообще согласилась на эту авантюру? Ладно, да, она любила стиль двадцатых, но это лишь малая часть! Сейчас на протяжении трёх часов ей придется терпеть этих танцующих подростков, ужасный пунш и тупую музыку.
Как назло, Ребекка не отвечала на смс и звонки. И девушка уже хотела бросить все эти дела и остаться дома в гордом одиночестве, как в двери позвонили. Доделав последние штрихи с макияжем, она взглянула на себя в зеркало и осталась недовольна. В принципе, она всегда собой недовольна.
Белое кружевное платье в стиле двадцатых открывало худощавые плечи, украшено платье было белым жемчугом и блёстками, подчеркивало фигуру и стройные ноги Амалии. Дурацкие туфли на высоком каблуке удлиняли ноги, зато ужасно заставляли себя чувствовать. На голове красовался чёрный ободок, а в руках был белый клатч. Всё слишком белое для любительницы чёрного. Макияж был не слишком ярким, с акцентом на глаза. Она чувствовала себя максимально глупо в этом наряде, но Деймон оценил, а затем убежал в закат. Как мило.
Но больше всего ей не нравилось то, что она впервые идёт без пары. Не то чтобы её никто не звал, просто ни с кем из них она не хотела идти. А смысл, если всё равно весь вечер протусуется в компании такой же одинокой Кэролайн? По её словам, Тайлер недавно был в городе. Как круто, даже не навестил подругу, которую хотел убить.
Прихватив в руки куртку, она быстренько направилась открыть двери гостю. Амалия была без понятия кого принесло в это время, ведь по сути, танцы уже начались, а никого она не ждала больше из своих друзей. Но как только она открыла двери, так же захотела их и закрыть. Пересилив себя, она натянула вежливую улыбку, стараясь игнорировать пристальный взгляд, который заставлял её чувствовать будто с ней что-то не так.
— Потрясающе выглядишь, — ухмыльнулся Никлаус, разглядывая девушку с ног до головы. Поняв его намерения по его красивому костюму, она приподняла одну бровь.
— А ты чего это здесь? — спросила русоволосая, неловко переминаясь с ноги на ногу.
— Забрать тебя на танцы, — объяснил Ник, показывая свои ямочки, протягивая девушке руку. — Брось, всё равно ты ни с кем не идёшь.
— Я иду сама, потому что так хочу, — вскинула она подбородком. — Это вовсе не означало, что я ждала тебя.
— Я знаю. Но надеюсь, что ты примешь моё приглашение.
— Это ничего не значит, — на выдохе вымолвила она, вкладывая свою маленькую ладошку в большую шершавую руку мужчины.
***
— Мы говорим об Аларике! — услышала Амалия голос Джереми, подходя ближе к разговаривающим на громких тонах Елене и брату, указывая Клаусу подождать её. — Он опекал нас, и мы должны ответить тем же!
— Что происходит? — подбежала, насколько это было возможно на этих каблуках, Амалия, переводя взгляд с сестры на брата, а в глазах промелькнуло беспокойство.
— Деймон предложил убить Аларика, — промолвил самый младший Гилберт, пока челюсть Леи упала на мокрый асфальт.
— Извини? — переспросила она, надеясь, что ей послышалось. — Где этот кретин голубоглазый? — прошипела она, намереваясь двинуться в сторону школы, где наверняка затерялся Сальваторе.
— Никто его не тронет, — замотала головой Елена, останавливая сестру за руку. — Ты пришла с Клаусом? — насторожилась брюнетка, посмотрев в сторону Никлауса, который хохотнул над фразой «кретин голубоглазый».
— Ты пришла с Клаусом? — спросил Джереми, который явно недопонял всей ситуации. Точно, он же всё самое интересное пропустил, гуляя в Денвере! — Что за чёрт, Ами?
— Он пришёл с миром, — подняла руки в знаке капитуляции она. — Клянусь, он будет вести себя не угрожающей котёнка.
— Деймон рассказал мне, что видел сегодня утром, — прошептала двойник. — Это не шутки.
— Это просто случайность, — опять оправдывала первородного Леа. — Он не хотел этого. Забудь.
— Ты защищаешь Клауса?! — воскликнул Джереми, пока Амалия прикрыла глаза.
— У нас есть проблемы сейчас похуже чем он, ладно? — раздражённо спросила она. — Вам стоит больше беспокоиться о съехавшем с катушек Деймоне, который спит и видит убить Рика.
— Ами! — воскликнул рядом знакомый насмешливый голос, отчего девушка не сдержавшись закатила глаза. — Чудесно выглядишь!
— Потеряйся, Кол, — пробормотала она. — Не до тебя.
— Я же только пришёл, — фальшиво-обиженно проговорил младший Майклсон, пока чета Гилбертов переглядывалась. В особенности не понимал Джереми.
— Брат, тебе же сказали уйти, — произнёс подошедший Клаус, прожигая взглядом Кола, в глазах которого горела искра озорства и ребячества. Тысяча лет, а вовсе не взрослеет.
— Неужто, принцесса, предпочитаешь терпеть ту боль, которую тебе причиняет мой брат? — не мог не спросить нечто подобное шатен. — Или ваша «неземная любовь» выше этого? — выделил он два слова «неземная любовь».
— Любовь? — скривился несчастный Джереми, которого Елена уводила подальше, получив кивок разрешения от Леи, которая показала, что сама разберётся с этими индюками, которые готовы бить себя в грудь при всём Мистик-Фоллс. Люди и вправду заметили этот «треугольник», поэтому им было интересно наблюдать за развитием дальнейших событий. Только попкорна не хватало.
— Не ревнуй, Кол, — ухмыльнулся Клаус. — Сразу было понятно, кого она предпочтёт, — мужчина положил руку на талию девушки, отчего она тихо ойкнула, ведь он затронул синяк, который тут же отдал неприятным ощущением.
— Вот видишь, ей с тобой только хуже, — пролепетал шатен, пока Ник ослабил хватку, но руку не убрал. — Она слишком хрупкая, а ты слишком импульсивный.
— Может, хватит? — умоляющим тоном протянула она. — Для вас это непонятная чёртова игра, не переигрывайте.
— Кто сказал, что это игра? — прищурил глаза Кол, улыбаясь. — Вдруг, я вправду влюбился?
— Прекращай, брат, — злобно проговорил Никлаус, а его глаза действительно стали невероятно злыми.
Как же быстро он может менять свое настроение. Сначала он мило тебе улыбается, а после в гневе вырывает сердце. О мой Бог. Она что, превращается в свою сестру? От этой мысли её аж передернуло, и только сейчас она заметила ненужные взгляды посторонних.
— Это уже правда не смешно, завязывайте, — сказала Амалия, смотря на одного Майклсона, а затем на другого. — Не втягивайте меня в свои больные игры, — высказала русая, и направилась в сторону школы в спортзал, где и происходила вся вечеринка. Не нужно было и вампирского слуха, чтобы понять, что за ней кто-то бежит. Уже через секунду рядом с ней наравне шёл Никлаус, который с лёгкой ухмылкой смотрел на её злое лицо и то, как демонстративно она его игнорирует. — Я не хочу с тобой говорить.
— Прости, просто мой брат…
— Решил, что я какой-нибудь грёбаный трофей, и поэтому ты решил подыграть ему и начать доказывать, что ты круче, — хмыкнула она, даже не взглянув на него, продолжая постукивать длинным каблуком по школьному кафелю.
— Ты не трофей, — закатил глаза гибрид.
— А выглядит всё именно так.
— Ты не трофей, — отчеканил раздельно Никлаус, заглядывая в глаза девушки, останавливаясь перед дверями спортзала, откуда слышалась громкая музыка. — Просто показываю брату, что у него нет шансов.
— Я уже давно пытаюсь ему это показать, — закатила она глаза с улыбкой, входя под руку с гибридом на вечеринку.
Куча разноцветных фонарей сразу же ослепили Амалию, а подростки слегка нервировали. Сильнее вцепившись в рукав пиджака Клауса, Леа оглянулась, не замечая Сальваторов. Оно и лучше. Амалия почувствовала, как Ник слегка напряжён и посмотрела в ту сторону, куда был направлен его взгляд. Танцующие и счастливые Кэролайн и Тайлер. Идиллия.
— Где ты был, друг? — спросил Клаус, подойдя к парочке, пока Леа испуганно переглядывалась с Кэролайн, надеясь, что можно избежать кровопролития.
— Я только что вернулся, — ответил Локвуд, уже мысленно прощаясь с жизнью.
— Кажется, зря, — ухмыльнулся Клаус. — Или ты слишком смел, или ты слишком глуп. Возможно, ты подумал, что я отпустил тебя и не захочу убить? — прорычал первородный, пока Амалия пыталась его оттянуть от Тайлера, над которым он навис.
— Пойдём, Ник, — позвала его девушка, выделив его имя намеренно, зная, что он никогда не может устоять, когда она его так называет. — Потанцуем, — кинула она напряжённый взгляд на благодарную ей Кэролайн.
— Ты до сих пор жив, потому что этого хочет Леа, — прошипел Никлаус. — Ей стоит всего щелкнуть пальцами, и твоя жизнь оборвётся за одну секунду.
— Не стоило этого делать, — прошептала ему Гилберт, ведя мужчину на воображаемый танцпол, положив руки ему на плечи, ведь был медленный танец. — Что он сказал Кэролайн? — нахмурилась русая, когда увидела, как парочка разговаривают о чём-то и смотрят на них.
— Спросил, встречаемся ли мы, — ухмыльнулся Никлаус, обвивая тонкую девичью талию, стараясь несильно обнимать, чтобы не причинить боль.
— Неужели со стороны мы выглядим как парочка? — скривилась кареглазая, поднимая голову вверх, чтобы заглянуть в его серо-зелёные глаза.
— Многие в этом зале обсуждают нас, любовь моя, — показал свои ямочки он, опуская голову ниже, чтобы она слышала его, ведь пение какой-то тёмнокожей женщины было слишком громким. — Тебе бы понравились двадцатые, Леа, — спустя секунду молчания проговорил он, когда она обвила его шею, ведь так было намного удобней. — Девушки были безрассудны, сексуальны, веселы. Танцевали буквально до упаду, — широко улыбнувшись произнёс он, сделав резкий рывок, как и положено в этом танце, отчего Амалия пошатнувшись на своих каблуках оказалась полностью в его объятиях. — Завтра я уезжаю, — резко посерьёзнел он, смотря на её растерянное лицо, которое она тут же спрятала за каменной маской.
— Уезжаешь? — тихо переспросила она, неверяще заглядывая ему в глаза.
— Я бы позвал тебя с собой, но готова ли ты принять моё предложение? — с лицом полным серьёзности продолжил говорить он, кружа её в медленном танце. — Позволишь ли ты вручить тебе весь мир?
Амалия заметила, что благодаря каблукам и тому, что Клаус склонился слишком низко, их лица находятся в опасной близости. Она ощущала его дыхание, а её сердце замирало при каждом её взгляде в его бездонные глаза.
— Мне нужно на свежий воздух, — еле выдавила она из себя, замечая в его глазах нотки разочарования.
Её дыхание было слишком частым, видимо, перенервничала. Леа слышала, что Клаус идет позади неё, едва успевая идти обычным человеческим шагом, ведь Гилберт почти что бежала на своих длинных каблуках в сторону улицы. Она могла поклясться, что согласилась бы в последнюю секунду. Но она смогла и выдержала.
— Я пойму, если ты откажешь мне, — громко говорил ей в спину спешивший Никлаус, пока Амалия уже оказалась на улице возле главного входа, а свежий воздух чуть освежил мысли.
«Нужно было взять куртку», — промелькнула в её голове мысль, но даже не подала виду, что ей холодно. Она слишком независима.
— Дело не в том, что я не хочу, Клаус, пойми, — решившись, промолвила она.
— Тогда в чём проблема?
— Ты действительно не понимаешь? — спросила она, снимая этот дурацкий ободок с головы и выкидывая его в урну. Всё равно только бесил. — С Риком сейчас происходит не пойми что, я не могу оставить Елену и Джереми разгребать это дерьмо одним. И почему-то мне кажется, что это не последние наши проблемы…
— Что это? — нахмурившись, спросил Никлаус, обойдя девушку и подходя к дорожке соли, которая была осыпана вокруг здания школы.
— Твоя мать вернулась, — объяснил появившийся из неоткуда Стефан, который видимо ещё и подслушал из разговор.
***
Амалия нетерпеливо ходила из стороны в сторону по кабинету истории, пока Бонни читала какое-то заклинание, которое бы разорвало заклинание Эстер, которое было наложено на ловушку для вампиров. В кабинете помимо Беннет и Леи стоял ещё Джереми, кавалер Бонни, братья Сальваторе и Клаус.
— Не трогай меня, — злобно шепнула она Деймону, который хотел успокоить её и как всегда усадить себе на колени.
— Что опять не так? — шепнул он в ответ, не понимая, что сделал вновь не так.
— Джереми рассказал, какой замечательный план ты построил по уничтожению Рика, — поджала она губы.
— Всем растрепал, — закатил он голубые глаза.
— Почему так долго? — нетерпеливо спросил Никлаус, прерывая Бонни. — В таких заклинаниях всегда есть лазейка.
— Люди уходят с танцев прямо через барьер, — оповестил их вбежавший в кабинет запыхавшейся Мэтт.
— Мы с Мэттом можем сами остановить Эстер, — проговорил героически Джереми, пока Амалия неуверенно подняла руку. — Надо только узнать где она.
— Я тоже могу пройти и отлично стреляю, — проговорила она, получая злой взгляд Майклсона. — Нет, так нет, — съёжилась она.
— Самоубийство, — пропел Деймон.
— Самоубийство — это расстраивать меня, — прошипел Клаус, уже через секунду сжимая горло парня Бонни.
— Какого чёрта, Ник? — спросила подошедшая Амалия. — Пусти его.
— Так дело быстрее пойдёт, Леа.
— Бонни поняла, — нервно заговорила она, смотря, как бедный парень жадно пытается ухватить воздух. — Пусти его.
— Делай своё дело, ведьма.
— Отпусти его, Никлаус, — настойчивей произнесла Амалия, смотря в серо-зелёные глаза мужчины, который спустя секунду колебаний отпустил чернокожего парня.
— Нужна человеческая кровь, — проговорила Бонни, посмотрев на Амалию, которая огляделась по сторонам. Мэтта и Джереми уже не было на месте так же, как и остальных, помимо Клауса и Деймона.
Закатив глаза, русая подошла к разложенной на столе карте, протягивая руку Бонни. Ник же молча наблюдал за этим, хоть ему и не особо нравилась затея, что придется ей давать свою кровь. Пылинки с неё сдувает, видите ли, а как других убивать, так нефиг делать.
Кровь растеклась по карте, пока Беннет читала на непонятном языке какие-то заклинания. Какой заботливый Ник протянул Амалии уже стакан, наполненный наполовину его кровью. Ухмыльнувшись, девушка сделала глоток, чего вполне хватило, чтобы все раны зажили. Даже синяки.
— Эстер сопротивляется, — нахмурилась Бонни.
— У неё не может быть столько силы. Она откуда-то черпает энергию.
— Это место.
— Я знаю, где это, — проговорил Клаус, сдвигаясь с места и специально шагая только рядом с Леей. — Выдвигайте ваших людей, — он схватил девушку за руку, оборачивая к себе лицом. — А ты куда собралась, птичка?
— Я должна пойти туда, — выговорила она.
— Ты никуда не пойдешь, — прошипел он, склоняясь ближе к её лицу. — Для тебя это слишком опасно. Эстер до сих пор помнит, что ты сделала для нас…
— Плевать мне на неё, Ник, — закатила она карие глаза. — Там Рик, Елена и Джереми. Я обязана быть там.
— Я не пущу тебя никуда, — настаивал на своём светловолосый, сжимая хрупкой запястье. — Я не могу рисковать тобой.
— Какая идиллия, — пропел рядом голос Кола, на что девушка опять закатила глаза.
— Опять ты, Майклсон, — выдохнула она. — Не лезь.
— Я помочь тебе хотел, принцесса, — улыбнулся он. — Пусти её, Ник, — защебетал он. — Она права, там её семья.
— Нет.
— Семья — превыше всего, помнишь, ты сам сказал? — вскинул бровями шатен, наблюдая, как колеблется его брат. — Я видел её в деле, Ами довольно горяча и может за себя постоять, — на слове «горяча» он поймал сразу два уничтожающих взгляда.
— Прости, Леа, но если ты и пойдёшь туда, то только со мной, — бархатный голос первородного заставил её вымученно взвыть. Неужели он недооценивает её? Хоть она и понимала, что это довольно самоубийственно идти ей туда, но она не могла просто отсиживаться в сторонке.
***
— Рик? — позвала его Амалия, войдя в склеп Сальваторе, замечая опекуна, который сидел на воображаемом столе, стоящую около него Елену и Джереми. — Господи, — прошептала она, бросаясь на шею Зальцмана, обнимая. — Ты в порядке? — спросила она, отлипая от мужчины, замечая, как переглядываются все присутствующие. — Что такое? — настороженно спросила она.
— Ами… — грустным голосом начал говорить Аларик, отчего девушка напряглась, но молча стояла и ждала продолжения. — Я не завершу превращение. Моя тёмная сторона была опасна как человек. И я не могу стать вампиром.
— Что? — дрогнувшим голосом спросила она, чувствуя, как ноги подкашиваются, но вовремя успевает удержаться за стойку. — Мы просто закроем тебя здесь и оставим умирать? — спросила она, оглянув семью. Джереми вышел, промолвил, что зайдет попозже. — Нет, так нельзя.
— Слушай, Амалия, так нужно, — обхватил руками её лицо Аларик, заставляя посмотреть в свои грустные глаза. — После всего, что случилось, после всего, что я натворил — я это заслужил.
— Рик, это не твоя вина, — вымолвила она, буквально выдавливая из себя эти слова, сдерживаясь из последних сил. Она всегда старалась не плакать именно при Рике, чтобы показать ему, что она похожа на него и она сильная. Но это всё слишком.
— Давай всё не будем усложнять, — проговорил учитель. — Вам лучше уйти, — Зальцман стёр большим пальцем слезу Амалии, которая непроизвольно сама скатилась по её бледной щеке. — Эй… — прошептал он. — Ты самая сильная из всех, кого я когда-либо видел, Ами. Обещай, что не сломаешься и будешь такой же сильной всегда. Ради меня, — девушка кивнула, чувствуя поглаживания по спине от опекуна, который обнимал её.
Крепко.
Прощаясь.
В последний раз.
Не выдержав, она не посмотрев ему в глаза, быстрым шагом вышла из склепа, постукивая каблуками по холодному камню. Ноги просто перестали её держать, и она не заметила, как уже просто сорвалась на рыдания, не видя перед собой никого вокруг. Её придерживали, чтобы она полностью не упала на холодную траву. Слёзы градом катились по её щекам. В последний раз так она плакала после смерти родителей. Она обещала быть сильной Рику. Но тут же сломалась. Да, так быстро. Она не может потерять и его.
Амалия полностью продрогла от холода, но даже не замечала этого. Она просто хотела ничего не замечать вокруг. Она уверена, будь она на данный момент вампиром — без сомнений бы вырубила эти чёртовы эмоции, ведь всё, что ей хочется сейчас — перестать чувствовать эту раздирающую изнутри боль, которая заставляла перестать дышать.
— Лучше уведи её, — послышался голос Деймона будто сквозь толщу воды, а Леа почувствовала, как понемногу согревается. Кажется, кто-то накрыл её своим пиджаком. — Я бы и сам проследил за ней, но мне нужно остаться с Риком.
— Леа… — послышался рядом этот до боли знакомый британский голос, и только сейчас она поняла на чьих руках сидела всё это время.
— Я в порядке, — едва слышимым сиплым голосом проговорила она, всхлипывая. — Я в полном… — вновь всхлип, а затем очередная порция слёз, — порядке.