Глава 57. На волоске
— А я тебя запомнил, — приглушенно произносит Все За Одного. — Ты же тот самый герой, который вечно крутился рядом с Изуку, да?
Кацуки ловит ртом воздух, но не может выдавить из себя ни слова. Одну руку он медленно поднимает, собирая силу в ладони. Взглядом ищет Ихиро, и застывает, когда видит ее за спиной Все За Одного. Ихиро взмахом руки создает катану и бросается на него. Но Все За Одного оказывается быстрее, словно почувствовал ее движение. Пальцы разжимают горло Кацуки, он поворачивается к Ихиро, и причуда отражает удар лезвия. Неприятный скрежет от соприкосновения металла с защитным полем режет слух. Кацуки падает на пол, не успев сгруппироваться, и катится в сторону.
— Забирай братика, — тихо, но четко произносит Ихиро, бросив на Кацуки быстрый взгляд.
Все За Одного взмахивает рукой, и катана Ихиро поднимается вверх, хотя девушка отчаянно пытается ее удержать. Оружие переворачивается в воздухе, и лезвие направляется против своей же владелицы. Ихиро отступает на шаг, и вокруг нее начинают кружиться лепестки сакуры.
— Подняла против меня руку? — говорит Все За Одного, медленно приближаясь к ней. — Решила, что достаточно сильна, чтобы предать меня?
Ихиро с усилием сглатывает и опускает взгляд. Кацуки поднимается на ноги, но невольно уставляется на нее, прокручивая в голове варианты действий. Неужели сейчас, перед лицом своего Учителя, она все же останется на стороне Все За Одного? В голове мелькает мысль, что при всем их различии, Изуку и Ихиро объединяет нежелание измениться. Ихиро не сможет пойти против Учителя, а Изуку — избавиться от идеи создания некоего идеального мира без фальшивых героев.
— Простите, Учитель, я лишь не хотела, чтобы братик умер... — бормочет она, опустив голову.
Кацуки задыхается от злости. Но решает воспользоваться тем, что внимание Все За Одного занимает сейчас Ихиро. Он отталкивается ногой от пола и, применив причуду, поднимается в воздух. По инерции летит в сторону аппарата, где заключен Изуку.
— Стоять, — бросает Все За Одного. И, не глядя, щелкает пальцами. Словно из ниоткуда появляется нечто, похожее не щупальцы, и хватает Кацуки за локти и колени, обвивая их. Кацуки взмахивает руками, желая зацепиться хоть за что-нибудь. Но сила чужой причуды неумолимо тащит его обратно. Кацуки падает на пол, и щупальцы тут же его отпускают. Все За Одного даже не смотрит в его сторону, и это злит настолько, что зубы еле слышно скрипят от напряжения. Этот человек даже не считает его за противника.
«Не думай, что я какой-то слабак... И не недооценивай меня,» — шепчет про себя Кацуки.
Все За Одного сейчас занят Ихиро. Он делает еще один шаг к ней, приставляет к ее горлу острие лезвия. Та не шевелится, покорно принимая свою участь. Кацуки приподнимается на руках, анализируя сложившуюся обстановку. Он понимает, что просто так ему не подобраться к Изуку. Ихиро — специально или неосознанно — немного отвлекает внимание Все За Одного, но не настолько, чтобы иметь возможность действовать за его спиной. Тут Кацуки ловит на себе взгляд Ихиро, пристальный и отчаянный. Он смотрит ей в глаза, но та отводит их, и Кацуки, проследив направление, понимает, на что она указывает ими. На аппарат, где находится другой человек. И у Кацуки перехватывает дыхание.
Ему кажется, словно он встретил призрака. Черты лица Инко стерлись из памяти, оставшись в сознании мутной дымкой, ведь он больше трех лет ее уже не видел. Но теперь он мгновенно узнает ее. Женщина кажется моложе и находится в точно таком же аппарате, как и Изуку. Кацуки еле заметно кивает Ихиро. Если она все же осталась на его стороне, то интересно, что же она задумала.
— Ты же знаешь, что я делаю с предателями? — в голосе Все За Одного сквозит улыбка, хотя улыбаться тут нечему. Он вскидывает руку с катаной и прокручивает ее в пальцах. Ихиро вся сжимается, втянув голову в плечи. Падает на колени, словно хочет вымолить прощение.
«Сейчас!» — Кацуки поднимает руку с пистолетом и, почти не целясь, стреляет в аппарат. Если он успеет попасть, то стекло разобьется из-за ударной волны причуды. Сам он не успел бы добраться до Инко, Все За Одного опять не позволил бы ему. Все За Одного замирает, услышав громкий хлопок высвободившегося воздуха, что был под огромным давлением. И в одно мгновение оказывается перед аппаратом. Использует причуду, и воздух с огромной скоростью летит обратно в Кацуки. Тот еле успевает откатиться в сторону, и ударная волна пробивает неглубокую дыру в полу.
— Мелкий паршивец... — шипит Все За Одного.
Но в то же мгновение катана, что раньше парила рядом с ним, вдруг меняет свою форму, словно перевернувшись. Кацуки моргает, и лезвие с быстротой пули вонзается тому в плечо. Все За Одного явно не ожидал такого удара, поэтому не успевает задействовать причуду и защититься. Ихиро поднимается на ноги. И катана, растворившись в воздухе на лепестки около Все За Одного, возвращается к ней, приняв прежний облик.
Из плеча Все За Одного течет кровь, но тот словно не обращает на нее внимание. С мгновение он не двигается, а потом вдруг разражается смехом. Кацуки вскакивает на ноги и, нахмурившись, смотрит на него. Кровь течет все медленнее из плеча, а потом и вовсе останавливается, словно рана зажила у них на глазах.
«Быстрая регенерация... Ихиро говорила про это...» — вспоминает Кацуки.
Изначально они и задумывали не убивать Все За Одного, потому что это было бы им просто не под силу. Их план ограничивался лишь спасением Изуку. Но Кацуки все равно в глубине души надеялся избавиться от этого злодея, что посмел причинить боль Изуку. Только теперь он понимает, почему Ихиро так боялась, да и сейчас, скорее всего, все еще боится своего Учителя.
— А ты стала куда сообразительнее, — прекратив смеяться, заявляет Все За Одного, обращаясь к Ихиро. — И смелее. Осмелела, когда снюхалась с героями?
Он отступает от аппарата, который защищал от удара Кацуки. И направляется к Ихиро. Та вся напрягается, готовая в любой момент ударить.
— Думаешь, тебя спасут герои, если поможешь им? Могла бы быть более благодарной, ведь без меня у тебя не было бы никакой причуды... Может, стоило оставить вместо тебя Изуку и наплевать на чувства Ихиро? Он оказался куда умнее те...
Ихиро не дает ему договорить, и из ее рук вылетают острые иглы, направляясь прямо в сторону Все За Одного. Тот хмыкает и отбивает их. А потом каким-то образом вновь перемещается с невероятной скоростью и оказывается рядом с Ихиро.
— Ты привела тех героев, верно? Как же удалось их убедить? — Все За Одного поднимает руку, но не касается Ихиро. Одной из своих причуд он крепко держит ее за горло, заставив подняться над уровнем пола. Ихиро слабо вырывается. — Или же... ты снюхалась с этим героем... Изуку его называет Каччан, так? — Все За Одного поворачивает голову к Кацуки, и тому кажется, словно впивается взгляд пары глаз. Хотя из-за маски он и не может видеть лица. Но при упоминании детского прозвища, что дал ему Изуку, все внутри него поднимается в немой ярости.
Ихиро рассказала ему, что Изуку считает Кацуки мертвым из-за того, что Все За Одного каким-то образом изменил его воспоминания. Значит, тот копался в голове Изуку. И именно так смог узнать о том, что Кацуки называли «Каччаном». Это кажется ему отвратительным, и холодок неприязни не охлаждает, а только распаляет ярость.
Но что он сможет сейчас сделать против Все За Одного, если даже от Ихиро с ее причудами нет никакой пользы? Кацуки оборачивается и вновь смотрит на Изуку, что находится в аппарате.
«Подожди чуть-чуть... совсем чуть-чуть...»
Он сглатывает и предпринимает попытку прорваться к Изуку, но и тут терпит неудачу. Все За Одного одинаково защищает как Инко, так и Изуку. взмахивает рукой, и Кацуки отбрасывает в сторону ударной волной. Он отлетает в стену, сталкивается с твердой поверхностью, и по спине пробегает электрический разряд боли. В глазах на мгновение вспыхивают тысячи ярких разноцветных звездочек. Кацуки мотает головой, прогоняя их. Опершись одной рукой, он поднимается. Из-за довольно сильного удара ему не удается встать ровно с первой попытки.
Кацуки не хочет опускать руки, в нем еще горит огонь. Но ситуация оказывается патовой. Все За Одного силен, и Ихиро не врала, когда описывала его. Кацуки где-то в глубине души надеялся, что та говорила из страха перед Учителем. А никто не мог справиться со Все За Одного, потому что тот однажды победил Всемогущего, и больше не было героев, которые считали бы себя сильнее Всемогущего. В последней битве между Всемогущим и Все За Одного герой остался практически без сил. Вот и выглядел таким жалким — да, Кацуки не отрицает, что Всемогущий выглядел именно так.
Каким бы ни был сильным злодей или герой, против группы врагов трудно выстоять. Герои вместе со Старателем остались позади и неизвестно, когда они найдут путь до лаборатории. Но Кацуки ведь специально решил отделиться от них, чтобы самому освободить Изуку и, по возможности, дать тому сбежать. Непонятно, на что он тогда надеялся, но теперь жалеет об этом.
Кацуки переводит взгляд на Ихиро, которая тоже пытается приблизиться к Изуку, но с другой стороны. Вокруг нее кружатся лепестки сакуры, а на лице застывает напряженное выражение. Из ладони вырывается несколько игл, что грозятся проткнуть Все За Одного насквозь. Но он ломает их одним ударом и взмывает на пару метров вверх в воздух. Ихиро, у которой, по-видимому, нет причуды, что позволила бы ей провернуть то же самое, остается внизу. Она чувствует взгляд Кацуки и поворачивает к нему голову. В ее взгляде невозможно ничего прочитать. И она не понимает Кацуки, который всячески пытается намекнуть ей, что стоит объединить силы.
С Изуку было куда проще, тот словно без слов понимал, что у Кацуки на уме. И сам он мог предугадать действия Изуку. А Ихиро совершенно другая. Но пока она отвлекает внимание Все За Одного, ему стоит предпринять хотя бы что-нибудь. Эту уже что-то. Кацуки поднимает пистолет и целится в голову Все За Одного, совершенно не уверенный в том, что не промахнется. И с замиранием в сердце ждет удобного момента и молится, что тот не заметит этого.
Только Все За Одного теряет к нему всякий интерес. Ихиро вскрикивает, тонко и протяжно, когда ее практически впечатывают в пол. Пальцы Все За Одного смыкаются на тонкой шее Ихиро, хотя и не душат ее. Она дергается всем телом, но у нее не получается вырваться из крепкой хватки.
— Давно ты меня предала? — спрашивает Все За Одного.
Ихиро стискивает зубы и выдавливает из себя.
— Я просто... не хочу, чтобы братик... умер...
Последние слова заглушает невероятно громкий хлопок из-за разорвавшегося воздуха. Все За Одного поднимает свободную руку и отражает атаку Кацуки. Тот отпрыгивает в сторону, а ударная волна с грохотом врезается в стену, оставив после себя глубокие трещины.
— Не мешай, — бросает короткое Все За Одного, даже не повернувшись к Кацуки, словно тот лишь раздражающе пищащий комар. И на него лень тратить силы. А потом вновь говорит Ихиро: — Мне вот интересно... Почему все так хотят его спасти? Сначала этот герой, возомнивший, что в одиночку справится...
Кацуки кусает губы, щурится, глядя прямо на профиль Все За Одного. До тошнотворного чувства неприятно, когда о тебе говорят, как о пустом месте. Хотя Кацуки не может не признать, что в словах Все За Одного есть доля правды. Жгучей правды.
— А потом и ты, хотя сначала тебе было глубоко плевать на него, признайся же, — продолжает Все За Одного.
Ихиро приподнимает руку, и, к изумлению, Кацуки одна из игл вонзается в ладонь Все За Одного, что сжимала ее шею. Тот резко поднимается, выпустив Ихиро. Встряхивает кистью, после того как вырвал из нее обломок иглы. Кацуки приглядывается и замечает, что дыра от иглы постепенно, на глазах зарастает.
«Что за монстр...» — проносится в мыслях.
Все За Одного не придает никакого значения удачной атаке Ихиро. Все выглядит так, словно он планировал это с самого начала — дать слабину и позволить одержать крохотную победу.
— Я не помнила... кто он, — выдыхает Ихиро. — Но когда вспомнила...
Кацуки пытается понять, о чем она говорит. В памяти всплывают ее слова, что Все За Одного изменил воспоминания Изуку. Только так и смог заставить того прийти. Неужели он изменил и воспоминания Ихиро, поэтому та не помнила собственного брата? Тогда, выходит, он рылся в воспоминаниях Изуку не в первый раз, ведь тот тоже не помнил ни о сестре, ни о своем отце, которого и отцом-то назвать сложно. Казалось, будто до этого он уже ненавидел Все За Одного до мозга костей. Однако теперь Кацуки чувствует, будто его прежняя ненависть после осознания всей ситуации лишь усилилась в два раза или того больше.
— Какая же ты сволочь... — шипит Кацуки. Руки непроизвольно сжимаются в кулаки. И он делает шаг по направлению к Все За Одного.
Но тот продолжает говорить с Ихиро:
— Надо было забрать эти воспоминания, — хмыкает Все За Одного. Поднимает руку, которую проткнула ему Ихиро, на уровень глаз и словно разглядывает ее. Рана полностью затянулась, словно ее там никогда и не было. — Скажи же, тогда тебе жилось бы куда лучше. И проще.
Ихиро не находит, что сказать на это. Она лишь молчит, опустив голову. Но лепестки продолжают кружиться вокруг нее, словно готовые в любое мгновение стать смертоносным оружием.
— Все вы так переживаете за Изуку, хотите, чтобы он был жив, — Кацуки кажется, или в голосе Все За Одного звучит насмешка. Но потом она словно становится горькой, словно в нее добавили шепотку яда: — Но никто не хочет, чтобы она жила.
Кацуки невольно переводит взгляд на дальний аппарат, в котором находится Инко. Нет, он соврал бы, скажи, что не жалел о ее смерти. Да, она была ему практически чужим человеком. Но ведь и не простым прохожим, которого видишь в первый и последний раз. Кацуки чувствует, как у него пересыхает во рту. Если бы Инко не погибла, то Изуку не докатился бы до жизни преступника, и Кацуки не стоял бы сейчас здесь, пытаясь спасти его. Да, было бы замечательно, если бы Инко вернулась к жизни, раз прошлое уже не изменить.
Но ведь она уже мертва. Мертвых же не вернуть к жизни, такой причуды, что оживляла бы мертвецов, не существует — по крайней мере, он о такой не слышал. А Изуку живой человек, и лишать его жизни ради другого — разве это справедливо?
Тут Кацуки вздрагивает, услышав странный шипящий звук из какого-то динамика. Все За Одного его тоже слышит и идет к одному из аппаратов так спокойно, словно никого здесь нет. Там он нажимает на кнопку, и доносится мужской голос:
— Господин, я перекрыл путь группе героев, что сунулись в подземную базу. Остальных пока сдерживают Ному.
— Отлично.
Кацуки бесит, что Все За Одного ведет себя так. Но в то же время он пока не решается ничего предпринимать. Если он попытается напасть — его атаку отразят. Реакция у Все За Одного очень хорошая. Ихиро пристально смотрит на Кацуки. А потом резко исчезает, словно растворившись в воздухе. Кацуки широко раскрывает глаза, шаря взглядом по сторонам, ища ее. Пока не замечает светлую макушку у дальнего аппарата, где находится Инко.
И тут до Кацуки доходит, что Ихиро попытается работать в команде. Губы искривляет довольная ухмылка. Он срывается с места, вкладывает всю силу причуды в ладони, чтобы оказаться у аппарата с Изуку как можно быстрее. Краем глаза видит, как Ихиро создает катану и замахивается ей, словно хочет ударить по стеклу.
— Сколько Ному мы потеря...
Все За Одного не договаривает. Мгновение — и он оказывается рядом с Ихиро. Та не дает ему схватить себя. Катана из лепестков сверкает в воздухе. Звон металла разрезает воздух, когда лезвие встречается с железом, что словно обрастает вокруг предплечья Все За Одного. Последний рывок — и Кацуки оказывается у аппарата с Изуку. Он поднимает руку, и яркая вспышка отражается в стекле, ослепив его самого на мгновение.
— Давай, вылезай оттуда, задрот! — выкрикивает Кацуки, и тут же осколки со звоном рассыпаются в разные стороны.
Жидкость, что заполняла аппарат, потоком выплескивается наружу вместе со стеклом. Кацуки успевает подхватить безвольно падающего Изуку, когда острые края осколков царапают кожу, а некоторые даже впиваются в плоть. Он хочет было отскочить в сторону, но не успевает. А потом из него словно выбивают весь воздух, отбросив в сторону. Руки крепко сжимают обмякшего Изуку. Кацуки инстинктивно прижимает его к себе крепче и пытается сгруппироваться. Но даже это не спасает его.
Как и в прошлый раз, спина словно взрывается от боли, и Кацуки надеется лишь на то, что ему не сломали позвоночник. Хочется взвыть от боли, но сейчас нельзя показывать свою слабость. Некоторое время он не может даже дышать нормально — не только из-за того, что наглотался странной жидкости, которая по консистенции намного плотнее воды. Но еще и потому, что Все За Одного словно вложил в этот удар куда больше силы, чем в прошлый раз. Сейчас его это мало волнует. Кацуки кое-как приподнимается, встав на колени и убедившись, что он еще может двигаться. Голова гудит от боли, но он задвигает чувство на дальний план. Вцепившись пальцами в плечи Изуку, он трясет его.
— Очнись, Деку, давай!.. — хрипит Кацуки.
Голова Изуку безвольно мотается из стороны в сторону. Кацуки судорожно ощупывает его, касается шеи. Под подушечками пальцев еле заметно, но ощутимо пульсирует сонная артерия, и это значит, что Изуку жив, но без сознания. Кацуки вновь пытается привести его в чувства. Он даже не обращает внимание на катящиеся по щекам слезы — не то страха, не то радости от осознания того, что Изуку жив. Тело бьет дрожь волнения, а в голове пульсирует мысль:
«Я спас тебя... спас! Деку, я спас тебя!»
Но тут его отвлекает писк приборов, глухой звук удара. Кацуки вскидывает голову, и его зрачки невольно расширяются.
Жидкость, в которой находится Инко, вдруг приобретает красный оттенок. Аппарат мигает и издает неприятный, режущий слух писк. Пузыри резко поднимаются со дна вверх, заставив Инко дернуться всем телом, сделав ее похожей на марионетку. Все За Одного что-то невероятно быстро делает у аппарата, словно пытаясь починить его.
Кацуки не понимает, что происходит. Инстинктивно он прижимает тело Изуку крепче к груди. Хочет отодвинуться дальше, но упирается спиной в стену. Взглядом ищет Ихиро, подумав, что это ее рук дело. Ведь она тоже явно хотела разбить аппарат. Но ее нигде нет.
Жуткое осознание пробирает его насквозь. А пальцы лишь крепче сжимают плечи Изуку. Они с Изуку остались совершенно одни перед лицом Все За Одного.
Потому что Ихиро куда-то пропала.
Все За Одного нажимает на какую-то кнопку, и писк прекращается. Свет в аппарате меняется, вместо красного появляется светло-лиловый, флуоресцирующий в полутьме. А потом Все За Одного резко оборачивается. Кацуки пробирает насквозь отвратительное, липкое чувство, словно чужие глаза впиваются в него взглядом, даже если этих глаз и не видно. У него невольно пробегают мурашки по спине, хотя он и пытается всем видом показать, что не боится его и готов защищать Изуку несмотря ни на что.
— Ты хоть понимаешь, что ты только что сделал? — шипит Все За Одного, и его голос, приглушенный маской, звучит пугающе.
Кацуки совершенно не хочет слушать его дальше. Оттолкнувшись одной ногой от стены, он пытается подняться, подхватив Изуку на руки.
— Из-за сломавшегося аппарата процесс прервался... — Все За Одного чеканит каждое слово, и звук голоса гулко отдается в висках.
Кацуки закусывает губу, чувствуя боль во всем теле из-за удара. Легкие жжет огнем, а горло саднит после странной жидкости. Он морщится, и проклинает себя за это, ведь остатки вонзившихся осколков причиняют еще большую боль. У Кацуки нет времени избавиться от них. И он как можно скорее спешит к выходу, заметив дверь. На периферии сознания он понимает, что вряд ли будет быстрее Все За Одного, но Кацуки будет бороться до конца.
— И если с Инко что-то случится...
Кацуки бежит к двери, отсчитывая шаги. Еще чуть-чуть, и он схватится за ручку двери. Нет, нет времени на это. Кацуки хочет с ноги выбить дверь, уже поднимает ногу, чтобы с разбега ударить. Его отделяет короткая секунда от цели. Кацуки стискивает зубы, а от напряжения скулы сводит болезненной судорогой.
— ... то тебе не жить.
Кацуки хрипло выдыхает, когда его практически хватают за шкирку и отбрасывают прочь от двери. Он на мгновение невольно разжимает руки, и Изуку падает на пол с глухим стуком. Кацуки как котенка швыряют туда же. Он заходится кашлем, чувствуя, как кровь заполняет рот. Он открывает глаза и видит лежащего в метре от него Изуку. Перевернувшись на живот, Кацуки тянет к нему руку, словно хочет вновь прижать его к себе. Ногти скребут по поверхности пола, не в силах достать Изуку.
— Деку... очнись...
Кацуки кажется, будто ресницы Изуку дрожат, а между бровями пролегает небольшая морщинка, словно тот хмурится. Он хочет улыбнуться, но уголки губ лишь дергаются вверх. А потом рот искривляется в болезненной гримасе. Из горла вырывается резкий крик, когда лакированный ботинок опускается вниз и давит на костяшки пальцев. В глазах резко вспыхивают искры, заслонив собой все вокруг. Хруст отдается эхом в ушах.
— Пускай Ихиро и сбежала, но тебе... тем более вам двоим я не позволю, — цедит Все За Одного.
«Ихиро сбежала?..» — проносится в мыслях Кацуки. — «Черт, как знал, что ей доверять не...»
Новая вспышка боли заставляет мысли рассыпаться в пыль. Но когда Все За Одного наконец убирает ботинок с пальцев, Кацуки лишь успевает выдохнуть. Он не чувствует пальцев, словно те в мгновение ока перестали существовать. Невольно он переворачивается на спину. Живот быстро поднимается и опускается в такт его сбившемуся дыханию. А потом Кацуки чувствует, как на его лицо ложится чужая рука.