My Dark Nights

— Ах, почему же мы сидим! — Бабушка словно что-то вспомнила.

— Вот именно! Почему сидим? Мы должны быть уже на полпути в храм, — сердито отозвалась Криста и стиснула ладонь жениха.

— Храм подождет, — нетерпеливо отмахнулась бабушка. — Приглашаю всех выпить чаю. Тэхен, мне очень жаль, что вам не довелось увидеть «Свадебный букет» гения иронической комедии Стены Во, сентиментального «Дикаря» Эфф Ир или переворачивающую душу драму «Победа с женским лицом» Эвилара. Вот где у меня по-настоящему сложные, непредсказуемые роли! Без этих спектаклей впечатление о моей игре у вас будет неполным.

Тэхен улыбнулся и серьезно пообещал:

— Леди Руби, я обязательно их все посмотрю. Надеюсь, что ваша внучка составит компанию.

Я смутилась, просмотр записанных на кристаллы спектаклей часто предполагал интимность показа — в кругу семьи или друзей.

— А знаете что, молодой человек? — Бабушка лукаво прищурилась. — Я не против.

Я мысленно застонала. Сестра громко фыркнула.

У ее же жениха сдали нервы — он вскочил с дивана и зло выпалил:

— Довольно! Мне надоел этот балаган!

Криста, восхищенно глядя на разошедшегося брюнета, тоже поднялась на ноги.

— Правильно, милый! Мы час уже убеждаем бабушку впустую, обойдемся без ее благословения.

— Заткнись, дура! — рявкнул Жульен, повергнув всех в шок, меня и бедную сестру так уж точно.

— Жульен...

Побелевшая Криста, которая в жизни слышала оскорбления только во время детских ссор, ошеломленно опустилась, почти рухнула на диван.

Пользуясь всеобщим потрясением и онемением, Жульен быстро выхватил из кармана платок, встряхнул им — в воздухе поплыло багровое облако пыли.

На инстинктах я попыталась сбежать от него — и не смогла. Ноги онемели. Вялость быстро поднялась выше, сковав и остальные части тела. С трудом повернув голову влево, увидела, что бабушка откинулась на спинку кресла. Потеряла сознание? Или?..

Прогнав страшную мысль, чуть наклонилась вперед, чтобы увидеть Тэхена, сидящего слева от моей пожилой родственницы. Он был в сознании, но тоже неподвижен. Стиснутые плотно губы казались ровной линией.

— Вот такими вы все мне нравитесь больше, — хмыкнул Жульен.

Или не Жульен? Он больше не походил на самого себя: в глазах затаилась жестокость, кривая ухмылка исказила привлекательные черты.

— Леди Руби, назовите код от вашего сейфа, — склонившись над бабушкой, потребовал он.

— Жульен... ты что делаешь? — вяло прошептала сестра, и по молочно-белой щеке поползла слезинка.

— Заткнись, — не озираясь, обронил он и встряхнул бабушку за плечи. — Очнитесь, леди!

Мое сердце билось в груди громко-громко. Пыльца, которой он нас обсыпал, наверняка вредна для пожилых людей! Вот почему бабушка в обмороке! Боги, спасите, не дайте ей умереть!..

Негодяй бросился к журнальному столику у окна. Вытащив из вазы цветы, выплеснул ее содержимое прямо на бабушку!

— Прекратите, — пискнула я.

Он обернулся и нехорошо прищурился.

— Ну а ты, любимица старого иллюзиониста, знаешь код?

С трудом покачала головой:

— Нет...

— Не врешь, — поморщился Жульен.

А я сделала два шокирующих открытия: у него есть артефакт, определяющий ложь. А еще упоминание деда позволило вспомнить, что я и сама магичка!

И я создала связку из энергошара и оглушающего заклинания:

— Кэ-ритиль...

Точнее, не создала. Дар не ответил. Я не чувствовала в себе ни капли магии!

Грабитель грубо хохотнул:

— Расслабься, детка! Это змеекость, ты не сможешь чаровать.

Отвар из запрещенного в Латории растения — самый страшный парализатор, после которого не все выживают. И как я не вспомнила, что его побочное свойство — блокировка магии? И уж точно я бы не догадалась, что его необязательно пить, а можно использовать порошок из его костевидных, покрытых своеобразными чешуйками стеблей...

— Леди, и как же вас привести в чувство? — задумчиво произнес Жульен и огляделся по сторонам.

Но больше ваз с водой в комнате не было.

И тогда скот в мужском обличье занес руку, чтобы ударить пожилую женщину.

Я закричала изо всех сил:

— Нет!..

Рука Жульена не опустилась — застыла в воздухе неподвижно, обвитая тьмой.

— Мерзавец, — глухо обронил кромешник и, вскочив на ноги, впечатал кулак в нос грабителя.

Тот попытался контратаковать свободной рукой — и получил во второй раз.

Рухнув на ковер, Жульен по-звериному зарычал в отчаянии — тьма вокруг него обвивалась змеей, быстро и надежно связывая.

— Тэхен! Посмотрите, что с бабушкой! — простонала я, оставаясь все еще неподвижной.

Напротив меня лила слезы Криста. Мы встретились взглядами, и она затряслась в истеричных рыданиях.

— А что с бабушкой? Нормально все с бабушкой! — ворчливо отозвалась моя вредная, самая любимая родственница. — Уже и обморок сыграть нельзя...

Я задохнулась от возмущения и радости. Могу поклясться: притворялась она не потому, что не хотела расставаться с ценностями, а просто из любви к искусству!

Пока мы трое, неподвижные, перекидывались фразами, Тэхен обратился по магофону в полицию и позвал слуг.

В доме их немного, все солидного возраста и, разумеется, не смогли бы противостоять молодому, сильному грабителю, вооруженному опасными артефактами. Если бы не темный — ох, если бы не темный! — все закончилось бы очень плохо.

Частичный паралич, вызванный употреблением змеекости, снимает сладкое. И вскоре нас поили горячим, чуть приторным чаем: бабушку и сестру — служанки, меня — Тэхен.

Для этого он перенес меня на второй диван. Укутал по пояс пледом, подложил под спину подушки.

Только чудом я не подавилась первым же глотком — Тэхен придерживал одной рукой за плечи, второй подносил чашку к моим губам. И они горели, но не из-за напитка, из-за мужского внимательного взгляда, который буквально прилип к ним.

Слишком близко кромешник сидел, своим бедром прижимаясь к моему, пускай и через слои одежды и плед, но я чувствовала, что он рядом. Слишком красноречиво смотрел на мои губы. Слишком необычные ощущения будил... Слишком острые...

И я почти задыхалась. Хотелось сбежать. Но как? Если толком пошевелиться все еще не могла?

Впрочем, уже могла — я дернулась в сторону, когда Тэхен провел подушечкой большого пальца по моей губе.

— Чай, — тихо объяснил он.

И почему мне кажется, что соврал? Поил он меня аккуратно.

— Ты напряжена. Все еще не отпустил страх? Вы были в безопасности, на меня не действуют яды и блокираторы магии.

Я покосилась на притихшего Жульена.

— Странно, но за себя я не боялась... Да и не похож он на убийцу.

— Заблуждаешься, сестра.

— Чимин! — в один голос воскликнули мы с Кристой.

В темно-синей форме следователя брат выглядел посторонним, чужим человеком. Одним из полицейских, которые заполнили гостиную.

— Тот, кто выдавал себя за Жульена Сореола, совершил множество тяжких преступлений: на его счету только в Квартене четыре грабежа, два похищения и одно убийство.

— Так этот негодяй не Жульен? — выдохнула сестра с надеждой.

— Но при этом я твой жених, идиотка! — рассмеялся лежащий на полу преступник и с издевкой спросил: — Будешь писать мне письма, невеста?

Его схватил за грудки кто-то из полицейских, поднимая на ноги и тем самым затыкая рот.

— Капитан Руби, — Тэхен поднялся с дивана, — рад, что прибыли ваши люди.

— Иначе и быть не могло — вы назвали адрес моей бабушки. — Брат успокаивающе положил ладонь на плечо нашей мужественной родственницы. Но, судя по кислому выражению лица и последующим словам, поддержку искал он сам. — Полковник Ким, от имени полицейского управления Квартена благодарю за помощь в поимке опасного преступника. Я навеки ваш должник за спасение моих близких.

— Не считаю вас своим должником. — Тэхен сложил руки на груди.

— Конечно, какие счеты между будущими родственниками? — отозвалась весело бабуля и попробовала встать с кресла, что у нее и получилось.

— О чем речь? — удивился Чимин и посмотрел хмуро в мою сторону.

Пылающие стыдом щеки наверняка свидетельствовали против меня. Но подтверждать безосновательные предположения я не собиралась и сделала вид, что не слышала вопрос.

Чай помог — я смогла двигаться и в первую очередь подошла к бабушке.

— Рада, что ты в порядке.

— Самообладание — лучшая черта в женщине, которая желает добиться своей цели. — Бабушка подмигнула. — Помни об этом и никогда не паникуй.

Поцеловав ее в прохладную, пахнущую пудрой щеку, я подошла к Кристе.

Оживление при появлении Чимина сошло на нет, и на ее бледном лице разлился горячечный румянец. На ее глазах жениха арестовали и увели, но главным доказательством вины стало его признание. И Криста была в отчаянии — я это ясно видела.

Обняв ее за плечи, тихо пообещала:

— Все будет хорошо.

— Нет... Я — невеста мошенника, — с какой-то отстраненностью возразила сестра. — Помолвка была настоящей.

— Может, это ненадолго.

Я ответила, не думая, первое, что пришло в голову. Но Криста, вдруг оживившись, бросила заинтересованный взгляд в сторону Тэхена.

— А ведь ты права! Я отправлюсь на отбор — и все забудут о моей помолвке, как будто ее и не было! — И, вцепившись в рукав моего платья, сестра потребовала: — Забудь о моей просьбе, Дженни. Я выполню свой долг.

Я промолчала, все равно завтра пойду к лорду Харну и избавлюсь от печати участницы.

Тема женихов опасная, и я постаралась ее сменить:

— Чимин, а можно узнать подробности аферы? Если это не настоящий Жульен, то кто? Его двойник?

— Нет.

Дальнейшие объяснения брата я уже не слышала — комната поплыла перед глазами и скрылась за пеленой темноты.