Глава 17
- Сегодня у тебя начинаются дела? - спрашиваю я мужа следующим вечером.
Мы сидим и завтракаем - можно сказать, как ни в чем не бывало. Днем я спала неспокойно: чувствовала, как Ризанис пришел, чувствовала его рядом. Но проснулась вновь одна, и сейчас обстановка кажется почти безмятежной. Если такое вообще возможно в темных землях.
Только у меня во рту сухо, и я уже в третий раз тянусь за бокалом. Сложно сказать, как еще я себя чувствую: мысли вроде бы значительно улеглись в голове, и вчерашняя нервозность сменилась слабой ломотой в висках. Но мне не спокойно - оттого, что я так и не решаюсь сказать о главном.
- Они никогда не заканчивались, - изгибает губы Ризанис. - Сегодня вечер прошений. И потом я буду занят с советниками. Но ночью приду за тобой перед обрядом, верно?
Наверное, это все странная пустота внутри, но кивнуть у меня получается ровно.
Сама пытаюсь составить план на ночь - особенно когда муж спрашивает, чем я изволю заняться.
Надо признать печальную правду: даже если некоторые темные мне понравились, у меня нет ни одного союзника в этом дворце. Я усомнилась в Ночном Короле? Опять? Хочу как-то разобраться? Дома, столкнувшись с проблемой, я бы поговорила с разными сторонами, попыталась взглянуть на ситуацию со всех позиций. Но к кому обратиться здесь?
- Могу я посмотреть на тебя за делами, мой король?
Ризанис словно чувствует, что последние два слова - моя защита, попытка отгородиться. Но не выглядит недовольным. Я тут отчаянно сомневаюсь в нем, а он улыбается:
- Посмотреть или посидеть рядом? Ты ведь действительно хочешь стать достойной королевой, жена?
Что-то предательски покалывает в груди. Он опять предлагает мне нечто... почти запретное. Дело не в этом. Я хочу решить для себя, доверю ли ему все, что мне дорого, и единственное, что приходит в голову - последить за ним еще.
- Почему бы нет, - пожимает плечами король. - Я про первую часть ночи. Найдем для тебя стул.
На вторую часть ночи он предлагает мне заняться чем-нибудь менее полезным - встретиться с портнихой, с которой я познакомилась два дня назад. Я невольно соглашаюсь, и после завтрака мы идем в тронный зал. Ризанис занимает сам черный трон, мне и еще паре советников находят места рядом. Мое появление встречают немного удивленно, но король ничего не объясняет. Просто велит звать просителей.
Меня охватывают странные чувства. Я всего пару раз сидела рядом с отцом на важных встречах. В основном смотрела на него со стороны. Так хотела заботиться о родных землях - а теперь мне предлагают погрузиться в дела темных.
- Ваше величество, - первыми заходят представители двух разных гильдий магов. Они долго спорят о том, что одни чародеи пытаются присвоить себе заклятья других. Ризанис слушает, опрашивает десяток пришедших - а я невольно поглядываю на него.
Отец всегда сидел на троне прямо, будто не хотел позволить себе ни малейшего послабления. Ночной Король смотрится как-то... меня почти пугает эта мысль: естественней. Он не развалился на груде камней, но кажется в своей стихии.
Примерно так же расправляется с делами. Быстро, четко, пару раз и жестко. Магам назначает поединок - кто лучше владеет новыми заклятьями, тот и получит право ими торговать. Сын одного из лордов со своими друзьями устроил погром в трактире на празднике и отказывается платить? Взыскать тройной размер убытков и отлучить от двора, если не научится отвечать за свои действия.
Я даже не могу сказать, нравятся мне его методы или нет. Но он не изменяет себе. По большинству дел ему приносят бумаги с предыдущими показаниями, со словами свидетелей, которых здесь нет - и в решениях сложно найти изъяны. А еще он делает что угодно, но не красуется передо мной.
Я также слежу за остальными лицами: за советниками, за некоторыми придворными, собравшимися у стен. Они не выглядят удивленными ни капли - будто все проходит точно так же, как и всегда.
Если я хотела найти какие-то несовпадения в том, каким был муж со мной и с остальными, намеки на ложь - ничего этого не получаю.
После нескольких часов мы наконец выходим из зала.
- Как тебе? - интересуется Ризанис. - Выглядело знакомо?
- Отчасти.
- Знаешь, если захочешь когда-нибудь разбираться с ремесленниками, делящими горшки или еще с чем-нибудь, чтобы помочь мне - не смогу тебе противиться.
Я застываю.
Потому что мелькает мысль: я могла бы. Конечно, мне еще в целой горе всего разбираться - и в нравах, и в законах, и даже в местных названиях. Но часть дел он откладывал сегодня и передавал советникам. Не так сложно было бы в них вникнуть.
Нет. Нет! Не хватало еще, чтобы он властью начал меня соблазнять! Он ведь не это делает? Потому что я вспоминаю, как он говорил об уважении, которого у меня не было дома - и сцепляю руки.
- Пойду пока мерить платья, - отвечаю быстро.
Он изучает меня - так, будто бы ему не очень-то и хочется меня отпускать.
Но все-таки уходит, а я остаюсь наедине со своими мыслями. Или не очень. Народу вокруг хватает, многие лица - знакомые, и я прищуриваюсь, когда вижу красивую женскую фигуру.
Ниида была в тронном зале, вместе со зрителями у стены. Тоже следила за своим королем, как и я.
Я вдруг понимаю, что хочу подойти к ней. Портниха должна зайти позже, время есть. Раньше, чем я успеваю все обдумать, уже окликаю наяри.
- Могу я поговорить с тобой?
Она немного удивленно распрямляется.
- Конечно можете, ваше величество.
Отлично. Киваю и прошу проводить меня в ее покои - не обращая внимания на то, что Ниида явно не ожидала такого внимания.
Она живет в небольших комнатах этажом ниже короля.
- Тебя, наверное, удивляет мой интерес? - продолжаю я уже там. - Хотя нет вряд ли должен. Я хотела поговорить с тех пор, как узнала о тебе много нового. Ниида, ответь прямо. Ризанис сказал, что у вас нет отношений три года. Это правда?
Темная останавливается посреди гостиной. Бросает взгляд на дверь, словно пытается убедиться, что та закрылась.
Даже сама не понимаю толком, зачем к ней пришла. Мне нужно с кем-нибудь поговорить. О Вайнаре. И о муже. Она знает этих двоих как никто!
- Да.
- Почему?
Темная немного хмурится. Затем предлагает мне сесть. Предлагает цветочный отвар и ягоды из вазы на небольшом столике. Невольно думаю, насколько разумно прикасаться ко всему этому в комнате мастера ядов.
У нее мягкие кресла, а обстановка - подчеркнуто женственная. Срезанные цветы в вазах, спокойные тона и никаких мечей с кинжалами на стенах.
- Ваше величество. Вы хотите узнать обо мне или о короле?
- Обо всем.
Она вертит в руках чашку с отваром.
- Это оказалось сложно, - говорит наконец. Взгляд черных глаз проходится по мне, задумчиво и оценивающе, но хотя бы былой враждебности нет. - Видите ли. Шесть лет назад мы познакомились ближе. Я тогда была юной девушкой, увлекавшейся зельями, не совсем такой, как сейчас. Ко мне посватался один из лордов, из семьи, куда влиятельней моей. Он был, - губы наяри поджимаются, - уродом. Безумным подонком. Пытался изнасиловать меня, когда я не ответила на его интерес, кричал прилюдно, что я его приворожила. С этим я сбежала к королю, и он бежал за мной - требовал отдать меня ему или казнить за измену.
Я молчу, потому что во рту вновь пересыхает. Собственное сочувствие - совсем не то, чего я ожидала от этого спонтанного разговора, но сейчас могу только кивнуть и тихо попросить ее продолжить.
- Мы так и попали тогда к Ризанису - вдвоем, крича и обвиняя друг друга. Король выслушал нас и сказал, что разберется. А потом он выслал моего несостоявшегося жениха из столицы и предложил мне стать наяри. Может, потому что я понравилась ему. Может, потому что не знала, куда деться и боялась вернуться в семью, которая очень хотела выдать меня замуж.
- Он не опасался разговоров, что ты и его приворожила? - невольно тихо улыбаюсь. Я, конечно, поражена. Все это ведь правда?
- Видимо, нет. - На лице Нииды - странное выражение. Сейчас ее грация кажется мне бойцовской, а не женственной, а крепкие слова явно даются ей легче, чем откровенность. Но она продолжает: - Конечно, я согласилась. Он сразу обозначил, что между нами не будет отношений - уважение, постель, но не больше. Если хотите знать, это не помогло.
Теперь мне нужно набрать воздуха в грудь.
- Кому?
- Разумеется, я влюбилась в него. В умного, красивого короля, который меня спас. - Она тяжело вздыхает. - Не беспокойтесь. Это тоже в прошлом. Чувство было наивным и не взаимным - и я им переболела.
- Ты уверена?
- Ризанис был... недоволен, когда узнал. Предложил мне уйти, но я уже выполняла для него важные поручения - и мы просто условились друг друга не касаться. Я немного выросла. Теперь я с Зейтаном. - Она усмехается, когда я поднимаю брови и не сдерживаю замечаний об их тесном круге. - Как понимаете, у нас не самая простая ситуация - я порывалась отказаться от своего звания несколько раз, но пока не решилась. Уж точно не сейчас.
- Не сейчас, когда Ризанису угрожают? - какими бы ни были обстоятельства, эта фраза снова заставляет что-то ворочаться внутри. Мне раз за разом не нравится думать, что моего мужа могут убить, совершенно.
- Да, ваше величество.
- Можно по имени, - возвращаю я фразу, сказанную в первый вечер нашего знакомства. Не знаю, насколько это обдуманно, но кажется практически невозможным выслушать такие вещи и держаться холодных манер.
Ниида слабо улыбается:
- Прости за кинжал.
- Ты защищала его, - морщусь я. - Хотя ваши темные порядки иногда сводят меня с ума.
Ее улыбка наконец становится теплее.
- Ты мне нравишься. Хотя это ужасно неожиданно. Думаю, не только для меня.
- А Вайнара? - вспоминаю я, стараясь не слишком концентрироваться на ее последних словах.
- Она появилась года четыре назад. Не могу сказать о ней много хорошего. Не знаю, зачем она Ризанису - может, чтобы иметь кого-нибудь без угрозы привязаться.
Я раздумываю над ее словами, всерьез. Одно могу сказать: женщины моего мужа совершенно друг на друга не похожи. И я даже не знаю, как относиться к тому, что он не собирался привязываться к любовницам.
А еще Ниида нравится мне самой. Я вдруг думаю, что из всех темных с ней бы мне хотелось сблизиться. Это непросто нынче
- когда она носит звание наяри моего мужа. Не хочется представлять, как все вокруг будут трактовать, если я вдруг начну звать ее на чай. Но, может, это и правда изменится?
- Спасибо за разговор, - я встаю. - И за откровенность. Пожалуй, сегодня больше не буду ею злоупотреблять.
Я возвращаюсь к себе и сажусь на кровать, рисуя пальцами круги на висках. Не столь уж плохой день. Еще сотня таких, и я, возможно, освоюсь в темных землях!
Только я пообещала Ризанису обряд через пару часов
Я ведь услышала что-то новое. Я могу не верить всему этому, могу верить словам Вайнары и пугающим обещаниям Эйлиана - но разве это правильно?
Стук в дверь заставляет меня встрепенуться. Приходит портниха - про которую я почти забыла.
- Ваше величество, - кланяется изящная разодетая женщина. - Я за вами.
Возможно, это была не лучшая идея. Примерять наряды сейчас совсем не хочется, и времени у нас не много, но надо же когда-то хоть начать?
- Я вас бы обычно в другой зал повела, но сейчас мы переехали, - говорит она, приглашая меня в просторную комнату с зеркалами, тканями, вуалями, разнообразными платьями. - Подождите немного.
Я киваю, отхожу к окну, а она зовет кого-то из своих помощниц - но внезапно я их не слышу.
Потому что вижу темный сад. И две фигуры в отдалении. Которые не узнать совершенно невозможно.
Ризанис и Вайнара стоят вместе. Вокруг них никого нет. Я вижу его спину и ее лицо - кажется, даже улыбку на алых губах. Она тянется к нему, готовая прильнуть, кладет руку ему на плечо.
Головная боль, весь вечер витавшая где-то рядом, обрушивается на меня со всей силой.
Он сказал, что у него дела.
Несколько секунд я смотрю на них - жадно и как в тумане. Гадая, что она сделает, что будет дальше. Она поцелует его? Он ее прогонит?
И вдруг понимаю, что не хочу. Больше не хочу.
- К сожалению, не смогу сейчас. У меня разболелась голова, - бросаю портнихе, когда та возвращается. Мне почти смешно, что эта детская отговорка - правда. А голос наполнен льдом. Шансов, что эта женщина привела меня сюда, ничего не зная, слишком мало.
Мне все равно, что она отвечает.
Я сжимаю руки. Разворачиваюсь. И ухожу.
Просто ухожу к себе.
* * *
Ризанис зовет меня через час. Жалкий час, в который я сижу в своей спальне.
- Я освободился, - сообщает, когда мы видимся вновь. - Ты готова?
- Да, - я поправляю браслет на запястье как во сне. Потому что и чувствую себя во сне. Голос глухой.
Конечно, ему нужно меня рассмотреть, но именно сейчас мне внезапно все равно.
- Тогда идем.
Он берет меня за руку. Прикосновение все такое же крепкое, разве что от него меня не бросает в жар. Тело не искрит, лишь в груди немного ноет. Король отодвигает портьеру, нажимает на плиту и ведет меня длинными темными коридорами в нижний зал.
Там останавливает у стены. Говорит что ему нужно все проверить - в этих словах намек на опасность, от которой встрепенуться бы, но и она меня не трогает. Пару минут мой муж действительно осматривает заросли, пруд, даже касается кристального древа, но потом зовет меня: все в порядке.
Я снова встаю перед ним у сердца.
Я снова должна смотреть ему в глаза.
Это так безумно! Ведь для него это тоже очень значимый момент. На миг мне кажется, что и великий Ночной Король сомневается. Я представляла этот обряд, эти минуты совершенно по-разному, а сейчас почти ничего не чувствую. В груди только глухая решимость.
- Все как в прошлые разы, - говорит Ризанис. Стали в голосе нет. На ритуальные слова я почти не обращаю внимания.
Просто слушаю, как в теле просыпается магия. Мужчина касается моей шеи, окружая нас тьмой.
Беззвездная ночь, вечная и всеобъемлющая, подбирается ко мне. Беззвучно. Почти мягко.
Задумай я что-то сделать, у меня бы, возможно, получилось гораздо легче, чем в первый раз.
Но я не делаю.
Я принимаю тьму, когда она плывет в живот, затапливает грудь - и добирается до разума. Зрение вдруг пропадает. Я ничего не вижу. Непроизвольно дергаюсь, но мое лицо ловят знакомые пальцы.
- Закрой глаза сейчас.
Я зажмуриваюсь, тяжело дышу - просто потому что терпеть все это сложно! Тело начинает сотрясать от холода. Накатывает слабость. Боль в груди. Из всей меня будто что-то тянется - прочь, к сердцу.
Я вдруг чувствую его.
Практически вижу в кромешной темноте.
Эта слабость - слабость жизни, которая едва теплится к груде кристаллов. Под тысячелетней каменной коркой. Она зовет меня, она вытягивает мой свет, магию, мои собственные силы.
Ее... мало, совсем.
Это неожиданно, и это практически единственное, о чем я успеваю подумать - до того, как тьма раскрывает руки.
И пропадает
Перед глазами снова зал, но он расплывается - а я почти падаю.
Ризанис подхватывает меня и крепко держит. Разворачивает лицом, прижимает к груди. Я даже не понимаю, как это происходит. Стою, уткнувшись лбом в его плечо. Мыслей нет. Мне по-прежнему ужасно холодно, и руки Ночного Короля, сжимаясь крепче, греют.
- Все хорошо, - дыхание в моих волосах. - Сейчас.
Кожу под его ладонями начинает покалывать, и тепло расползается по телу. Я удивленно ворочаюсь, потому что это тоже явно темная магия. И я не знала, что она и на такое способна.
По крайней мере, нет чувства, чтобы с моим разумом приключилось нечто страшное. Хотя, может, это и должно происходить незаметно?
- Все получилось? - спрашиваю спустя пару минут, когда собственное сердце наконец начинает биться чаще и силы возвращаются.
- Да, - голос надо мной - почти мягкий. - Ты почувствовала?
Я так переживала! А на самом деле? Сейчас мне даже легко.
Киваю.
- Хочешь задать мне вопросы?
Не знаю, о чем именно он говорит. О том, что я увидела в сердце? Я поднимаю голову, я наконец смотрю в глаза мужа без опаски - и несмотря на все установки, меня вдруг накрывает облегчение.
И другие чувства.
Тоска. Досада - на него, на жизнь, на саму себя.
И, может быть, мы слишком долго глядели друг на друга за последние минуты, но я наконец слышу:
- Что с тобой? Ты волновалась перед обрядом, я понимаю, а сейчас? Тебе плохо?
- Я видела тебя с Вайнарой.
Лицо Ризаниса меняется.
Странно. Не думала, что он застынет.
- Она нашла меня вчера, - продолжаю я разбито. - Сказала, что ты спал с ней позапрошлой ночью. А меня просто пытаешься очаровать.
Я знаю, что скрывать все стало бесполезно час назад. Когда я поняла, что все равно приду сюда, все равно сделаю, что ему нужно. И глупо, наверное, что я так и не смогла задать ему пару уже не столь сложных вопросов до обряда - но я просто не знала, смогу ли сконцентрироваться иначе.
Глаза моего мужа расширяются. Сверкают - сначала недоумением, а затем - гневом, от которого становится не по себе. Он втягивает воздух, отстраняет меня, но хватка на плечах превращается в железную.
- Что она тебе сказала?
Я наконец рассказываю. Передаю ему слова любовницы, эпизод с портнихой - и смотрю, смотрю в глаза.
Я боялась его реакции. И ждала ее. И поняла, что она уже ничего не изменит - но что-то все равно умудряется меня поразить. Ризанис отпускает меня. Следит с сомнением, не упаду ли. Жестковато берет за руку, усаживает на ступеньку лестницы, ведущей к древу.
Я вообще-то не хочу, потому что невольно вспоминаю о змеях.
Но гораздо больше меня заботит его лицо, превращающееся в гранитную маску.
- Я кое-что уточню, жена. Она наговорила тебе все это. И после, не прояснив ничего со мной, ты пришла на обряд?
Я пытаюсь придушить мысль, что слово «наговорила» мне слишком нравится.
- Я не поверила, что ты очаровываешь меня ради силы, - объясняю устало. - Ты бы не стал так поступать. Но скажи мне, Ризанис, как все на самом деле? Какая-то правда в ее словах есть? Ты сказал ей, что между нами ничего не было, чтобы она не беспокоилась? Ходил к ней сегодня за этим же? Она нравится тебе больше?
- Почему? - голос рядом звенит.
- Что почему?
- Почему ты решила, что я не ради силы тебя очаровываю?
Не представляла, что из нас двоих мне придется отвечать на вопросы! Раздражение вздымается в груди, придавая сил, но я все же перебираю в уме варианты ответов.
Потому что я устала ему не доверять?
Потому что это, на самом деле, не важно? Я не хочу, чтобы его убили, не хочу войны и крови - и ради этого мне пришлось рискнуть?
Нет.
- Потому что! - выпаливаю. - Ты не подлец. Может, я и наивна, но это просто справедливо. Если я готова верить Эйлиану после того, как его слова едва не стоили нам с тобой жизней - значит, должна поверить и в тебя, когда меня напугал тот же Эйлиан и твоя мастерица сплетен.
Несколько секунд Ризанис не двигается. Все признаки гнева слетают с его лица. Сменяются выражением, которого я не знаю. Чем-то безмерно серьезным. Чем-то почти болезненным. Его ладони ложатся на мое лицо. Большие пальцы ведут по щекам, быстро и словно в забытьи.
- Бесполезно говорить, что я ее не касался? Что встретился с ней сегодня, потому что она просила?
Нет, почему? Я бы теперь послушала - но не успеваю в этом признаться.
Пальцы останавливаются, взгляд темнеет, и пять секунд спустя ярость возвращается. Ризанис перехватывает мое запястье:
- Ты можешь идти? Идем.
- Куда?
Он поднимает меня и сначала несильно, потом все настойчивее тащит прочь. К стене, в потайной ход и дальше. Я не особенно сопротивляюсь. Не говорю ни слова, потому что мы двигаемся все быстрее - и темные ходы сменяются быстро.
Его кабинет. Гостиная. Уже новый, нормальный коридор. Охранники замирают при виде нас, попавшийся слуга отшатывается к стене. Пара знатных женщин сначала изумленно смотрят а затем резво опускают головы - только тогда я понимаю.
Их король в гневе. В большем, чем я представляла! Не говоря уже о том, что он ни капли не заботится, как мы выглядим.
Вопреки всему, к чему я привыкла, в груди от этой мысли - легкость.
Он останавливается перед дверью на втором этаже и без стука распахивает ее - створка бьется о стену.
Вайнара выбегает из соседней комнаты на шум и застывает. Ее лицо вытягивается, едва она нас видит.
- Что ты ей сказала? - Ризанис спрашивает негромко, но именно сейчас я слышу звон клинков, который преследовал меня поначалу. Вокруг темнеет - один из вездесущих кристаллов в комнате моргает и гаснет.
Это порочно, неправильно - но мне приятно, что темнота и клинки направлены вовсе не на меня.
Наяри стоит неподвижно.
- Ризанис...
Он отпускает меня. Убеждается, что плотно прикрыл дверь и шагает вперед. Всего пара мгновений - и король нависает над любовницей.
- Ты сказала моей жене, что я спал с тобой позавчера?
Свет словно вытягивает из воздуха - с каждым его вздохом вокруг все мрачнее. Вайнара моргает. Косится на меня - так, будто ни в коем случае не ждала, что я ее разоблачу.
- Что? Может, ее величество не так поняла? - Злость на ее лице смешивается со страхом.
- Не так?
- Я... да. Не знаю! Я, наверное, говорила, что мы с тобой виделись. Мы ведь виделись?
Я едва не ругаюсь.
Приятные чувства пропадают. Стоило ждать, что она начнет отнекиваться? Светлые силы, еще этого не хватало! Мои слова против ее?
Но подумать я толком не успеваю - потому что Ризанис хватает наяри за локоть.
- Что я говорил про ложь? Я терплю твои выходки. Пока ты не врешь мне. Или про меня. Или моему окружению. Решила нарушить все правила разом? Еще одна попытка выставить меня идиотом - и я расценю ее как измену короне.
Наяри белеет, а я тихо выдыхаю.
- Я... - взгляд Вайнары мечется от короля ко мне и обратно. - Ладно, Ризанис, подожди! Разве это большая ложь? Мы же... Я могла немного приукрасить!
- И в спальню к нам решила заглянуть? С чего взяла, что я жену не трогал?
- Так это просто разумно? Ты не пылал желанием... - Она осекается под новым взглядом и ежится. - Твои слуги молчат, можешь не беспокоиться.
- Но ты спрашивала их?
- Немного. Совсем! Ту, что меняла белье...
Черты Ризаниса просто убийственно заостряются.
Он резко дергает Вайнару на себя. Хватает за руку еще плотней и разворачивает ко мне.
- Скажи Мираль. Зачем ты сегодня меня звала.
Теперь она смотрит на меня. Король остается за ее спиной.
- Поговорить, - почти шепчет женщина. - Я просила об услуге для своего отца.
- Портниха с тобой заодно?
- Она... рассказала мне, куда поведет королеву и когда. И не стала мешать.
- Потому что вы подруги.
- Да.
Я не знаю, радоваться мне или нет. Все так просто! Она все подстроила, собрала из осколков. Он ее не любит - ни капли, судя по тому, что я наблюдаю.
- Другими словами, сегодня дворец лишится двух женщин. Еще кого-нибудь хочешь прихватить с собой?
Вайнара наконец вздрагивает.
- Ты собираешься меня выгнать? Ризанис! Это же просто несколько слов!
- Про то, что я могу только использовать женщин?! - Король снова разворачивает ее к себе. - Про то, что у тебя больше прав на меня, чем у моей жены? Свои права ты знала всегда: мы просто спим, и это может закончиться в любой момент. Я не обижал тебя ни в привилегиях, ни в деньгах. И выбрал тебя, зная, что у тебя не возникнет ко мне чувств.
- Ризанис. Но четыре года...
- Четыре года, - эхом отзывается он. - И поэтому я не убью тебя на месте. Поэтому тебя не скрутят не бросят в камеру. - Голос просто ледяной. - Хотя с последним не будем торопиться. Тебя сейчас уведут, Вайнара. Выяснят, все ли ты рассказала. И если ты просто сдурила - отправишься из столицы. Ты всегда гордилась, что ничем не занимаешься кроме нарядов и сплетен. Шесть лет закрытой учебы в Гирре - той самой, за которую ты презирала сестру. Ни один мужчина не возьмет тебя ни в наяри, ни в жены за это время. Если по истечении срока мне доложат, что ты делаешь успехи - я позволю тебе завести семью.
Я не понимаю, серьезное ли это наказание - пока не вижу лица Вайнары. Она выглядит так, будто вся ее жизнь разрушена.
- За что?!
- Ты не понимаешь, в чем виновата? Нет? Тогда, пожалуй, шести лет мало.
Наяри вздрагивает и пытается вывернуться, отступить.
- Нет. Я... понимаю. Пожалуйста!
Ризанис смотрит на нее еще несколько секунд, а потом отпускает. Идет к двери - и выпускает меня вперед. В коридоре зовет охрану и велит взять бывшую любовницу под стражу.
Бывшую... он прогнал ее на моих глазах. Я так и не вставила ни слова и лишь смотрю на Вайнару напоследок - едва веря, что все это произошло.
Ризанис глубоко вздыхает. Постепенно возвращает себе привычный, сдержанный вид - хотя сейчас мне кажется, что это маска. Кивает чтобы я шла за ним дальше. Ведет в свои покои, где дает охраннику у двери еще одно поручение: разыскать начальника стражи.
После мы наконец оказываемся в королевских комнатах. Муж закрывает дверь, делает несколько шагов и застывает ко мне спиной.
Затем разворачивается. Взгляд уже не такой безумный, хотя отголоски совершенно непривычных чувств в нем плещутся до сих пор.
- Теперь ты веришь, что Вайнара нравится мне не больше тебя?
У меня плоховато со словами и мыслями, и я лишь осторожно киваю:
- Да.
- Хорошо.
Он надвигается на меня. Заставляет застыть у стены. Я не понимаю, с какими намерениями - пока его пальцы вновь не ловят мой подбородок и губы не впиваются в мои.
Этого я не жду!
Мир раскалывается вновь. Тело Ризаниса вдавливает меня в стену. Ахаю - но скорее мысленно, потому что дыхание уже мне не принадлежит. Застывает в горле, падает в желудок знакомым жаром. Тот разливается везде под движениями его рук. Они спускаются мне на шею, вплетаются в волосы. Хватают за плечи, оказываются на талии, притягивают - так, что я вжимаюсь животом в каменные бедра.
В голове - ураган.
- Что ты делаешь? - выдыхаю, каким-то чудом прервав поцелуй.
- Пытаюсь понять, как ты стала моей женой. - Ответ не похож на ответ. Глаза передо мной похожи на колючую ночь. - Откуда ты взялась такая?
Я даже не подозревала, что наш обряд может так закончиться.
Я никогда не видела его таким несдержанным!
Не знаю, что с ним происходит. И со мной. Но глаза вдруг закрываются - сами - когда он снова сминает мои губы. Когда стук сердца отдается в каждом участке тела. Самое удивительное - что сейчас это все не пугает.
Так не должно быть. Или должно? Я уже ничего не понимаю!
Мои руки обвивают его шею. Мне вдруг хочется на миг, на секунду почувствовать. Каково это? Его мышцы - теплые и напряженные. Волосы между моих пальцев - гладкие как шелк.
Верю в одно: сейчас он искренен. Его руки, забирающие все мои чувства, искренни. Дыхание на шее. Поцелуй, который жалит в ложбинку у плеча - тело простреливает как от ожога, я вся выгибаюсь.
Не знаю, сколько все это длится. Вечность. Или секунды. Или минуты. Мир возвращается, когда Ризанис останавливается, уперевшись лбом в стену над моим ухом.
Несколько секунд я слышу его тяжелое дыхание.
- Я должен что-то показать тебе. И сказать. Возможно, тебе не понравится - или понравится отчасти.
Замираю.
Его руки по сих пор обхватывают меня. Одна сгребла ткань юбки, и я чувствую горячие пальцы на своем бедре. И это уж должно бы испугать точно - но куда больше меня нервируют слова.
- Что-то еще? - поражаюсь я.
Муж отрывается от меня, смотрит серьезно. В ответном кивке - нечто темное, от чего я окончательно прихожу в сознание.
- Придется полететь, - добавляет Ризанис так, будто это что-то объясняет.