ГЛАВА 28.
Drifting in between the lines
Where you can't separate the truth from the lies (truth from the lies)
Can't be defined!
Instinct that you can never tame,
Anywhere you go - inside you, it will remain!
Do not try to flee or else it will swallow you whole.
© «Reason living» Screen mode. ENG cover
Канаэ казалось, что он позабыл о сне, сидя за бумагами в надежде понять, что же скрывалось за всеми этими закорючками эльфийского - он уже узнал, что это называлось странным словом «калирен» и означал то же, что и простой алфавит. Простым, впрочем, язык не был.
Зорчий потер веки пальцами в надежде прогнать сонливость. Темнота за окном накрыла весь мир, словно обойдя его комнатушку, бросив его самого на растерзание бодрствованию - или же он сам дал на это согласие? Так или иначе, эта ночь раскололась для него на множество минут, каждая из которых тянулась едва ли не вечность, и поглядывая то на часы, то на переведенный текст, он тяжело вздыхал, наливал себе еще чашку кофе из кофейника, стоящего на краю стола и предварительно перенесенного в комнату, а затем вновь обращался к книгам в поисках нужных слов.
Канаэ не знал, почему он так торопится - дело не только в том, что с него требовали буквально с обоих сторон, торопя и подстегивая, говоря о том, что артефакт нужен как можно скорее. Он усмехался, понимая, что каждая сторона стремилась уничтожить противника, и в конце концов все у них свелось к одному и тому же предмету - словно пути пересекались в одной точке.
И, судя по всему, только он мог привести их к этой точке как можно скорее - кто знает, сколько бы времени понадобилось другим на переводы с языка, который они видели впервые в жизни?
Ужасно болела голова и то и дело клонило в сон - Канаэ сбрасывал в кучу все ненужные исписанные бумажки, перечеркнутые строчки, оставляя лишь то, в чем действительно был уверен - когда ты делаешь подобную работу без четких инструкций и правил, что могли бы помочь, вряд ли можно рассчитывать на то, что все в конце концов, будет идеально и правильно.
Однако его не устраивало по-другому.
Парень тяжело вздохнул, подавляя очередной зевок, переводя взгляд на одно и то же слово в который раз. Было что-то странное в том, что оно повторялось несколько раз, но он не мог уловить связь контекста - словно это проклятое «сэйнедрель» могло иметь несколько подобных по смыслу значений, а возможно и быть названием чего-то. Даже если и так, в книге оно упоминалось лишь с маленькой буквы и в том значении, что он и думал.
И в Зеркале прозрачном края того
Найдешь то что ищешь, желаешь больше всего.
Если «сэйнедрель» и было зеркалом, это объясняло, почему нужно было заглянуть туда. Это вообще могло быть хорошим объяснением - Канаэ надеялся, что в этом и была суть загадки.
Проблема никуда не исчезла - оставался вопрос поиска волшебных существ, что так умело спрятались двести лет назад, не забыв захватить с собой один из артефактов. Со стороны Ригхертонов это было логично - почему бы не отдать ценность на хранение тем, кто сможет спрятать ее где-то очень далеко от Гхьербии?
Но знай, что твоя цель лишь зеркало хрустальное
История вписана кровавою тайной...
Канаэ потер переносицу, перечитывая последние строки - несколько слов были выписаны красным карандашом на отдельный лист, а возле перевода стоял жирный знак вопроса - он все еще не был уверен в правильности своего перевода. Ну и конечно, проклятое слово «сэйнедрель» стояло в самом верху списка. Почему в первом случае это была надпись с большой буквы, а во втором - нет? Не похоже на простую опечатку. Впрочем, возможно, он не понимал, как именно трактовать заглавные символы в калирене.
А быть может, ответ был ближе, чем ему казалось? На поверхности - только зацепи рукой, и найдешь идеальный кусочек для того, чтобы сложить головоломку в кучу. Канаэ не знал, можно ли было списать его тупость на усталость, или же смысл в игре букв был совсем иной, и уж это они не могли разгадать.
Он думал, что ему стоит спросить об этом остальных. Но сначала ему нужен сон.
Его разбудил стук в дверь - казалось, словно стучали по голове, а не в комнату, и на секунду Канаэ даже не понял, что происходит и где он находится. Потом вспомнилось - он сидел за расшифровкой до самого утра, и лег спать только когда солнце уже окрасило горизонт яркими лучами, восходя на небо.
Парень потянулся, приподнимаясь на локтях, и тут же зацепил ногой книгу - та упала на пол, потянув за собой еще какие-то бумажки. Будь у него полноценный словарь, а не отдельные фразы и слова, написанные на форзацах и краешках страниц темными ручками, дело шло бы куда быстрее.
- Войдите! - сонно произнес он, поднимая с пола подушку, скинутую туда во сне, и пытаясь пригладить волосы - на голове точно творится что-то невнятное.
Едва дверь открылась, он увидел застывшую на пороге Тиг: она окинула его беспокойным взглядом, чуть нахмурилась, поджав губы, а затем подошла прямо к нему и с гневным выражением лица выхватила из рук текст с загадкой.
- Ты что, всю ночь сидел за этим? Совсем с ума сошел?
Канаэ подумал о том, что у нее не получается злиться по-настоящему - выражение ее лица становилось скорее вымученным и чуть комичным, пусть в голосе и звенела сталь. Он тяжело вздохнул, потирая глаза и думая о том, что синяки под глазами, вероятно, выдадут его с головой - неважно, будет ли он отнекиваться или нет.
Порой во вранье не было смысла, но как жаль, что нельзя всегда придерживаться этого правила.
- Ну так обещал же... - он осторожно отодвинул вещи в сторону, поднимаясь с кровати и направляясь в ванную, глядя на себя в зеркало и думая, что на самом деле могло быть и хуже.
От этих слов Тиг словно замерла, глядя на него с недоверием. Когда она просила сделать перевод как можно скорее, она не могла и подумать, что он пожертвует своим сном, чтобы выполнить обещание.
Некоторые люди не размениваются по мелочам - все или ничего, им была не нужна середина. Она уже поняла, что Канаэ был именно таким. Ей стало интересно, было ли причиной воспитание в Академии или же он был таким всегда?
Приведя лицо в более-менее вменяемый вид, Канаэ присел возле кучи хаотично разбросанных бумаг, выудив оттуда лист с переводом и вручив его девушке. Затем протянул бумажку поменьше - она была красно-черной и почерканной, словно он сомневался в том, что писал.
Народ что ложь мешает с правдой
загадки он на блюде подаёт.
Они живут, прекрасно так ужасны
и песни свои жуткие поют.
там в их стране звучит язык
душу чарующих баллад
а кто не знает правды всей,
язык тот всем нам враг
чудесный край, объятый болью
был окружен он редкой солью.
и в Зеркале прозрачном края того
найдешь то что ищешь, желаешь больше всего
но знай, что цена непомерно высока - их время не лечит, иная морока.
им важно другое, хотят же сыграть
в игру, чтобы разум твой им заплутать
но знай, что твоя цель лишь зеркало хрустальное
история вписана кровавою тайной
мы верим, что ты, лишь открыв разум правде
сумеешь увидеть, в чем суть этой загадки.
- Это вся загадка? - не веря глазам, произнесла Тиг, впиваясь взглядом в строчки. - Ты перевел ее полностью?
- Это все, что там было, - он пожал плечами, хмуря светлые брови. - Я не уверен в корректности, но мне больше нечего предложить. Здесь, - он указал пальцем на лист поменьше, - выписаны слова, в которых я сомневаюсь больше всего. Но меня смущает вот что...
Он обвел пальцем слово, стоящее в самом верху списка, рядом с которым красовался большой вопросительный знак. Тиг скосила глаза в сторону листка.
Сэйнедрель.
- Что это значит? - она подняла глаза на парня, но Канаэ лишь пожал плечами, сжав губы.
- Я искал, что может значить это слово с большой буквы. Проблема в том, что достаточно тяжело понять, какие слова и когда пишутся с заглавной. У них все буквы одинаковые, отличается лишь сам размер символов, а тот, кто писал эти книги, явно не был фанатом указывать разницу. Нигде это слово не пишется с большой в середине предложения, и если только это не издержки калирена, то я понятия не имею, как это объяснить. Слишком мало информации.
- Ты отталкиваешься от мысли о том, что фэйри живы, верно? - Тиг осторожно сложила бумаги и посмотрела на Канаэ в ожидании ответа.
Он думал о том, что это лишь его догадки, но что-то в глубине кричало о том, что это было правдой. Не бывает такого, чтобы целый народ просто взял и исчез бесследно.
- То, что фэйри пропали, не значит, что они погибли, - он покачал головой. - Всегда куда лучше считать кого-то живым, но пропавшим до тех пор, пока не будет доказательств обратного. И у меня даже есть мысль, где именно стоит их искать.
- Может, найдя укрытие, мы сможем разобраться с тем, что означает «сейнедрель» с разными буквами?
- Это все, на что остается надеяться.
- Нам стоит поговорить об этом с Корсеном. Без их разрешения мы не сможем покинуть убежище - нападения участились и все, что мы делаем, куда более рискованно, нежели раньше. Пойдем, чем раньше поговорим с ними, тем быстрее решим, что делать.
Тиг не видела, как на словах об убежищах Канаэ вздрогнул, но заткнул свое беспокойство и мешающие эмоции как можно глубже.
- Думаю, это лучший вариант.
***
- Ты думаешь, что они спрятались где-то в море? - Рулан насмешливо приподнял брови, недоверчиво глядя на Зорчего, который несколько минут назад ворвался в зал вместе с Тиг. Они о чем-то очень оживленно переговаривались, он видел искреннюю улыбку на лице Тиг и от этого у него сводило челюсти. Каким-то образом этот бракованный маг смог обвести их всех вокруг пальца, а Антигона и вообще, судя по всему, записала его в лучшие друзья. Может, даже больше.
Он не ревновал - не было причины. Но что его пугало, так это то, что в конце всего Канаэ мог просто оставить ее разбитой и потерянной, если окажется, что он и вправду не так уж прост. Он пробыл здесь слишком долго и не дал поводов сомневаться в себе, но тревога давила на Рулана при одном только взгляде на Канаэ и от этого его беспокойство все росло.
«Если ты - их шпион, молись, чтобы я об этом не узнал»
Возможно, он подумал об этом слишком поздно - он видел, что она уже смотрит на него так, словно он стал одной из тех частей ее мира, вокруг которых и крутился весь смысл ее существования.
- «Чудесный край, объятый болью, был окружен он редкой солью», - Канаэ произнес заученные строки так, словно знал их всю жизнь. - Я не претендую на полноценную правильность перевода, но думаю, что вряд ли можно что-то еще назвать «редкой солью».
- Звучит логично, - подала голос Морин, кладя подбородок на скрещенные ладони. - И если они действительно смогли создать остров посреди моря - а мы знаем, что Королю Фэйри это вполне под силу - то вероятно, просто окружили остров защитной магией и магией иллюзий. Возможно, те, кто проплывал мимо, даже не понимали, в чем дело - фэйрийские заклинания просто подсознательно заставляли их свернуть и избежать прямого столкновения, и на протяжении двухста лет они держали эту стену.
- Как в таком случае, искать этот их «чудный остров»? - Тиг задумчиво глянула на расшифрованный стих. - Думаю, сейчас это самое главное.
- Если эта загадка связана с Ригхертонами - что очевидно, ведь остальные артефакты у нас, - задумчиво произнес Корсен, - то ехать придется иллюзорнику. Остров погружен в слои иллюзий, и вряд ли другой маг сможет увидеть истинный образ сквозь их защиту.
- Думаешь, это сработает? - Марианна с недоверием взглянула на старого мага. - Ты помнишь, какой силой обладали эти существа двести лет назад? Едва ли мальчишке удастся сорвать хотя бы слой.
- Достаточно будет того, что я смогу почувствовать, - хмуро ответил Канаэ, бросая на женщину короткий взгляд исподлобья, - и я не мальчишка. У меня хватит сил, а если сомневаетесь, найдите кого-нибудь получше.
Казалось, Корсен и впрямь задумался над этим. Это было логично - не то чтобы иллюзорников было множество, но и вымирающими они не числились, и отправить на поиски затерянного острова опытного мага было более разумным решением, нежели мальчишку, едва ли умеющего управлять всеми своими силами. Сейчас на кону стояло больше, чем просто умения или чье-то задетое самолюбие - буквально будущее страны.
Канаэ думал о том, как заставить Корсена разрешить ему поехать на поиски, но помощь пришла с неожиданной стороны.
- А знаешь, - растягивая слова, словно сомневаясь, произнесла в конце концов Марианна, - быть может, не так уж плоха идея отправить туда Тиг и Канаэ.
Простите, что?
Зорчий подумал, что ему послышалось.
Не эта ли ведьма несколько мгновений назад говорила о том, что он недостаточно опытен и силен?
- Я думаю, что здесь нужно несколько иное восприятие, - произнесла Марианна, тщательно подбирая слова. - Возможно, опытный маг и будет сильнее, имея все шансы на то, чтоб обнаружить остров. Но у них больше шансов попасть туда без проблем, и я думаю, что фэйри, с которыми им наверняка придется вступить в контакт, куда лучше воспримут именно юных магов. К тому же, все мы знаем заносчивость этих созданий. Это позволит им потешить свое самолюбие мыслью о том, что они смогут провести нас в случае чего.
- Я могу нанести ему руну, - произнесла Антигона. - Она поможет усилить природное видение, и возможно, увеличит шансы.
- Нам придется незаметно покинуть страну, - задумчиво произнес Канаэ, - не думаю, что это будет сильной проблемой, если мы выкрадем лодку правительственной армии, но мне нужно подумать, с какой стороны подступиться. Кострим - наибольший портовый город Гхьербии, и шансов улизнуть оттуда больше всего, но и опасно там находиться без прикрытия. Мне нужно будет создать иллюзию достаточной мощности, чтобы не пришлось поддерживать ее постоянно, и оставив силы на поиск острова.
- Это может и не понадобиться, - подал голос Рулан.
- Что ты имеешь в виду? - Морин удивленно приподняла брови. - Не хочешь ли ты сказать, что...
Ее лицо озарила понимающая улыбка.
- Именно это и говорю, - пробормотал парень. - Я могу преобразовать их тела. Сила Зорчего останется при нем, и что лучше - преображение не рассеется до тех пор, пока я сам не сниму его.
- Тогда в чем проблема? - Канаэ насмешливо приподнял брови.
- Проблема в том, ищейка, - Ру буквально выплюнул ему эти слова в лицо, и всем своим видом показывая, что делает парню одолжение, соглашаясь на преображение, - что такой адской боли ты в своей жизни еще не испытывал.
***
Ботинки стучали по полу, когда Сейтон направлялась в уже знакомый ей кабинет - личное помещение Хайке, куда ей приказали явиться незамедлительно.
Голова все еще болела так, словно по ней били отбойным молотком, и кровь с самого утра не переставала течь из носа, пока девушка не сходила в медпункт и не попросила у здешней медсестры «что-нибудь для того, чтобы не истекать этим дерьмом постоянно». Та заволновалась, что с ее организмом что-то не так, но завидев злобный взгляд, лишь закапала в нос что-то отвратительно пахнущее и приказала зайти вечером.
Сейтон лишь надеялась, что вечером ее тут уже не будет.
В прошлый раз Хайке сказала ей о своем намерении уничтожить Канаэ сразу после того, как он достанет все артефакты и принесет им, но сейчас ситуация выглядела так, словно план пришлось перекраивать на ходу.
В общем-то ей было плевать, какой у них план. Главное, что их цели совпадали - а большего Сейтон и не требовалось. Но тревога давила на грудную клетку, словно тяжелый кусок металла, и казалось, словно идеальный и слаженный план правительницы медленно, но верно идет по наклонной. Что могло пойти неверно, если Хайке решила в срочном порядке уничтожить Зорчего, хотя насколько знала Сейтон, на руках магов было всего четыре артефакта.
- Лэсау Хайке, джер Видмер, - Сейтон поклонилась, как положено, завидев в покоях правительницы. Взгляды советника и его королевы не предвещали ничего хорошего. - Что произошло?
- Мы промахнулись с частью плана, которая отвечает за сохранность конфиденциальности для Канаэ, - произнес Алтман, сложив руки в замок. - Проще говоря - мы не смогли предвидеть важный шаг, из-за которого теперь все может пойти абсолютно не так, как мы планировали.
- Вы говорили о том, что дадите мне убить Риккерта после того, как все пять артефактов будут у вас. В чем проблема на этот раз? - Сейтон вздохнула, скрестив руки за спиной.
- Мы получили письмо. Канаэ отправляется на поиск острова фэйри. Последняя загадка связана с пропавшим двести лет назад народцем, и хоть мы не искали их, была надежда, что эти проклятые создания померли. Большинство из них удалось уничтожить вместе с магами во время восстания, но судя по всему, они возомнили себя фениксами, - алые губы Хайке скривились в гримасе. - Впрочем, это не столь важно. Велика вероятность, что после возвращения Канаэ наверняка сделает свой выбор, и вероятность, что он выберет не нас, еще выше.
- Позвольте спросить...
- Не позволяю! - Хайке повысила голос, заставив Сейтон отшатнуться, на что получила неодобрительный кивок Алтмана. - Какое тебе дело, в чем проблема, если твоя цель лишь в том, чтобы убить этого паршивого шпиона?
- Мне плевать, почему и как, - сухо ответила Сейтон. - Просто скажите, когда и где.
- Они отправятся через костримский порт. Никто не будет чинить ему сопротивления, если вдруг его заметят - впрочем, для виду может и создадут ощущение ловли преступника. У всех Зорчих, что будут в порту, есть распоряжения от меня лично. Тебе нужно будет встретить Риккерта после острова, выследить и уничтожить. Есть вероятность, что с ним будет та ведьма.
- Она не доставит проблем, лэсау, - процедила Сейтон. - Считайте, что эта колдунья уже мертва. Только вот...
Сейтон видела возбуждение Хайке - руки женщины дрожали, а лоб покрылся испариной. Она впервые создавала образ растерянной и нервной особы, а привычная собранность и хладнокровность словно принадлежали ее близнецу: теперь от них ничего не осталось.
Сейтон подумала о том, что правительница боится.
Страх был худшим, что могло двигать человеком - загнанный зверь совершает необдуманные поступки, действуя неразумно и давай врагу возможность хладнокровно оценить ситуацию, в которой от собственного хладнокровия не оставалось и следа. Однако Сейтон просто хотела убить Канаэ. Зорчую не волновала Хайке и ее эмоции.
А поэтому ей требовалась помощь.
- При всем уважении, лэсау, - она опустила взгляд в пол, - Канаэ Риккерт - один из лучших бойцов правительства, а его магия - его опора на случай, если боевых навыков будет недостаточно. Будучи проклятым, он маг лишь частично, и возможно, его способности не так высоки, как у истинных иллюзорников, но я стараюсь здраво оценивать свои возможности, и я помню наши битвы. Мне будет тяжело разобраться даже с его навыками бойца, а его магия может стать фатальной... Есть ли шанс хотя бы уменьшить эти способности или временно ограничить их? Вам наверняка известно что-то подобное. Я искала в библиотеке и говорила с заключенным, но это не дало результатов, на которые стоило надеяться.
Сейтон помнила, что там было что-то о силах и родословных, но эта мысль никак не могла сформироваться достаточно хорошо, чтобы она могла понять все, что тогда прочла. Словно кусочки знаний, что она впитала, разлетались в разные стороны в попытках исчезнуть из ее памяти, и как она не пыталась, не могла ухватиться ни за один из них.
Эта разрозненность пугала.
Хайке кинула на нее странный взгляд - не то жалость, не то насмешка, а может, что-то среднее, к чему примешивалась целая куча других эмоций, о которых Сейтон затруднялась сказать. От взгляда правительницы стало не по себе, словно надвигалось что-то нехорошее - грозовая туча, что вот-вот пустит свою финальную молнию, поражая всех вокруг. Глаза правительницы блестели, и Сейтон показалось на секунду, словно та сходит с ума, теряя контроль над собой, своими действиями, словами - просто теряя себя и терпение, самообладание, достойное истинной правительницы своей страны.
- Неужели ты еще не поняла, глупенькая Зорчая? - слова ее были сладким ядом, что вливался в уши Сейтон, и ей очень хотелось выскочить из комнаты, закрыв уши, но что-то словно вынуждало стоять на месте и продолжать слушать.
Сердце тревожно заколотилось, от жестокого выражения Хайке по телу словно прошелся табун мурашек, и Зорчая боялась сделать даже вдох - малейшее движение, крошечная ошибка - и что-то обязательно пойдет не так.
- Лэсау, не стоит... - Алтман предупреждающе поднял руку, но его жест остался проигнорированным.
Хайке продолжала смеяться, прикрыв рот ладонью, продолжая смотреть на Сейтон со снисхождением, словно глупого ребенка, не понимающего очевидных вещей.
- Неужели ты так и не поняла, Сейтон, что нет в этом мире никаких проклятых магов? Прокляты здесь только мы - за нашу слабость перед этими... существами. Нельзя сделать мага из человека, ведь магия - это то, что идет изнутри. Это больше, чем орган, дорогая моя, и если тебе будет суждено погибнуть, ты погибнешь от руки самого обыкновенного мага с посредственным уровнем умений.
Сейтон показалось, что она забыла, как дышать - грудную клетку сдавило так сильно, что из горла вырвался хрип, и стало нечем дышать. Она оперлась рукой о стену, хватаясь за горло и пытаясь выровнять дыхание, чувствуя, как из носа вновь капает кровь.
- Это... это значит, что все эти годы он убивал...
- Да, дорогая моя. Все время он убивал свой собственный народ. - усмешка на губах Хайке отдавала безумием вместе с пугающим взглядом, но Сейтон понимала: это правда. Это то объяснение, что лежало где-то на поверхности, было очевиднее всего остального, но не могло быть реальностью.
- Тебе не кажется, что я сделала из него идеальное оружие? - Хайке схватила девушку за подбородок, заставляя смотреть в ее глаза. - К сожалению, даже самое идеальное оружие ломается. Когда цепной пес не может выполнять свою работу, его усыпляют. Я рассчитываю на тебя.
По комнате разнесся жестокий смех, эхом отражаясь от стен и словно насмехаясь над тем, вот что всегда верила Сейтон. И не только она.
Зорчая подумала, что даже ее собственный взгляд не был таким безумным.
Прошу прощения за то, что возможно, глава писалась на эмоциях и вышла чуток сумбурной и недостаточно эмоциональной. Я обязательно доработаю все косяки во время редактуры, и я надеюсь, что вы оцените саму главу в целом. Мне правда было достаточно сложно написать это так, чтобы лишь приоткрыть завесу, но не показывать всего. Как вы могли заметить, понемножку открываю карты, и наверное, это было достаточно очевидно. И все же...
Со спокойной душой ухожу смотреть новую серию "Черного клевера" и кушац мороженое:)