Месть жнеца

Канаэ всегда думал, что достиг предела, когда новости вне зависимости от того, были они плохими или хорошими, заставляли его удивляться и впадать в состояние, близкое к шоку. И в который раз он убеждался, что ему стоит прекратить думать о пределах - в последнее время все вокруг доказывало ему, что на самом деле границ не было.

- Ты сейчас либо неправильно прочитала, либо Корсен что-то путает, - помотал головой он. - Что значит «среди Зорчих маги»?

Тиг не знала, что и сказать - впервые у нее не было даже идей, что происходит.

- Я понятия не имею, - покачала головой. - Корсен требует срочно явиться в зал совещаний, надеюсь, он соизволит объяснить, что к чему.

- Тогда, думаю, не стоит заставлять его ждать.

Дорога от тренировочного зала до зала совещаний была достаточно короткой, чтобы Тиг не беспокоилась об утекающих минутах, и тем не менее, тревога съедала ее изнутри. Письмо словно было предвестником чего-то нового... и точно чего-то плохого.

В зал они ворвались без предупреждений, и тут же Тиг оказалась прикована к месту тревожным взглядом Марианы. Они с Корсеном беспокойно переглядывались, а стоящий рядом Рулан в полной боевой готовности поправлял свой кинжал, сверля хмурым взглядом парня.

- Вы вызывали? - спросил Канаэ, поправляя рубашку. - О каких магах речь?

Корсен откашлялся, словно не зная, с чего начать, а затем осторожно произнес:

- Глава убежища в Норберне отправила мне письмо. Они засекли ослабление магического барьера, все слои заклинаний были сняты так умело, что никто даже не почувствовал. Когда их разведчики узнали, убежище уже было атаковано. Люди в форме Зорчих со способностями магов разных типов - заклинатели, стихийники, иллюзорники.

Канаэ дотронулся пальцем до нижней губы - Тиг уже успела заметить, что этот жест всегда означал его крайнюю задумчивость, словно он выпадал из мира в другое пространство.

- Я никогда не слышал о подобном, - признался в конце концов, - более того, я всегда был уверен, что правители не промышляют подобным, ведь в конце концов, они сражаются против вас. Но форма Зорчих... они не знают, был ли это элитный отряд, приставленный к правителям или нет?

- В чем разница? - поинтересовалась Тиг.

- Отряды, приставленные к охране дворца в Тюраксьене, как правило, хорошо натренированы и обучены, - продолжал Канаэ, - они неплохие бойцы, но никто из них не воевал в полевых условиях, не был в реальных драках. С одной стороны, они - лучшие из лучших, а с другой - у них не будет тактики.

- Они ничего не написали об этом, - отрицательно покачала головой Мариана, - вряд ли у нас есть шансы узнать.

- Все это неважно, если вы не видите главного, - подал голос Рулан, - нам срочно нужно отправляться в Норберн, если мы хотим помочь им в борьбе, а не похоронах.

- Мальчишка прав, - согласился Канаэ. - Кто бы они ни были, в первую очередь они - Зорчие, а значит, медлить нельзя.

- Ты не пойдешь с ними, - отрицательно покачал головой Корсен. - Я разрешил тебе отправиться в Олсальд, и мы все еще разгребаем последствия.

Канаэ подумал, что ослышался.

- Простите, что? - едкий смешок был встречен непреклонным взглядом старого мага. - Не хочу себя нахваливать, но возможно, я единственный, кто может помочь вам выбраться оттуда живыми и вытащить выживших. Что вы знаете о группировке отрядов, об их стратегии? В конце концов, что вы знаете о магах-Зорчих?

- Столько же, сколько и ты, - резко оборвал его Корсен. - То есть ни черта.

Канаэ мог бы отвести глаза - поначалу это показалось правильной мыслью - но в конце концов, он удержал на себе взгляд старого мага и вернул его обратно: жесткий, стальной, словно охлажденная ртуть.

- Я отправлюсь в Норберн, даже если мне придется пробивать себе дорогу через вас.

Мариана тихо охнула, Рулан же откровенно выругался на подобное. Тиг сохраняла молчание - Канаэ думал, что она сейчас мыслями явно не здесь.

Корсен молчал некоторое время, прежде чем кивнуть, дав молчаливое разрешение.

- Будьте готовы через двадцать минут. Я направлю портал прямо к их убежищу, но нужно действовать быстро, иначе нам останется только хоронить убитых.

Канаэ кивнул - бездумно, погруженный в размышления, он не понимал, что происходит, не понимал, когда это война магов и людей превратилась... а во что, собственно, она превратилась?

***

С какой-то там по счету попытки Канаэ научился выходить из портала как нормальный человек, а не выползая едва не на коленях, пока живот крутило от омерзительного чувства тошноты и казалось, словно все внутренности стали месивом.

Он осматривал убежище издали - потерявшее все защитные и маскирующие барьеры, дом выглядел как простое здание, стоящее посреди отдаленной лесистой местности.

Здание, трава вокруг которого окрасилась кровью, рядом с которым звучали далекие крики людей и искрились вспышки заклинаний, а тут и там раздавался чей-то предсмертный вопль. Канаэ буквально видел мерзкий запах - запах смерти, трупов и свежих ран, запах, в котором он рос и от которого успел отвыкнуть за долгое время сидения за книжками. Он видел, как рушится чужой мир, и все это впервые открывалось ему с другой стороны: маги, пытающиеся сбежать, Зорчие, уничтожающие всех на своем пути. Их мечи, созданные из сплава, что нейтрализовал магию - он держал в руках точно такой меч - сверкали в лучах солнца, блестели алыми вспышками на солнце, и звук, когда меч пронзал чужую плоть, напомнил ему о его собственных заданиях. Сверкающая сталь отражала его собственный меч, и он видел темные плащи с эмблемами Зорчих - два меча, скрещенных на фоне щита с рисунком башни - это все когда-то было частью его жизни.

Все еще остается.

Канаэ убеждал себя в этом, но чем больше он смотрел, тем отчетливее понимал, что за время его отсутствия что-то изменилось: зримо и не очень, это были мелочи и что-то важнее, но все вместе это создавало картинку, которую он не мог понять. Зорчие, среди которых он служил, ненавидели магов, они были готовы уничтожить любого, даже его самого, были готовы проливать кровь ради того, что считали правильным. Их принципы были тем, на чем держалась система, были тем, за что держался сам Канаэ. И теперь он уже не знал, что ему думать.

Мысли путались.

- Наша цель - спасти главу и всех выживших, - произнес Корсен. - Если не удастся отбить их атаку, придется перенести их в наше убежище.

- Какова вероятность, что они не выследят нас, если мы это сделаем? - сухо поинтересовался Канаэ. Он внимательно наблюдал за битвой, не торопясь вмешиваться, оценивая ситуацию и стараясь понять, кто был главой отряда. Смотреть, как рядом со сталью мечей сверкали вспышки заклинаний, было не просто странно - Зорчему казалось, словно он чувствует физическую боль от подобного извращения и кощунства.

- Не знаю, какого черта вы попрали все принципы, - прошипел он, - но я выясню, кто за этим стоит. Они получат свое.

- Что делать будем? - спросила Тиг, стоя позади него. - Ты предлагал помощь, так действуй.

- Среди них много заклинателей и стихийников, - произнес Канаэ, вынимая меч. - Нет смысла пытаться рассчитать силы по магии и понять, кого лучше и куда отправить. Отряды Зорчих сгруппированы достаточно четко: три мага и один простой человек, все с мечами, один из них прикрывает. Не знаю, сколько внутри людей, но нам придется зайти и проверить все комнаты. Глупо пытаться рассчитывать на элемент неожиданности, а значит, просто будет прорываться вслепую. Вам придется сгруппироваться так, чтобы в каждом отряде было по три или четыре человека, и чтобы обязательно был кто-то, кто владеет дальней магией и магией близкого радиуса.

- Среди нас нет воинов, способных махать мечом, - возразил Корсен, - магия - наше оружие.

- Я знаю, - Канаэ не смог сдержать усмешки, - и по этой самой причине я тренирую детей, дабы уберечь от ваших ошибок. Вам давно стоило понять, что не всегда магия - выход из любой ситуации, и судя по всему, они поняли это быстрее.

Он кивнул в сторону магов.

- Рассредоточьтесь по всей территории, дойдите до убежища и проверьте каждую комнату, которую увидите. Зорчих не убивайте, даже если они и попытаются.

- Ты им сочувствуешь? - поинтересовался Ру. - Даже после того, как они вышвырнули тебя?

- Преданность меняется, а привязанность остается. Но я не говорил ничего о магах-Зорчих, - ответил Канаэ. - Помните, что я говорил про дальний бой. Тиг, Ру, вы пойдете со мной, нам придется пробивать дорогу остальным. Корсен, я не хочу двигать вас на второй план или ставить ваши умения под сомнения, но возможно, вы пойдете последним, чтобы прикрыть нас? Всем остальным - рассредоточиться по территории.

Он не хотел слушать того, что получил бы в ответ - приказы не обсуждались, а сейчас именно он чувствовал себя главным. И пусть рядом были вовсе не те люди, что он предполагал бы увидеть, само ощущение стоило того, чтобы здесь оказаться.

Норбернское убежище было лачугой по сравнению с их убежищем, но даже здесь магов оставалось достаточно, чтобы пытаться противостоять врагам. Первый сгусток чего-то, очень похожего на стихийную молнию, пролетел прямо над его головой, и маг, одетый в темный, обернулся на их шаги.

- Так-так, - усмехнулся он, - кажется, это подкрепление со стороны, верно? Вы посмотрите, Зорчий-предатель привел спасительный отряд.

Его темные глаза источали лютую ненависть, и от этого парню стало не по себе.

- Ты ничего не знаешь, - прошипел он. - Не бросай слов на ветер.

- Я знаю достаточно, - маг отступил на несколько шагов назад. - Я знаю больше, чем ты думаешь. А вот что известно тебе, маленький глупый колдунишка?

Канаэ не думал о том, что маг провоцирует, заставляет сорваться. Он не думал о том, что в пылу битвы пустая ярость и помешательство будут его противниками. Маг действительно был капитаном отряда - яркая нашивка на левой стороне его плаща будто кричала об этом, а когда-то в свое время Канаэ гордился подобной нашивкой.

Он выхватил меч, и замахнувшись, подался вперед, пристально следя за движением противника. Маг хохотнул, отскочил назад, а затем взмахнул свободной рукой - парируя удары левой, правой он на ходу использовал магию, и это было тем пределом, который Канаэ еще не успел перешагнуть: его мастерства не хватало на настолько слаженные действия всех своих умений.

Глаза Канаэ поймали отблеск стали с левой стороны, и вдохнув, он подпрыгнул вверх, насколько позволяли силы, а затем отшатнулся назад, отражая удар мечом. В груди колотилось сердце, мышцы горели огнем, а лязг скрещенного оружия дарил чувство полной свободы и давал возможность делать то, что Канаэ умел лучше всего остального.

Он следил за Тиг и Руланом краем глаза: они вдвоем успели справиться с магом, что целился прямо в него, и отправив его в нокаут, переключились на второго.

Маг вновь взмахнул рукой: едва заметно, но Канаэ хватило и этого, чтобы в ту же секунду понять причину гудения под ногами. Он отскочил назад, едва не оступившись на крошке из камней и земли, а темные корни деревьев возникли прямо перед его лицом.

Он рубанул мечом, а затем направил силу прямо на противника, но тот в ответ лишь усмехнулся, когда липкие когти Канаэ в надежде влезть в сознание натолкнулись на твердый барьер.

- Думаешь, нас не предупредили о тебе, Зорчий? - язвительно произнес маг, уворачиваясь от атак Канаэ. - О том, что фишка с проникновением в мозг - твой любимый прием в битве, и что нас потрудились научить защищаться от этого.

В пылу битвы Канаэ не заметил того, что все маги начали отступать: тот, с которым сражался он сам, лишь прикрывал двигающихся к убежищу Зорчих, и он видел, что Тиг медлит. Ее атаки были неуверенными, блеклыми и почти всегда промазывали, заставляя Рулана позади нее прикрывать ее от встречных заклинаний. На площадке у дома находилось всего двое - его противник и второй маг, с которым мятежники не могли справиться.

Канаэ не сразу понял, в чем заключалась истинная проблема Тиг. Не было никаких трудностей со сражением и заклинаниями - она доказала это еще в первую их встречу - но ее сторона закостенелой моралистки не позволяла ей поднять руку на мага - пусть он был и по другую сторону.

Этим эффектом пользовался и он сам, и Канаэ знал, как именно это работает. К сожалению, эти маги не были склонны к подобной сентиментальности.

Его противник усмехнулся, в глазах ни капли страха, лишь азарт и насмешка. Канаэ следил за его руками - и его магическими атаками - но становилось сложно удерживать Рулана и Тиг в поле зрения. Канаэ знал, что он не сможет удерживать свое внимание на всем сразу. Нужно было заканчивать это.

Рукоять тонкого меча приятно холодила кожу - он уже и забыл, какие ощущения это дарит. Канаэ следил за движением мага, полностью позабыв об остальном мире - когда ты впадаешь в азарт боя, ощущение словно переносят тебя в некое вакуумное пространство, и самым главным здесь было не упустить реальность.

Он сделал выпад, а затем еще один - простой обманный маневр, даже не планируя наносить удар. Он видел, что маг изучает его так же досконально, и понимал, что он умеет управлять своей силой. Возможно, лучше самого Канаэ. Его противник создавал вокруг себя оболочку - тонкое пространство, слой воздуха в атмосфере, пробить который было бы сложнее, чем ему хотелось. Канаэ знал, что нельзя полагаться только на свои навыки боя в подобных сражениях, но магия, что текла в нем, все еще была тщательно заперта, пусть и требовала свободы.

- Используй все доступные средства! - услышал сбоку голов Тиг. - Ты можешь не только махать мечом.

Канаэ понимал, что у него оставалось нечто, что давало ему хорошее преимущество: маг, что знал лишь о контроле разума, не подозревал о других аспектах его способностей. Зорчий закрыл глаза, мысленно думая о том, где предел его способностей и самое главное - предел его морали. Все вокруг смешивалось, словно сметая ценности и принципы, что в Академии в него вбивали вместе с ударами, и Канаэ не знал, почему правители предали свои собственные ценности, и как стоило поступать ему. Решение пришло быстрее, чем он думал.

Зорчий ускорил атаки, делая упор не в меткость - град ударов посыпался на воздушный щит противника, но с таким же успехом он мог бы сражаться с воздухом. Маг усмехнулся, расслабляя руку с мечом и создавая новое заклинание. На ладони ярко вспыхнула искра. Канаэ видел, что его дыхание становилось тяжелее - он ощущал напряжение, потрескивающее в воздухе, но продолжал наносить множество ударов, не вкладывая в них и часть своей силы, собирая все в одно целое перед тем, как разорвать пространство вокруг мага. Накапливая все свои силы.

Он видел, что его противник увлекся атаками, периодически создавая новые молнии и шары яркого пламени, бросая их в Канаэ и не давая ему подойти достаточно близко. Сильной стороной Канаэ был ближний бой, и маг это знал, исключая все возможности дать ему такое преимущество.

Кое в чем он все же ошибался: его магическая сила была недостаточно высока, чтобы удерживать сразу несколько защитных барьеров и заклинаний, продолжая атаки. Его щит медленно угасал, и Канаэ ждал, пока это перестанет быть его преградой.

Маг вновь перехватил меч покрепче, и ринулся на Канаэ, позабыв о магии. Скрежет стали о сталь, пыль под ногами и спертый воздух не отвлекали Канаэ, но он видел, что маг еще достаточно бодр для отражения его атак. Он парировал все его удары, оставаясь в защите и не спеша атаковать, словно присматриваясь.

Используй все доступные средства.

Канаэ повторил про себя фразу, что наталкивала на множество разных мыслей. Это могло быть что угодно, но он позволил себе думать, что понимает, о чем говорила Антигона. Он должен был понимать.

Один тяжелый вздох и закрытые глаза дали ему секунды для расслабления, а затем он почувствовал, как рассыпается на части. Тело перестало быть только его телом, и он видел мир словно со всех точек сразу, замечая малейшие детали, выискивая изъян в защите противника. Он чувствовал, словно не существует и в то же время находится везде и сразу, продолжая увеличивать количество собственных иллюзий, и все они держали в руках меч, а в глазах горела яростная решимость. Готовность отстаивать свою собственную правоту.

Канаэ увидел, что к подобному маг оказался не готов: он удивленно моргнул, но быстро сориентировался, начиная бить по всем копиям, заставляя их исчезать одна за другой. Парень понимал, что его сил было недостаточно для придания им телесности, и поэтому пришлось действовать быстрее. Он мысленно приказал одной из копий увернуться от удара мага, в то время как другая иллюзия метнулась прямо на острие противника - и растаяла, едва коснувшись его. Канаэ двигался быстро, легко уворачиваясь от поспешных метаний мага во все стороны, словно надеясь зацепить хотя бы кого-то в надежде, что это окажется реальный Канаэ.

Его поспешность сыграла ему не на руку: рассредоточив внимание на всех копиях, маг потерял бдительность, и лишь когда Канаэ оказался у него за спиной, заставив исчезнуть все копии простым взмахом, он повернулся к нему - взгляд, пронизанный страхом.

Это длилось всего мгновение, и Канаэ знал, что это мгновение часто бывает слишком длинным для обоих сторон.

Меч вошел в грудь едва ли не вполовину своей длины - от таких усилий рука Зорчего словно взорвалась сотней искр боли, но он знал, куда нужно целиться, потому что знал, какое место было слабым.

Эта форма была и его формой тоже.

Маг не успел даже вскрикнуть - рукоятка меча, торчащего в груди, стала последним, что он увидел прежде чем упасть на сухую землю.

Канаэ рывком вытащил меч из его груди, вытирая лезвие о штанину, и лишь подняв его вверх, заметил в узком отражении чью-то фигуру. Он резко развернулся, готовясь вновь вступить в бой.

- Что ты наделал? - произнесла Тиг, закрывая руками рот. - Ты убил его!

- Иначе он бы убил меня, - холодно ответил, шагая мимо нее к Рулану, стоящему возле мага в бессознательном состоянии. - Что мне оставалось?

- Он ведь маг... Он был таким же магом, как и я. Как и ты.

Канаэ взглянул в ее карие глаза, но видел там лишь страх, недоумение, презрение... и еще что-то, похожее на жалость.

Только этого ему не хватало.

- Оставь свои сопли в другом месте, - произнес. - Это война, и если мы не убьем их, они убьют нас. В отличие от вас я это понимаю.

- Я не могу убить мага, - произнесла Тиг, ее обычно ровные волосы были всклокочены. - Это ведь... Он ведь из наших!

Канаэ едва не зарычал от отчаяния: он не знал, на что злился больше, к кому была направлена вся его ненависть, но Тиг была достаточно близко и стала удобным вариантом, чтобы отыграться за свой гнев. Он схватил ее за руку - достаточно сильно, чтобы она вскрикнула - и швырнул прямо к убитому магу:

- Смотри внимательно, идиотка! - прорычал, глядя в ее глаза. - Смотри, где бы ты была, если бы с ним сражалась ты. Он не пощадил бы никого из нас, и то, что у вас, двух идиотов, получилось выбить дурь из жалкого Зорчего, еще не говорит о том, что вы воины. Думаете, это игра? Думаешь, твои принципы важны? Посмотри на них, и подумай о том, что правители уже плюнули на свои принципы. Свои законы они писали не для себя, как мы теперь видим. Я не знаю, какого черта здесь творится, но я это выясню, а если ты собираешься и дальше играть в спасительницу, найди себе другое место!

- Достаточно.

Холодный голос Рулана остановил Канаэ от того, чтобы выхватить меч, и лишь после этого он понял, что едва не применил оружие в сторону Тиг. Это был гнев, желание убийства и мести, было силой, которую он не мог держать внутри - словно рухнула плотина и все его чувства и ощущения разом накатили на него, сметая все перед собой.

- Прости, что сорвался, - сухо произнес он, делая короткие вдохи. - Но я все еще считаю, что я прав.

- Ты предлагаешь убить и этого тоже? - она кивнула в сторону лежащего без сознания мага. - Но как же так... Так нельзя!

- Я уже сказал о том, что это война. Нет других вариантов: убей или будешь убит. Ты готова сражаться с Зорчими только если они люди? Почему тогда ты убеждала меня в том, что не имеет значения, кто я, важно лишь, за что я сражаюсь? Думаешь, это работает только в одну сторону?

- Мы не знаем, почему они работают на правителей, - донесся голос Рулана, а затем он сам встал рядом с Канаэ. - Не знаем ничего о причинах нападения, о том, как они узнали об убежище и кто такие эти Зорчие-маги, если ты говоришь, что ты был единственным в своем роде.

- Я не имею понятия, что не так с магами, что не так с правителями, и что происходит среди них, - ответил ему Канаэ. - Но как я и сказал: я выясню это, и тому, кто придумал это все, не поздоровится.

Я пришел сюда ради защиты страны от магов. И пусть я не ощущаю того, что чувствовал поначалу, эта страна все еще моя страна, а принципы Зорчих - мои принципы. И среди них никогда не говорилось о том, что маги могут сражаться против магов. Если я исключение, кто же они?

- И тем не менее, мальчишка прав, - голос, что донесся со стороны убежища, заставил Канаэ повернуться в ту сторону. Голубые глаза встретились со взглядом Корсена, который продолжил, как ни в чем ни бывало: - Нам нужно убить всех Зорчих-магов, что здесь находятся, иначе они найдут нас.

- Корсен, что происходит? - Рулан обеспокоено осмотрел отряд. - Вы в порядке? Почему вы здесь?

Канаэ прервал бесконечный поток неуместных вопросов, обратившись к старшему магу с прямым вопросом:

- Они сбежали, верно?

Корсен утвердительно кивнул.

- Мы не знаем, что случилось, - ответил старый маг. - Мы вступили в бой, их было немного, но они хорошие бойцы. И тем не менее, в один момент они сражались - а затем бросили все и исчезли. Магия переноса, полагаю.

- Это становится интересным, - Канаэ взглянул на яркое небо, щурясь от света солнца. - Я осмелюсь предположить, что они подчинялись приказам главного мага, и как только я его убил, они сразу покинули поле боя.

«Быть может, они не могут сражаться без четких указаний?»