Месть жнеца

- Куда мы идем?

Сотни и тысячи вопросов крутились в голове Канаэ, перебивая друг друга и меняясь так стремительно, что он не успевал ухватиться ни за одну из них. Это было подобно хаосу, похоже на торнадо, затягивающее человека внутрь, что-то странное и пугающее, и что-то неясное, словно укутанный туманом лес.
Мысли были повсюду и их не было ни в одной секунде. Но был страх, и этот страх выглядел для Зорчего как уникальный, убийственный и жестокий план - наверное, никому ранее подобное в голову не приходило.
Но никто ранее и не был Канаэ.

- Увидишь, - осторожно ушла от ответа Тиг, заставив парня бросить на нее мимолетный взгляд. - Я все еще не доверяю тебе, поэтому не могу сказать тебе, где живу, но думаю, что моих сил хватит на простенькое заклинание перемещения. Впрочем, нас двое, а координаты и местоположение... Она начала бормотать себе под нос, и Канаэ остановился, ожидая ответа.

- Пока не скажешь, что нужно делать дальше, мы никуда не пойдем, - отчеканил, сложив руки на груди. - Не говори, что у тебя нет плана действий и подобной ерунды, потому что я не верю. Ты наверняка предполагала, что не сможешь постоянно сидеть у лэсау в особняке, прячась по каморкам, а значит, план действий у тебя есть. Что ты делала в Керчине, маленькая ведьма?

- Этого я тоже тебе не могу сказать, - нахмурилась девушка, приподняв бровь. - Слушай, я понимаю, что годы привычки не уйдут по щелчку, но будь так добр, отставь свой командно-допрашивающий тон и не веди себя так, словно теперь я обязана тебе жизнью, - заметив, что Канаэ уже собирается сказать что-то язвительное и явно жестокое, она поспешно добавила: - Нет, я имела в виду не это. Ты спас меня, и я правда очень благодарна тебе, но просто не нужно вести себя так свысока. Возможно, там, в Тюраксьене, ты и был важной персоной, но теперь ты - никто, и звать тебя никак. Засунь свое высокомерие подальше, если правда хочешь пойти со мной.

- Не стоит так разговаривать со мной, ведьма, - выплюнул Канаэ, приближаясь к ней. - Да, я спас тебя, но не заставляй меня пожалеть об этом. Я могу и вернуть тебя обратно с той же легкостью.

- Для тебя все это выглядит так просто, верно? - Тиг развернулась так стремительно, что подол ее синего платья - надо сказать, изрядно потрепанного - взметнулся вверх. Она вызывающе посмотрела в глаза Зорчего и продолжила: - Ты чувствуешь себя достаточно всесильным, но тебе недостаточно даже этого, чтобы ощущать себя в порядке. Уж не знаю, почему ты оказался там и был на их стороне все свое время, но сейчас ты ведешь себя, как заносчивый выскочка, у ног которого лежит весь мир. Спасти, меня, затем предать, шантажировать поступком, который совершил бы любой маг на твоем месте, но не ты. Слово, действие, жест доброй воли - и все это глупая выгода, сделанное мимоходом движение, и никакой эмпатии. Для тебя все это, словно развлечение, но здесь нет ничего смешного. Так что же тебе нужно, де Ливен?

Канаэ дернулся, заслышав выдуманную на ходу фамилию, но вероятно, Тиг списала это на резкость и огромный поток слов со своей стороны. Однако Зорчему все еще казалось, что вместе с этой фамилией внутри него что-то тоже поменялось, словно надломилась часть механизма. Он был Канаэ, но уже не был Риккертом.

«Ради цели. Ради благой цели. Просто сделай вид, что так и нужно, дай ей услышать то, что ей нужно».

- Возможно, - тяжело сглотнув, произнес он, глядя на землю, - возможно, я и вправду хочу узнать, что к чему. Может быть, мне нужно разобраться с тем, кто я на самом деле, и мне кажется, что из всех возможно правильных решений это наиболее приемлемый вариант. То есть, я ведь не мог бы просто взять и уйти, потому что я слишком ценный объект для правительства. Но если скормить людям большую враку, они начнут верить и в маленькие. Это удобно, когда нужно сделать что-то сумасшедшее. На тебя разом свалят все проблемы, которые так или иначе связаны с деятельностью, что я вел. Мне нечего терять. Так зачем тогда мне пытаться что-то сделать после того, как я совершил, пожалуй, самый глупый и дурацкий поступок в своей жизни, да и в истории Гхьербии, пожалуй?

Тиг наклонила голову, словно пытаясь поверить, что из сказанного было правдой. А затем, наскоро связав волосы резинкой, уселась на зеленую листву.

- Я сделаю заклинание для перемещения, - объяснила она, исподлобья взглянув на Канаэ. - Если быть точным, то создам телепорт. Но я не уверена, сколько времени на это уйдет. Мои силы истощены, а просить тебя о помощи я не могу. Было бы неплохо, если бы ты осмотрелся.
Канаэ кивнул, понимая тонкий намек проследить за обстановкой и оставить ведьму в одиночестве. Он направился вглубь леса и уселся неподалеку от Тиг, на достаточном расстоянии для того, чтобы чувствовать ее присутствие, но слишком далеко для того, чтобы разобрать то, что она говорила.

И принялся ждать.

Канаэ не знал точно, сколько просидел, глядя в ясное небо, но в какой-то момент поток магии стал настолько слабым, что он едва смог ухватиться за нить. Постепенно ощущение чего-то потустороннего пропадало, зато явно появилось чувство присутствия мощного источника энергии. Портал был всплеском такого количества энергии, что Зорчий подумал о том, как быстро остальные смогут понять направление и почувствовать след, но затем осознал, что он был единственным среди Зорчих, кто умел это делать.
Портал представлял из себя что-то вроде мутного зеркала, сплошь покрытого густой тьмой по краям. Тьма клубилась и переливалась всеми оттенками синего и черного, от глубокого ультрамаринового до чернильного.

- Он перенесет нас... куда? - только и смог произнести, оторвав взгляд от портала. Чувствуя себя глупым мальчишкой, удивлённым силами, что присущи другим магам, он испытывал чувство благоговейного трепета перед силой, что создала это.

Канаэ было не привыкать к тому, что делали маги - он долгое время имел дело с огромным их количеством, и видел множество того, что поражало воображение и подтверждало наличие у них силы, которой нужно бояться и нужно уничтожать. Это было вихрем, сметающим все, и вихрь этот не поддавался контролю.

Но портал был показателем сдержанности и силы, что таилась в глубине, он поражал чем-то другим, кроме как огромным скоплением энергии в одном месте. И доказывал, что все маги были созданы своими же силами, были силой, что жила в них, и так или иначе, были ужасно прекрасны.

Зорчий чувствовал восхищение, и он ненавидел это. Так можно было восхищаться опасными животными, выглядящими, словно прибыли из других миров.

- Это не мое дело - объяснять тебе, что к чему, - нахмурившись, произнесла Тиг. - Я не могу рассказать тебе о точном местоположении, и таким образом, подвергнуть нас всех риску быть обнаруженными. Чтобы ты не говорил, я не доверяю тебе, и думаю, что мое недоверие будет каплей того океана, что обрушится на тебя по приходу. Все наши места - укрытия, и как бы абсурдно не звучало то, что я скажу, привести туда одного Зорчего, который понятия не имеет, где находится, не сопоставимо с риском раскрытия местонахождения моего дома.

Канаэ позволил себе улыбку, которая тронула лишь уголки губ, но взгляд его оставался недовольным и раздраженным. Он понимал, что связался не с глупыми людьми - ну или магами, сейчас это не было столь важно - но он и предположить не мог, что все это было таким огромным испытанием.

Испытанием его воли, силы и умений быть хорошим солдатом.

- Ты точно готов к этому? - Тиг приблизилась к порталу так близко, что тьма окутывала часть ее ног, едва цеплялась за волосы, словно пыталась поглотить ведьму полностью. Это выглядело так, словно она сама состояла из этой тьмы. Возможно, в какой-то мере так и было.

- Если бы не был, ты бы сейчас находилась не здесь, - усмехнулся Канаэ, приближаясь к ней. - Нужно просто войти внутрь?

- Почти, - Антигона протянула ему ладонь. - Возьми меня за руку.

Наверное, самым сложным испытанием было не высказывать свое отвращение. Канаэ не впервые приходилось контактировать с магами, но условия, которые сопутствовали ему сейчас, оказались абсолютно противоположными привычным действиям, и из-за этого выхода из собственной зоны комфорта он чувствовал себя потерянными в пространстве.

Словно он не существовал в этой реальности.

Тем не менее, он протянул ведьме свою ладонь, стараясь остановить лёгкую дрожь пальцев. Тиг крепко сжала его руку холодными пальцами, послав ему насмешливый взгляд.

А затем они шагнули внутрь портала.

***

Падение оказалось болезненным, и отточенная годами координация не помогла Канаэ приземлиться на ноги: он выпал из портала, словно вытолкнутый чьей-то сильной рукой, и едва смог встать на колени. Это казалось чем-то глупым и неловким, в то время как Тиг, выбравшись вслед за ним, лишь отряхивала подол платья. Она глянула на Зорчего без тени улыбки:

- Впервые ведь путешествуешь так, верно? Многим тяжело после первого перемещения, со временем начинаешь понимать, как действовать. Ты привыкнешь.

Канаэ хотелось сказать, что он не собирается привыкать - идея порталов не казалась такой уж привлекательной, как езда в простых машинах, которые были даны в распоряжение Зорчим. Слова едва не слетели с языка, но он вовремя опомнился: теперь он был для них больше магом, чем Зорчим, и хоть сам Канаэ пока что не был готов принять ту сторону себя, которую так тщательно контролировал и ограничивал, наверное, маги бы приняли его куда охотнее. Эта часть Канаэ точно принадлежала им.

Пока Канаэ переводил дух, Тиг уже чертила что-то на земле: ее тонкие пальцы выводили заковыристые буквы, линии переплетались между собой, а нахмуренные брови сошлись на переносице, придавая лицу комичное выражение. Словно почувствовав на себе взгляд Канаэ, Тиг подняла глаза, оторвавшись от символов:

- Что-то не так?

- Что ты делаешь? - проигнорировав ее вопрос, Канаэ взглянул на символы, наклонив голову. - Или это очередная тайна, в которую меня нельзя посвящать?

- Нет, - Тиг стряхнула с пальцев землю, а затем вытерла их об платье. - Все гораздо проще, чем тебе кажется - ну по крайнее мере, сейчас: я просто открыла вход в убежище. Подожди секунду.

Словно в подтверждение ее слов, земля слева от ног Канаэ стремительно начала менять свой вид, покрывшись тонкой рябью: прямо на его глазах трава и земля испарялись, предварительно становясь бледным, едва заметным туманом, и вместе с их исчезновением проявлялась огромная деревянная дверь, схожая с дверями, которые обычно вели в подвалы. Такие подвалы часто строились при домах и особняках богатых людей, но впервые подобное возникало прямо посреди густого леса.

Нужно признать, что маги были гораздо более находчивыми, чем думали правители и Совет.

Тиг толкнула дверь, и та с тихим скрипом отворилась, являя ряд ступенек, спиралью уходящих вниз. Ведьма кивнула головой, давая Зорчему возможность идти первым, и он не стал ломать голову над тем, было ли это жестом вежливости или же она опасалась удара в спину. Возможно, все сразу.

На ее месте Канаэ бы тоже себе не верил, и именно в этом заключалась проблема, потому что ему нужно было завоевать ее доверие любой ценой.

Когда дверь за ними закрылась, Тиг стала вновь что-то шептать себе под нос, а затем перед носом Канаэ появился крохотный шарик - источник теплого и яркого света, что выглядел, словно проводник в узком тоннеле, словно сдавливающем тело и спирающем дыхание - теснота действовала Зорчему на нервы.

- Почти пришли, - раздался сзади спокойный голос почти в ту же секунду, как свет впереди стал ярче и шире - замаячил выход.

А потом они оказались прямо в центре небольшой пещеры, и Канаэ осознал, что на них смотрят несколько десятков глаз.

- Тиг? - удивленно произнес парень, стоящий прямо напротив Канаэ - его пронзительный взгляд мог бы прожечь дыру во лбу Зорчего, если бы обладал подобной способностью, но Канаэ даже не вздрогнул - ему приходилось видеть и похуже. - Нам сказали, что тебя схватили Зорчие, все думают, что ты умерла.

- Можешь даже не надеяться, Ру, - устало отозвалась Антигона, и впервые Зорчий в полной мере осознал, как сильно она была истощена. - Этот прелестный молодой человек сделал мне одолжение и спас из камеры, в которой я сидела и ожидала, когда моя голова будет жить отдельно от тела.

- На самом деле, - растягивая слова, Канаэ посмотрел на ведьму, - они не решили, какой из множества способов выбрать для твоей казни. Лэсау Кронзе - та самая, что контролировала меня и мой отряд - настаивала на старом добром сожжении.

Едва он это произнес, как Ру с недоверием взглянул на новоприбывшего, и в его глазах плескалось не просто недоверие, а открытая ненависть.

- Ты - Зорчий? - прошептал он, переводя взгляд с Тиг на Канаэ. - А ты! Чем ты думала, когда притащила его сюда? Тиг, он же нас всех погубит. Возможно, отряд таких, как он, уже движется к убежищу.

Последние слова он произнес, буквально выплевывая, и от этого по коже Канаэ пошли мурашки. С таким настроем все казалось куда сложнее, чем поначалу.

- Я спас ее, - холодно отчеканил он. - И если ты пока что не понял сути моих слов, то мне не сложно объяснить: я теперь дезертир, перебежчик - впрочем, зови, как душе угодно, и охота на меня будет не менее жестокой, нежели на любого из вас. Я рискнул своей карьерой, и что более важно - жизнью, так что перестань прожигать дыру в моем теле, и скажи, что здесь есть кто-то более хладнокровный и рассудительный, нежели малолетний маг, не способный сдерживать себя.

- Ты все еще проклятый Зорчий, - включился в разговор другой маг. - Ты не один из нас, и при этом продолжаешь вести себя так, словно весь мир тебе обязан.

Канаэ тяжело вздохнул, пытаясь сложить мысли в цельную картину, которую будет не стыдно показать окружающим его магам, и в которую они поверят, но слова Тиг избавили его от этой сложной участи.

- Канаэ спас меня, и как минимум я обязана ему жизнью - а возможно, и не только я. Все мы знаем, как важно то, что мы делаем, и все мы знаем, что ценна жизнь каждого. Я сама поговорю с Корсеном по поводу нахождения Канаэ в убежище, и я готова нести ответственность за все его поступки, совершенные в этих стенах.

- Мне лестно слышать, что я воспитал тебя как подобает, - Канаэ почувствовал появление кого-то более сильного, чем он сам или Антигона на несколько секунд ранее слов, произнесенным уверенным голосом. - Но, возможно, ты все же объяснишь мне, что происходит и почему этот Зорчий находится здесь?

Канаэ не знал, что нужно делать в таких ситуациях, потому как привык к воинской выучке и правилам, которые академия привила ему вместе с уважением к старшим по званию. Он не знал, что будет дальше, и куда заведет его вся эта непонятная и странная ситуация, как с ним поступят другие маги, и что решит глава - очевидно, этот Корсен был здесь самым старшим и важным.

И именно потому, что будущее Канаэ впервые зависело от него целиком и полностью - не только его, но, возможно, и всей страны - если раньше Канаэ понимал, что цель у него одна и методы достижения - тоже, что вся его жизнь была сплошным тихим и размеренным потоком, то сейчас он балансировал на краю скалы и отчаянно пытался не сорваться вниз, где его могло поглотить море.

Именно поэтому, и ни в коем случае ни по каким-либо другим причинам - разве что вежливость можно было считать весомым аргументом - Канаэ заложил одну руку за спину, второй коснулся груди в том месте, где билось сердце, а затем низко поклонился Корсену со словами:

- Меня зовут Канаэ де Ливен. И кажется, нам есть что обсудить, а потому я готов ответить на любые ваши вопросы.