Общежитие №16

Минхо аккуратно слез с верхней полки, пытаясь сильно не скрипеть лестничными перекладинами. Он потыкал пальцем в Чанбина, проверяя, крепко ли тот спал, и спровоцировал такой громкий храп, что комната чуть не заходила ходуном. Сынмину было плевать на любые посторонние звуки, кроме будильника, а без него он просыпался с предупреждением — начинал активно ворочаться в кровати.

Хо сел на корточки рядом с кроватью Феликса и начал довольно своеобразно будить его. Ликс открыл глаза от ощущения чего-то очень мягкого на своём лице.

— Тебе чего? — прошептал он, не вылезая из-под одеяла.

— Это тебе.

Минхо протянул ему мягкую игрушку в виде котёнка рыжего цвета, на голове которого красовалась жёлтая шапочка в виде пчелы. У Феликса так сильно загорелись глаза, как, наверное, не загорались никогда. Он прижал игрушку к себе и начал рассматривать её детальнее.

— А шапочка снимается?

— Да, там липучка.

— Спасибо! — как-то слишком радостно прошептал Феликс и вытянул руки вперёд, чтобы обнять Минхо.

Он не ожидал, что сможет вызывать у Феликса столько эмоций обыкновенной игрушкой. Если честно, Минхо даже не надеялся на то, что парень примет её и не выкинет в мусорку. Но сейчас он обнимался с ним, чувствуя настолько приятное покалывание в животе, что готов был улететь от счастья.

— Ты так светишься, будто игрушек никогда не получал, — улыбнулся Минхо, наблюдая за тем, как Феликс отстёгивал липучку и пристёгивал её обратно.

— Получал, но очень-очень давно. А этот прям… Он прям классный. Спасибо большое.

— Подожди… — протянул Минхо, округлив глаза. — Ты поблагодарил меня уже два раза, а ещё сам полез обниматься?…

— Ой, — точно так же удивился Феликс, поняв это. — Да, кажется.

— Я ведь игрушку ничем не накачивал…

— Жаль, — усмехнулся Феликс, снова прижав к себе котёнка. — Ладно, я в душ пойду. Сегодня ведь тренировка, да?

— Да.

— Отлично.

Как только Феликс скрылся в ванной, Минхо схватил в руки кота и начал вертеть его в руках, проверяя на наличие запретных веществ. Как-то слишком бурно Ликс на него отреагировал.

Феликс закрыл дверь в ванную, положил полотенце на унитаз и для начала решил почистить зубы. Он до последнего не смотрелся в зеркало, но стоило ему увидеть своё отражение, как по щеке стекла слеза. Феликс смахнул её, продолжая улыбаться, но потом появилась вторая. Он тихо посмеялся, избавившись и от неё, но после пропала и улыбка. Феликс больше не мог себя обманывать. Он понял, что сейчас начнётся истерика, которую нужно было заглушить, поэтому быстро стянул с себя одежду и залез в душ, включив воду на всю.

Сынмин, как это и было обычно, начал ворочаться в кровати, после чего лениво поднял веки и показал своё недовольное ебало всему светлому миру. В данном случае — только Минхо, сидевшему напротив. Он уже успел устать от того, что проснулся. Сынмин проверил время на телефоне и тут же взбодрился, поняв, что должен был открыть вейп-шоп через час. Он схватил полотенце и хотел забежать в ванную, но там было закрыто.

— Мажор, я твой рот ебал, блядота! — ударил кулаком по двери он, после проведя рукой по лицу. — Он давно плескается?

— Только зашёл, — ответил Минхо.

— Понятно… Напомни Чанбину, что сегодня воскресенье, и дебилов будить не надо.

— А ты куда?

— К ним. Мне на работу пиздошить, а мажор водные процедуры устроил.

— Не откроют же.

— А кто их просит? Они наверняка окно нараспашку оставили, чтоб с похмелья не умереть.

Сынмин запрыгнул на подоконник, залез на лестницу и убедился в своей интуиции. Он чуть не врезался лбом в открытое окно соседней комнаты.

В их комнате была ещё одна необъяснимая закономерность: Чанбин практически всегда просыпался вслед за Сынмином. Этот промежуток времени составлял от одной до десяти минут, но сегодня он чуть не нарушил установленный им же закон, открыв глаза через девять минут после друга.

— Чё по таймингу? — сонно протянул он, потерев глаза.

— Десять.

— Сколько?! — Чанбин чуть не навернулся с кровати, услышав эту цифру. — Сука… Сука, сука, сука!

Он спрыгнул на пол, схватил со стула джинсы и начал застёгивать их, торопясь изо всех сил.

— Ты куда так бежишь?

— Я через пять минут должен быть на заброшке! Уже четыре…

— Какой товар?

— Самый ходовой, блять! Достань чёрный пакет, который скотчем перевязан.

Минхо схватил ключик, висевший на гвозде, открыл ящик Чанбина и начал рыться в вещах, пытаясь найти нужный пакет. Он отдал ему килограмм наркоты, который Со засунул в сумку, спрыгнул на лестницу и со всех ног помчал к заброшке, откуда они недавно забирали стволы. Суть его работы заключалась в передержке. Он не торговал, не производил, а просто хранил у себя вещи, возвращая их заказчикам в назначенное время.

Минхо сидел на кровати Феликса, рассматривая игрушку, так как до сих пор не понимал, почему она вызвала у него столько эмоций. Но помимо звука льющейся воды он услышал ещё кое-что. Хо пулей подбежал к ванной и начал колотить по двери.

— Феликс, ты плачешь?

Ответа он не дождался. Ликс уже закончил принимать душ, но не стал выключать воду, надеясь, что всхлипы не будут слышны. Но либо у Минхо был очень хороший слух, либо он переоценил свои способности.

— Феликс, открой, пожалуйста. Тут никого нет.

В комнате нависла тишина. Феликс прокрутил вентиль крана и не спеша пошёл открывать дверь. Минхо увидел его трясущиеся губы, красные глаза, наполненные слезами, а руки были сжаты в кулак. Он впился ногтями в ладони, пытаясь успокоить себя, но безуспешно.

— Что случилось?

Вместо ответа Феликс уткнулся лицом в футболку Минхо, снова начал проливать слёзы и громко всхлипывать.

Он реветь умеет?..

Они простояли так около минуты. Минхо положил одну руку на его спину, а второй поглаживал волосы на затылке, пока Феликс продолжал всхлипывать и прижиматься к нему всё сильнее.

— Всё-всё, — прошептал Ликс, отстранившись.

— Расскажешь?

Он кивнул и направился к своей кровати, куда следом за ним сел Минхо. Феликс взял в руки игрушку, немного посмотрел на неё, улыбаясь, собрал все силы в кулак и начал объяснять:

— Мне похожую игрушку мама дарила. Только там шапочка была в виде клубники. Я её дома забыл, а возвращаться гордость не позволила.

Минхо уже догадывался. Он хотел задать вопрос, но Феликс решил сразу ответить на него.

— Да, она умерла. Это пятнадцать лет назад произошло. Я, конечно, был пиздюком, но всё равно её помню. Помню, как выглядела, её голос, смех и так далее. И она очень красивой была.

— Почему она… Ну, ты понял.

— Болела сильно, но я так и не узнал, чем конкретно. Отец отправил её в лучшую больницу, мы очень часто приходили туда с цветами и конфетами, которые она не ела, поэтому тайком отдавала мне, чтобы отец не расстраивался. Она больше не могла мучиться, поэтому вскрылась прямо там. Отец сказал, что отправил её на лечение в другую страну, и мы больше не сможем с ней видеться. Я ждал маму до восьми лет и не понимал, почему мне запрещали даже звонить ей. Отец рассказал правду, когда мне было девять, и отвёз на её могилу. Я поэтому заревел, когда игрушку увидел.

— Блять… — единственное, что смог выдавить из себя Минхо.

— Поддерживать бессмысленно. И невозможно, наверное, так что не напрягайся.

Минхо не придумал ничего лучше, кроме как снова обнять его. Феликс был безумно благодарен ему не только за игрушку, а ещё за то, что за эти считанные дни он сделал для него больше морально, чем отец за всю жизнь. Феликс впервые чувствовал, что был нужен и приятен кому-то, но всё равно не понимал, почему. Хо был прав, когда сказал, что Ликс может и хочет меняться. Это желание росло, как на дрожжах.

Хёнджин слышал и видел абсолютно всё, держась за перекладины пожарной лестницы несколько минут. Он решил подогнать Феликса и вытащить его из ванной, потому что Сынмин засел у них, одновременно заняв душ и туалет. Хван оказался на лестнице как раз в тот момент, когда Феликс вышел из ванной в слезах. Он прижался как можно ближе к своему окну, чтобы не спалиться, но при этом всё видеть.

Вот тут я и отыграюсь.

Феликса тащили по улице за руки с обеих сторон, до сих пор не говоря, куда вели его. Он уже устал спрашивать, поэтому решил просто поддаться и смириться.

— Вы меня на органы решили сдать?

— Это обязательно, — сказал Чан, держа одну из его рук. — Но сегодня кое-что поинтереснее будет.

— Секс-рабство?

— Это тоже потом, — усмехнулся Чонин.

— Я сам могу идти! — не выдержал Феликс и спихнул их руки с себя. — А куда идти-то?…

— Вон туда посмотри.

Феликс увидел забор, огораживающий огромную территорию. Они прошли ещё несколько метров, увидев табличку, где было написано «ZOO».

— Питомник?

— Именно, — ответил Джисон, хлопнув его по спине. — Не знаю, чем тебя там можно удивить, но будет весело.

— Я никогда в зоопарке не был.

Все семь пар глаз были устремлены на него, выражая собой полнейший ахуй.

— Что?

— Давайте сюда, — заулыбался Хёнджин, вытянув руку вперёд, куда начали складывать деньги. — А я говорил.

— Что происходит?

— Мы ставки делали, — ответил Минхо, отдав Хвану купюру. — Он единственный сказал, что ты не был в зоопарке.

— Я просто животных только на тарелке воспринимал. Даже желания смотреть на ходячее мясо не было.

— Фу, живодёр, — фыркнул Чанбин. — Пошли билеты покупать.

Пока Хёнджин, как победитель спора, оплачивал билеты, остальные покупали еду для животных. Сынмин чуть не засунул морковь в ноздрю Чана, Джисон уже пропитался атмосферой и пародировал богомола, Минхо и Чанбин просто ждали, а Феликс уговорил Чонина снять тик ток с каким-то танцем, который оба выучили за пару минут. Хван, вернувшись, начал раздавать билеты и забрал у Чанбина порцию еды для зверья. Они прошли на территорию зоопарка, сразу же попав в зону с птицами, которую все адекватные люди обычно осматривали очень быстро, да и то одним глазом.

— Слышите? — спросил Хёнджин, приложив ладонь к уху.

— Что?

— Принцесса не жалуется на запах. Тишина.

— Ты вот прям с самого начала решил доебаться, да? — натянув противную улыбку, спросил Феликс. — Нет, ну, если ты так хочешь…

Ликс прокашлялся, отдал стаканчик с овощами Чану и встал перед ними, после чего состроил максимально недовольное и высокомерное выражение лица. Похожее на то, с какими он провёл весь первый день в общаге.

— Боже, как тут воняет! — наигранно возмущался Феликс, активно жестикулируя руками. — Тут грязно, мерзко, везде зверьё, и вы в их числе! Фу-фу-фу, блять! Мерзость! Где мой лимузин?! Пусть отвезёт меня в наш пятизвёздочный отель «Obshaga»!

— Вот теперь по канону.

— Доволен? — фыркнул он на Хёнджина, забрав стаканчик назад. — Я с Чанбином уже несколько дней живу. Говно, что там, что здесь одинаково воняет.

— Э! — крикнул Со, нахмурив брови. — Я не свинья!

— Поддерживаю Флекса, — сказал Сынмин, подняв руку вверх. — Только не говном, а ссаньём. Особенно из шкафчика.

— Так, это конфиденциально…

— Ты там банки мочи хранишь? — усмехнулся Феликс.

— Нет, кое-что поинтереснее. О, там кабан!

— Брат твой?

— Бери выше. Отец.

Они направились к вольеру с этим чудом природы, за минуту ходьбы успев забуллить Чанбина так сильно, что тот чуть всерьёз не включил режим кабана, уже думая наброситься на каждого из них по очереди. Кабан бегал по своей территории, радостно визжа, но задерживаться у него в гостях парни не стали.

— Кошка-негр! — закричал Хан, побежав к другому животному. Он встал максимально близко, как только мог, едва не целуясь с пластиковым ограждением.

— Это пантера…

— Я так и сказал.

— Вот бы тебя к ней бросить, — улыбнулся Минхо, стоя в метре от него.

— Зай, устроишь мне свидание с ней?

— Да хоть щас. Лишь бы тебя сожрали, наконец.

Хана чуть ли не за руки пришлось оттаскивать от пантеры, которая ему очень полюбилась, а потом они встретились с более интересным существом.

— Лев?

— А ты в глаза долбишься? — спросил Сынмин, встав рядом с Феликсом. — Льва от носорога отличить не можешь?

— Пиздец у него там гарем… — сказал Ликс, заметив вокруг него кучу львиц. — Он их всех по очереди, что ли?

— Если они не лесбухи, то да.

— Хочу быть львом, — выдал Чонин, после чего все засмеялись. — А вот щас не понял…

— Ты, скорее, львица, — успокоившись, сказал Чан. — Напоминаю, что у нас два часа. Я зал с шести до восьми выбил.

— Ой, всё, — цокнул Хёнджин. — Давайте его ко львам бросим? Что-то заебал уже.

— Десять штрафных кругов.

— Мгм, ещё что? Давай-давай, я записываю.

— Двадцать.

— Да понял я…

Они прошли мимо остальных кошачьих, оказавшись в месте, которое Джисон обожал всем сердцем, но всей душой ненавидел Чанбин. Верблюды.

— Покорми, — сказал Минхо, посмотрев на Феликса.

— Я?!

— Принцесса, мы все в ожидании.

— А если плюнет?

— А чего мы, по-твоему, так трепетно ждём?

— Вот же вы мрази.

Джисон схватил Феликса за руку и решил пойти вместе с ним. Хан сам не знал, по какой причине, но безумно любил верблюдов, ещё с детства мечтая прокатиться на нём. Феликс же, в свою очередь, не раз ездил на этом животном, но никогда не кормил его с рук.

— Что ему можно?

— Всё, — ответил Джисон, протянув вперёд руку с морковкой. Верблюд, понятное дело, облизал его палец, но Хана это не особо смутило. Он просто вытер руку об штанину. — Теперь ты.

Феликс взял из стаканчика какой-то зелёный овощ, так и не поняв, что это было, неуверенно вытянул руку вперёд и почувствовал что-то очень мокрое, слизистое и отвратительное на руке. Верблюд почти полностью облизал его пальцы.

— Бл…

— На, — тут же появился Чонин с салфеткой. — Вытирайся, и я вас сфоткаю.

— Чанбин, иди-ка сюда, — заулыбался Джисон, подзывая его. — Не ссы, всё нормально будет.

— Я больше на эту хуйню не куплюсь.

В итоге Чанбина просто дотащили до Хана, Феликса и верблюда. Чонин сел на корточки, выбирая ракурс, а Со трясся от страха, едва сдерживая позывы природы, появившиеся как раз из-за него.

— Прям семья, — улыбнулся Хёнджин, смотря на них.

— Ты сфоткаешь сегодня, сука?… — не убирая улыбку с лица, спросил Чанбин.

— Всё! — крикнул Ян, но камеру убирать не стал.

— Слава яй…

Через секунду Чанбин орал так громко, что даже работники заржали, увидев его лицо. Чонин пытался дать ему салфетку, но не мог попасть в руку, так как был занят умиранием со смеха.

— Сука! Сука, я знал! — продолжал орать Чанбин, вытирая глаз, куда плюнул верблюд. — Второй раз, блять!

— Ти… Тише, тут дети маленькие, — кое-как произнёс Чан, согнувшись пополам.

— Да мне насрать на этих маленьких детей! Джисон, блять, я тебя убью!

В это время Хан держался за плечо Феликса, смеясь вместе с ним в такт. Но стоило всем успокоиться, как Чанбин уже гнался за Ханом со всех ног, совершая покушение на убийство.

— Он в прошлый раз тоже позвал Чанбина фоткаться, — начал объяснять Феликсу Чонин. — И всё точно так же закончилось.

Забег завершился, когда Джисон спрятался за широкой спиной Чана и закрывался им до последнего. Чанбин пришёл в себя, выдохнул, а потом предложил пойти к зоне с кроликами, чтобы наверняка успокоиться.

По дороге они увидели жирафа, слонов, бизонов и альпак, которых Со обошёл стороной. Они плевались ещё хлеще, чем верблюды. Сама зона представляла из себя территорию с заборчиком, где стояли лавочки. Там можно было посмотреть на кроликов, куриц и прочих деревенских зверей, даже корова имелась.

— Это что за мини-ферма? — спросил Феликс, закрыв за собой калитку.

— Самая любимая часть зоопарка, — заулыбался Сынмин, смотря по сторонам. — Как дома.

— Ты в курятнике жил?

— Нет, но он имелся. В деревне вырос, короче.

— То есть, ты как героиня сериала, которая приехала из своего Поджопинска покорять столицу?

— Уже покорил, — гордо произнёс Сынмин. — Зырь, коза.

— С хуя ли я коза?!

— Дебил, к нам коза идёт.

Феликс отпрыгнул на полметра, увидев это животное, которое Сынмин тут же начал гладить. Чан решил присоединиться к нему, Чанбин, Хёнджин и Чонин ушли к кроликам, а Минхо и Джисон решили поймать себе другую, личную козу.

— Милашка же, — сказал Сынмин, щекоча подбородок животного. — Погладь, девочки менее агрессивные.

Феликс неуверенно шагнул вперёд, решив сначала задобрить козу, и протянул ей яблоко. Он не знал, можно ли было кормить их этим, но надеялся, что в случае смерти козы его не заставят платить штраф.

— Прикольная такая, — заулыбался Феликс, до сих пор держа кусок яблока в руках. Козе так сильно понравился Ликс, что она решила проявить свою любовь блеяньем и резким прыжком на него. Но Феликс, на удивление, начал не кричать, а смеяться. — Девушка, мы минуту знакомы, куда лезете?

Сынмин тут же отогнал от него козу, сделав это так быстро, как только мог.

— Куда ты мою девушку увёл?

— Радуйся, что увёл. Если бы лизнула, то без лица бы остался.

— Почему?

— Ты про средневековые пытки что-то слышал?

— Нет.

— Блять, как всё грустно-то… Короче, человека привязывали, мазали ему чем-то ноги, и коза начинала это слизывать, пока до костей не доходила.

Историческая минутка завершилась, когда они услышали визг. Это был Джисон. Он бегал по всей территории, пытаясь не сбить бедных зверушек и детей, вслед за ним мчался козёл, а в конце этого паровозика был Минхо, который пытался схватить животное за огромные рога. Хана пару раз боднули в жопу, этим только усилив его крик, а потом на помощь прибежали герои-смотрители. Из-за них, кстати, это и произошло. Минхо и Джисон стояли возле загона, где отдыхали другие козы, и в момент, когда работники хотели затащить одну из них обратно, выбежал самец, до этого не проявлявший никакой активности.

Работница поинтересовалась самочувствием Хана, на что тот махнул рукой и заверил её, что всё было нормально. Он поплёлся к остальным, держа руку на правой полужопице, и сразу же увидел довольное лицо Чанбина.

— Карма! Это карма, мразь!

— Пошёл ты… Меня козёл в жопу поимел, а ты радуешься.

— Минусы?

— Пошли отсюда, — сказал Минхо, начав пересчитывать головы. — Стоп. Где Феликс и Сынмин?

Они ушли в другой конец зоны, где было вырыто небольшое озеро с гусями. Туда можно было зайти, но только со смотрителями, вниманием которых полностью завладел Хан и его рогатый лучший друг. Это означало, что их ничто не остановило. Даже инстинкт самосохранения Феликса и познания Сынмина.

— Смотри, какой красивый, — улыбнулся Ким, указав пальцем на одного из гусей.

— Обычная курица.

— Сам ты курица, баран! А гуси — это целая ОПГ.

— Прям ОПГ? — фыркнул Ликс. — Они меня за длинные волосы отъебашат?

— Так ты проверь.

— Как ты себе это представляешь?

— Давай поближе подойдём.