Судьба за стенами

Минхо.

Мы почти добрались до выхода из техзоны, когда за спиной послышался резкий хлопок дверь с грохотом распахнулась.

— Стоять! — пронеслось по коридору.

Дженсон стоял впереди, с выражением ярости и отчаяния на лице. За ним — несколько солдат с пистолетами, и еще двое с электрошокерами, светящиеся наконечники которых потрескивали напряжением.

— Назад! Немедленно! — прорычал он. — Это в ваших же интересах!

— Никаких интересов, — рявкнул Томас. — Мы уходим, и ты нас не остановишь!

Дженсон подал сигнал рукой — и всё началось.

Первые выстрелы прогремели в узком коридоре, отскакивая от стен. Сэм выкрикнул, прячась за панелью, одна из пуль прошлась по металлу в сантиметре от его головы.

— Пригнитесь! — крикнул Ньют, толкая Фрайпана за ящик.

Эйверли держалась рядом со мной, её дыхание было ровным, хоть и тяжелым. Она не растерялась. Схватила огнетушитель со стены и кинула в сторону солдата — тот вздрогнул, потерял равновесие, и мы рванули дальше.

Тереза и Арис побежали вперед, влево — альтернативный путь, ведущий по идее, к техническому туннелю.

Фрайпан бежал сзади, прикрывая нас.

— Сюда! За угол! — кричал он.

Но вдруг.. разряд. Электрошокер.

Ньют дернулся, пошатнулся, но удержался на ногах.

— Промазали, идиоты! — прошипел он, поднимаясь.

                             ***
Они бежали по коридору, каждый шаг отдавался в ушах грохотом. Свет мигал, сирены выли, за спиной слышались голоса солдат, выкрикивающих команды. Воздух был пропитан гарью и напряжением.

— Быстрее! — крикнул Минхо. — Еще немного!

Они вывернули за угол и оказались в другом крыле. Дверь в конце была открыта — единственный выход.

И тут раздался выстрел. Один. Четкий.

Эйверли резко остановилась, её глаза расширились.

— Нет...— прошептала она.

Тереза обернулась и все увидела. Сэм стоял позади неё, пошатнувшись. Его грудь была окровавлена. Он смотрел на Эйверли, но уже не на нас.

— Я...я не мог..— его голос был сдавленным, хриплым. —...дать тебе..

Он рухнул на колени, затем — на пол.

— Нет! Сэм! — закричала Эйверли, бросаясь к нему.

Минхо схватил её за руку, удерживая.

— Нет, Эйв..нельзя, они стреляют.. — один из охранников перезаряжала пистолет, целясь снова.

— Бежим, быстрее! — заорал Минхо.

Томас рванул Эйверли за собой, она шла, словно в тумане, оглядываясь назад. Сэм лежал на полу, глаза были открыты, но в них уже не было жизни. Он закрыл её собой.

В конце коридора раздался леденящий до костей голос:

— Эйверли! — крикнул Дженсон. — Ты и правда оставишь своего БРАТА умирать здесь, как будто он для тебя никто?!

Эйверли замерла. Словно ударили. Минхо остановился, Томас резко обернулся.

— Что он сказал?

Она медленно повернулась, глаза широко раскрыты, губы дрожали.

— Бр...брат?..

Дженсон стоял посреди коридора с кровью на рубашке и сумасшедшим огнем в глазах.

— Да! Сэм — твой младший брат. Такой же испытуемый, как ты. Только тебя заставили забыть его, а он помнил. Все это время. Он защищал тебя. И теперь ты уходишь.

Минхо сжал кулаки, готовый броситься обратно, но Ньют схватил его за руку.

— Это ловушка, — прошептал он. — Дженсон играет на её эмоциях.

Эйверли стояла, как вкопанная.
— Он мой брат...— выдохнула она, и колени подкосились, но Ньют подхватил её.

— Эйв, он бы не хотел, чтобы ты умерла вместе с ним. Ты знаешь это, — сказал Ньют. — Мы выберемся. Ради него.

Она покачала головой, слезы скатились по щекам.

— Он...помнил. А я — нет..

— Мы не знали, — тихо сказал стоявший рядом Фрайпан. — Никто не знал.

Сзади уже слышались приближающиеся шаги. Дженсон медленно шел вперед.

— Уходим, — сказал Томас. — Сейчас. Иначе мы погибнем здесь все.

Эйверли в последний раз взглянула назад — туда, где лежал Сэм. В её глазах горел огонь боли и решимости.

— Я узнаю все. Клянусь. Но сейчас...я должна жить. За него.

И они побежали.

   ***
Жаркое солнце беспощадно пекло, и воздух был настолько сухим, что каждый вдох обжигал легкие. Глэйдеры вырвались наружу, но вместо долгожданной свободы их встретила будто бы пустыня. Песок бил по лицу, забивался в глаза и рот, мешая даже думать. Они еле передвигали ноги по горячей земле, но продолжали идти — потому что назад было нельзя.

Эйверли шла в конце. Она почти не чувствовала тело. Сердце ныло от боли и отчаяния. Она еле сдерживала слезы — Сэм погиб у неё на глазах, спасая её. А теперь Дженсон...Он сказал, что Сэм был ее братом. Родной брат. И она даже не представляла.

— Сюда! — вдруг крикнула Тереза.

Они подняли головы. Вдалеке, сквозь песчаную пелену, виднелось здание — полуразрушенное, но все еще стоящее. Оно выглядело как торговый центр: разбитые витрины, обломанные стены и крыша, подпертая металлическими палками.

— Бежим! — закричал Минхо, и все кинулись вперед.

Они вбежали внутрь и тут же упали на пол, отдуваясь. Песок скрипел на зубах, руки дрожали, а у Эйверли слезы наконец прорвались. Она опустилась на колени и закрыла лицо руками.

Минхо сразу оказался рядом и обнял её, не сказав ни слова. Остальные глэйдеры молча осматривали помещение. Где-то сверху капала вода, слышался гул ветра.

— Нам нужно отдышаться, — тихо сказал Томас. — А потом решать, что делать дальше.

— Ты как? — шепотом произнес Минхо, наклоняясь к Эйверли.

— В порядке. — коротко кивнула девушка.

— Ты ведь не обязана держаться, как будто ты из стали, — сказал он чуть мягче, стараясь поймать её взгляд. — Ты только что потеряла брата. Это..это не мелочь.

— Я в норме, — её голос дрогнул. — Я справлюсь. Мы же всегда справлялись, да?

— Эйв...— Минхо сдвинул брови. — Не надо со мной так. Я не остальные. Просто скажи, что ты чувствуешь.

Эйверли отвела взгляд. Она пыталась сдержаться. Но в следующий миг её плечи дрогнули.

— Я...— прошептала она, — Я не знала, что он был моим братом, Мин. Он погиб, а я даже не...даже не попрощалась с ним.

Слова вырвались наружу, будто прорвали плотину. Эйверли разрыдалась, закрыв лицо руками. Слезы срывались с её щек, не останавливаясь.

Минхо обнял её, притянув к себе. Он не говорил ни слова, просто держал её. Её рыдания отдавались глухой болью у него в груди, но он знал — сейчас главное дать ей выговориться. Дать ей почувствовать, что она не одна.

— Ты не виновата, — прошептал он наконец. — Ты не могла знать. Никто бы не знал.

Эйверли сжалась в его объятиях еще сильнее. Она не отвечала, но он знал — она слышит.

Из-за угла показалась Тереза, а следом за ней — Томас. У обоих на лицах застыло беспокойство.

— Все в порядке? — спросила Тереза, подойдя ближе. Её голос был мягким, но тревожным. Она присела рядом, осторожно касаясь плеча Эйверли. — Я слышала...

Эйверли вытерла слезы тыльной стороной ладони и отвела взгляд.

— Все нормально, — прошептала она, стараясь вернуть себе контроль. — Просто...надо было выговориться.

Томас молчал. Он встал немного в стороне, глядя на них троих. Его взгляд задержался на Минхо, который по-прежнему не отпускал Эйверли.

— Разделимся. — предложил Томас, осматривая каждого. — Ищем все, что может пригодиться. Одежду, обувь, фонари, что угодно. Минхо, ты со мной, — сказал он, глянув на друга.

— Я не против, — кивнул Минхо, вставая с пола и отряхивая песок с колен.

— Я пойду с Фрайпаном и Арисом, — заявил Ньют, беря в руки металлическую трубу, которую он нашел у входа — на всякий случай.

— Тогда мы с Эйверли, — сказала Тереза и взглянула на девушку, как бы спрашивая ее согласия. Эйверли кивнула молча. Её глаза все еще были чуть заплаканные, но в них мелькала решимость. Она не собиралась сдаваться.

— Возвращаемся сюда через полчаса. Не теряйтесь. Если найдете воду — кричите, — сказал Томас.

***
Эйверли и Тереза бродили по отделу одежды. Эйверли молчала, выбирая вещи с холодной сосредоточенностью. Тереза чувствовала напряжение и пыталась как-то подбодрить подругу.

— Все будет хорошо, — тихо сказала она.

Эйверли лишь кивнула, пробуя застегнуть молнию на новой куртке. Она будто оградилась от всего мира. И Тереза это понимала — слишком многое случилось за последние дни.

— Я не могу больше терять, — прошептала Эйверли. — Просто...не могу.

Тереза подошла ближе, сжала её руку.

— Ты не потеряешь меня. Вместе навсегда.

Эти слова немного согрели изнутри. Эйверли взглянула на подругу, слабо улыбнулась и кивнула.