Глава 18
Томас молча шел рядом, пока мы не дошли до моей хижины. Он бросил на меня короткий взгляд, будто хотел что-то сказать, но в итоге просто кивнул:
— Если что — зови.
Я кивнула в ответ и скрылась за дверью, тяжело выдохнув.
Внутри было темно и прохладно. Я провела руками по мокрым волосам, чувствуя, как внутри меня борются два совершенно разных ощущения.
С одной стороны — Минхо. Его горячие губы, его руки на моей коже, его тяжелое дыхание. Я никогда не думала, что он может быть таким...таким жадным, страстным. Будто сдерживал себя долгое время, но в тот момент больше не смог. Но потом он ушел. Сказал, что нам лучше остановится.
А с одной стороны — Галли.
Его пристальный, тяжелый взгляд. Его слова, которые будто проникали под кожу. Он что-то подозревал. Или, может, просто пытался вывести меня из себя?
Я сжала кулаки. Галли всегда был странным, но в последнее время он стал вести себя еще более агрессивно.
Почему он так на меня реагирует?
Я выдохнула и села на кровать, стараясь выбросить все эти мысли из головы.
*На следующий день*
На следующий день я проснулась разбитой. Тело ныло после работы на плантации, а в голове гудело от мыслей. Но времени размышлять не было — день в Глэйде начинался рано.
Я вышла из хижины и тут же столкнулась с Минхо. Он стоял неподалеку, сложив руки на груди, и смотрел на меня так, будто чего-то ждал. Между нами повисло напряженное молчание.
— Доброе утро, — первой сказала я, проверяя его реакцию.
Минхо кивнул.
— Нам нужно поговорить.
Я приподняла бровь, скрестив руки.
— О чем?
Он скользнул взглядом по моим волосам, все еще слегка влажным после ночного купания.
— О вчерашнем.
Я почувствовала, как внутри вспыхнуло раздражение.
— А что вчера было, Минхо? — он нахмурился.
— Ты прекрасно знаешь.
— Знаю. Но ты сам решил уйти.
Я шагнула ближе, бросая ему вызов взглядом.
— Так что? Пожалеешь меня? Скажешь, что это была ошибка?
Минхо сжал челюсти.
— Черт, Эйверли, ты меня бесишь.
Я фыркнула.
— Отлично. Значит, можешь забыть об этом.
Развернувшись, я направилась к кухне, где уже собралось несколько глэйдеров. Но прежде чем я успела уйти, Минхо тихо, но отчетливо бросил мне вслед:
— Я не жалею.
Я замерла на секунду. Но не стала поворачиваться. В груди было странное, гнетущее чувство — будто я зашла слишком далеко, будто он отверг меня, а затем сам же тянулся ко мне. Это раздражало.
Я глубоко вдохнула и выдохнула, пытаясь успокоиться. Нужно было чем-то заняться, отвлечься.
Кухня. Фрайпан всегда рад лишним рукам, а готовка, возможно, поможет мне привести мысли в порядок. Подойдя к деревянному строению, я услышала, как кто-то громко ворчит.
— Чак, я тебе что сказал?! Не трогай тесто грязными руками!
— Да я только кусочек...
— К черту твой кусочек!
Я невольно улыбнулась. Вечно Фрайпан гоняет Чака, а тот в свою очередь не сдается.
Я вошла внутрь, и в нос сразу ударил приятный запах овощей и чего-то жареного. Фрайпан стоял у стола, замешивая тесто, а Чак виновато прятал за спиной руку, явно уже успевшую утащить кусочек.
— Эй ребята, нужна помощь? — спросила я, привлекая их внимание.
— Эйверли! — обрадовался Чак, тут же забыв о своем «преступлении».
Фрайпан перевел на меня оценивающий взгляд, заметил слегка мокрые волосы и приподнял бровь.
— Ты что в речке купалась?
— Была не большая прогулка вчера, — уклончиво ответила я, не желая обсуждать недавние события. — Так как насчет помощи?
Фрайпан хмыкнул и махнул рукой:
— Ладно, раз уж пришла, помоги мне с овощами. Чак, дуй за водой!
— Да, шеф! — Чак весело козырнул и выбежал наружу.
Я закатала рукава, взяла нож и принялась резать морковь. Фрайпан вернулся к своему тесту, поглядывая на меня.
— Ты сегодня какая-то...напряженная.
— Просто день такой, — отмахнулась я.
— Угу, — он явно не поверил, но расспрашивать не стал.
Мы работали в тишине, лишь изредка обменивались короткими фразами. Постепенно мое дыхание выровнялось, мысли стали спокойнее. Я даже почувствовала, себя лучше.
— Ну, вроде, всё, — сказала я, когда порезала последние овощи.
Фрайпан удовлетворенно кивнул:
— Молодец. Теперь помоги мне замесить тесто, руки уже отваливаются.
Я усмехнулась, но подчинилась. Работать с тестом оказалось забавнее, чем я думала. Оно было мягким, податливым, и я с удовольствием месила его, пока Фрайпан не велел остановиться.
— А теперь ждем, пока подойдет, — объявил он, вытирая руки.
Я откинулась на стол и выдохнула.
День прошел в напряженной суете. Все были заняты работой — кто-то на стройке, кто-то на огороде, а бегуны уже отравились в лабиринт. Как бы я хотела вместе с ними бегать, искать выход из этого места. Но понимала, что Минхо этого не позволит.
А еще я не могла избавится от чувства, что за мной наблюдают. Галли не показывался рядом, но я знала, что он где-то рядом.
К вечеру, когда солнце уже опускалось за горизонт, я направилась к кухне, чтобы взять что-нибудь поесть.
И тут передо мной снова появился Галли.
— Мы не закончили вчерашний разговор, — сказал он тихо.
Я закатила глаза.
— А я думала, что мы его вообще не начинали.
Галли усмехнулся, но в глазах у него было что-то...странное.
— Не доверяй ему, — неожиданно сказал он.
— Кому?
— Минхо. — меня передернуло.
— О, только не начинай.
— Я серьезно, Эйверли. Он что-то скрывает.
Я скрестила руки на груди, глядя на него в упор.
— И что же он скрывает?
Галли чуть склонил голову, будто оценивая мою реакцию.
— Вчера он с Томасом что-то нашли в лабиринте, связанное с тобой.
Я моргнула.
— Что? — Галли прищурился.
— Он тебе не говорил? — меня пробрала дрожь.
— Что они нашли? — Галли усмехнулся, но ничего не ответил.
— Разберись сама.
Злость внутри меня закипала, словно вода в котле. Я шла быстрым шагом, сжимая кулаки, чувствуя, как внутри все клокочет. Часть меня хотела верить, что Галли просто снова пытается меня задеть, но другая...другая не могла отделаться от его слов.
«Вчера он с Томасом что-то нашли в лабиринте, связанное с тобой»
Я не знала, чему верить, но была уверена в одном — я выясню это.
Подойдя к хижине Минхо, я даже не стала стучаться, просто распахнула дверь и вошла.
— Минхо! — резко бросила я.
Он сидел на кровати, потирая шею, но, увидев меня, поднялся и нахмурился.
— Эйверли? Что за черт...
— Ты мне скажешь правду? — я скрестила руки на груди, стараясь не выдать, как сильно дрожат мои пальцы от напряжения.
— Какую еще правду? — его брови сошлись на переносице.
— То, что вы с Томасом что-то скрываете! — мой голос прозвучал громче, чем я хотела. — Что-то важное, связанное со мной.
Минхо сжал челюсть, явно не ожидая такого поворота.
— Кто тебе сказал?
— Какая разница? — выкрикнула я. — Это правда?
Он выдохнул, медленно поднял руки и устало провел ладонями по лицу.
— Эйв...
— Минхо, не надо. Только не начинай говорить, что я ошибаюсь, что я что-то не так поняла. Скажи мне, правду, черт возьми.
— Мы не хотели, чтобы ты узнала так.
Внутри все сжалось.
— Значит, это правда, — прошептала я.
Минхо вздохнул и подошел ближе, но я отступила назад.
— Ты знаешь, что я не причиню тебе зла, — мягко сказал он.
— Тогда почему скрывал? — он молчал, но я чувствовала, как внутри все пылает.
— Я хочу знать все, Минхо.
— Мы нашли кое-что в лабиринте, — наконец, сказал он. Его голос стал напряженным, а глаза скользнули по моему лицу, будто проверяя мою реакцию.
— Что именно? — я нахмурилась, чувствуя, как сердце ускоряет ритм.
— Блокнот, — Минхо замолчал, будто подбирая слова. — В тот день, когда мы с Томасом бегали в лабиринте, мы наткнулись на гривера. Но он не атаковал, а просто стоял и смотрел. А потом выплюнул какую-то жидкость, и когда ушел, мы увидели блокнот. На нем было твое имя.
— Это...какая-то шутка? — мой голос сорвался, и я шагнула назад, пытаясь осмыслить услышанное. — Ты серьезно? Как...почему?
— Мы не знаем, — Минхо вздохнул и провел руками по волосам. — Поэтому я и не хотел говорить тебе, мы не открывали его. Решили сначала разобраться, но Эйв, что-то подсказывает мне, что этот блокнот важен. Он может быть связан с тобой.
— Где он? — я быстро подошла ближе, хватая его за запястье. — Где этот блокнот, Минхо?
Она колебался. Я видела это в его глазах.
— У Алби. Мы решили никому не говорить. Никто, кроме меня, Томаса и Алби не знает.
— Почему вы не сказали мне сразу? — спросила я. — Это же касается меня! Вы хоть понимаете, как это важно?
— Да, понимаю, — Минхо посмотрел мне в глаза, его взгляд был серьезным.
— Именно поэтому мы боялись, что ты слишком эмоционально отреагируешь. Мы не знаем, что там. А вдруг это ловушка? А вдруг это то, что сломает тебя?
Я резко разжала пальцы, отстраняясь.
— Ты правда считаешь, что я не могу справиться?
— Эйв.. — его голос стал мягче. — Я просто хочу тебя защитить.
Я отвернулась, пытаясь справиться с бушующей внутри злостью.
— Мне нужно увидеть его, — твердо сказала я. — Я хочу знать, что там написано.
— Тогда пойдем к Алби, — согласился Минхо. — Но что бы там ни было, обещай мне, что ты будешь осторожна.
Я не ответила. Внутри меня уже бурлил ураган вопросов.
Минхо привел меня к хижине Алби. Мы шли молча, но напряжение между нами можно было резать ножом. Я не знала, чего ожидать, но внутри меня все горело от нетерпения.
— Он внутри, — сказал Минхо, когда мы остановились у двери. Он постучал, но ответа не последовало. Тогда он открыл дверь и впустил меня.
Алби сидела за столом, внимательно изучая что-то. Когда мы вошли, он поднял взгляд, и в его глазах мелькнуло раздражение.
— Я так понимаю, ты все рассказал, — пробурчал он, бросив взгляд на Минхо.
— Она должна знать, — ответил Минхо, пожимая плечами.
Я сделала шаг вперед, скрестив руки на груди.
— Где он?
Алби молча достал его из-под стола и бросил его передо мной. На его черной обложке, запачканной грязью, было выведено мое имя. Мое сердце сжалось. Я медленно потянулась к нему, но Алби остановил меня взглядом.
— Ты уверена? — спросил он.
— Да, — твердо ответила я и открыла его.
Страницы были исписаны аккуратным почерком. Я пробежалась глазами по первой записи:
«Эксперимент 17. Объект: Эйверли. Способности: неизвестны. Связь с гриверами остается под вопросом. Надо продолжить наблюдение.»
Я почувствовала, как у меня перехватило дыхание.
— Что за черт? — выдохнула я, переворачивая страницу.
«Эксперимент 22. Объект остается стабильным, но наблюдаются странные реакции со стороны существ. Возможно, они её узнают?»
Я подняла голову и посмотрела на Минхо.
— Они говорили обо мне как об объекте. Кто они? Что это значит?
— Мы не знаем, — ответил он, нахмурившись.