часть 41
оставался последний штрих — фата, которую соня мечтала закрепить не в традиционной причёске, а в виде изящного ободка, — они наконец выдохнули. образ был найден. оставалось только дождаться того дня, когда образ этот предстанет перед самым важным зрителем — женихом, стоящим под свадебной аркой
время текло, наполняя их новую квартиру не только вещами, но и предвкушением. вот в детской, наконец, появились обои — те самые, нежно-розовые, с милыми рисунками сонных оленят и пушистых облаков. потом привезли коробки с мебелью, и никита с артёмом и егором провели целые выходные, скрепляя, закручивая и расставляя всё по местам под одобрительные взгляды сони и оли, подносивших им чай и бутерброды
когда последний винтик был затянут, а комната преобразилась в уютное, готовое к встрече своего маленького хозяина пространство, парни торжественно позвали соню. оля аккуратно завела подругу в комнату, закрыв ей глаза ладонями. «готово? смотри!»
соня открыла глаза и ахнула, застыв на пороге. медленно, будто боясь спугнуть волшебство, она вошла внутрь. её пальцы коснулись гладкой поверхности новенького пеленального столика, затем — резных деревянных прутьев кроватки, у которой уже висел мобиль с крошечными звёздами. она открыла шкафчики, пахнущие свежим деревом, представляя, как скоро они наполнятся крошечными вещами
— она прекрасна, — выдохнула соня, и её глаза наполнились слезами счастья. — она идеальна
вдохновлённая почти готовым гнёздышком, соня решила устроить настоящий, полноценный шопинг для дочки. её соратницей, как всегда, стала оля. девушки отправились в большой торговый центр, вооружившись списком и неистребимым энтузиазмом
в их тележке быстро оказались практичные вещи: набор бутылочек, несколько сосок, развивающий коврик, игрушки-погремушки на первое время, комплекты постельного белья из мягчайшего хлопка. соня, не забывшая о своём увлечении фотографией, тут же загрузила в корзину красивый кожаный фотоальбом и набор фоторарамок разных размеров — «чтобы запечатлеть каждый её миг». добавили складной столик для кормления, банку смеси «на всякий случай», аптечку для новорождённого и мамы
но настоящий восторг, граничащий с помешательством, начался в отделе детской одежды. глаза разбегались от крошечных комбинезончиков, платьицев с кружевами, пижамок с зайчиками и смешных носочков. оля то и дело восклицала: «смотри, какое!», а соня, сжимая в руках очередную розовую вещицу, бормотала: «это обязательно нужно взять». в итоге, проявив невероятную силу воли, они ограничились разумным, но всё равно внушительным набором на первые несколько месяцев
выходя из магазина, они с трудом несли несколько огромных, перегруженных пакетов. как раз в этот момент им на помощь подошёл вежливый молодой сотрудник торгового центра и помог донести поклажу до самой парковки. девушки, с облегчением сгрузив тяжесть, поблагодарили его и отправились ждать никиту
когда его машина подъехала, и он увидел гору пакетов, его брови поползли вверх.
— господи, ну и пакеты у вас! — воскликнул он, выходя из машины и принимаясь загрузкой. — как вы это вообще дотащили? соня, тебе же нельзя тяжёлое, да и оля тоже не силачка. ну вы чего, девочки, беречь себя нужно! — его голос звучал с искренним, отеческим беспокойством
— а мы и не надрывались, — весело парировала соня, усаживаясь на пассажирское сиденье. — нам мужчина помог
— какой мужчина? — никита резко обернулся к ней, и в его голосе явственно прозвучала холодная, режущая нотка
— да какой-то... не знаю, — соня пожала плечами, делая невинное лицо, но в уголках её губ играла улыбка. она прекрасно видела, как по его лицу пробежала тень ревности, как сжались челюсти
заметив это, она не стала тянуть. вышла из машины, подошла к нему и обняла, прижавшись щекой к его груди.
— не кипятись, дурак, — прошептала она. — мы сразу дали понять, что занятые, я вообще скоро замуж выхожу. и к тому же, это был работник магазина. обязан помогать. — и, поднявшись на цыпочки, она нежно поцеловала его прямо в губы, растворяя ревность в этой ласке
никите стало немного стыдно за свою вспышку. он обнял её в ответ, крепко прижал к себе и вздохнул.
— ну всё, пошли уже, — буркнул он, но уже без тени гнева. — а то оля заждалась нас в машине. хоть ты и успокоила жениха, но наказывать тебя за переноску тяжестей всё равно буду — сегодня массаж ног и отдых под моим строгим надзором
они поехали домой, в их новый дом, где в розовой комнате уже ждала свою маленькую хозяйку целая гора новых, пахнущих свежестью, покупок
когда пара, наконец, завезла олю домой под её благодарные вздохи и обещания прийти завтра помочь разбирать покупки, они отправились дальше. в их тихую, уютную квартиру, где пахло свежей краской и новыми надеждами
бедному никите снова пришлось взвалить на себя всю тяжесть шопинга. он, кряхтя, но без единого слова жалобы, принялся перетаскивать пакеты из багажника в лифт, а затем — в квартиру. соня, наблюдая за этим с порога, почувствовала угрызения совести и потянулась к самому лёгкому пакету, где шуршало постельное бельё
— дай я хоть что-то...
— ни в коем случае! — никита резко перехватил пакет ещё до того, как её пальцы успели сомкнуться на ручках. его взгляд был твёрдым, почти отцовским. — ты уже сегодня сверх нормы нагрузилась. сиди, отдыхай. или иди выбирай, куда всё это добро будем складывать
соня, покорно опустив руки, отправилась в детскую и начала с тихим благоговением разворачивать крошечные вещицы, раскладывая их по полочкам. а никита, закипая потом, совершил ещё несколько заходов, пока последний пакет не оказался в прихожей. он тяжело опустился на стул в кухне, стараясь отдышаться
именно в этот момент соня, будто получив сигнал, резко подорвалась с пола в детской и подбежала к нему. её глаза горели азартом охотника, но не за вещами, а за конкретной, внезапно возникшей мечтой
— никииит, — протянула она, садясь ему на колени и обвивая руками шею, несмотря на его усталость и протестующий стон. — я очень сильно хочу чего-то необычного. ну прям до дрожи в коленках
— чего? — настороженно спросил он, гладя её по спине
— манго! — выпалила она. — или клубники! а лучше — арбуза! вот прям холодного, сочного... — её глаза закатились от предвкушения. — или огурцов солёных. хрустящих. и обязательно... пломбира. самого обычного, ванильного
никита, выслушав этот странный гастрономический коктейль, невольно скривился, представив себе сочетание солёного огурца, сладкого мороженого и арбуза. его желудок содрогнулся в молчаливом протесте
— сонечка, ты уверена, что тебе не станет плохо от такого... микса? — осторожно спросил он
— уверена! организм требует — значит, так надо! — она посмотрела на него умоляюще, и её нижняя губа выпятилась в самой искусной и беспроигрышной «щенячьей» гримасе
сопротивляться было бесполезно. с тяжёлым, но любящим вздохом никита поднял её с колен, взял ключи от машины, и они снова спустились вниз. на этот раз путь лежал не в гигантский молл, а в круглосуточный супермаркет недалеко от дома
когда машина подъехала к магазину, соня даже не шелохнулась.
— ты же не против, если я подожду тебя тут? — она сладко зевнула, устроившись поудобнее в кресле и доставая телефон. — я устала. а ты такой сильный и быстрый
никита только покачал головой, но в уголках его губ дрогнула улыбка. «сильный и быстрый» после стольких часов ношения пакетов — это было сильное преувеличение. но ради неё и её капризов он был готов на всё
он вернулся через двадцать минут с полной сумкой, в которой мирно уживались ярко-оранжевое манго, коробка ароматной клубники, половинка небольшого, но идеального арбуза, баночка маринованных огурчиков и пачка классического пломбира. соня, просияла, как ребёнок, получивший самый желанный подарок
они вернулись домой. и пока никита накрывал на стол, раскладывая это странное пиршество, соня стояла у окна, глядя на зажигающиеся в городе огни. она чувствовала не только странный голод, но и глубочайшую, непоколебимую благодарность. за этот дом, за эту сумасшедшую поездку за арбузом среди ночи, за этого человека, который таскал для неё пакеты и безропотно отправлялся на поиски манго. жизнь, такая стремительная и непредсказуемая, была на удивление сладкой. даже если эту сладость предстояло заесть солёным огурцом