вторая глава
Первое, что чувствует Дарьяна после своего пробуждения, так это боль в голове, что невыносимо сильно отдаёт в челюсть. Вчерашний вечер всплывает в памяти отрывками, как пьяная мать замахивается на свою дочь со взглядом, что полон ярости и ненависти. Резкий удар по лицу словно отрезвил, заставил отшатнуться к стене и испытать самый страшный кошмар наяву. Родной человек, который ее воспитывал до десяти лет, так безжалостно издевается над собственным ребенком. Девушка совсем не слышала то, что говорила её мать в тот момент. В ушах лишь был слышен звук пощёчины и битой посуды. В пьяном угаре, Зайцева старшая открывала все ящики, в поисках заначки с деньгами, дабы забрать себе. Дарьяна все так же стояла у стены, продолжая смотреть в одну точку, теряясь в собственном хаосе в голове. В конечном итоге она нашла то, что искала, а затем ушла из квартиры, оставив Дарьяну одну. Снова пустота на душе, снова неконтролируемая ярость, которую девушка подавляет в себе, снова адское желание уснуть и не проснуться. Но желание не исполнилось, и в настоящий момент Зайцева бодрствует. Продолжая лежать на кровати и пялиться в потолок, девушка поняла то, что ей категорически нельзя оставаться в одиночестве. Родные стены комнаты душат, словно они вот-вот сожмутся и раздавят бедняжку, а от этих мыслей начиналась дикая паника. Рядом нет никого, кто мог бы поддержать, успокоить и дарить такую ценную любовь, которую она недополучила в детстве. Она привыкла, что её вечно променивают. Та же мать, что предпочла бутылку водки, старые подружки, которые выбрали своих бойфрендов, и парень, которому деньги важнее любви. Но к вечному одиночеству не привыкнешь, совсем скоро начнёшь сходить с ума и ехать крышей по горке, которая словно кухонная терка. Разлетишься на кусочки,тебя добавят в салат и пережуют. А после, благополучно вылезешь из одного места. Слезы медленно стекали по щекам, попадая в уши, но Дарьяна этого не чувствовала. Единственное, что смогло вывести её из состояния транса, так это уведомление, что пришло на телефон. Зайцева потянулась рукой к тумбочке и взяла свой разбитый самсунг. Обычно ей никто не пишет, поэтому получать сообщения на телефон для неё это что-то незнакомое. Как правило, она получает сообщения от МЧС, что предупреждает о шторме, ну или МТС напоминает о том, что на счету недостаточно средств.
(Незнакомый номер) melancholy:Ты в порядке? Доброе утро
Дарьяна нахмурилась. Новое сообщение пришло в телеграм. Кто ей может писать в столь ранний час? Но улыбка неожиданно заползла на лицо, начиная догадываться, кто это написал.
blvckspr1ng: мел? доброе утро. Я в порядке, не волнуйся
. Приятно, что даже такая мелочь может вызвать на лице улыбку. Зайцева присела на кровати, убирая одеяло с себя, и продолжила всматриваться в экран телефона, где написано "печатает... "
melancholy: ты уверена? ты в любой момент можешь обратиться ко мне за помощью.
Все таки, в жизни Дарьяны есть люди, которые могут оказать поддержку, подарить свободу и чувство нужности. Это внимание было таким приятным, оно нежно разливалось в груди, согревая. Словно укутывало в тёплые объятия, заставляя нежно вжиматься в чужую крепкую грудь и слушать, как на ухо нежно шепчут:"я тебе помогу.
"blvckspr1ng: мелочи. немного с матерью повздорила, это обыденность. но спасибо за заботу, мне правда приятно.
melancholy: понял.
Сообщение выглядело так одиноко, словно Мел не верит Дарьяне. Но девушка быстро отогнала эти мысли из своей головы, оправдывая свои неожиданные мысли тем, что это все её загоны.
melancholy: ну тогда до встречи? встретимся в школе?
blvckspr1ng: меня сегодня не будет. Во-первых, страшно смотреть в глаза англичанке, а во-вторых, у меня работа :(
melancholy: ты работаешь? а как же учёба?
blvckspr1ng: да нахуй эту учебу, деньги на сижки сами себя не заработают.
melancholy: и правда ведь. ладно, тогда удачного тебе дня. надеюсь, ещё пересечемся сегодня. пиши если что.
Дарьяна оставила это сообщение без ответа, но все ещё радуясь тому, что кажется она и вправду нашла себе новых друзей. Встав с кровати, девушка в первую очередь пошла на кухню, чтобы покормить кота, а сама же взяла себе сто рублей, чтобы по дороге купить шаурму. Выйдя на балкон, шатенка достала из сумки две пачки сигарет. Одна была Рауля, вторая же была Кисы. Глядя на ничтожный Винстон, Зайцева с яростью сжала всю пачку, зная, что там ещё полно сигарет. Этот мерзотный запах, кажется, навсегда осядет в лёгких, напоминая о себе фантомными ощущениями в самые сложные дни. Вишнёвый чампан Кислова казался в этот момент самым лучшим, а с первой затяжки сразу вспомнились вчерашние разговоры, забавы и просто приятные моменты в общении. Прикрыв глаза, Дарьяна наслаждалась мимолетным мгновением, который расслаблял напряжённую душу.
На работе как всегда скучно. Маленький магазинчик косметики находился на окраине города, куда нога нормального человека не ступит, и только наркоманы ходят туда-сюда за окном, с жалкими попытками найти закладку. А потом яростно кричат по телефону кому-то, что "Кладмен мудак!! снова не наход!!"Глядя на то, как по окну тарабанят маленькие капли дождя, девушка снова пребывала в своих мыслях. Хотелось поскорее выбежать из этого проклятого магазина, снять неудобную форму, в которой воротник неприятно душит горло, да и бежать по лужам, радуясь дождю. Хочется промокнуть насквозь так сильно, чтобы зубы стучали от холода до такой степени, что могли бы спокойно расколоть орех. Хочется бежать далеко и долго к самому морю, лечь на песок и дать волне полностью захлестнуть себя, позволяя ей утащить себя на дно моря, где можно обрести свой вечный покой.
– Чего стоишь, в облаках витаешь? – щелкала пальцами перед глазами девушка, что работала с Дарьяной в одну смену. Второй консультант, которую Зайцева вечно забывает как зовут, смотрела на неё своими пучеглазым взглядом и закатывала глаза, громко чавкая жвачкой. Её высокий хвост так сильно затянут, что её глаза вот-вот выпадут, стоит лишь сзади сильно потянуть за волосы. Школьница тихо хмыкнула, отвлекаясь от мыслей.
– Боже, опять от тебя воняет сигаретами. Девочки не курят. – Блондинка протянула ей пачку мятной жвачки, а Зайцева по привычке протягивет ладонь, принимая две подушечки жевательной резинки.
– Слушай... – Дарьяна незаметно взглянула на чужой бейдж, чтобы вспомнить имя, – Маш, тебя волновать не должно, курю я или нет. Но за жвачку спасибо. Иди работай. – аккуратно послала Дарьяна девушку, пока та в очередной раз неприятно цокала и закатывала глаза, отворачиваясь и уходя в другой конец магазина. В нос ударил неприятный запах слишком сладкого парфюма, будто Маша вылила на себя пол-литра блевотного флакона. Зайцева неприятно зажмурилась, тихонько чихая.
Не теряя время зря, Шатенка решила снова взяться за старое. Косметика не вечна, любимый оттенок помады стал заканчиваться, а возможности купить новую, увы, нет, поэтому приходится прибегать к не самым честным путям. Осторожно подойдя к стенду с помадами, она встала спиной к камере, делая вид, что перебирает товар. Но одним ловким движением, незаметно прячет одну из помад себе в рукав, а после продолжает переставлять товар так, чтобы не было заметно пропажи. Тема довольно простая, но всегда рабочая. Радуясь своей маленькой победой, Дарьяна начала отходить от стенда, как вдруг она замечает краем глаза в окне свидетеля. Перепуганно поворачивая голову в сторону окна, девушка увидела Кислова, что с ехидным оскалом наблюдал за махинациями подруги. Зайцеву пробило на лёгкую дрожь, та начала отрицательно махать головой, показывая жестами, что оторвет Ване голову, если он вдруг расскажет кому-то. Лёгкая паника начала нарастать, когда она заметила, что Киса направился ко входу в магазин. Прикрыв лицо руками, Дарьяна громко вздохнула.
Вот и за что ей все это? Звон колокольчика уведомил всех сотрудников о том, что пришёл посетитель, а Зайцевой хотелось убить этого посетителя прямо здесь и сейчас, чтобы он ничего лишнего не успел сделать. Маша, завидев симпатичного Кису, ехидно подмигнула своей подружке, что стоит на кассе, а затем уверенным шагом от бедра направилась к нему. Дарьяна же спряталась за стендом с тенями, делая вид, что серьёзно занята. Кислов любопытно осматривал этот отстойный магазинчик в блевотно-розовой цветовой гамме, а затем направил свой взгляд на подходящую к нему консультантку.
– Добро пожаловать, вам что-нибудь подсказать? – настырно спрашивала Маша, почти что вплотную подходя к Кислову. Тот лишь окинул её взглядом с ног до головы и заулыбался.
– не, спасибо, я так, посмотреть че да как. – ответил парень, проходя в глубь магазина. Маша так и осталась стоять на месте, провожая его взглядом и глупой улыбочкой. Ваня уверенно шёл, засунув руки в карманы своей дутой куртки и смотрел по сторонам, в поисках Дарьяны. Она же в свою очередь стояла в самом конце, продолжая нервно перебирать косметику.
– Бу! – донеслось из-за стенда, и от неожиданности девушка вскрикнула. Она и так была на нервах, так теперь ещë и напуганная. Все это перемешалось, вызывая злость, а Кислов стоит и смеётся, глядя на сердящуюся подругу. Дарьяна злобно сжала губы, резко схватила Ваню за воротник и притянула к себе, заставив того слегка нагнуться.
– Слушай сюда, Кислов. Не знаю, что тебе надо, но я тебя настоятельно прошу никому ничего не говорить. Иначе я тебе зад надеру. – яростным шёпотом произнесла Зайцева, глядя как от её угроз Киса еле сдерживает смех.
– да че ты мне сделаешь, а? ты максимум, что можешь сделать, так это написать в школьном туалете "киса лох".– так же тихо произнёс парень дëргая своей мокрой головой, из-за чего несколько капель попали на лицо собеседницы, что заставило еë поморщиться. Она встряхнула его за воротник и продолжила говорить:
– Ага, конечно, "Кислов – в жопу всегда готов" – огрызнулась та, отпуская парня. Ваня недовольно цыкнул, глядя в сторону, а затем снова повернулся к подруге.
– Да успокойся, больно мне надо на тебя стучать, делать мне больше нехуй. – Сердито произнёс парень, словно все ещё был оскорблён шуткой Зайцевой. Дарьяна успокоилась и наконец выдохнула, будучи удовлетворенной таким ответом от Кисы. Все таки что-то да можно ему доверить, хотя он с самого начала казался ей таким себе человеком. Парень любопытно ходил вокруг стендов, глядел на косметику и вечно что-то вертел в руках.
– а че это такое? – спросил парень, тыкая в маленькую коробочку. Девушка тяжело вздохнула, подходя к нему.
– это консиллер. – равнодушно ответила она, желая того, чтобы парень поскорее ушёл.
– а это что? – он тыкнул в сторону тюбика с яркой надписью.
– это база под макияж. – Парень удивлённо кивнул, словно понимает о чем идёт речь. На самом деле это забавляло девушку, как он старательно пытается играть в заинтересованного покупателя, лишь бы не идти на учёбу.
– А это че за дилдо? – Спросил Кислов, еле сдерживая свой смех, глядя в сторону массажера для лица.
– а вот это я щас засуну тебе в очко, если не прекратишь дурью маяться. Ты чего не в школе? – пригрозила Дарьяна, у которой уже сдавали нервы. Парень вмиг выпрямился, поворачиваясь к ней:
– в очко сама себе будешь сувать свои секс-игрушки. Я трачу своё время с пользой, познаю вас, тëлок, как ваша жизнь устроена. – ответил парень, вынимая руки из карманов. У Зайцевой нервно задергался глаз, из-за чего та уже на автомате произнесла приевшуюся фразу:
– Мать твоя тëлка.
– Да ты затрахала, мать мою не трогай. – начал было злиться Ваня, на что получил локтем в бок от десятиклассницы.
– Давай быстрее,заканчивай и вали куда шёл. – ответила Дарьяна и отошла в сторону к другому стенду, где нужно тоже навести порядок. Киса посмотрел в её сторону, а затем медленным шагом подошёл к стенду с помадами, где Зайцева украла одну из них. Взяв в руки одну из этих помад, он уверенным шагом понёс её к кассе, даже не взглянув на её цену.
Кассирша, что сидела и била баклуши без дела, увидев Кислова, резко поменялась в лице, начиная смотреть тому в глаза и смущённо улыбаться. Как же нелепо это выглядело со стороны. Пробив ему эту помаду, она протянула её ему в руки, как бы случайно касаясь горячей мужской руки. Киса взял помаду, улыбнулся кассирше, а затем стремительным шагом направился к Дарьяне, которая так же стояла без дела и скучала, глядя в окно. Подходя к ней, Кислов протянул ту самую помаду, только уже оплаченную.
– На. – коротко произнес он. Дарьяна вопросительно взглянула сначала на помаду, а потом уже и на самого Кису, что с серьезным выражением лица смотрел на девушку. Из-за влажной челки на лбу было сложно разглядеть его глаз,поэтому было проблематично понять его намерений.
– Эт че? – коротко спросила Дарьяна, продолжая сверлить парня взглядом.
– это чтобы ты больше не пиздила ничего, бери нахуй. – Кудрявый тряхнул рукой с помадой, намекая на то, чтобы девушка взяла её себе. Зайцева неуверенно забрала помаду, смущённо склонив голову.
– Спасибо, что-ли. – Тихо произнесла та, чувствуя стыд и осознавая, как же она жалко выглядела со стороны. Киса лишь молча направился к выходу магазина, подмигивая Маше и озаряя её своей незабываемой улыбкой. Дарьяна так и продолжила стоять и смотреть на эту помаду, под звон колокольчиков, который означал то, что Кислов ушёл. Приятное ощущение в груди за такой простой поступок действительно согревало душу. Дарьяна все ещё чувствовала себя пристыженной за свои действия, поэтому она лишь молча поставила украденную помаду на место и вернулась к работе.
После окончания рабочего дня, уставшая и голодная Дарьяна шла домой, громко шлепая ногами по лужам. Все, чего хотелось Дарьяне, так это поговорить с кем то и наконец поделиться своими душевными терзаниями. Так долго хранить в себе все это дерьмо невыносимо сложно, это вечно выливается в неконтролируемые приступы агрессии, панические атаки и истерики. Она чувствовала, что собственное молчание о её проблемах лишь сильнее топит в пучине мук, заставляя захлёбываться в собственных слезах. Нужно лишь принять тот факт, что просить помощи это не страшно, и не признак того, что ты слабый человек. Иногда одному невозможно справиться. Руки сами достают телефон, и открывают диалог с единственным человеком, которому доверяет Зайцева.
blvcksp1ng: меня все заебало. давай погуляем?
Мел, увидев это сообщение, поменялся в лице. Ребята, что сидят вместе с ним в ангаре заметили, как его взгляд стал хмурым.
– че с лицом? анжелка тебе сиськи свои скинула или че? – сам пошутил, сам посмеялся Киса, продолжая перебирать струны на гитаре. Хенк, сидящий рядом с Мелом , заглянул в его телефон и увидел причину такого странного поведения друга.
– кто такой, ээ.. блэк спринг? – спросил боря, переводя взгляд на Мела, а затем посмотрел на Кису, что сам заинтересованно наклонился вперёд, убирая гитару.
– Это Дарьяна. Она зовет меня гулять. – Ответил Меленин, все ещё глядя в телефон.
– А че, намечаются потрахушки? Анжелка тебе не даёт, так может Заяц даст?Променяешь братву на сиськи? – со своей привычной ухмылкой спросил Киса, теряя всякий интерес к ситуации. Мел лишь посмотрел осуждающе на друга, а затем перевёл взгляд на Хенкина.
– может, её к нам позвать? – спросил Боря, неловко пожимая плечами. – она вроде классная, с ней прикольно тусить, да и настроение ей поднимем.
– а ты че, втюхался в неё, да? – спросил смеясь Кислов, облизывая нижнюю губу.
– да завались ты, лишь одно на уме. – резко ответил Хенк, Из-за чего киса лишь сильнее заулыбался, мысленно подтверждая свои догадки.
– Я не против, идея хорошая. Ты как, кис? – спросил мел, ожидая финального ответа от друга. Киса пафосно закинул ноги на диван, принимая лежачее положение.
– мне ваще по барабану.
melancholy: подгоняй к ангару.
Тяжёлая дверь со скрипом открывается, заставляя всех обернуться на источник звука. Запыханная Дарьяна медленно вошла в ангар, осматривая все внутри. Снаружи это место выглядело убитым, хотя внутри оно полно жизни. Куча всякого хлама, что здесь находится, смотрится вполне себе гармонично и на самом деле даже пригодным для жизни.
– нихуя себе, здесь уютнее, чем у меня дома. – сказала девушка первое, что пришло в голову. Окинув взглядом парней, она сделала несколько шагов в их сторону.
–Привет, как ты? – спросил мел, радуясь присутствию подруги. Зайцева встала напротив кисы, скидывая его ноги с дивана и отряхивая с него грязь. Приземлившись на него под хмурый оцениващий взгляд Кислова, с громким выдохом она ответила:
– Стабильно. А вот хорошо или плохо, сама не знаю. – Шатенка забрала из рук Кисы гитару, дëргая в хаотичном порядке струны.
– не ссы, щас Хенкалина пивчанский притащит, будет тебе стабильно хорошее настроение. – произнёс киса, с умешкой глядя, как Дарьяна неумело играется с гитарой. Девушка лишь грустно хмыкнула, обращая свой взгляд на Мела. Он смотрел на неё в ответ с читаемым взглядом, в котором говорилось, что он прекрасно понимает, что происходит в её жизни. Только вот сама она ещё не знает, что Мел в курсе всех произошедших событий.
– Что там на работе? – спросил Мел, чтобы это молчание на долгое время не затягивалось. Киса заинтерисованно повернулся в сторону девушки, ожидая услышать рассказ.
– Ничего интересного, в общем то. К нам никто не заходит, магазин находится в жопе мира. Зарплату задерживают, сколько ругалась со всеми так, все без толку.
– Девушка выпалила на одном дыхании, уставше откидываясь на спинку дивана и сдувая с лица надоевшую обесцвеченную чёлку. Киса едва усмехнулся, заметив то, что шатенка умолчала про ситуацию с ним.
– считают, раз я малолетка, так и платить не нужно. Относятся, как к дерьму. Набила бы морду каждому. – сквозь зубы прошипела та.
–Не проще ли найти другую работу? – спросил Мел, пожимая плечами. – не знаю, мол, если к тебе так относятся, то почему бы не найти другое место? Девушка по злому фыркнула, отворачиваясь в сторону.
– Да кто меня возьмет то. Меня и то взяли туда чисто по блату, ведь это магазин мамкиной подруги, а она прекрасно знает, какая у нас ситуация в семье. – Зайцева вмиг осеклась, понимая, что начала болтать лишнее. Две пары вопросительных взглядов прижигали её, а Дарьяну лишь пробило на холодный пот. Ей все ещё было страшно что-то говорить про себя и свою жизнь, ведь она не любила, когда её жалеют.
– А че у вас в семье? – спросил Киса с любопытным взглядом, что разглядывал профиль девушки. Шатенка нервно поджала губы, что не осталось незамеченным от Меленина.
– Любопытной кисе на базаре оторвали писю, понял? – Старалась перевести все в шутку девушка, щипая Кислова за нос, из-за чего тот игриво зарычал, кусая девушку за палец. Они вдвоём начали смеяться, но Мелу все ещё было тревожно за то, что происходит в её жизни.
– Твоя мама, она... Бьёт тебя? – Смех резко прекратился, из-за чего девушка напуганно смотрела в сторону Егора. Ваня так же резко замолчал, глядя то на подругу, то на Мела. Ему самому стало интересно, что происходит в жизни их новой знакомой, из-за чего тот притих, молча наблюдая за диалогом. Давящая тишина затянулась на недолгое время, а девушка стыдливо уткнулась в пол.
– Вы нормальные меня посылать за пивом? Я по дороге встретил батю, что чуть ли было не начал осматривать мой рюкзак, как только услышал этот блядский звон бутылок! – Яростно ворвался в ангар Хенк, что был зол на Кису, который вынудил того идти в магазин за выпивкой. Все вмиг отвлеклись от прошлого диалога, откладывая его в тёмный угол к которому ещё обязательно вернутся, ну а сейчас все же дико ржали с Хенка, которому пришлось несладко. Он подошёл к каждому и раздал пиво, а Кисе в подарок дал подзатыльника, из-за чего у них произошла шуточная драка.Ребята сидели в уютной обстановке на двух диванах, рассказывая разные истории из жизни и вспоминая забавные моменты. Дарьяна не могла понять одно: это пиво так согрело её истерзанную душу, или это так на неё влияла компания новый знакомых? В любом случае, сейчас она чувствовала себя очень комфортно и в безопасности, зная, что ей в любом случае помогут и не оставят снова одну.
Её радовал тот факт, что у неё появилась мотивация просыпаться по утрам, чтобы встретиться с друзьями и провести эти холодные весенние вечера в компании, которая способна зажечь её сердце и сделать эту весну самой тёплой и сладкой. Пиво девушки уже давно закончилось, а ей все было мало. Пока Киса что-то увлечённо рассказывал Мелу,Зайцева незаметно забрала его бутылку пива, делая последние глотки. Кислов, заметив пропажу любимого хмельного напитка из рук, недовольно посмотрел в сторону подруги, начиная возмущаться.
– Я чет не понял, опять за старое, воришка? –Тот вопросительно развёл руками, пока по лицу расползалась ехидная улыбка. Дарьяну вдруг напрягло то, как он её назвал, из-за чего та краем глаза посмотрела в сторону друзей, которые совсем не обратили на это внимания, наверняка ссылаясь на вчерашнюю ситуацию с сосиской. Ей бы честно не хотелось, чтобы Мел и Хенк знали про то, что она занимается такими вещами, как мелкое воровство. Мало ли, что они подумают о ней, а вдруг это их отпугнёт и они прекратят общение? Благо, Киса туповат, из-за чего из этой ситуации не раздули большой скандал.
– Ты же в курсе, что ты пила из моей бутылки? – Спросил Кислов, играясь бровками. Дарьяна лишь нахмурилась, допивая последние капли. Поставив пустую бутылку на пол, та слизнула с губ остатки пива и произнесла:
–Ну да, и че? – она совсем не понимала, что Киса пытается этим сказать.
– хуй через плечо! Это был непрямой поцелуй, понимаешь! Смотри, чтоб не залетела. – пошутил Киса, закидывая руки за голову. Дарьяна лишь ухмыльнулась, ведь в голове вспыл очередной подкол.
– А ты рот полоскать не забывай после того, как ротиком мальчиков обрабатываешь, не волнуйся за меня. – Ответила девушка, из-за чего Хенк с Мелом громко заржали, сидя на диване напротив. Дарьяна явно чувствовала себя победителем, исходя из того, как поморщился Киса. Ребята еще некоторое время продолжали свою шуточную словестную перепалку, закончив её тем, что жёстко начали смеяться с последней глупой фразы, что выдал Киса. Время шло быстро, что привело к тому, что ребята начали собираться расходиться по домам. Все вышли из ангара, предварительно собрав весь мусор, и Хенк закрыл его на большой замок, кладя ключ от него к себе в карман куртки.
Ребята стали расходиться в разные стороны, но Мел снова решил провести Дарьяну до дома. Девушка чувствовала, что Егор хотел снова поднять ту тему, которую он упомянул в ангаре. В груди неприятно расплылось ощущение тревоги и неизбежности будущего разговора. Идя по знакомым пустым улицам, чувствовался все тот же приторно-сладкий запах сирени, что не вызывал тех приятных ощущений, лишь чувство волнения и лёгкой тошноты.
– зайдешь ко мне на чай? – предложила Дарьяна, на что Мел молча согласился, кивая головой. Ребята зашли в подъезд, что был исписан разными надписями, начиная от признаний в любви, заканчивая матерными стишками, автором которых была сама девушка. Мел с любопытством вчитывался в каждую надпись, словно смотрит на произведения искусства в Третьяковской галерее. Поднявшись на второй этаж, Зайцева открыла дверь, приглашая своего гостя внутрь. Мел прошёл внутрь, сразу снимая с себя шарф и шапку, кладя их на стоящую рядом тумбочку. Он осматривал эту скромную квартиру так, будто он в музее, где жил сам Маяковский. На самом деле, такое отношение вполне себе оправдано: Мел очень долгое время восхищается творчеством Дарьяны, хотя сама бы девушка это так бы не назвала. Он искал автора на протяжении года, и каково же было ему, когда он наконец нашёл то, что искал. Своего источника вдохновения, мотивации, частички смысла жизни. Так просто упустить это из рук Егор не мог, он ухватился за последние нити надежды, карабкаясь, выхватывая это из рук неизвестности, прижимая к груди крепкими объятиями.
– Пальто повесишь тут,– Дарьяна указала на вешалку. – проходи потом на кухню, я поставлю чайник.
Зайцева пошла на кухню, ставя чайник на плиту, а потом доставая из шкафчика свежее овсяное печенье, что купила сегодня после работы. Мел проследовал за ней, садясь за маленький кухонный стол и наблюдая за тем, как девушка маячит на кухне.
– у тебя здесь довольно уютно. – сказал парень на полном серьезе. Дарьяна лишь грустно улыбнулась, но парень этого не заметил, ведь она стояла спиной к нему. Она не считала свою квартиру чем-то уютным, красивым. Каждый милиметр наполнен ненавистными воспоминаниями, ведь большая часть дерьма, что происходила в жизни девушки, была именно в её доме.
Выставив на стол печенье и бутерброды, Зайцева села напротив Мела. Чайник медленно вскипал на плите, а в тишине было слышно, как горит газовая плита.Мел немного замялся, не зная с чего начать диалог. Ему правда хотелось обсудить то, что тревожит девушку, но ему было страшно. Ему казалось, что Дарьяна не захочет ему отвечать. Казалось, что оттолкнет и снова станет такой же холодной и отстраненной, как в первые часы их знакомства. Дарьяна жевала бутерброд и тепло смотрела на Мела, подперев рукой голову, как он витает в своих раздумьях.
– А ты одна дома? – решил зайти издалека.
– Ага. – коротко ответила Дарьяна, кусая заветный бутерброд.
– А где.. – начал было говорить Меленин, как его тут же перебили.
– Мать где-то шляется, отца нет. – сразу прочувствовав, к чему клонит парень, ответила шатенка. Егор вскинул бровями, поднимая взгляд на подругу. Та лишь расслабленно смотрела на него, но за этим взглядом скрывалась настоящая буря, что перемешивала все её внутренности, заставляя ощущать тревожную тошноту, которая не дала ей спокойно поужинать. Девушка отложила бутерброд в тарелку, вытирая руки от крошек.
– Я видел, что было вчера вечером у вас в квартире. – Решил наконец признаться в этом Мел, сразу чувствуя себя виноватым за то, что не ушёл в тот момент домой. Но так же и ощущалось чувство вины за то, что он в тот момент не пришёл к ней на помощь.Дарьяна расслабленно улыбнулась, но эта улыбка слегка дрожала. Никто бы это не заметил, даже сама Зайцева, но от Мела ничего не скроешь.
– Мне жаль, что ты это увидел. Да, мы с мамой поругались. Так бывает всегда... Когда она возвращается домой. – Чайник начал вскипать, издавая противный нарастающий свист.
– Ты... Ты можешь доверить мне все свои проблемы. Я могу поддержать тебя, помочь, но только не молчи, хорошо? Не держи это в себе. Однажды ты спасла меня, теперь моя очередь тебя спасать. – прошептал Мел, кладя свою руку на руку подруги. Она медленно подняла свой взгляд, что наполнялся влагой, и с искренней любовью посмотрела на своего друга. Такого близкого, дорогого и лучшего друга, что когда либо у неё был. Друг, которому действительно не плевать на неё, и что происходит у неё в душе.
– У меня только один вопрос. Каким образом я тебя спасла? – тихим, едва дрожащим голосом спросила Зайцева, слегка улыбаясь. Мел ответил, не убирая своей руки с руки подруги:
– Твои стихи помогли мне обрести свой смысл жизни. Я много думал о них, да и в общем об их авторе. Это заставляло меня ждать нового дня, в ожидании нового стиха или самой встречи с тобой. – Мел осторожно убрал свою руку, пряча её под стол. Тот продолжал нежно смотреть на свою подругу, пока та утирала свои тихие слезы, что стекали по щекам.
– Я... Я правда не думала о том, что кто-то может заинтересоваться моей "сортирной поэзией".– Хихикнула шатенка, поднимая свои красные глаза на друга.
– Это правда глоток свежего воздуха. Не каждому по силу понять то, что ты пытаешься донести в своих стихах. Я в них слышу своеобразный крик о помощи, и кажется, услышал я верно. – Мел осторожно склонил голову, не отрывая взгляда от дрожащей девушки. Чайник уже долгое время протяжно свистел, но никому не было до него дела. Дарьяна молчала, не зная, как правильно среагировать на сказанные Егором слова, а он же лишь наблюдал за реакцией подруги, что вот вот раскроется ему, как алый бутон розы. Лишь резкий запах гари заставил Дарьяну подорваться с места, выключая чайник и дрожащими руками разлить в кружки остатки воды, что ещё не успела выпариться.
Поставив кружки на стол, Дарьяна вновь посмотрела на Мела.
– Моя мать спилась, когда умер отец. – Девушка начала свой долгий рассказ, глядя на Меленина, словно ожидания одобрения с его стороны. Он лишь аккуратно кивнул, грея руки у чашки чая.
– До моих десяти лет, мы были обычной семьёй. Но отца убили в перестрелке бандиты, с которыми он связался. Моя мать не самая сильная духом женщина, из-за чего впала в глубокую депрессию, а я была слишком маленькой, чтобы понимать, что с ней происходит. Она лежала целыми днями, не в силах даже встать и поесть, а мне приходилось бегать к ней, да и кормить с ложечки. –Дарьяна достала из чашки ложку, которой все это время размешивала сахар, и грустно посмотрела на нее.
– Через год-два, она начала пить. Все ещё не отошедшая от смерти отца, она пыталась запить своё горе и забыться. Она пропадала целыми сутками, не выходила на связь, а я, будучи все ещё маленьким ребёнком, волновалась и плакала каждый день. Это продолжается по сей день. Но чем старше я становилась, тем дольше она отсутствовала дома. Каждый раз она мне твердила, мол, я так похожа на отца, ей так больно смотреть на меня. Странно вышло, я думала, это наоборот должно было нас сблизить... Я сама скучаю по папе, он был невероятным человеком,но я хотя бы смогла отпустить это, принять этот факт и продолжить жить дальше.. – Дарьяна утирала слезы, но не прерывала свой монолог.
– В конце концов, меня стало раздражать её такое поведение. Приходит домой пьяная, работу потеряла, а я была в таком возрасте, когда молчать совсем не хочется. На такой почве мы слишком сильно разругались, где я тоже виновата. Наверное, мне не стоило слишком резко высказываться в её сторону, говоря, что она ужасный человек, не способный к переменам в жизни. Отсюда и пошли первые драки, инициатором которых, как ни странно, была я .Я правда люблю ее, ведь она мой единственный близкий человек, но который отдаляется от меня с каждым днём. Мне пришлось рано искать работу, чтобы обеспечить себе жизнь. Мать иногда приходила домой и то, ради того, чтобы взять себе денег на очередную бутылку. Это очень меня выматывает, Егор.
Дарьяна выдохнула, делая паузу на то, чтобы сделать глоток чая. Мел молча слушал, боясь вставить лишнее слова, думая, что этим он может перебить девушку и она собьется с мысли. Он искренне сочувствовал подруге, ведь пережить такое дано не каждому, но он очень восхищается ею, как морально сильным человеком, который раньше времени не стал опускать руки. Дарьяна продолжает бороться со своими проблемами свозь слезы и боль. Долгое молчание затянулось, обозначая то, что Зайцева закончила говорить. Мелу казалось, что это ещё не все, что она могла рассказать, но и он не собирался давить на неё, чтобы она все высказала сразу. Всему своё время, и они оба это прекрасно понимали.
В долгом молчании они смотрели в стол, боясь поднять глаза и взглянуть друг на друга. Голова Зайцевой была пуста, она наконец выговорилась о наболевшем, ощущая лёгкую свободу, а Меленин же наоборот, чувствовал себя переполненным чужими эмоциями и проблемами. Было неловко нагружать друга своими заботами, но, как он сказал ранее, это нормально, и он готов поддержать в трудную минуту.
– Мел. – осипший голос раздался в давящей тишине, что нарушалась лишь шумом машин за окном. – Пошли покурим.
Они оба встали и направились на балкон, что был на кухне. Выйдя на свежий воздух, мурашки пробежались по коже. Ветер был не сильный, но холодный, что заставило обоих застучать челюстями. Пахло невероятной ночной свежестью, морской воздух доходил до них, заставляя сделать глубокий вдох и прикрыть глаза. Звук щелкающей зажигалки заставил девушку открыть глаза и повернуться в сторону к другу. В полной темноте лишь этот маленький огонёк был источником света, что осветил несчастные лица этих двоих. Достав из кармана пачку сигарет Кислова, что автоматически уже считалась Зайцевой, она закурила. Они молча затягивались, все ещё не рискуя как-то заговорить друг с другом, хотя их обоих вполне себе устраивала это молчание. Не давящее, не тревожное, а спокойное, словно шум моря после сильного шторма.Сигарета быстро тлела, оставляя за собой лишь горький привкус во рту, что отдавал легкой сладостью вишни на губах. Лицо Дарьяны выражало абсолютное равнодушие, словно уже не в состоянии испытывать какие либо эмоции. На самом деле, такая пустота на душе умиротворяет, и ей бы хотелось почаще вот так отключаться от всех эмоций, чтобы ощутить лишь нежную пустоту, которая укутывала в свои колючие и противоречивые объятия. Конечности давно уже окоченели, из-за чего резкий холодный ветер казался вполне себе тёплым. Выбросив бычок из окна, Дарьяна, не спрашивая разрешения, крепко обняла парня, утыкаясь тому лицом в плечо. Мел слегка опешил, но затем сам крепко обнял Зайцеву, не задавая лишних вопросов, ведь знал, что сейчас ей это необходимо. Он уткнулся ей в макушку, аккуратно поглаживая спину, будто они брат и сестра, которые впервые встретились за долгое время их мучительной разлуки. Когда ветер уже совсем разбушевался, девушка отстранилась, наконец взглянув в глаза другу, что глядел на неё тем же волнующимся взглядом.
– спасибо, Мел. Мне уже лучше. – коротко сказала та, возвращаясь на кухню. Егор зашёл в след за ней, но тут раздался яростный стук в дверь, из-за которого Дарьяна сильно испугалась. Мел стоял рядом с подругой, совсем не понимая что происходит. Зайцева вдруг засуетилась, убирая чашки со стола в раковину, а затем хватая друга за руку, заталкивая в свою комнату.
– Что происходит? – успел тот спросить испуганно, на что ему Дарьяна лишь ответила, чтобы тот сидел тут и не высовывался никуда. Егор так и остался стоять в полной темноте в закрытой комнате, все ещё не осознавая, что случилось. Он осторожно прислонился к двери ухом, пытаясь услышать, что происходит за ней. Дарьяна с дрожащими руками открывала эту ненавистную дверь, из которой как всегда открывался вид на тошнотворно зелёный подъезд с еле мигающей лампой жёлтого цвета. Перед ней стоял тот, кого она меньше всего хотела видеть прямо сейчас. Рауль, не церемонясь, прошёл внутрь квартиры, задевая Зайцеву плечом. У девушки снова начал дёргаться глаз.
– Привет, Зайчик. Наша прошлая встреча совсем неудачно прошла, помнишь? – произнёс Рауль своим бархатным голосом, от которого шатенке хотелось вырвать свои барабанные перепонки и заставить себя истекать в крови, лишь бы не услышать его вновь.
– Не знаю, как по мне, все было просто прекрасно. Что тебе надо? – Спросила девушка, глядя на Рауля снизу вверх, сложив руки на груди. Та смотрела на него с нескрываемым раздражением и нервно дёргала ногой. Как же он не вовремя пришел! В её комнате сидел Мел, который наверняка все слышит, а потом будет задавать нежданные вопросы.
– Знаешь, после того, как ты меня вырубила, мне пришлось несладко. Видишь ли, МРТ стоит денег, а у меня, увы, их нет, и это все из-за того, что благодаря кое-кому у меня прогорел бизнес... – Рауль говорил это с приторно сладкой улыбкой, что ощущалась так, будто он съел банку мёда, запив это засахаренной сгущёнкой. От одной ассоциации во рту стало неприятно сладко.– Прекращай винить меня во всех своих бедах. Я вообще никак не связана с твоим бизнесом. Хватит делать меня во всем виноватой. – Дарьяна защищала себя как могла, зная, что все будет без толку. Нервно поджав губы, та ждала ответа.
– Ну же, не забывай про тот случай, когда ты сперла важные бумаги с моего рабочего стола. – Начался любимый газлайтинг. Девушка прекрасно знала, что она ничего не брала, а он лишь пытается внушить ей то, что она причастна к этому, заставляя чувствовать себя виноватой. Дарьяна не из тех, кто будет вестись на такие жалкие способы манипулирования и издевательства.
– Не ври хоть самому себе, ты и сам знаешь, что это была не я. Давай быстрее к делу, говори что нужно и уходи. – Рауль, не прекращая улыбаться, смотрел на свою бывшую девушку взглядом, полным ложной заботы.
– У тебя есть месяц на то, чтобы вернуть мне 100 тысяч. –произнёс Рауль, глядя на то, как её выражение лица меняется с раздражённого в шокированное. Девушка от злости не могла ничего сказать, лишь яростно открывая рот в попытках что-то произнести.
– Как? Какие сто косарей? Ты издеваешься? Где я тебе возьму такие деньги? Я не верну тебе столько! – Начала закипать Дарьяна, сжимая руки в кулаки. Как же ей хотелось снова взять злосчастную бутылку в руки и смачно врезать ею по голове этому ублюдку.
– Ну, раз не вернешь, значит снова вспомнишь каково это, когда трудно дышать из-за переломанных рёбер. А мамка твоя на костылях ходить будет. Мотивирует? – Рауль чувствовал, как доминирует в этой безысходной ситуации для Дарьяны. Девушка лишь устремила взгляд в пол, прошипев сквозь зубы:
– Пошёл вон отсюда, ублюдок. – Рауль послушно подошёл к двери и, помахав ручкой, вышел из квартиры. Дарьяна от злости начала бить входную дверь, начиная громко всхлипывать. Дверь в комнату Зайцевой скрипнула, и оттуда вылезла голова Мела. Он выглядел очень встревоженно, совсем не понимая, что сейчас произошло. Конечно же он все прекрасно слышал, и имел какое-то представление того, о чем шла речь, но хотелось ему это услышать из уст подруги.
– Рауль это твой...? – начал было говорить Меленин, но его снова перебила Дарьяна в своей привычной манере.
– Бывший. Мудак он, не спрашивай. Все в порядке. Я разберусь. – Дарьяна вытерла слезы и посмотрела на Мела своим серьёзным взглядом, зная, что её выдают её красные от слез глаза.
– Он бьёт тебя? Вымогает деньги? Давно? – начал свои распросы встревоженный парень, выходя из чужой комнаты. Он встал напротив девушки, глядя на неё сверху вниз. Он был слишком взбудоражен, испытывая дикое желание поймать Рауля за углом, набить ему морду и заставить извиняться перед своей бывшей девушкой. Дарьяна на все его распросы лишь молча отмахиваясь, давая ему понять, что сейчас она не готова об этом говорить. Мел и так достаточно знает, взваливать на него все свои проблемы вот так за один раз – не самая лучшая идея.
– Я думаю, тебе пора. Спасибо, Мел, за все. Спокойной ночи. – Зайцева выпроводила его из квартиры, не дав возможности раскрыть рот и что-то сказать. Стоя за дверью, Мел лишь успел крикнуть, чтобы она ему писала, если снова будет плохо, но он не уверен, что Дарьяна это услышала. Он ещё стоял у двери, грустно поджав губы и начиная думать о том, что их взаимоотношения начинают скатываться к заводским настройкам. Мел волнуется, думает, что она снова закрывается от него, жалея вообще о том, что так разоткровенничалась с ним. Парень молча шёл домой по пустым тропинкам, что были еле-еле освещены мигающими фонарями. Сирень уже не пахла сладко, а собачий лай превратился в тяжёлый скулёж, что эхом отдавал в ушах. Никогда так тишина не давила на парня, как это происходило сейчас.
Дарьяна стояла у зеркала в ванной, оперевшись прямыми руками о раковину. Взгляд был устремлён в собственное отражение в зеркале, которое выражало полную ненависть к своей жизни. Как же хотелось кричать, как тогда, на самолёте вместе с Кисой. Порвать себе все голосовые связки, чтобы молчать всю оставшуюся жизнь. В голове бардак, эта ситуация совсем вышла из-под контроля. Злит собственная беспомощность, невозможность решить эту ситуацию, что ставит в тупик заблудшую душу, которая так и не нашла свой покой в этом мире. Злость берёт вверх над девушкой, и так со всей силы бьёт кулаком по зеркалу, глядя, как на нём остаётся кровавая паутина из трещин, а по костяшками стекает кровь. Она продолжала бить это зеркало, забрызгивая всю раковину в собственной крови, а из горла вылетали негромкие всхлипы. Физическая боль совсем не чувствовалась, разве что душа разрывалась так больно, что хотелось вспороть себе живот и достать своё сердце, что так невыносимо страдало.Дарьяна обессилено упала на пол, утыкаясь в собственные колени. Кровавые руки блуждали в волосах, что лохматили их и пачкали. Слезы безостановочно текли по щекам, размазывая тушь по лицу. Глаза неприятно щипало, из-за чего поток слез лишь усиливался. Такая невозможная беспомощность убивала в Зайцевой возможность здраво мыслить в такие тяжёлые для неё моменты.
Ей казалось, что выхода нет, но девушка искренне надеялась, что она справится, что она найдёт возможность решить одну из главных проблем, которая ломала её, и продолжает ломать, как личность.
Дрожащими руками Зайцева достала пачку сигарет из кармана и закурила в ванной.