Месть за брата

Иккинг не уходил далеко от разозлённого и огорчённого одновременно Задираки и Плеваки, который уже догадался кто убийца, но отказывался верить. Только один известный ему человек пишет левой рукой — Иккинг. И он не собирался принимать это, однако всё сходилось: цветок с лепестками цвета глаз Ночной Фурии, злосчастный овраг, открытый живот Сморкалы, записка... Кузнецу даже жутко стало от предположений, что будет дальше. Но он знал одно: нужно уберечь Задираку, так как он — следующая жертва. А если убийца запросто смог вызвать Йоргенсона-младшего из дома, то легко может прикончить и Торстона.

Мститель наблюдал за происходящем с высока, сидя среди густой листвы и хвои на толстой крепкой ветке. Затаив дыхание, он прислушивался, сливаясь с местностью, как Разнокрыл. Кофта с капюшоном была практически того же цвета, что растения, окружающие его, это давало преимущество; сложно заметить нападавшего. Но он точно знал, что Плевака уже догадался о личности убийцы. Конечно, он будет оберегать Задираку, потому нужно выманить парня. А для этого нужно его спровоцировать.

Парень начал судорожно перебирать варианты способов провоцирования. Конечно, легче всего открыто крикнуть, но могут прибежать и остальные, а сейчас не лучшее время для раскрытия личности. Но другого выбора он не видел. Он чувствовал, что руки дрожат, а перед глазами вновь и вновь предстают картины далёкого прошлого. Как над ним смеялись, как над ним издевались, а потом безжалостно убили его единственного друга и сплавили его в океан. Это придавало ему сил и решительности, потому Иккинг решил действовать быстро.

Осторожно спрыгивая с ветки на ветку, таким образом шатен оказался на земле и, прокашлявшись открыто крикнул низким голосом:

— Нравится? Она тут живописно смотрится!

Плевака на секунду задержал дыхание, а сердце пропустило стук. Таким голосом Иккинг обычно выказывал своё недовольство по поводу того, что не оправдал надежды отца. Этот парень всегда отличался ещё и любовью говорить сарказмом. И кузнецу очень часто приходилось выслушивать его «пламенные речи», а паренёк именно таким голосом жаловался на жизнь.

А вот Задирака не узнал его. В голове будто что-то щёлкнуло. Гнев и ярость завладели им; он желал расквитаться с убийцей его сестры. Он любил её, пусть она и была заносчивой. Но была любимой сестрой, с которой он с охотой вытворял шутки и проказы. А теперь ничего в этом духе не будет; как и его сестры в живых. Жажда мести за Забияку полностью заполнила разум бедолаги, отчего вдруг стало невыносимо больно внутри.

Как и ожидалось, Задирака, желающий отомстить за смерть любимой сестры, просто не мог не побежать на голос. Кузнец, хромая, попытался догнать блондина, но тот уже далеко убежал, преследуя убийцу. Одноногий и однорукий друг вождя просто не мог остановить этого сорванца; он понимал, что тот идёт прямо в хитроумную и открытую ловушку, но ничего с этим поделать не мог. Только если позвать остальных и рассказать обо всём.

Иккинг бежал быстро, не оборачиваясь, не издавая почти ни единого звука. В него снова будто вселился дракон, помогающий «взлететь» над препятствиями и бежать быстрее. Парень дышал через нос, и его сопение больше напоминало фырканье Ночной Фурии. Забежав в тот же овраг, он остановился возле озера, из которого когда-то Беззубик выловил рыбу. Шаги позади стихли, послышался только всхлип. Затем снова шаги, но тише. Мститель даже не дрогнул; он полностью был готов к атаке и прислушивался к каждому всхлипу и шагу.

— Хочешь узнать, мучилась ли она? — понизив голос, спросил шатен и слегка наклонил голову в сторону. Наступила гробовая тишина, и Иккинг понял, что вот он, момент.

Резко развернувшись, он успел перехватить кулак блондина и сжал его до хруста костей. Действуя быстро, он завёл его руку за спину и опрокинул наземь. В нём вновь просыпался дикий дракон, готовый разорвать любого, кто встанет на его пути. Перед глазами снова появился взгляд Беззубика, и парень достал из сапога небольшой нож. Стиснув зубы, он провёл им вдоль позвоночник викинга, сильнее сжимая его руку. Из надреза полилась кровь, а со стороны Задираки послышалось приглушённое шипение.

— Помнишь, как вы с сестрой держали меня так... тогда, семь лет назад... когда убивали моего лучшего и единственного друга! Помнишь? — Иккинг вонзил нож в плечо драконоборца, и из раны мгновенно потекла горячая алая кровь, проникая в ткани его одежды и окрашивая её в тёмные цвета. На секунду Задирака задумался и прикусил губу до крови, когда почувствовал жуткую боль в плече.

— Ик-к-кинг! — прокряхтела жертва, сжав кулак другой руки, — Ты ответишь... за З-забияк-ку! — страдая от невыносимой боли, блондин попытался вырваться из захвата, но нападавший только крепче сжал его руку и воткнул ножи в другое плечо, из-за чего из горла Задираки вырвался крик. Этого Иккинг ждал и боялся; сейчас должен прибежать остальной отряд, а ему пора сваливать. Однако оставлять в живых этого гада шатен не собирался.

Издавая странный звук, похожий на приглушённое драконье рычание, мститель поднял всё ещё дёргающееся тело и вонзил оружие в брюшную полость, сделав надрез от кишечника до ключицы, где вытащил сталь. Всё это сопровождалось громкими криками и шипением со стороны жертвы, отчего у входа в овраг показались остальные члены отряда Стоика. Иккинг, не снимая с головы капюшона, начал медленно отступать назад, однако остановился у самого берега водоёма. Задирака больше не пытался вырваться; сердце пропускало удары, и тело в руках шатена похолодело, обмякнув. Ещё одна месть свершилась.

Стоик, Плевака, Астрид и Рыбьеног застыли. Руки убийцы были полностью испачканы в чужой крови, а рядом валялось холодное тело Задираки, из которого сочилась кровь и вываливались органы. Особо впечатлительный Рыбьеног сделал пару шагов назад и прикрыл рот рукой, стараясь попридержать рвотный позыв. У девушки челюсть отвисла от того, как жестоко этот парень обошёлся с их другом. В глазах мелькнула тень испуга и недопонимая, однако в следующую секунду она остановила свой взгляд на цветке на застывшем в гримасе боли лице убитого.

Плевака был поражён не меньше. И он просто не верил в свои догадки. Сейчас перед ними стоит тот самый убийца, который отправил в Валгаллу троих их хороших друзей. И парень почти не двигается; грудь слабо и осторожно вздымается, а голова наклонена вниз, чтобы они не видели его лица. Не время. Иккинг догадывался, что сейчас будет, потому рассчитывал какими способами можно пробраться к выходу, что был, увы, перекрыт. Его будто загнали в ловушку, однако дракон, живущий в нём, не собирался с этим мириться; рука медленно спускалась к рукоятке меча.

Вождь следил за каждым его движением. Его не волновало кем был убийца, нужно его обезвредить, пока он сам их не обезвредил.

— Советую сдаться сразу иначе...

— ...Иначе потащите меня силой? Попробуйте. Кто первый? — низким голосом пробасил Иккинг, выставив вперёд левую ногу и вытащив из ножен остро заточенный, но испачканный в чужой крови меч. Драться сейчас парень не собирался, потому слегка открылся для нападения, дабы немного соблазнить врагов. Сработало на «ура»; Стоик и Астрид решили атаковать, а Плевака и Рыбьеног остались сторожить выход.

Мститель выжидал момента и, когда девушка уже замахнулась на него, легко выбил её секиру из рук и нанёс пару ударов ногой в живот. С вождём пришлось тяжелее, так как мужчина всё-таки был куда сильнее. Но неповоротливее тоже, и парень решил поставить на это. Пока блондинка кувыркалась к своему оружию, он специально держался рядом, однако всё прошло напрасно, против него.

Не ожидав в буквальном смысле удара в спину, Иккинг сделал кувырок, а меч выпал из его рук. Поправив капюшон, парень достал лук и одну стрелу и пустил её в камни на скале, с которой практически мгновенно посыпались камни. Не желая быть похороненными заживо, вождь и воительница отскочили в сторону, а мститель добежал до своего меча и незаметно вскарабкался по образовавшемуся проходу наверх, прочь из оврага. Это было не так уж и трудно, но что-то не давало ему покоя.

Взглянув на кашляющих от поднявшейся пыли бывших соплеменников, Иккинг развернулся и побежал в лесную чащу. Здесь ему больше делать нечего. Осталось дождаться вечера, когда он сможет прийти к вождю и оставить ему предсмертный подарок. А потом безжалостно отомстить за брата...

— Он... сбежал... — прокашлявшись, наконец, сказала Астрид. Когда пыль полностью осела на землю, все смогли увидеть гору камней, по которой беспрепятственно сбежал с поля боя убийца. Развернувшись к трупу Задираки, она подошла к нему и взяла окровавленный цветок. Рядом была небольшая полянка с такими же цветами. Именно на том месте, где они когда-то убили Ночную Фурию...

— Плевака, у тебя есть предположения кто это сделал? — спросил вождь, глубоко вздохнув. Ему довелось упустить убийцу, и сейчас он где-то там, на воле, готовый зарезать кого угодно... Ну, так думал Стоик, потому решил всё-таки узнать о личности врага у своего лучшего друга, который почесал затылок и опустил взгляд в землю. Он боялся произнести это имя, боялся реакции его друга на это. Однако тот был ещё тем упёртым бараном.

— Мне кажется, это Иккинг. Мстит за Ночную Фурию, — наконец, ответил кузнец, подняв взгляд на Стоик, что на секунду задумался, — сам подумай, Стоик. Всё сходится! И я знаю один остров... Остров Ассасинов. На нём из семилетнего дохляка могут сделать первоклассного убийцу.

— Хочешь сказать, что Иккинг не погиб в океане, кишащем дикими драконами, а причалил к берегу Острова Ассасинов и, прожив там семь лет, приплыл сюда мстить? — девушка подошла ближе к тому, что осталось от их отряда, и непонимающим взглядом окинула кузнеца, — Но зачем ему это? Да и как такое вообще возможно?

— Астрид, месть толкает людей на разные вещи. А Ассасины ужасные люди, которые не успокоятся, пока не отомстят! И, как я понял, пока в чьи-то руки не попадёт такой цветок, можно считать себя в безопасности, — Плевака указала на клумбу жёлто-зелёных цветов и огорчённо вздохнул. Конечно, ведь это он растил Иккинга несколько лет, а теперь тот убийца, не знающий пощады. От такого даже в дрожь бросает.

— Вы трое, приготовьте погребальные ладьи, а я разыщу его и заставлю ответить за всё, что он натворил! — Стоик прошёл к выходу и, выбравшись из оврага, крепче сжал рукоять меча. Он не видел куда направился убийца, однако чувствовал, что не в деревню. Возможно, куда-нибудь, где легче спрятаться, то есть, в самую чащу.

Плевака аккуратно взял тело Задираки и понёс его в деревню, а Рыбьеног и Астрид вернулись за телом Забияки. Сложно было снять её с ветки дерева, однако как-то сняли и понесли в деревню. И в голове каждое из троицы засела одна мысль: как раньше уже не будет, Иккинг не успокоится, пока не отомстит всем. А значит, осталось только двое...

«Я отомщу за тебя! Я клянусь тебе, брат!»