Глава 6
В голове возникла фотоплёнка, которую она внимательна изучала. Взялась за один из кадров, как все озарило светом.
Она помнила всё.
Как пальцы сосредоточенно плыли по клавиатуре... От их ударов по клавишам весь дом наполнялся нежной, расслабленной мелодией. Музыка словно постепенно поднималась к небу и опускалась на землю, проникая в душу своим неземным звучанием. « River flows in you ». Прогремел финальный аккорд.
Внизу раздался грохот.
Изображение потемнело — пленка сменилась.
Она сидела на полу, на коленях — мужская голова. Ласково гладила его щеку, звала по имени, на его лицо капали слёзы. « Сейчас. Сейчас-сейчас он проснётся! »
Она продолжала нежно произносить его имя, в ее голосе звучало больше любви и скорби, чем когда-либо прежде. Ее намокшие глаза леденил морозный ветер, пробравшийся из распахнутого настежь окна и призраком летающий по комнате. Где-то рядом валялась кружка с пролитым чаем. Стены посерели, а она сдавленно сжалась, всхлипывая. Единственная лампа на потолку, прекратив нервно мерцать, потухла.
Б-з-з. Кадр вновь сменился.
Она, одетая в чёрную водолазку с почти удушающим воротником, покорно сложила руки на коленях в зале суда. Прокурор, одетый в строгий костюм, холодно вел свою речь:
— Сторона защиты выдвигает версию суицида жертвы. На это имелся ряд оснований...
— Протестую! — воскликнула она, встав с места. — Никакого суицида не было! Это убийство! И убийца, которого я собираюсь сейчас разоблачить, будет покаран за преступление, совершённое им, — я готова дать показания против...
Тогда она ещё не знала, что все ее старания пройдут даром. Не смотря на все усилия, в конце заседания убийце удалось выйти из зала суда безнаказанным.
***
Репетиция для Жени пролетела быстро. Теперь он от скуки делал оригами из листов для печати, сидя в комнате отдыха, в которой обычно участники труппы проводили свое время. Внезапно дверь черного входа, ведущую в комнату, отворили. Женя поднял голову, оторвавшись от оригами.
— Юлий, братик! — воскликнул с улыбкой он, подходя к нему.
В комнате возникли две фигуры.
Изогнув губы в хитрой улыбке, на Женю смотрела девушка с длинными волосами, падающими черными волнами с плеч, расчётливыми глазами, одетая в люксовое синее платье. Если бы стоял вопрос, какая женщина желала присвоить все драгоценные камни мира, то это безусловно была бы Диана, блиставшая пятью, а иногда и более перстнями на тоненьких пальцах.
Рядом стоящий Юлий был полной противоположностью своей спутницы: среднего роста мужчина, сдержанный и аккуратный во всём. Строгий, идеально выглаженный черный костюм, чуть закрученная чёлка, на голове ни одного торчащего волоска и два тихих океана в синих глазах, спрятанных за линзами очков. Он создавал впечатление исключительно делового человека.
— Привет, Женечка! — мягко сказал Юлий, которого уже во всю расцеловывал его младший брат. Юлий похлопал его по спине, держа в объятиях и смущённо попытался отмахнуться от любвеобильности Жени. — Ну что ты, брось!
— Какой брось! — весело запротестовал Женя. — Уже сколько не виделся с тобой, я одно по командировкам! Как же я соскучился!
Женя крепче стиснул тощего парня в объятиях, приподнимая, и залился светлым, детским смехом.
— Все детство вместе провели, так непривычно расставаться так часто... Точно! Как же я забыл?!
Женя заполошил по комнате, путаясь в движениях, пока, наконец, с победным возгласом не прискакал с подарочным пакетом в руках:
— Гляди, что я тебе привёз!
Юлий округлил глаза от удивления, с неловкой и скромной улыбкой принимая подарок. Из пакета выглянул дорогой на вид костюм.
— Это... Что ты, Женя?.. — ошарашенно поднял взгляд от бирки Юлий. Даже его вечное спокойствие потекло.
— Даже не спорь! — обойдя брата и подталкивая в спину, сказал Женя. — Чтобы примерял прямо сейчас! Уверен, он тебе так подойдёт. Ну красавец будешь — все девушки в обморок упадут от твоего вида. Давай, давай, Юлий!
Диана тихонько усмехнулась.
Миролюбивые попытки Юлия оттянуть примерку на потом были отодвинуты за дверь, а сам Юлий — за ширму.
— Так долго подбирал его, он просто обязан подойти! — с нежным вздохом сказал Женя, положив ладонь на щеку и глядя на Диану. Она сложила руки на груди и с интересом наблюдала.
Они замолкли, когда из-за ширмы появился Юлий. Его стройную фигуру дополнял кораллового оттенка костюм. Итальянский шёлк! Когда Юлий сверкнул улыбкой, казалось ткань вот-вот засияет на нем и ослепит всех звёздами роскоши.
— Да ты прям расцвел! — улыбнулась Диана, хихикнув. — Тебе и вправду идёт — у твоего брата глаз-алмаз.
— Вы так думаете? — почесав пальцем розовую щеку, спросил Юлий, и поправил галстук, вновь заглядывая в зеркало. Подойдя к нему, Женя приобнял брата за плечи, его лицо светилось от озорства.
— На все сто! Ой, что ж это я. Вы присаживайтесь, я вам чай сделаю, расскажете хоть как вы тут!
С этими словами Женя запорхал по комнате, по столу пролетели кружки, словно боулинговые шары, внутрь упали чайные пакеты — а за ними последовал ручеек горячей воды. Комнату окутал аромат ягод, разгорелась душевная беседа.
Трое присели в кресла, стоящие в кругу.
Женя с теплой улыбкой внимательно слушал Юлия и порой бросал взгляды на неясно отчего молчаливую и мечтательную Диану. Он любил Юлия. Его старший брат был поистине образцовым: они провели все детство вместе, на каждой репетиции Юлий наблюдал за успехами и неудачами Жени, подбадривал и был его главным наставником. Без брата Женя давно бы сломался под давлением родителей...
Женя опустил взгляд на кружку чая. В отражении его лицо казалось детским, щёчки пухлыми а по ним словно рассыпали слезинки.
Он не любил быть в долгу. Ему всегда хотелось сделать что-то для брата, но тот всегда отказывал и предпочитал справляться со всем сам. « Он привык к излишней ответственности... — с тоской вздыхал он, глядя на Юлия с усталым восхищением, как на благородного рыцаря из сказок. — Я лишь хочу разделить с тобой твои чувства... Чтобы ты капельку отдохнул. »
Поднимая взгляд от плавающих на поверхности чашки печалей, Женя повседневным тоном спросил:
— Как идут дела в театре?
— Все хорошо, расширяемся, — сухо ответил Юлий, являвшийся директором театра.
По краткости ответа и лишенности подробностей Жене было нетрудно догадаться, что его брат как всегда замалчивает все проблемы. Он всегда считал Евгения излишне мнительным и сентиментальным, уберегая от любых проблем, и даже сейчас не мог поделиться тем, насколько скудно его финансовое положение. Несмотря на это Женя доверял решениям брата: если он так решил, значит это верно. Он считал Юлия куда более умным, чем он сам.
В комнате зазвенел телефон.
— Ой, простите, — наспех бросила Диана, чуть не выронив вынутый из кармана гаджет. — Я отойду ненадолго.
Она кивнула головой и, подойдя к двери черного входа, удалилась на улицу, поднося трубку к уху.
Женя взглянул на стол с улыбкой. На нем красовалась ваза, а в ней стояли красивые красные розы, они словно блестели, укатанные красками заходящего солнца. И жадно глотая свежий воздух, питались жизнью из воды в вазе, как если бы она была (взята) из могучего холодного океана. Женя так сладко вздыхал от вида цветов, словно они были сделаны из драгоценных камней.
Женя дарил их Марине. « Вот же сама скромность! Попросила меня поставить их здесь вместо кабинета, чтобы все могли ими полюбоваться. Альтруизм, да и только » — Женя любовался не то цветами, не то образом Марины в голове.
— Как ты вообще? Как у вас с Мариной? — проследив взгляд Жени, спросил Юлий. На его лице играла хитрая улыбка.
— Ну ты спросишь тоже, — попятил оробевший Женя и почесал затылок. — Я... Я ей предложение сделать не могу.
— Не можешь? — миролюбиво уточнил Юлий.
— Да! Не могу... Рая говорит, что Марине это все не нужно: кольца, подарки, что я просто... — Женя запнулся и уперто сложил руки на груди, словно удерживая остаток предложения внутри.
— Все начинается с установки. Начни с того, что ты не « не можешь », а « не готов » или « не уверен », — спокойно пояснил Юлий. Голос его звучал ровно, а речь была ясной, словно погода в солнечный день, напоминая больше пушистые облака, нежели человеческий голос. — Знаешь, если ты не можешь изменить ситуацию, ты можешь изменить свое отношение к ней. Это бывает... крайне полезно.
Женя захлопал ресницами.
— Аа... Э... Наверное, ты прав, — выдохнул он. — Не хочется признавать, но это так. А что если она откажет?
— А если не откажет?
— А если откажет?! — капризно спросил Женя, взгляд Юлия оставался непроницаемым.
— Если вы любите друг друга, то она не откажет, разве не логично?
— Может и так...
— Если ты так уверен, что она не примет твое предложение, то ответь на вопрос почему? Как только сможешь ответить на него, решение найдется само.
— Не знаю... — Женя напрягся, вера на его лбу напряглась от интенсивных размышлений. — Ощущение будто я мчусь во тьме, хватаясь за невидимый силуэт, но он из раза в раз ускользает от меня. Но все равно остаётся рядом. Что ж такое...
— Наши демоны только в нашей голове, знаешь ли, — сказал/улыбнулся Юлий (с) немигающим взглядом. — Возможно, это знак, что твои сомнения — лишь продукт твоего самокопания, не имеющий под собой весомых причин.
— Ты так думаешь? — спросил Женя, разглядывая брата. В свете пробивающихся с улицы солнечных зайчиков, вокруг его светлого лица казалось образовался нимб, а он сам больше напоминал юного, но мудрого святого отца.
— Пожалуй ты прав... Но все равно это так... трудно. Вот сейчас крикну во всю, что признаюсь, а перед Мариной язык проглочу, как всегда!.. Как же!..
— Женя.
Женя вдруг ощутил тепло на своем плечо. Юлий мягко положил на него ладонь, глядя рассудительно на брата:
— Я с тобой. Ты справишься. Упорство способно гнуть сталь и сворачивать горы, так что не волнуйся и просто сделай первый шаг. Потом сам не заметишь, как все само собой пойдет.
Женю обняли, ласково похлопывая по спине. Он обнял брата в ответ, растроганно улыбаясь.
— Спасибо, братик... Я обещаю попробовать. Я...
Дверь отлетела от ворвавшейся Дианы. Прокружив в комнату, как юла, она упорхнула на место, звонко говоря:
— Извиняюсь за ожидание, я на месте! Не заждались?
Пара кокетливо смотрящих глаз пулей размагнитили братьев.
Повисла пауза.
Женя посмотрел на Диану, постукивающую пальцем от нескончаемой энергии по ручке кружки, — на ее пальце сияло кольцо с драгоценным камнем.
— Секундочку... — сощурился Женя, разглядывая украшение. Юлий внимательно глянул на брата. — Постой! Так вы с Юлием встречаетесь?!
Женя вскочил, опираясь на стол, — чай вытек из-за бортиков от шатания. Женя с детским восторгом переводил взгляд с двух людей напротив, затаив дыхание.
— Как ты догадался?.. — поспешно удивилась Диана и вдруг прикрыла губы ладонью.
— Чего ж вы мне раньше не сказали?! — заголосил Женя, хватая в охапку объятий обоих. Юлий сдавленно рассмеялся, лицо его покраснело. Диана отвела взгляд. — Ещё бы я не узнал изысканный вкус моего братишки на драгоценности!
— Тише, тише, дорогой, — неловко сказал Юлий.
« Даже мой братец плывет, когда речь заходит о чувствах » — с теплой усмешкой подумал Женя, для которого Юлий был идеалом, воплощением абсолютной строгости во всем и перфекционизма.
— Всё-таки это правильно... Ведь главное в жизни любого мужчины — вовремя жениться и стать достойным мужем, — прошептал Женя, очарованно вздыхая.
Взгляд Жени сместился на Диану, с интересом смотревшую на Юлия. Как удивительно меняется наша жизнь: раньше она была приятельницей Жени, ставшей бугхалтершей в театре его брата, а сейчас они встречаются! Просто сладкая мелодрама!
« Да.. много всего же было с Дианой... » — думал Женя, вспоминая бесчисленные бары, дискотеки и подобные им заведения, в которые они вместе наведывались в... не самые лучшие времена. Бесконечные утешения, побег в мир ярких огоньков и молниеносных удовольствий, огненное тепло...
Он поджал губы, прогоняя туманный покров воспоминаний. К черту прошлое!
Зрачки Юлия расширились — он поднял взгляд, посмотрев через плечо Жени наверх. Женя обернулся: с лестницы, ведущей к кабинету Марины, спускалась она сама.
— Марина! — радостно сказал Женя. — Теперь картина смотрится просто шикарно: можно даже парное свидание устроить после концерта. Или вы уже на более уединенном этапе? — лукаво сказал Женя, глядя на брата. Ах, просто рай для романтика!
Он перевел взгляд на Марину и заметил ее круглые черные глаза и кривую улыбку, подобную воздушному шару, пытающемуся сдержать порыв воды перед взрывом.
— Свидание?
Женя закатил глаза. « Девушки! Думают только о том, что пара, понимаете ли, не смотрится! Бездумная королева и грамотный простачок, тоже мне пара!.. А почему бы и нет? Противоположности притягиваются! Разве разные люди не заслуживают права на счастье вместе?! »
Марина сделала короткий вдох, в мгновение оживившись эффектной улыбкой. Серебряная луна её лица скрылась за выплывшем из-за облаков золотым солнцем. Его острые, пламенные мечи тянулись по всей Земле, достигая самых темных закутков света, и проникали даже в них.
Она медленно стала спускаться по лестнице. В каждом ее утонченном движении содержалась невероятная грация, она словно парила над ступенями, шагая как по воздуху, как по мягким облакам. Каждый ее шаг, каждый ее взгляд обладал тем блаженным изяществом, от которого у Жени в животе запорхали бабочки, а в груди сделалось жарко. Наконец она взмахнула рукой, словно священная птица, рассыпающая монеты беднякам, — её тоненькие пальчики коснулись его подбородка.
В горле пересохло, мысли сбились в кучу, и все об одном — о ней. Её прикосновения, словно ангела, спустившегося с небес, были больше похожи на чистые слитки белого золота, чем на что-то плотское и земное. Её беззвучная улыбка — на светлую проповедь. А её магнитные глаза — на единственный смысл жизни. Колени Жени дрогнули от желания поклониться великой любви к этой девушке.
Лишь спустя пару глуповатый морганий Женя осознал, что её рука ласковым водопадом спустилась по его шее, прошлась любовно по его плечам и остановилась, обнимая парня. Севшая рядом на подлокотник кресла девушка склонила голову на макушку Жени.
— Как вы тут? — сощурившись и рассматривая гостей, медленно проговорила Марина.
Сидя идеально ровно и держа чашку с чаем так, словно Юлий был на приеме у английской королевы, он спокойно, с некоторой холодностью ответил:
— Прекрасно! С Женей не соскучишься. У вас ведь сегодня конкурс?
Юлий наклонился вперёд, его проницательный взгляд мерцал из под спадающих линз очков. Почему-то в комнате сделалось глухо.
— Да, — лаконично сказала Марина.
— Да! — разрывая тишину в клочья, затрещал Женя и стал потирать руки, ерзая на месте. — Ахах, я так волнуюсь! Это будет самый масштабный и огромный конкурс, представьте себе: он проводится раз в десять лет! Это мой шанс! Ах, какой шанс!
Марина строго с какой-то немой торжественностью улыбнулась, глядя на гостей.
— Я обязан увидеть твоё выступление, дорогой, — с мягким взглядом произнес Юлий, — а то каждый раз что-нибудь приключается, скоро и молодость наша пройдет, а мне так и не удалось побывать ни на одном из твоих соревнований.
— Да... — с меланхолией протянул Женя. — Но в этот раз все будет иначе! — он жарко поцеловал Марину в щеку — от неожиданности она застыла. — Мои родные, какое счастье собраться всем тут в этот день!
Смех Жени рассыпался по комнате новогодними хлопушками, а голосок зазвенел колокольчиками. Они вчетвером просидели какое-то время за общением, пока гости не объяснились, поспешив вернуться на работу.
Женя и Марина остались наедине. Она задумчиво разглядывала невидимую точку на недавно хлопнувшей двери, а он бесконечно любовался её чарующим профилем, обнимая. Марина не шевелилась, сидя рядом на подлокотнике.
Он медленно проводил ладонью по спине девушки, обращаясь с ней словно с хрупкой розой, единственной и величественной. Почти не дыша, он любовался своим восьмым Чудом Света.
« Всё-таки я смогу... Я сделаю ей предложение сейчас » — блаженно подумал Женя, не заметив, как веки его потяжелели.