29 глава
В гостиной было тихо — так тихо, что слышно было, как сквозняк треплет штору на окне. Майки и Баджи, лежащие на диване, всё ещё перешёптывались о какой-то своей пакости… до тех пор, пока в комнату не вошли четверо.
Такемичи, хоть и был чуть смущён внутри, выглядел собранным. Чифуя с Мицуей встали по бокам от него, а Кен молча уселся на подлокотник дивана, будто готов был стукнуть кого угодно за лишнее слово.
— Чё это? — хмыкнул Баджи, беря листок, который Мичи положил прямо им под нос. — «Правила для альф». Ты серьёзно?
Майки лениво взял листок у него из рук и начал читать вслух: — «Пункт первый: Без согласия — ничего. Пункт второй: Никаких внезапных сюрпризов…»
Он оборвался, прочитав всё до конца, и медленно поднял взгляд на Такемичи.
У Такемичи внутри всё сжималось, но он сделал вдох, выпрямил спину и сказал твёрдо — так, как его учили эти же альфы стоять за себя: — Если вы мои альфы, то уважайте меня. Я не игрушка и не трофей. Я ваш омега — но я человек. Эти правила касаются всех. И вас двоих — особенно.
Баджи ухмыльнулся — но не так хищно, как обычно. Он откинулся на спинку дивана, сложил руки за головой и протянул: — Напарник решил рыкнуть? Ну… круто, напарник.
Он кивнул Чифуе и Кену. — Долго вы его уговаривали?
Чифуя фыркнул: — Это не твоё дело. Суть в том, что теперь ты не имеешь права связывать его.
Майки положил бумагу на колени, медленно барабаня пальцами по ней: — Значит, если я приду ночью — и он скажет «нет», — он кивнул на Мичи, — я должен уйти?
— Да! — почти в унисон сказали Кен и Чифуя.
Такемичи сжал ладони в кулаки: — Если ты хочешь, чтобы я был счастлив с вами всеми — тогда да. Если ты меня любишь — то ты послушаешь.
Он посмотрел в глаза Майки. Тот никогда не выдерживал его чистый взгляд слишком долго, и сейчас тоже чуть отвёл глаза.
Майки тихо хмыкнул, уголок рта чуть дёрнулся: — Слушай, ты ещё станешь опасным, Мичи.
Он встал с дивана, развернул бумагу и ткнул пальцем в самый низ:
— Но я всё равно оставлю за собой право тебя прижать, если ты вдруг будешь делать вид, что ты не хочешь, хотя ты хочешь.
— Тогда ты спишь на балконе, — сухо вставил Кен.
— С кляпом, — добавил Чифуя с ехидной ухмылкой.
Майки глянул на них, потом на Баджи — тот уже ржал в голос, закинув голову назад.
Такемичи наконец выдохнул и чуть смущённо, но твёрдо повторил: — Всё. Это не обсуждается. Эти правила остаются.
Майки протянул листок обратно, наклонился к нему и ткнулся лбом в его лоб: — Хорошо, Мичи. Раз ты такой упрямый…
Он улыбнулся своей тихой, но всё ещё опасной улыбкой. — Тогда нам придётся уважать твою волю. Но учти — храм откроется, когда ты сам пригласишь.
— Это и есть весь смысл, — Чифуя хлопнул Мичи по плечу. — Горжусь тобой, напарник.
Кен рассмеялся: — Посмотрим, как вы будете эти правила соблюдать…
А Мицуя мягко улыбнулся, чуть коснувшись плеча Такемичи: — Но ты молодец. Ты правда стал сильнее, Солнышко.
Чифуя с видом делового секретаря выудил из кармана ручку — он, кажется, заранее подготовился к этому моменту. Баджи только фыркнул и забрал её, крутанув между пальцами.
— Ну что, «договор Ханагаки»? — усмехнулся он, глядя, как Такемичи ещё раз расправляет листок и кладёт его по центру кофейного столика. — И кто первый?
— Ты и будешь первый, раз такой громкий, — щёлкнул его по лбу Чифуя.
Баджи хмыкнул, но наклонился и размашисто вывел своё имя сбоку от пунктов:
> Keisuke Baji
Он протянул ручку Майки — тот с секундным скепсисом посмотрел на листок, потом на Мичи, который упрямо глядел в ответ, не отводя взгляда.
— Не верю, что я это подписываю, — пробурчал Майки, но чиркнул свой автограф чуть небрежно, но отчётливо:
> Sano Manjiro
Такемичи стоял чуть в стороне, не веря, что это правда происходит. Часть его души хотела смеяться — ведь ещё месяц назад он бы и не подумал, что эти двое согласятся хоть на какое-то «право слова» для омеги.
---
Кен взял ручку следующим. Он не сказал ни слова — только тепло коснулся плеча Такемичи, прежде чем аккуратно и красиво расписаться:
> Ryuguji Ken
Мицуя подошёл четвёртым. Он посмотрел на список, кивнул и спокойно добавил своё имя чуть ниже:
> Mitsuya Takashi
Чифуя встал рядом с Мичи, хлопнул его по спине: — Ну и я, раз уж ты мой напарник, — он чиркнул свою размашистую:
> Chifuyu Matsuno
Такемичи чуть не расплылся от этой сцены — все такие разные, громкие, дерзкие, капризные — но сейчас они сидели вокруг этого листа бумаги, как дети, которые договариваются не портить любимую игрушку.
— Ты тоже распишись, Мичи, — мягко сказал Мицуя. — Это твои условия — ты тоже в них главный.
Мичи смущённо кивнул, взял ручку обеими руками — так, будто она весила целый килограмм — и аккуратно приписал внизу:
> Hanagaki Takemichi
Чифуя хлопнул в ладоши: — Ну что, официально теперь — никто не тронет наш храм без согласия!
— И без кляпов, если он не хочет, — добавил Кен, с ледяным взглядом посмотрев на Майки.
— Ну-ну, — хмыкнул Майки, качнув головой. — Зато теперь у нас будет, что рвать, если он вдруг забудет, кто здесь альфа.
— Попробуй порви — будешь спать в ванне, — Баджи заливисто рассмеялся.
Такемичи вздохнул и прижал этот лист к груди — теперь он не был просто человеком с кучей меток. Он был человеком, который может сказать «нет» и быть услышанным.
— Спасибо вам, — сказал он тихо, но твёрдо. — И… простите, что я не сделал этого раньше.
Кен наклонился, приобнял его за плечи: — Ты сделал это вовремя. Ты наш. Значит, мы должны быть твоими тоже — по-честному.
А Чифуя уже шутливо подмигнул: — Всё, напарник, теперь можно жить спокойно.