Обжигающая спираль (СИ) Автор:Горовая Ольга

Глава 25

Руслан только на секунду разрешил себе задержаться глазами на спине Светы, которую Глеб уводил по темному переулку. А потом, резко сжав кулаки, болью напомнив себе, почему не может плюнуть на все и пойти за любимой, успокоить ее, сам отвести к ним домой -- повернулся в сторону приближающегося Бондаренко. Русу оставалось надеяться, что этот пронырливый адвокат мало что заметил за друзьями.

Выйдя из-за спин Валика и Стаса, которые стояли рядом, он тихо бросил им "спасибо", и не оборачиваясь пошел к Бондаренко.

- Организаторам не совсем понятно, куда так стремительно делся их победитель, едва успев выиграть бой? - вопросительно протянул Антон и остановился в паре шагов от Руса, но смотрел он не на него, а Руслану за спину.

Туда, где Глеб уводил Светлану.

Руслан немного переместился, чтобы закрыть адвокату обзор.

- У меня были личные дела, - хмуро отрезал он, и забинтованными кулаками попытался стереть кровь, которая сочилась из ран на губах, снова и снова лопающихся при малейшем слове.

- И эти дела как-то связаны с тем парнем? - адвокат махнул головой в направлении переулка, куда ушла Света.

Русу захотелось прибить его, но он заставил себя лишь небрежно и безразлично передернуть плечами, игнорируя накатывающую после такой нагрузки усталость и боль в каждой мышце.

- Парень хотел нас подставить, - ляпнул он первое, что пришло в голову. - Он был нашим "букмейкером", - Рус криво ухмыльнулся, нахально глядя на Антона. - Мне же никто не запрещал ставить на самого себя. Вот я и решил с ним "поговорить", когда увидел, как пацан пытается тихо улизнуть, - он сжал и разжал пальцы, разминая кулаки, словно намекал, как именно "разговаривал" с недобросовестным парнем.

Антон усмехнулся уголками губ и пожал плечами.

- Что ж, и правда, никто не запрещал вам делать свои ставки, - согласился он, но все еще посматривал в сторону переулка. - Видно ты серьезно поговорил с этим пацаном, что тот почти висит на твоем друге, - с чуть более широкой улыбкой добавил адвокат.

Руслан придушил внутренний порыв развернуться. Слишком внимательно смотрел на него Бондаренко. Нельзя было показывать и толики чувств.

- Я не люблю, когда меня пытаются кинуть, - веско произнес Рус, с видимым безразличием начав разматывать бинты. - И всегда говорю серьезно. А Глеб позаботится, чтобы пацаненок оклемался, - без всякого интереса в голосе добавил Рус, так и не обернувшись. - Со мной лучше не ссориться, Антон, - бросил он, уже проходя мимо задумчивого адвоката. - Жаль, что ты так поздно узнал об этом, - он на миг замер, с намеком посмотрев прямо в глаза Бондаренко и пошел в сторону ангара.

- Эй, я всего лишь выполнял заказ, - усмехнулся адвокат, повернувшись и направившись за ним следом. - Ничего личного. Тебе не за что объявлять мне вендетту, - Антон усмехнулся Руслану, словно старому другу. - Пошли, я уполномочен выдать тебе вашу часть, - он кивнул в сторону задней двери в помещение.

- Ничего личного, - задумчиво повторил Рус, обернувшись к адвокату, и подумал почему-то о том, как этот Бондаренко клеился к его женщине на стоянке "Колизея". Он бы так не сказал. Но не собирался пока просвещать об этом самого оппонента.

Так или иначе, Рус предупредил этого Бондаренко. И в случае чего -- никаких претензий принимать не собирался.

Ничего больше не добавив, хоть адвокат явно ждал продолжения этой фразы, Руслан пожал плечами и пошел в указанном направлении.

Света едва смогла попасть ключом в скважину замка. Руки все еще дрожали, несмотря на все попытки Глеба ее утешить и успокоить. Наверное, такой взрыв эмоций -- страха, боли, страсти, надежды и злости не мог в одночасье исчезнуть бесследно. И ей просто стоило переждать какое-то время.

- Елки-палки, - рассерженно воскликнула Света на весь сонный подъезд, когда и с третьего раза не смогла провернуть ключ. И раздраженно посмотрела на свои непослушные руки, закусив губу при виде коричневато-ржавых пятен его крови на рукавах толстовки.

- Пусти, - Глеб потеснил подругу плечом, - дай, я попробую, - он одним уверенным движением крутнул ключи и распахнул двери. - Заходи, - друг махнул рукой в сторону темного коридора.

Глубоко вздохнув, она покорно зашла, щелкнув выключателем, и по памяти, не задумываясь, набрала код на электронном пульте сигнализации, сняв квартиру с охраны.

Глеб захлопнул за ними двери и уже закрыл замок изнутри.

- Света, ты как себя чувствуешь? - спросил он, наблюдая ее бесцельное блуждание от стенки к стенке.

- Не знаю, Глеб, - честно призналась Света, уперевшись лбом в косяк двери залы. - Меня трусит всю, пальцы дрожат, ноги ватные, и голова такая, будто я три бокала коктейля залпом выпила.

- Это пройдет, - пообещал Глеб, заботливо подхватив подругу под руку и повел ее к дивану. - Ты сейчас умойся, попей воды и поспи.

- Ты нормальный?! - Света оторопело уставилась на приятеля. - Я тебе говорю, что меня колотит, а ты мне поспать предлагаешь? Да я глаз не сомкну! - Света фыркнула и с нажимом помассировала голову, расчесывая запутавшиеся под капюшоном пряди пальцами.

- Свет, тебе надо отдохнуть, - пожал плечами Глеб. - Выпей снотворного или успокаивающего, не знаю, и поспи, - он так спокойно говорил обо всем этом, что ей захотелось рассмеяться, пусть смех и вышел бы истеричным.

- Глеб, да я не смогу уснуть! - она подхватилась с дивана и начала мерить комнату шагами. - Я же не знаю, как он, что с ним сейчас? Оставят ли его в покое, раз он победил? - Света сильно-сильно сдавила виски пальцами, пытаясь унять все больше разгорающееся волнение. - И все эти удары... А что, если там серьезное что-то? Ведь никто правила не соблюдал, а ...его так били, Глеб, - она почти с отчаянием посмотрела на друга.

Глеб вздохнул и встал напротив нее.

- Света, послушай меня, - он положил руки ей на плечи. - Все будет хорошо. Руслана никто не будет сейчас трогать, он им приличные деньги заработал. А второй раз они его просто не смогут достать, я не совсем понял, но парни говорили, что у них есть "крыша", просто человека сейчас в стране не было, но он завтра возвращается, и никто к ним больше не полезет, когда им растолкуют что к чему, - Света попыталась сосредоточиться, понимая, что Глеб, вероятно, сам не зная этого, говорит о Писаренко. Мысль о том, что того просто не было в стране и шанс на его вмешательство еще не использован -- немного ее успокоила. - Серый сейчас повезет Руса в больницу, это как пить дать, и не выпустит, пока врачи его полностью не проверят. Так что все с ним будет хорошо. И он сразу тебе позвонит, это я могу гарантировать, - Глеб усмехнулся и подмигнул ей. - Как бы там ни было, но его трусит при одном упоминании твоего имени, Света. Руслан просто одержим тобой, - добавил Глеб, вероятно, стараясь подбодрить подругу, и погладил ее по щеке.

Света вымученно улыбнулась в ответ.

Такие слова и успокаивали и мучили одновременно. Потому что она не понимала, как можно было творить то, что он творил, если все, что говорили Валик и Глеб -- правда. Но сейчас она старалась не думать обо всем том. Потому что страх за Руслана яснее ясного показывал -- не сможет она освободиться от него, не сможет забыть. И в данный момент первоочередным казалось убедиться, что с ее любимым все в порядке, а потом уж выяснять и разбираться с прошлыми обидами.

- Ладно, поезжай к нему, Глеб, - вздохнула Света, не ответив на слова друга. - А я попробую и правда успокаивающего выпить, что ли, - она вновь потерла лицо ладонями.

Глеб только сильнее пожал ее плечи, поддерживая Свету.

В конце концов, он и правда уехал, пообещав присмотреть за Русланом, хоть и пытался убедить Свету, что там нянек хватает. Но перед тем, как уйти, Глеб убедился, что Света выпила двойную дозу успокаивающего, коричневый раствор которого, сильно пахнущий валерианой и пустырником, сам и накапал ей на треть стакана воды.

Закрыв двери за приятелем, Света умылась и переоделась, еще раз с болью и отчаянием от всего испытанного, проведя пальцами по следам крови Руслана на своей одежде. Ее сердце не желало успокаиваться, то и дело сбиваясь с ритма. Ее мозг мучился и терзался вопросом "что с ним? Как он там сейчас?", и не успокаивало понимание правдивости слов друга, что Руса никто не бросит без помощи.

Но ведь ее рядом не было. И потому Света не могла успокоиться.

Впрочем, друг не зря заставил ее выпить лекарство. И даже мучаясь сомнениями, она сама не заметила, как провалилась в тяжелый, нервный, но все-таки сон.

Света не имела представления, сколько именно проспала, вновь и вновь видя во сне картинки недавнего кошмара, которым ей представлялся бой Руслана. И открыла глаза с отчаянно колотящимся сердцем, вдруг поняв, что ей не мерещится громкий настойчивый звук дверного звонка, разносящийся по квартире.

Она подхватилась, почему-то испытав приступ паники, уже придумав сотню бед, которые могли случиться с любимым, и стремительно побежала к двери, удивленно затормозив только тогда, когда увидела на экране домофона изображение Ромки.

- Ты чего в такую рань пришел? - спросила Света зевнув.

Она сразу же распахнула двери, успев краем глаза заметить на часах, что время еще не перевалило и за семь утра. В воскресенье Роман раньше одиннадцати не вставал и его приход удивлял. Тем более что Свете хотелось позвонить Руслану, узнать что там, как дела? И плевать на то, что раньше ей мешало и останавливало!

Но она тут же умолкла, растерянно рассматривая все еще молчащего брата.

Света никогда не видела Рому таким..., таким... Она даже слов не могла подобрать к внешнему виду Романа, кроме тут же пришедшей на ум поговорки, что "в гроб кладут краше".

- Господи, Ром, что с тобой? - хрипло спросила Света, ухватив брата за руку, и втянула того в коридор.

Роман покорно зашел и тяжело привалился к стене, едва не осев на пол.

- Света, - тихо и как-то опустошенно прошептал брат. - Я такое натворил, - и Рома поднял голову, посмотрев на нее убитым взглядом, от которого у Светы перехватило горло.

- Подожди, давай еще раз, - час спустя, ощущая себя опустошенной, растерянной и шокированной рассказом, который выслушала от брата, Света попыталась собраться с мыслями.

Они сидели на кухне, перед ней самой стояла третья по счету чашка кофе, которым Света пыталась прогнать остатки действия успокаивающего и развеять сонливость. Перед Ромкой же, давно остыв, тоскливо располагался чай, к которому тот так и не притронулся.

- А толку?! - вдруг вспылил Роман, тяжело уронив голову на стол и потер затылок. - Ничего не изменится, сколько бы раз я не повторял, а время-то уходит...

Света со стуком опустила чашку на стол.

- Знаешь, что? Ты сейчас заткнешься, перестанешь ныть, и четко ответишь на все мои вопросы! - ее терпение кончилось. Слишком много всего произошло за эти несколько дней, чтобы Света еще была в состоянии жалеть брата. Тем более после того, что узнала. - Мне плевать на то, что ты думаешь о смысле, - она сердито и гневно посмотрела в глаза Романа, который, похоже, не думал, что сестру можно настолько разозлить. - То, что ты сделал, это ужасно глупо, подло, и просто не укладывается в моей голове. Мы семья, и потому, сколько бы раз я не страдала из-за твоего поведения, сколько бы гадостей ты мне не говорил и не делал -- я старалась тебя жалеть. НЕ в этот раз, Роман, - Света все еще обвиняюще смотрела в его глаза, понимая, по ответному жалкому и раздавленному взгляду, насколько же брат еще ребенок. Господи, и за что ей это все?! - Ты подставил отца. Из-за глупости, эгоизма и непомерного самомнения ты додумался до такого, что может теперь просто уничтожить нашего папу. Да и тебя самого, если подумать. А потому -- ты будешь отвечать на все мои вопросы, и пересказывать мне эту ночь посекундно хоть сто раз, если я так скажу. Понял?!

- Да, - тихо и подавленно прошептал Роман.

- Хорошо, - ни капли не успокоившись, кивнула Света и бросила взгляд на часы, вновь берясь за свой кофе.

Восемь, ноль три. У нее имелось не больше сорока минут, чтобы разобраться и еще успеть что-то придумать.

- Итак, ты знаешь этого парня недавно, правильно? - Света перевела глаза назад на Романа.

Он кивнул.

- Да, с первого сентября, мы в одной группе занимаемся, - подтвердил брат.

- И он подначивал тебя принести пистолет отца, когда узнал кем тот работает, похвастаться?! - ощущая, как раздражение и возмущение почти клекочет в горле, Света постаралась воззвать к своему разуму. На злость времени не хватало.

- Да, - в очередной кивнул Роман.

- И ты на это повелся, Ромка?! - Света возмущенно вскочила с табурета и принялась ходить по кухне. - Поддался на "слабо" и ради того, чтобы показать, какой ты крутой и важный -- залез в сейф, стащив табельное оружие полковника СБ и пошел с ним гулять в компании таких же недоумков?! - она поняла, что подавить раздражение не выходит. И послала это подальше.

Роман промолчал, обойдясь еще одним кивком. Видно наконец-то понимал, что натворил. Во всяком случае, Света надеялась, что до него дойдет.

- Так, ладно, - она глубоко вдохнула. - Ты точно не стрелял?

- Точно. Ни я, никто другой, - быстро ответил Роман, глядя на нее как побитая собака.

- Но обойма полная, ты его зарядил? - с обвинением уточнила Света.

- Зарядил, - вновь виновато подтвердил брат.

- За-чем? - по слогам спросила Света и придавила пальцами лоб. Голова начинала раскалываться от боли.

- Показалось, что прийти с пустой обоймой -- будет тупо, - тихо объяснил Роман. - Меня бы засмеяли, - он вперился глазами в столешницу.

- Конечно, а нарушить все, чему тебя учили и о чем просили с детства родители -- это круто и достойно настоящего мужчины, - ехидно и зло передернула плечами Света. - Какое же ты ничтожество, Ромка, Господи! Не имеешь ни силы воли, ни собственного мнения. Слабак, который за чужой счет пытается что-то получить от жизни.

- Неправда, я не слабак! - вдруг возмутился Роман, подняв голову от стола.

А Света не выдержала. Просто много накопилось всего. И ударила брата по щеке. Может и не очень сильно все же, но хлестко и обидно.

- А кто ты?! - с гневом спросила она. - Кто? Думаешь, крутой? Думаешь, настоящий мужик? - она вдруг распахнула дверцу стиральной машинки, стоящей у нее на кухне, и бросила Ромке в лицо свою кофту, все еще испачканную кровью Руслана. - Мужчины до последнего защищают своих. Все делают, чтобы не подвергнуть близких опасности, подставляются и берут на себя чужие ошибки, лишь бы защитить любимых! Они не кичатся тем, что даже им не принадлежит!

Рома удивленно и испуганно посмотрел на пятна крови.

- Что это, Свет, - брат перевел недоумевающие глаза на нее. - Ты ранена? Что с тобой?

Света посмотрела на него и вздохнула.

Зачем она вспылила? Решить проблему это не поможет, а Ромка... вряд ли он поймет.

- Ничего, - опустошенно вздохнула она. - Это не моя кровь, - Света протянула руку и забрала кофту, почему-то, не удержадась и прижала испачканную толстовку к груди. - Руслан вчера дрался на тотализаторе, куда попал не без твоей помощи, - Света отвернулась и посмотрела слезящимися глазами в окно. - Но ты и тогда ничего не понял, несмотря на все, к чему твой поступок на встрече Клуба привел. И теперь утворил такое, - она покачала головой.

И глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.

- Так, ладно, - Света махнула рукой, увидев, что Ромка собрался что-то сказать. - Лучше молчи, Рома. Я не в настроении. Будем разбираться с тем, что ты сделал.

Она вновь села на свое место, вернув кофту в машинку, а брат повесил голову и смотрел на свои дрожащие пальцы.

- Хорошо, с пистолетом разобрались, - невесело суммировала Света. - Кто предложил машину угнать для веселья?

- Тоже Артем, - Рома уже не решался смотреть ей в глаза.

- И ты вызвался? - Света покачала головой, просто не веря, что это ее брат. - Согласился на такое?!

- Мне пиво голову задурило, - словно оправдываясь, прошептал Ромка.

- Я тебя прошу! - Света презрительно хмыкнула. - Пиво. Разве что ты его с водкой пил? - она вздернула бровь.

- Нет, - Рома вскинулся. - Честно, Свет, я только три бутылки пива выпил, клянусь.

- А разница какая, Рома? - с каким-то обреченным скептицизмом спросила она. - Ты же полез к машине...

Роман опять повесил голову.

- Так, - Света отпила еще глоток своего кофе. - Не нравится мне этот Артем. Не все так просто с ним, мне кажется...

- Да, нет, - Рома покачал головой. - Он просто мой одногруппник и все.

- Рома, - Света одернула брата. - Повтори мне еще раз фамилию хозяина машины, - она пристально посмотрела Ромке в глаза.

- Щеглов, - послушно ответил враз побледневший брат. - Щеглов Константин.

Света прикрыла веки и вздохнула.

Ей не надо было долго думать, чтобы отыскать в памяти одно из последних дел, которые поручил Свете вести отец. По фирме, чья деятельность вызывала подозрения, но в СБ не могли найти серьезных зацепок, хоть компания раз за разом косвенно всплывала в крупных делах по наркотикам. Да и не только в этом, но улик никогда не находили.

Владельца звали Константин Щеглов.

Совпадение? Света в них не верила.

Как и в то, что подначивание этого Артема, направленные на Романа, сына офицера, занимающегося делом Щеглова -- совершенно случайны. Тем более, если все закончилось тем, что Ромку подставили, бросив в руках хозяина машины, которую ее брат "угнал". И в результате, теперь у этого Щеглова находилось табельное оружие ее отца, а Романа послали домой, чтобы тот передал приглашение "поговорить"...

Хорошо, что Роман испугался и пошел к ней, а не к отцу.

Света не льстила себе, и не думала, будто может все мигом уладить. Просто боялась, что когда папа узнает...

Она честно опасалась его реакции. У Михаила Николаевича в последние два года врачи отмечали скачки давления. А Света читала о болезни отца достаточно, чтобы опасаться криза или инсульта.

Но тем не менее, понимая - не решится сказать отцу, она не могла и придумать, что делать? Как выйти из этой ситуации?!

Кому она могла довериться настолько, чтобы просить если не помощи, то совета?

На ум приходило только одно имя.

И хоть Света вовсе не по такой причине собиралась звонить Руслану с утра, и понимала, что он еще своих проблем не решил, не все еще уладил, она взяла телефон и выбрала его номер. Отчаяние и понимание того, что отпущенное до девяти утра время -- истекает, лишали ее выбора и другого пути.

Рома же просто молча сидел, так и не решаясь поднять глаза, пока она пыталась найти выход.

Руслан не взял трубку. Ни в первый раз, ни во второй, ни в третий.

Света поняла, что у нее все сильнее дрожат пальцы и подламываются колени. Кому ей звонить, если не ему? И почему он не отвечает?

Она не понимала.

Света испугалась еще больше, но успокаивала себя, что если бы с Русланом что-то случилось -- Глеб позвонил бы ей. Не смог бы не позвонить, правда же? Значит с ним все хорошо.

И вдруг, каким бы глупым не казалось подобное предположение с позиции нынешних проблем, вчерашнего боя и всего, что Света услышала от него -- невольно, но мелькнула в сознании мутная и горькая картинка любимого мужчины с другой.

Она одернула себя.

Серьезно, какой уж тут секс, хоть случайный, хоть нет, когда тебя так избили накануне ночью? Но сердце, глупое, не поддающееся доводам разума, измученное ревностью за эти недели видело вероятную измену в чем угодно.

Господи, и о чем она думает?!

Света придушила боль, ехидно хмыкнула над глупыми сомнениями и приказала себе сделать глубокий вдох.

Руслан просто не мог ответить на звонок. И все. Она перезвонит позже. Через пару минут, и он поможет, подскажет, как лучше поступить. Поддержит.

А пока Света позвонит Глебу и просто на всякий случай уточнит у друга, как дела у Руса. А заодно, может хоть его помощью заручится.

Но и Глеб на ее вызов не ответил.

Более того, его телефон оказался "вне зоны действия".

Света растерялась. Она никак не могла сообразить, кому еще позвонить и что сделать, когда в тишине кухни раздался звонок телефона Ромы.

Брат поднял трубку, и в миг побледнев, кинул быстрый взгляд на часы, а потом на Свету.

- Это они, - прошептал он непослушными губами, посмотрев номер.

Света не нуждалась в уточнении личности звонивших. На часах было девять.

- Дай мне, - протянула она руку, и нажала на кнопку приема Ромкиного телефона. - Слушаю, - не показывая собственного страха и того, как сердце колотилось в горле, спокойно проговорила Светлана.

- Мне нужен Роман, - произнес в ответ немного хриплый, низкий, но совершенно спокойный мужской голос.

- Кто его спрашивает? - уточнила Света на всякий случай. А вдруг повезет и это не тот человек? Глупо, но так хотелось надеяться...

- Щеглов, - немного насмешливо произнес голос, разбивая в пух и прах ее надежды.

- Тогда говорите со мной, - подавив все свои чувства, Света заставила себя отрешиться от страха и волнения. - Я занимаюсь вашим делом, Константин. Самойленко Светлана, лейтенант СБ, - добавила она, чтобы у звонившего не возникло сомнений о степени ее осведомленности.

На несколько секунд в трубке воцарилась тишина. А потом мужчина на том конце хмыкнул.

- Что ж, это делает все только интересней и приятней, - протянул он все с той же насмешкой. - Жду вас через сорок минут, вместе с братом, поговорим, поделимся мыслями, по всему этому недопониманию, Света, - панибратски произнес Щеглов. - И без всяких фокусов и засад с отрядами СБ, если не хотите, чтобы пистолет отца, с пальчиками вашего брата на нем, вдруг всплыл в каком-нибудь "мокром деле" при наличии свидетелей. Думаю, это лишит полковника и звания, и возможности дождаться торжественного выхода на пенсию, не говоря уже о неважном прогнозе для маленького Ромы, - совсем другим, стальным голосом добавил этот мужчина.

- Я поняла, - все еще справляясь с сокрытием эмоций, сухо проговорила Света. - Куда ехать?

Щеглов назвал адрес.

- И даже телефон не берите, товарищ лейтенант, - ехидно добавил он. - Мало ли, может СБ за мной и через такой прибор следить может. С вашими службами никогда нельзя быть уверенными.

- Как же вы будете уверены, что на мне жучка или еще чего нет? - скептично спросила Света.

- А мы вас проверим, даже не сомневайтесь. И если вы умная -- поймете, что лучше бы мне ничего не найти при этой проверке, - многозначительно сообщил Щеглов и прервал звонок.

Света молча смотрела на темный экран, понимая, что выбора у нее нет. И она сделает все, что потребует этот Щеглов, явится куда угодно, хоть голая, лишь бы защитить семью.

И не столько даже Ромку, сколько отца, который всегда спасал и оберегал ее от всего. Как и всех своих детей, впрочем.

Света понимала, что ей грозит. Она, как и всякий работник органов внутренних дел, прекрасно знала как такие люди могут поступить с ней. Но иного пути не могла увидеть, как ни старалась.

Ощущая какую-то странную опустошенность и отстраненность, Света вновь попыталась дозвониться до Руса. И опять на ее вызов никто не ответил.

Глеб тоже молчал.

Тогда Света сделала единственное, что показалось ей разумным. Она набрала сообщение, с указанием имени и адреса, а так же причины, по которой едет на эту встречу и отправила то Глебу, закончив просьбой разыскать ее, если Света по каким-то причинам не вернется.

Она не сомневалась, что Глебу уточнения, как и ей самой, не потребуются, друг достаточно крутился в ее семье, чтобы быть в курсе дела.

И после этого, покорно отложив и свой, и Ромкин телефоны, пошла одеваться, сопровождаемая виноватым, подавленным взглядом брата. Только от его позднего прозрения легче не становилось.

Глава 26

- Никогда не думал, что страдаю клаустрофобией, но не очень-то приятно лежать в этой штуке, - Рус с нескрываемым облегчением встал со скамейки аппарата ЯМР. - Теперь ты отстанешь от меня, Серый? - с усмешкой спросил он у друга, который стоял в дверях, отделяющих кабинку наблюдения от самой комнаты, где стоял громоздкий аппарат. - Уверился, что со мной все хорошо?

- Тебя все еще качает, Рус, - Сергей сурово посмотрел на него, но Руслан видел, что приятель уже почти не сомневается в его здоровье. - Я хотел, чтобы мы ничего не пропустили.

- Меня огрели по голове из-за моей же дурости, - пожал плечами Руслан и осторожно усмехнулся подживающими губами. - Будто в первый раз. А ты меня с двух ночи тягаешь из кабинета в кабинет, и врачам спать не даешь. Или это Федька тебя подбил? - Руслан натянул свитер через голову и с доброй насмешкой подмигнул как раз зевнувшему врачу. - Хочешь нас по максимум раскрутить, а?

- Руслан, - Федор обиделся. - Я о твоем здоровье пекусь, а ты меня в жадности подозреваешь. Вот дождешься, что махну на тебя рукой, и перестану заниматься, долго ты тогда протянешь при твоих-то драках? - насмешливо хмыкнул врач.

- Ладно, Федь, я не зло, - Руслан хлопнул врача по плечу, уже зайдя к ним в комнату. - Что там? - он махнул головой в сторону монитора, перед которым сидел доктор. - Жить буду?

- Будешь, - криво усмехнулся их знакомый врач, которого они среди ночи выдернули из дома. - Если ума хватит больше не лезть в бои.

- Может ты и не веришь, - так же криво улыбнулся Руслан, - но я от этого никакого кайфа не испытываю. У меня не было выбора. Спасибо, Федь, - еще раз похлопав врача по плечу, он повернулся к Сергею. - Теперь мы можем отсюда уйти, мамочка? - с издевкой, но по-дружески поддел он того.

Сергей сделал вид, что сердит, но не удержался, улыбнулся.

- Док, ты уверен, что с ним все хорошо? - обернулся Сергей к Федору, - уж больно Рус веселый, может еще что-то ему обследуешь, или в стационар на пару дней для наблюдения определишь, а? - задумчиво протянул Серый, явно веселясь от того, как Руслан угрожающе помахал кулаком перед его носом.

- Думаю, это он не от травмы такой веселый, - подал голос Глеб, который все это время делал вид, что дремлет на стуле под стенкой. - А, или от недосыпания, или..., - парень усмехнулся, многозначительно приподняв бровь.

- Так, все, - Руслан скривился. - Вы - как хотите, а я пошел. Мне есть чем заняться, - он сурово посмотрел на друзей и развернулся к выходу. - Где мой телефон? - Рус требовательно глянул на Сергея, которому отдал мобильный перед обследованием. В кабинет ЯМР с тем не пускали.

- В кабинете Федьки, где и наши, - Сергей вышел следом за ним в коридор. - Серьезно, Рус, я понимаю, что тебе не сидится на месте, но вспомни, когда Света в аварию попала, сколько ты ее по врачам таскал? То-то же, - назидательно кивнул головой друг, когда Рус закатил глаза. - Считай, что и мы о тебе за нее позаботились, - Сергей и сам зевнул, и потер лицо ладонью, пытаясь прогнать последствия напряженной бессонной ночи.

Руслан вздохнул, подумав, что лучше бы именно Света была сейчас рядом. Во всяком случае, его не трясло бы от желания позвонить ей, проверить, что между ними и правда протянулись новые связи, что она позволит ему исправить все. Потому так и рвался из больницы к ней. Но даже набрать номер не решался пока, посчитав, что отдых ей нужнее. Он видел, насколько непросто Свете дался этот его бой. А Глеб уверил самого Руслана, что доставил Свету домой и лично напоил успокаивающим.

Но сейчас, если не врали часы, висящие в холле больницы, в начале десятого, можно было уже и звонить. Во всяком случае, Русу, после стольких часов проведенных в этих светло-зеленых стенах под пристальным наблюдением врачей -- больше всего на свете хотелось именно услышать ее голос. Он бы и раньше сбежал отсюда, да на аппарат ЯМР пускали только с девяти. А и Сергей, и Федор отказались выпускать его без этого обследования.

Зайдя вслед за Федькой в кабинет, Рус первым делом направился к столу, на котором лежали три их телефона, и пока парни о чем-то продолжали переговариваться, снял блокировку со своего.

На дисплее мерцало сообщение о пяти пропущенных вызовах. Все от Светы.

Руслан не мог понять почему, но это вызвало в нем беспокойство и напряжение, а не радость. Даже если предположить, что она его полностью простила (а он был не таким дураком, чтобы в это поверить) Света не звонила бы столько раз просто так. И тревога о его здоровье, навряд ли, вынудила бы ее настолько пытаться достать Руса. Он вообще не мог пока предположить, что послужило причиной такой настойчивости. Но пытался разобраться с этим уже слушая гудки вызова в трубке.

Света не поднимала.

Руслан нахмурился, когда сеть автоматически сбросила вызов, и нажал на повтор.

- Рус, позвони Свете, она мне почему-то звонила несколько раз, вряд ли, чтоб моим здоровьем поинтересоваться, - окликнул его Глеб, но ответить, что уже это делает, Руслан другу не успел. У того запищал сигнал сообщения, и Глеб уткнулся в экран.

Руслан в третий раз нажал на дозвон, ощущая все больше тревоги, пусть не мог пока понять, что именно его настораживает.

И в этот момент, когда он слушал гудки в своем телефоне, сзади прозвучал откровенный мат.

Руслан обернулся с некоторым удивлением и посмотрел на посеревшее лицо Глеба.

- Что? - тут же потребовал он ответа, поняв, что вряд ли дозвонится. Но отчего-то, не испытывал ни малейшего сомнения -- такие эмоции приятеля имеют к Свете прямое отношение.

Вместо ответа Глеб молча протянул ему свой телефон, а сам тяжело втянул воздух.

Руслан впился глазами в строчки на экране и понял, что разделяет чувства друга. Только ему захотелось высказаться еще грубее. Адреналин, казалось бы, полностью израсходованный ночью, ударил в мозг пульсацией крови, заставив каждую мышцу напряженно натянуться.

Страх. С тех пор, как Света появилась в его жизни Руслан слишком часто испытывал это чувство, обретя наконец-то то, что мог утратить. Но сейчас, сейчас это был почти ужас. Потому что Руслан знал Щеглова. И знал, что может ждать Свету, если она и правда сунулась в руки к этому человеку, который уничтожал любого, кто пытался стать на его пути.

Только махнув рукой врачу напоследок, не слушая какие-то рекомендации, которые продолжал Федор ему давать, он стремительно рванул к двери, на пару шагов опережая Глеба.

- Серый, - уже на ходу резко бросил Рус ничего не понимающему приятелю, - пошли. Поможешь. Света к Щеглу поехала.

- За каким лешим?! - кинулся следом помрачневший Сергей, после своей порции крепких выражений, нагнав его уже на лестнице. Друг не хуже, а может и лучше самого Руса был знаком с Константином.

- Откуда я знаю?! - зло кинул Руслан, быстро спускаясь по ступенькам. - Она написала только то, что эта мелкая сволочь - ее брат, что-то с пистолетом отца начудил, - не обращая внимания на то, что голова еще побаливала и мир не обрел окончательное равновесие, Рус перепрыгивал ступени, стремясь быстрее добраться до стоянки.

И так же на ходу, набирал номер на телефоне.

Света глубоко вдохнула, крепко цепляясь руками за руль. Мимо проезжали автомобили, но она даже не замечала их.

Светлана припарковала свою машину через дорогу от здания, которое соответствовало указанному адресу и теперь просто старалась набраться сил, чтобы пройти через все, что только могло случиться. Вновь и вновь Света напоминала себе, что у нее просто нет другого выхода. Но это не помогало унять страх и мандраж перед предстоящей встречей.

Господи, помоги! Но у Светы не было уверенности, что она справится.

Повернувшись, Светлана встретилась взглядом с глазами брата. Ромка выглядел испуганным, но все же, определенно спокойней, чем сама Света ощущала себя. Конечно, брат еще не читал отчетов о трупах, которых находили после общения с подобными "бизнесменами", в первый месяц учебы с таким не знакомили.

Да и навряд ли Рома представлял себе, как именно подобные люди морально ломают тех, кто оказывается на их пути. А Света отдавала себе отчет, что не ее смерть, да и не чья-то из их семьи, в принципе, нужна Щеглову, и тот скорее выберет другие методы "убеждения".

Какой-то автомобиль резко затормозил перед ее "хондой", однако тот не был ей знаком и Света только вздрогнула от неприятного визга тормозов, который резанул по ее нервам.

Вновь посмотрев на брата, Света ощутила себя вдруг в полном одиночестве. От Ромки определенно не стоило ждать ни помощи, ни поддержки, он так до конца и не уразумел, во что втянул всю семью. Она отвернулась и снова глубоко вдохнула.

- Ну что, пошли? - хрипло спросила Света, не оборачиваясь. - Ты будешь молчать, понял? Что бы они не сказали или не сделали, на чтобы я не согласилась -- ты не будешь даже дышать так громко, чтобы о тебе вспомнили, ясно?

Ромка нервно кивнул.

- Ладно, - Света поняла, что дальше тянуть некуда. - Пошли, - и резко дернула ручку, открывая дверь.

Но не успела Света ступить на тротуар, как в поле зрения ее глаз появились мужские туфли.

Подняв голову она с удивлением поняла, что они... окружены. В буквальном смысле этого слова.

Около ее машины стояло несколько человек, и еще люди подходили. Света заметила серьезное, хмурое лицо Сергея, взволнованные глаза Глеба и, как ни странно, явно нервничающего Виталия, который шел к ним от машины, так неосторожно припарковавшейся перед ее автомобилем.

А прямо перед Светланой, на расстоянии не больше шага, злой настолько, что желваки ходили на щеках, с огромным багровым синяком над бровью, прожигая ее бешенным взглядом, стоял Руслан.

- Ты в своем уме?! - тихо, но до ужаса отчетливо, так, что у Светы по коже пошли "мурашки", хрипло потребовал он ответа, с силой уперевшись сбитой ладонью в бок машины. - Ты хоть понимаешь, куда лезешь?!

Она не смогла сразу ответить - уставилась на него, словно на привидение.

Просто горло перехватило от понимания, что все-таки, Света не останется один на один с этим всем. И почему-то до боли захотелось коснуться пальцами его губ, затягивающейся раны в уголке рта. Однако, она заставила свой мозг трезво взглянуть на ситуацию и взять себя в руки. Сейчас было явно не до всего этого. Пусть Света и обрадовалась, что с Русланом все в порядке.

- Понимаю, - тихо и твердо ответила Света.

- Ни черта ты не понимаешь! - едва не заорал Рус, уперевшись второй рукой с другой стороны так, что зажал Свету между собой и "хондой". - Даже понятия не имеешь, что он с тобой сделает!

- Имею, - еще тише ответила она, опустив взгляд. - Но у него пистолет отца, на котором отпечатки Ромки, а я веду дело Щеглова, - Света потерла лицо ледяными ладонями.

Руслан выругался и сжал пальцы так, что суставы захрустели.

- Ты. Туда. Не. Пойдешь, - отчеканил он, обхватив подбородок Светы пальцами и удерживая ее взгляд своими глазами. - Ясно?

- Но, - Света попыталась подобрать слова, чтобы объяснить, почему не может так поступить. - Руслан...

- Эй, - неуверенный голос Ромки прозвучал неожиданно для обоих. Тем более, что другие парни молча стояли рядом, не вмешиваясь. - У нас нет времени, Света, - как-то дергано и со страхом поглядывая на здание, напомнил брат.

Этим замечанием он переключил на себя внимание Руслана. И Света действительно испугалась, когда увидела, какой злостью вспыхнули темные глаза любимого.

- Сядь, - резко приказал он Свете, сам распахнул шире дверь и легко толкнул, заставив ее опуститься назад на сиденье, с которого Светлана только пару минут назад поднялась.

- Нам же идти надо..., - как-то растерянно протянул Рома и подошел к ним, обойдя машину, очевидно, еще не поняв, что лучше было бы заткнуться.

- Руслан, - Света попыталась подняться, ясно прочитав во взгляде любимого, что ждет ее брата. - Не надо, он не поймет...

- Да, что ты?! - так же гневно переспросил Руслан, опять толкнув ее назад на сиденье. - Думаю, вы и так его слишком сильно и долго жалели, оберегая от жизни, - он прикрыл дверь и резко протянул руку, ухватив Ромку за ворот легкой куртки. - Мы пойдем, Рома, - встряхнув ее брата так, что тот взмахнул руками, пытаясь сохранить равновесие. - Обязательно пойдем, - зло пообещал Руслан. - Ты и я, а вот Света -- останется. Ты натворил, ты и будешь расхлебывать, пора становиться взрослым, - Рус еще раз встряхнул Рому, будто пытался таким образом достучаться до его мозга.

- Но, - Рома испугано посмотрел на нее, а Света, пусть и жалела брата, почему-то не могла вмешаться. Не хотела. Роман действительно заслужил этот урок, наверно. Вот только, поймет ли? И сумеет ли Руслан уладить это дело? Она не знала, насколько глубоко Рус знаком с криминальным миром их города, и потому не была уверена ни в чем. - Но ведь сказали, чтобы ты пришла, иначе он пистолет использует, - как десятилетний пацан пролепетал Рома, вцепившись в руку, которой Рус держал его.

Руслан выругался и вдруг с силой толкнул Романа на бок машины.

- Ты, ничтожество, ты хоть понимаешь, куда сестру тащишь, придурок?! - Рус явно злился и на каждое слово тряс Ромку так, что затылок того несильно бился по машине. - Ты знаешь, что с ней там сделать могли, только потому, что ее отец в СБ работает? Что она сама лейтенант? Понимаешь? Что бы ты сделал, если бы ей причиняли боль, просто потому, что преимущество в их руках? Если бы пустили по рукам, а? Если бы каждый или скопом ее поимели , только чтобы сломать, чтобы заставить выполнять любой их приказ? Скулил бы в углу? Или считал бы, что она и правда должна на все идти ради тебя?! - Руслан сжал пальцы на лице Ромки, заставив того смотреть ему в глаза.

Роман посерел и дернулся, вдруг переведя глаза на нее.

- Света? - прохрипел брат. - Он ведь..., - Ромка тяжело сглотнул. - Это же не правда?

Светлана молча отвела свой взгляд.

Слова Руса были правдой. И Света знала о такой вероятности, когда соглашалась на встречу. Такой вид ломки женщин, наряду с обычными болевыми методами был очень распространен. А от изнасилования и превращения в своих шлюх сотрудниц правоохранительных органов, подобные люди получали особое удовольствие. И она боялась, что ее силы воли могло не хватить, чтобы не сломаться, если бы Свету и правда пропустили через это все.

Несмотря на то, что характером Света пошла в отца, иногда она сомневалась, что имеет и его волю к жизни и сопротивлению. Потому и не хотела когда-то работать в СБ, а старалась всеми силами избежать любого криминала. Но он сам ее, похоже, находил.

- Я... - Ромка отчаянно вцепился в пальцы Руса, которые слишком сильно держали его. - Я не знал, не думал, правда. Света, честно..., - он пытался высвободиться, но Руслан только в очередной раз его встряхнул.

- Теперь знаешь, - жестко отрезал он. - И еще ответишь передо мной за то, что подверг сестру такому, ясно?! Я тебя жалеть не буду! - Рус презрительно наблюдал за жалким кивком ее брата. - А сейчас, пошли, - оторвав Романа от машины, он толкнул его в сторону дома, и повернулся следом.

- Руслан, - Света подскочила с сиденья, пусть ноги и подламывались. - Я с вами...

- Черта с два! - Рус не просто крикнул, он заорал на нее, резко развернувшись. - Ты сейчас сядешь в машину и уедешь отсюда с Глебом и Виталием. И не двинешься с места, пока я не приеду. Это не обсуждается, - на миг обхватив ее щеку своей ладонью, Руслан замер, то ли поглаживая ее кожу, то ли удерживая. А потом махнул головой Глебу, стоящему сбоку. - Увези ее, - хрипло приказал Руслан, неотрывно глядя в ее глаза. И в последний раз проведя по щеке Светы пальцами, будто брал часть ее тепла, резко отвернулся, и пошел к двери, уже не оборачиваясь.

А Света, несмотря на желание остаться с ним, понимала, что возможно, он и правда лучше знает, что делает. Только боялась, что и как со вчерашним боем, Рус берет все на себя. Подставляется, чтобы защитить ее. И этот страх становился все сильнее, с каждым шагом, которым Руслан отдалялся от нее.

Их пропустили без проблем. Охрана в офисе Щеглова достаточно хорошо знала Руслан и Сергея, чтобы без вопрос отвести их к боссу, когда парни зашли в холл.

- Здорово, ребята, - сам Щеглов, если и удивился такому нежданному визиту -- виду не подал. Он спокойно поднялся от бумаг, которые изучал, пожал им по очереди руки, и вновь сел в свое кресло.

Ромку Руслан пока предусмотрительно держал за их спинами, а тот вылезти и не стремился.

- С чем пожаловали? - поинтересовался Константин и вопросительно посмотрел на них. - Не думайте, что не рад видеть, но у меня сейчас встреча назначена, - Щеглов усмехнулся уголками губ. - Да и ты, Рус, слышал - вчера дрался, наверное не до визитов вежливости тебе сейчас, - их собеседник махнул головой в сторону "следов" его драки на лице Руслана. - Кстати, я хоть прийти не смог, но на тебя ставил, так что -- спасибо, подзаработал, - Константин довольно хохотнул.

Руслан заставил себя сохранить хладнокровие при упоминании о "встрече" и делах, да просто кивнул на упоминание о бое.

- Да, пришлось тряхнуть стариной, Щегол, - кивнул он, покачиванием головы отклонив предложение сесть. И внимательно посмотрел на хозяина, прикидывая в уме все вариант.

Щеглов был старше их с Сергеем, лет на десять. И уже уверенно становился на ноги, когда Рус с друзьями только открывал свою первую секцию. Они встречались пару раз, но их пути никогда не мешали один одному. А несколько раз Константин даже здорово выручил Сергея.

Мысль об этом напомнила Руслану кое о чем. А точнее - о ком.

- Тебе фамилия Бондаренко ни о чем не говорит? - задумчиво спросил Руслан, присматриваясь к Щеглову.

Тот кивнул.

- Антон? - уточнил Костя. - Знаю такого. Он, кстати, был у меня не так давно, хороший адвокат, когда надо выйти сухим из воды, если ты понимаешь, о чем я, - Щеглов подмигнул Русу. - Все сумеет выкрутить в твою пользу. Кстати, ты напомнил, он тоже о вас спрашивал, интересовался, можно ли с вами дела иметь.

Руслан переглянулся с Серым и сильнее сжал пальцы.

- И что ты ему сказал? - спокойно уточнил он.

Щеглов пожал плечами и откинулся в кресле, кажется, пытаясь все же рассмотреть, кто там стоит за ними внимательней.

- Что вы нормальные, только правильные очень, - криво усмехнулся Константин. - Но молчать умеете, и всегда исправно платили и за товар, и за услуги.

Руслан шумно выдохнул.

- Ну, спасибо, Щегол, - иронично скривился он. - Ну, удружил. Так вот, откуда этот червь про порошок пронюхал, - он повернулся и будто случайно глянул в окно, удостоверяясь, что машины Светы и Виталия уже не маячат у бровки.

- У вас из-за этого проблемы были? - нахмурился хозяин кабинета. - Простите, искуплю. Думал, что он себе новых клиентов ищет, - Щеглов изобразил искреннее сожаление. Да и у Руса не было повода ему не верить. - Вы из-за этого приехали? - поинтересовался Константин.

Руслан перевел глаза назад на него и молча покачал головой.

- Нет, Щегол, - серьезно и без былой легкости произнес он. - Хотя и это -- причина. Но мы по делу. По твоему делу, - уточнил Руслан, и обернувшись, за плечо вытолкнул вперед Ромку. - Знакомый? - поинтересовался он.

Щеглов ухмыльнулся, но от Руса не укрылось, что глаза собеседника остались холодными и сосредоточенными.

- Знакомый, - спокойно кивнул хозяин. - Но вы-то тут при чем? Или и у вас с Ромой счеты есть? Или с его папой? - Щеглов насмешливо и свысока посмотрел на съежившегося Романа.

- Нет, у меня с ним счетов нет, и если честно, мне до этого мелкого недоразумения, - он кивнул головой в сторону брата Светы, - дела тоже нет. Только порадовался бы, если кто-то показал ему, что такое жизнь на самом деле, - Руслан смотрел прямо на Щеглова. - Только вот, до его сестры мне дело есть. Света -- моя. И у нас, похоже, проблема, - Руслан наконец-то сел на стул, стоящий напротив стола. Сергей последовал его примеру, стоять остался только дрожащий Ромка. - Я слишком хорошо знаю тебя и твои методы, чтобы пустить свою женщину к тебе на "встречу", чтобы там ни было, - с намеком проговорил он.

Щеглов нахмурился и откинулся в кресле, неотрывно смотря на Руслана изучающим взглядом.

- Удивил, - наконец, спустя пару томительных минут полного молчания, произнес Константин. - Неужели, решил остепениться, а, Рус? Или должность отца этой Светланы сыграла роль? - хозяин немного раскручивался в своем кожаном кресле, продолжая внимательно его разглядывать холодными глазами.

Руслан только пожал плечами, спокойно выдерживая этот взгляд и насмешливо поднял бровь, хоть и нельзя сказать, что этот жест дался легко. Синяк никуда не делся-то.

- Что же в ней такого, что ты решил уйти с поля? - со скупой усмешкой поинтересовался Щеглов.

- Думаю, по вполне понятной причине, я постараюсь, чтобы ты не смог узнать этого при личной встрече, - с такой же усмешкой ответил Рус, ни капли не расслабившись. Он прекрасно знал, что не стоит доверять этой словесной игре. - Разве что, на словах могу пересказать, из-за чего.

- Прямо заинтриговал ты меня, парень, - Щеглов покачал головой. - Но у нас, и правда, похоже, назрел конфликт... интересов, - замерев на месте, перестав крутить кресло, Константин вперился в него глазами. - Мне тоже не нужен этот пацан, - он махнул рукой в сторону Ромки. - Но вот если твоя Света не обманула -- именно она ведет мое дело в СБ. А тебе, как одному из тех, кто брал у меня товар, думаю не надо объяснять - я не хочу, чтобы это дело до чего-то дошло? - совершенно другим, жестким тоном, протянул Щеглов.

Настала очередь Руслана молча изучать своего собеседника. Он приблизительно понимал, из-за чего весь "сыр-бор". Как совершенно справедливо заметил Щеглов, они с Сергеем какое-то время действительно покупали у Кости наркотики, не видя и не имея иной альтернативы в той ситуации. Даже не столько Рус, сколько сам Серый. И теперь он прекрасно понимал, что именно хочет Щеглов от Светы и ее отца -- замять дело. Любым путем. Неважно как и что, но чтобы больше никто не лез к нему и не сомневался в "чистоте и законности" бизнеса его официальной фирмы. И ради этого Щеглов действительно пойдет на все.

- Я объясню Свете, почему им стоит закрыть это дело, - медленно и с напором проговорил Руслан. - Думаю, тебе известно, что моему слову можно верить, - напомнил он. - Да и забуду подставу с Бондаренко, хоть чувствую, этот проныра еще попьет моей крови, - Рус небрежно хмыкнул, ничем не выдав своего сосредоточенного напряжения.

- Понимаешь, в чем дело, Рус, - Щеглов наигранно вздохнул, возобновив свои покачивания. - Нет у меня уверенности, что полковник тебя послушает, вот беда-то, - он посмотрел на него из-под бровей. - Самойленко очень известен своей несговорчивостью, потому и пришлось идти на такие меры, чтобы хоть страхом за жизнь детей, объяснить человеку -- не все в жизни принципы решают. И если я поверю тебе, доверюсь твоему слову, а они все равно решат отыграться на невинном бизнесмене? - Константин покачал головой, словно сетовал на несправедливость их государства и власти.

- Мы всегда честно держали уговор, - вдруг вмешался в разговор Серый, махнув головой на предостерегающий взгляд Руслана. - И в этот раз ты можешь нам верить. Рус уладит это дело, - Сергей так же твердо, как и он сам, выдержал изучение Щеглова.

- Сергей, хорошие вы парни, - их хозяин выказывал искренне расположение, но Руслан не обманывался. - И кстати, тебе больше товар не нужен? Что-то ты давно не заглядывал? - он вопросительно кивнул.

Сергей спокойно покачал головой, а Рус знал, чего другу стоил такой невозмутимый вид.

- Да? Ну, как знаешь, - кивнул Щеглов. - Так вот, о чем я -- хорошие вы парни, да и я, вроде, как вас подставил, - Константин еще раз внимательно осмотрел Руслана. - Чувствую, есть и моя вина в этих синяках, - лукаво пожурил он сам себя. - Но поймите и меня. Дело серьезное, мне нужны гарантии. Такие, чтобы я спокойно мог работать дальше и выручать ребят типа вас, когда у них приключится беда, - Щеглов пристально смотрел на них. - Вы мне можете дать такие гарантии?

Руслан стиснул зубы и только собрался открыть рот, как его прервал другой, веселый голос.

- Думаю, я могу дать тебе такие гарантии, Костя, - почти с отцовским покровительством проговорил Писаренко, заходя в двери. - Прости, племяш, задержался, эти таможенники вечно мой багаж умудряются куда-то засунуть, - как самый настоящий добрый дядюшка, пожаловался закаменевшему Руслану Николай Алексеевич, и тайком лукаво подмигнул, отвернувшись от хозяина кабинета. - Но теперь, добрался, наконец-то, - с видимым облегчением выдохнул Писаренко и протянул руку Щеглову.

- Николай Алексеевич, не ждал, - тот был явно удивлен таким визитом.

Хотя, Рус не мог бы биться об заклад, что больше шокировало хозяина -- появление самого Писаренко или вскользь брошенное сообщение об их с ним "родстве". Впервые он действительно был рад появлению этого человека. Плевать на бои и все остальное. Но если его "дядя" сумеет вытащить Свету из всего этого болота без последствий -- Рус готов был переступить через все и через память, и через гордость, и сделать для Писаренко что угодно.

Потому и достал его едва ли не во время приземления самолета.

- Да, сам не думал, что так выйдет, но Руслан ввел меня немного в курс дела, а сам понимаешь, Костя, родственные интересы -- важнее отдыха, - добро посетовал Писаренко, устроившись на еще одном свободном стуле.

- Не знал, что Руслан ваш племянник, - честно признал свое удивление Щеглов. - Хотя, это кое-что объясняет.

- Мальчик не любит, когда думают, будто я ему помогаю, сам себе путь прокладывает, - с доброй улыбкой на загоревшем после отдыха лице, отмахнулся Писаренко. Он поздоровался с Сергеем, и просто проигнорировал Ромку, который уже успел незаметно отодвинуться к стенке и теперь стоял там, серее осеннего неба за окном. - Но я потому так и торопился, родной человек, все же. А тут еще и Светочка замешана, - сокрушенно покачал головой Николай Алексеевич так, что Рус просто глазам не верил, поражаясь, как умеет играть этот, в общем-то, очень жесткий, а порою и бездушный человек. - Я ее вот с такого возраста знаю, - Писаренко махнул куда-то в область пола. Видимо, показывая предположительный возраст Светы, решил Рус. - Такая хорошая девочка, росла у меня на глазах. Я так рад, что они с Русланом теперь вместе, - Писаренко улыбнулся. Ни дать, ни взять -- сердобольный глава семейства. - Своих деток не имею, может хоть их малышей понянчу, двоюродных внуков, - продолжал говорить он. - И так не хочется, чтобы им кто-то или что-то мешало, понимаешь, Костя? - вдруг враз изменил тон Писаренко, напомнив всем присутствующим, почему так долго держится на своем месте - настоящим, а не показным главой области.

В кабинете повисла напряженная тишина.

- Понимаю, - медленно кивнул Щеглов. - Но, без обид, только, Николай Алексеевич, и вы поймите меня, - хозяин твердо смотрел им в глаза. - Сами знаете -- времена сейчас нелегкие -- мне гарантии нужны, что меня в покое оставят.

- Я даю тебе такие гарантии, - жестко и твердо пообещал Писаренко. - Руслан все со Светочкой уладит. Она девочка умная, поймет, да и Русу поверит, что так лучше будет. Ну а с полковником -- сам переговорю. Думаю, мне ты поверишь, Костя? - насмешливо приподнял бровь Николай Алексеевич.

Щеглов молча смотрел на них несколько секунд, в течении которых Рус чувствовал себя напряженней, чем перед вчерашним боем. Но, наконец, Костя кивнул.

- Хорошо, если вы оба мне гарантируете, что все утрясете -- я поверю, - медленно проговорил Щеглов.

- Замечательно, - Писаренко довольно прихлопнул ладонями. - Рад, что мы быстро друг друга поняли, - Николай Алексеевич бодро поднялся. - Вот и решили. Пистолет я сам Самойленко верну, - добавил он и протянул руку к Щеглову.

Тот прищурился и Руслан, поднявшийся следом за "дядей", настороженно застыл, готовый к чему угодно.

- Костя, - с показательным изумлением уточнил Писаренко. - Какие-то недопонимания?

- Нет, - все же выдохнул Щеглов и покачал головой. - Все нормально, - и наклонившись, достал из сейфа, вмонтированного в стену за столом, пистолет. - Вот. Но я рассчитываю на ваше слово, Николай Алексеевич, Руслан, - он с намеком посмотрел на них. - Потому что, в случае чего, сам на дно не пойду...

Слова Щеглова повисли в кабинете. Но Писаренко только рассмеялся.

- Обижаешь, Костя, никто тебя топить не будет. Городу нужны такие честные и платежеспособные бизнесмены, - подмигнул он их хозяину. - Ну что, побежали, ребятки? - уже обернувшись к нему и Сергею, - дела не терпят, - не дожидаясь их ответа, Писаренко прошел мимо Руслана и хмуро посмотрел на Романа. - Пошли уж, несчастье, - неприветливо кинул он младшему Самойленко.

Тот на непослушных ногах побрел к выходу, уже, похоже, ничему не удивляясь.

Попрощавшись с Щегловым так, словно всю жизнь были едва ли не лучшими друзьями, хоть каждый видел настороженность во взгляде друг друга, Руслан и Сергей вышли из кабинета следом за Писаренко.

- Мне тут птичка о боях на деньги напела, - не оборачиваясь, вдруг произнес Николай Алексеевич, когда они спустились на первый этаж. При этом он чуть ли не пинками заставлял Рому быстрее шевелиться.

Руслан хмыкнул, наконец-то испытав облегчение после напряжения последнего часа. Если уж Писаренко вмешался -- к Свете больше никто не будет цепляться, да и к ее семье. Теперь осталось только убедить ее саму и полковника, что честность -- не всегда оптимальный выход из подобной ситуации, и иногда ради семьи приходится жертвовать принципами.

- Эту ворону часом не Виталий зовут? - поинтересовался он, толкнув дверь выхода, после того, как кивнул на прощание охранникам.

- Ну, согласен, не соловей, - так же хмыкнул Писаренко, следом выйдя на моросящий дождь, который начался пока они сидели у Щеглова. - Зато не врет. Что происходит, Рус? - Николай Алексеевич внимательно посмотрел на него, не пропустив ни одного синяка.

- Это не важно, - отмахнулся Руслан. - Справимся. А вот за Свету -- спасибо, - искренне и серьезно произнес он. - Я этого никогда не забуду. И что угодно в благодарность сделаю, - он посмотрел Писаренко в глаза, показывая, что говорит совершенно серьезно.

Николай Алексеевич задумчиво хмыкнул.

- Ни тебе передо мной долг искупать, племяш, - криво усмехнувшись, он отвел глаза. - Поговорю-ка я с этими любителями драк. А то так внуков и не дождусь, пока ты будешь оклемываться после очередного боя, - Писаренко хлопнул несколько удивленного Руслана по плечу. - Ты хоть выиграл, я надеюсь? - уточнил он уже совсем другим, легким тоном.

- Само-собой, - вмешался в разговор Сергей, видя, наверное, что Рус несколько растерялся. - Хотя, если бы не поддержка Светы, кто знает, что этот олух позволил бы с собой учудить, - добро подколол он друга.

- Так, - Рус грозно посмотрел на Сергея, проигнорировав усмешку Писаренко, - ты мне еще поговори, - шутливо пригрозил он ему. - Поехали, нам еще много надо доделать, - Руслан мотнул головой молчаливому Ромке, указав на автомобиль Сергея, который возил его еще со вчерашнего вечера. - Лезь в машину, пацан. Сначала я успокою Свету, а потом уже буду с тобой разбираться, - сурово пообещал Руслан брату Светланы.

- Давайте, - Писаренко посмотрел на наручные часы. - Я подъеду к Мише через два часа, и вы туда подтягивайтесь. Тут лучше вместе и сразу все рассказать и решить, раз и навсегда, - махнув им, Николай Алексеевич пошел к своей машине. - Рус, - кинул он на ходу. - Виталика потом ко мне пришлешь, лады?

- Хорошо, - согласился Руслан, мимоходом отметив про себя, как несколько минут и смена приоритетов могут все в жизни с ног на голову перевернуть.

Хотя сам уже мыслями находился далеко. Ему не хватало сил удержать нетерпение, чтобы скорее добраться до Светы и обнять, успокоить ее. И наконец-то закончить эти, чертовски длинные сутки, которые начались для него почти тридцать два часа назад.

Глава 27

Ожидание никогда не являлось ее сильной стороной. Серьезно, что может быть хуже томящей, изматывающей неизвестности, когда мысли мечутся по замкнутому кругу и никак не выходит вырваться из этой петли?

Света уперлась ладонями в капот машины перед собой и постаралась расслабиться. Но спустя секунду, осознав, что у нее ничего не получается и она вновь, только больше нервничает -- в отчаянии хлопнула руками по еще теплому металлу.

"Хонда" пару раз мигнула фарами.

- Свет, расслабься, ты сильно много привычек набралась у Руса, - попытался подшутить над ней Глеб, погладив подругу по плечу. - Все будет нормально, Руслан все утрясет.

Но она в ответ молча отмахнулась, а сама смотрела на Виталия, который дернулся от звука ее удара и резко потянулся под пиджак. И пусть он вовремя одернул руку, Света видела кобуру.

Как можно расслабиться, когда все вокруг в таком напряжении? Ведь помощник Писаренко явно понимал в ситуации побольше ее друга, и напряженно осматривал окружающую их площадку, хоть вокруг не было ни души.

Это Света попросила не ехать домой. Она просто не выдержала бы еще несколько часов метания по своей квартире, которая превратилась в тюрьму за эти дни. И ее "охрана" привезла Свету в городской парк, выбрав самую большую открытую площадку, наверное, чтобы лучше видеть, кто к ним приближается.

Вдалеке гуляли люди, кто-то игрался с детьми, кто-то выгуливал собак. Жизнь шла своим чередом, несмотря на все более пасмурные и холодные дни.

А у нее каждая минута последнего месяца превращалась в какое-то неизбывающее испытание.

За что ей это все?! Сколько может выдержать человек? Сколько бессонных ночей можно провести, когда все внутри скручивает от боли? Какую меру страха за любимого может вынести?

У нее не имелось ответа, но Света подозревала, что свой лимит почти исчерпала.

Что-то надламывалось внутри. Невидимое и неощутимое, неосязаемое - покрывалось сетью тонких трещинок, словно паутинками, которые так весело летали вокруг в воздухе. Так легко и почти неощутимо, но Света слышала шуршащий треск в своем мозге.

Вероятно кто-то другой просто встал бы, встряхнулся после таких событий и пошел бы дальше. Кто-то, кто имел более крепкий характер и выдержку.

А она не могла. Старалась, и все равно ломалась.

Неизвестность крушила ее, растаптывая и волю, и хоть какое-то желание держаться.

Может быть, если бы Светлана не провела весь предыдущий месяц, так, словно ходила по раскаленному железу. Возможно, если бы предыдущие дни оказались менее напряженными и изматывающими, если бы сегодняшнее утро не напоминало езду по американским горкам, где каждый поворот мог стать смертельным. Может быть тогда она без всякого усилия спокойно ждала бы результата.

Но все ведь было не так.

Да и сомнительно, чтобы Света могла сидеть, попивая чай, пока Руслан договаривался за нее со Щегловым.

Кошмар. Вся ее жизнь превратилась в какой-то ночной кошмар. Слишком реальный сон, в котором нагоняли все самые большие страхи, один за другим обрушиваясь на плечи Светы. И уже не хватало сил с ними бороться, не получалось собрать себя, свою волю в кулак и сделать вид, что все хорошо. Особенно сейчас, когда Света не знала, что с Русланом и где он.

И она в каком-то глухом отчаянии, не в силах ответить ни на один вопрос или замечание Глеба, пытающегося ее растормошить, бесцельно ходила туда-сюда вокруг двух припаркованных рядом машин.

Света с силой сжимала виски ледяными пальцами, будто бы так пыталась удержать себя в целостности. И старалась молиться. Но даже на это ее моральных резервов уже не хватало.

В разуме зияла пустота, в которой гулко и тревожно, надрывно, эхом отбивались удары крови, пульсирующей страхом.

Наверное потому, когда рядом с ними затормозила машина Сергея, и Света вдруг увидела целого и невредимого Руслана, выходящего со стороны пассажира -- вместо того, чтобы броситься к нему, обнять, чего так отчаянно хотела, она тяжело осела на землю, сползая по боку "хонды".

Ноги подломились, враз став ватными. Предали ее так же, как и выдержка. Даже глаза, казалось, сузили фокус -- мир для Светы пропал. Она не видела ничего и никого, кроме этого мужчины. Но никак не могла заставить себя встать, чтобы дойти до Руса.

Вероятно, и ее лицо отражало это опустошенное отчаяние, которое никак не желало отпускать Светлану. Потому что, едва заметив это, с потемневшим взглядом, Руслан бросился в ее сторону.

- Света?! - он подхватил ее с земли, заставив встать на дрожащие, подламывающиеся ноги. - Что такое, малышка?! Что?!

Она не смогла ответить. Голос, как и само тело, подвел Свету. И вместо этого спряталась у Руслана на груди, обхватив руками его за пояс, забыв обо всем.

Но он требовательно обхватил ее лицо пальцами, заставив смотреть себе в глаза и все спрашивал, спрашивал...

Может быть кто-то сказал бы, что стыдно так явно признавать свою слабость. Что она должна быть сильной и держаться до конца, и больше, оправдывая свою наследственность и звание.

Ей не было до этого дела.

Света даже плакать не могла, не сейчас. И объяснить все еще требующему ответа, взволнованному Руслану -- ничего не получалось. Не выходило словами передать, какое это счастье -- просто видеть его. Целого и невредимого.

И потому, чтобы прервать поток требовательных вопросов и выяснений, она привстала на нетвердых ногах, обхватила его щеки своими ледяными ладонями и просто прижалась к любимым губам, пытаясь хоть так показать, передать то, что ощущает.

И Руслан, похоже, осознал, что именно с ней происходит. Перестав, наконец-то, что-то говорить, он отпустил ее лицо, подхватив одной рукой под спину. И крепко прижал к себе, позволив опереться на его ноги, раз свои Свету держать отказывались. А второй ладонью обхватил затылок, превратив ее потерянное касание к его губам в нуждающийся, глубокий поцелуй, словно и так хотел забрать все, что не давало Свете вздохнуть полной грудью.

- Расслабься, все уже хорошо, - тихо прошептал он ей на ухо, с потребностью касаясь щеками ее щек, прижимаясь губами к бровям и дрожащим векам Светы. - Теперь все нормально будет, обещаю, - успокаивал ее Руслан, продолжая держать почти болезненно крепко.

А Свете так отчаянно хотелось в это поверить. Только и на веру -- уже не осталось сил. И она просто отвечала на его поцелуи.

Спустя полчаса, немного успокоившись, но все еще не в силах расцепить свои пальцы, буквально впившиеся в руки Руса, Света сидела на капоте "хонды" и пыталась понять и осмыслить все то, что Руслан рассказал.

Сергей и Глеб уже отправились домой, явно уставшие после бессонных суток. Виталий поехал к начальнику. И они остались на этой пустынной поляне втроем.

Впрочем, на потерянного и хмуро шатающегося туда-сюда Ромку, Света старалась не обращать внимания. Нельзя сказать, что она забыла, по чьей вине ее воскресенье превратилось в сумасшедшее подобие криминального детектива.

- Отец... расстроится, - наконец, тихо проговорила Света, не поднимая глаз от желтеющей травы.

- Думаю, он обрадуется тому, что все его дети целы и невредимы, - скупо усмехнулся Руслан и осторожно отвел с ее лица прядь волос, выбившуюся из странного хвостика, который Света собрала перед выходом.

Она согласна кивнула, задумавшись над другим.

Хотелось поехать домой и забраться под одеяло, чтобы наконец-то забыть обо всем произошедшем и просто выспаться. Без кошмаров и метаний. Но мысли уже крутились вокруг слов Руслана, раскладывали, поворачивали случившееся то так, то эдак. Мелочи, всегда и везде эти мелочи, цепляющие ее внимание. И Света никак не могла отделаться от мысли, что не просто так отцу поручили дело Щеглова. Все в СБ знали принципиальность полковника. И судя по всему, характер Константина так же не оставался неизвестным... Вроде и не к чему придраться.... но сомнения мучили.

- Нам надо ехать, Света, - Руслан потянул ее за руку, заставив подняться с машины. - Писаренко приедет к твоим родителям меньше, чем через полтора часа. Нам лучше с ним объяснить все полковнику.

Света послушно поднялась и виновато глянула на Руса снизу вверх.

- Прости, - тихо прошептала она, великолепно помня о том, как именно Руслан относится к этому человеку. - Прости, что из-за нас тебе опять пришлось, - она вздохнула, не совсем представляя себе, как извиняться за такое.

Руслан криво улыбнулся и вдруг крепко обнял ее, прижавшись губами ко лбу Светы.

- Господи, малышка, не мели чепухи, - вздохнул он. - Мне тебя прощать не за что. Главное, что он смог помочь. За это я готов ему что угодно забыть, - тихо прошептал Рус ей на ухо, не позволяя отстраниться. Хоть Света действительно пыталась.

Руслан немного отодвинулся и настороженно посмотрел ей в глаза.

- Света? - с вопросом уточнил он причину ее действий.

- Дай телефон, пожалуйста, я свой дома оставила, - пробормотала она, не подняв глаз. - Лучше позвонить маме, предупредить, чтобы она отца хоть немного подготовила.

Руслан вздохнул, но больше ничего не спрашивая, достал из кармана джинсов свой телефон и протянул Свете. Но все равно, не дал ей отойти.

Света по памяти набрала номер.

- Алло? - настороженно прозвучал в трубке голос матери, не узнавшей вызывающего абонента.

- Привет, мам, - усталым голосом поздоровалась Света.

- Светочка! Ты хоть представляешь, как папа волнуется?! Он тебе все утро дозвониться пытается, а ты ни мобильный, ни домашний не берешь. Да еще и Ромочка с утра пропал куда-то, - мама говорила быстро и взволнованно. - Мы же нервничаем...

- Прости, мам, - Света вздохнула. - Ромка со мной, мы в парке гуляем, а телефоны... дома забыли, - она и сама не заметила, как облокотилась на плечо Руслана, позволив ему вновь взять на себя весь свой вес. Ноги еще дрожали. - Мам, мы сейчас приедем, - не дав вставить встревоженной матери и слова, продолжила она. - Нам поговорить с отцом надо, и еще, в гости Николай Алексеевич Писаренко зайдет с нами. Ты отцу дай успокаивающего сейчас. Не знаю как, может в чай подмешай, или в сок. Только не стоит ему нервничать, а он будет, к сожалению, - со вздохом закончила Света, чувствуя себя все более и более опустошенной.

Предстоящий разговор, грозящий растянуться на неопределенное время, казался непреодолимым испытанием. Но как и утром -- выбора Света не имела. И пусть она не представляла, каким образом сможет сидеть еще несколько часов и что-то объяснять папе -- иного варианта не имелось.

- Хорошо, - настороженно прошептала мать, - я что-то сейчас придумаю. Приезжайте, - и положила трубку.

- Держись, малышка, - Рус твердо забрал телефон из ее слабых пальцев. Похоже, состояние Светы не прошло мимо его внимания. - Еще пару часов и ты сможешь отдохнуть. А сейчас - я буду рядом.

Она не подняла голову. Но вздохнув, неуверенно погладила его ладонь, которой Руслан держал ее щеку.

- Тебе бы самому отдохнуть, сколько не спал, - тихо проговорила Света.

- Я тебя больше и на шаг не отпущу от себя, - хмыкнул Руслан, захватив своими пальцами ее, и переплел их. - Хватит, наигрались...

- Руслан, - Света облизнула губы. - Мы ведь ничего не решили...

- Решим, - отрезал Рус, и надавил на ее подбородок, заставив Свету поднять голову. - Все решим, - жестко поклялся он, хоть она сейчас и не казалась себе в состоянии хоть с чем-то определяться. - Но ты будешь рядом, - бескомпромисно заявил Руслан и потянул ее в сторону машины. - Поехали, - показательно закончив разговор, он надавил на ее плечо, усадив на пассажирское сиденье. И повернулся. - Садись, - с нескрываемым раздражением бросил он Роману.

Ее брат послушно плюхнулся на заднее сиденье и уперся взглядом в пол. Света обернулась, посмотрев на него, но так ничего и не сказав, отвернулась к окну.

Руслан сел на водительское сидение, очередным хмыканьем отвергнув ее тихое предложение повести, и завел двигатель.

Всю дорогу до родительского дома Света молча смотрела в окно, размышляя об утре и последних словах Руса. Она любила его, этого никто и не отрицал, и они оба знали о данном факте. И Света действительно испытала безмерное счастье, когда их сегодняшние испытания закончились. Да что там, она даже простила его. Как можно обижаться или помнить об обиде, если этот мужчина готов сделать для тебя подобное?

Однако...

Однако -- Света не готова была о чем-то говорить или принимать решения хоть о каком-то будущем их возможных отношений. Потому что, несмотря ни на что, не думала, что сможет забыть или вновь безоглядно поверить Русу.

При виде хмурого отца, встречающего их едва ли не на пороге у лифта, Света усомнилась, что матери удалось дать ему таблетки. Но не спрашивать же об этом у папы.

- Привет, - она сразу же выступила вперед, обняв отца, и крепко прижалась к его груди. - Прости, что заставила нервничать. Честно, не хотела, - Света вздохнула, вновь испытав некоторую растерянность при мысли о том, чтобы все рассказать.

- Ладно уж, - вздохнул отец, так же сильно обняв ее, и внимательно посмотрел сначала на Руслана, который остановился рядом, кивнув Михаилу Николаевичу, а потом на сына, незаметно прячущегося за ними. - Пойдемте в квартиру, - нахмурившись еще сильнее, кивнул он на приветствие Руслана, не показав, удивлен ли появлением этого мужчины вместе со своей дочерью

Но не выпустил Светлану, когда она попыталась отступить, и сам потянул ее в квартиру.

Едва переступив порог, Света с Ромой оказались в нервных, встревоженных и взволнованных объятиях матери, которая даже не имея представления о том, что происходит, успела страшно переволноваться.

Света попыталась успокоить ее, хоть и понимала, что страхи матери в этот раз не были беспочвенны. И потому терпеливо сносила этот переполох.

Тут в коридор из своей комнаты высунула голову Маша, наверное привлеченная суматохой, сопровождавшей их приход.

А Света, отчего-то, словно в замедленной съемке, успела отметить и сузившийся, раздраженный взгляд сестры, когда та осматривала Руслана, забирающего у Светы ветровку, и напряженную осторожность, с которой Маша посмотрела сначала на Ромку, а потом вновь на нее саму.

- Во что влипли? - насмешливо протянула сестра, выйдя в коридор и оперлась спиной о косяк двери, скрестив руки на груди.

Света обернулась на миг и внимательно посмотрел на Машу.

- Ни во что, - спокойно улыбнулась она. - Просто хочется с отцом поговорить, - Света заметила, как побледнел Роман.

- Ну давайте, послушаем, развлечемся. А то день что-то скучный сегодня, - Маша широко улыбнулась.

- А мы наедине поговорим, Маша, - все так же спокойно и невозмутимо, но непререкаемо отрезала Света, почему-то сжав руку Руса.

Мария сузила глаза, едва не сжигая ее злым взглядом.

- А ему, значит, можно, - она отрывисто кивнул в сторону Руслана. - Опять секреты любимцев?! - вдруг вспылила сестра, когда Света пожала плечами. - Ну и пожалуйста! - она резко развернулась. - Как же хорошо, что я наконец-то отсюда переезжаю! - и Маша стремительно скрылась в своей комнате, громко и показательно хлопнув дверью.

А Света почему-то подумала, что все события не прошли бесследно для ее психики и она становится параноиком. Видит опасность там, где ее и в помине быть не может. Но обернувшись, заметила настороженную подозрительность и в глазах Руса. Да и отец как-то странно внимательно поглядывал в сторону двери средней дочери, потирая подбородок.

Отец с грохотом ударил ладонями по столу, глядя на свой пистолет, и выругался, а потом виновато буркнул "прости" в сторону Светы.

Она вздохнула и только вяло отмахнулась.

Но все-таки, сумела порадоваться в душе, что мама, похоже, успела напоить папу лекарством. Иначе он нервничал бы сильнее, выслушав все то, что они ему рассказали за последние полчаса. Да и выражения употреблял бы покрепче.

- Да, Миша, ситуация не самая приятная, - согласно кивнул Николай Алексеевич и подтолкнул оружие ближе к полковнику. - Сглупил твой Ромка, хотя, ясно, что ему в этом помогли, - Писаренко, подъехавший минут двадцать назад, неодобрительно посмотрел в сторону младшего Самойленко, который все это время понуро повесив голову сидел на стуле перед отцом.

Михаил Николаевич посмотрел в сторону сына, и резко выдохнул. Открыл рот, собираясь похоже что-то сказать, но бросив косой взгляд на Писаренко, передумал. Но все поняли, что Роме еще предстоит выволочка. И судя по обещанию в глазах отца -- такого Рома еще не слышал. Так же молча взяв пистолет, Михаил Николаевич протянул его Свете.

Она без распросов поднялась со своего стула, покачав головой Руслану, который тут же оттолкнулся от подоконника, на который опирался. Рус нахмурился, но вернулся в прежнюю позицию, наверное, решив, что успеет подхватить ее, если Света все же не удержится на ногах. А может, посчитал, что ей можно дать столько свободы передвижения. Она решила не выяснять, и подойдя к сейфу за отцовской спиной, быстро набрала код.

Отец немного отошел, дав ей больше пространства, и сел на край своего стола, посмотрев в глаза начальнику области.

- Я так понимаю, что мы не будем прижимать Щеглова, - сумрачно произнес он, потерев подбородок пальцами.

Света тяжело сглотнула, но продолжила свое занятие, уже разобрав пистолет отца, и принялась тщательно вытирать тот.

- Максимум -- штраф, за мелкое уклонение от налогов или что-то в этом духе, - кивнул Николай Алексеевич. - Да и то, это ведь не твоя парафия, так что можешь передать дело другим. И радоваться, что Руслан вовремя подоспел и не пустил Свету в руки к Щеглову, - Писаренко кивнул в сторону Руса, который все еще смотрел только на нее.

Отец вдавил ладонь в стол рядом со своей ногой. Обернулся к Руслану и несколько секунд пристально смотрел на него.

- Спасибо, - наконец проговорил он, и хоть тон папы не был простым, ни у кого не могло возникнуть сомнений, что он говорит искренне. - И за это, и за то, о чем Света мне так и не рассказала, - Михаил Николаевич косо посмотрел в сторону дочери, которая уже складывала разобранный пистолет в сейф. - Ты ведь не первый раз закрываешь огрехи моего сына...

Руслан только молча кивнул и пожал плечами, твердо выдержав нелегкий взгляд полковника.

- Я делал это не ради него, - спокойно констатировал он.

- Понимаю, и действительно благодарен, - так же спокойно кивнул ее папа, наблюдая, как Света вернулась к своему стулу и тяжело опустилась на тот, а Руслан тут же положил ладонь ей на затылок, словно старался поддержать и согреть. - Но и последнего месяца не забыл. А еще, сорванного голоса дочки, когда она мне позвонила, чтобы попросить взять ее в помощники, - полковник с намеком продолжала смотреть на Руслана.

Света почти почувствовала, как он сжал челюсть, хоть касания ладони Руса остались такими же мягкими.

- Я отдаю себе отчет в том, что натворил, - жестким голосом признал Руслан. - И...

Писаренко прервал его, не дав договорить.

- Да ладно, Миш, не пили моего племянника, - Николай Алексеевич сделал вид, что не заметил, как сузились глаза Михаила Николаевича, и с каким интересом отец глянул сначала на самого Писаренко, а потом на Руслана. Когда же глаза папы остановились на ней, Света постаралась вложить в свой взгляд максимум предостережения. - Дело молодое, разве мы с тобой не ошибались? - все так же невозмутимо подмигнул Писаренко полковнику, все еще изучающему ее лицо. - Пускай сами разбираются.

- Пускай, я не вмешиваюсь, - дав понять Свете, что понял ее, слабо кивнул отец. - Но если он еще раз подобное учудит -- размажу твоего племянника по стенке. Без обид, - с ухмылкой предупредил отец, переведя глаза на Руса, ненавязчиво сделав акцент на слове племянник.

Тот только хмыкнул, но кивнул, Света видела это движение краем глаза. А Писаренко все с той же улыбкой доброго дяди вздохнул.

- Ладно, Миша, они разберутся, - еще раз повторил он. - Главное, что все живы, здоровы и мы решили с этим делом.

Выражение лица отца вновь стало пасмурным, и Света знала, что тот подумал о Щеглове и всей этой метушне, которая могла обернуться слишком большой бедой для их семьи.

Ее папа был принципиален, это знали все. Но сама Света лучше многих, наверное, знала, что никакая принципиальность не заставит отца жертвовать безопасностью и здоровьем жены и детей. Потому сейчас, он вероятно, все равно слишком сильно переживал о том, что узнал.

- В общем, мы все друг друга поняли, - видя, что его роль сыграна, Николай Алексеевич поднялся. - Щеглов не будет больше вас трогать, если и вы его оставите в покое, - Писаренко посмотрел на всех поочереди.

- Поняли, идиотов тут нет, - недовольно, но соглашаясь отрезал полковник, кивнув начальнику области. - И..., спасибо, Коля, - Михаил Николаевич протянул руку, крепко пожав протянутую ладонь Писаренко. - Я не забуду, от чего ты мою дочь спас.

- Да, ладно, - Николай Алексеевич отмахнулся с улыбкой. - Можно сказать, для себя старался. Мы теперь, вроде родственники, Миша, - Писаренко подмигнул. - Так что, и мне Света не чужая.

Она даже криво улыбнуться не могла, слушая этот разговор, и честно, удивлялась, как Руслан держится? На саму Свету навалилась такая усталось, что еле удавалось веки не опускать. Она то и дело зевала, прикрывая рот рукой, и никак не могла заставить себя взбодриться хоть немного.

Даже нормально с Николаем Алексеевичем попрощаться не смогла, что-то невнятно пробормотала, когда он уходил.

- Думаю, нам тоже пора домой, - тихо прошептал Руслан, наклонившись к ее уху, пока отец принялся за воспитание Ромки. Кажется, таких слов в свой адрес брат еще не слышал ни от одного из родителей. - Ты на ходу спишь, - он нежно провел ладонью по шее Светы.

А она сразу выпрямилась.

- Руслан, - Света серьезно посмотрела ему в глаза. - Мы уже поднимали этот вопрос. Я поеду домой. Но одна. И к себе, - твердо проговорила она.

Руслан усмехнулся одной стороной губ, а Света вдруг заметила то, на что раньше не обращала внимания за синяками и ссадинами на его лице. Насколько усталые глаза Руслана, и как непросто ему самому, судя по всему, дается такое активное бодрствование последних суток, да еще и после боя.

Света закусила губу, дрогнув в душе, но с прежней решимостью выставила подбородок вперед.

- Я уже сказал тебе все, что думаю по этому поводу, - Руслан вздохнул так, словно его умиляло ее детское сопротивление. Но он-то, как "взрослый", знал лучше. Это злило, вновь возвращая их к началу отношений.

- Руслан, - она раздраженно вскочила, не обратив внимания на то, что ее пошатывало от усталости, и недовольно поджала губы. - Я не думаю, что твой метод поможет нам решить все вопросы, знаешь ли, - она резко сложила руки на груди, сделав вид, что его поддержка лишняя. Но Рус, все равно протянул свои руки и обхватил ее плечи.

- Света, - так же решительно произнес он.

И в этот момент, напоминая, что они здесь не одни, позади раздалось покашливание отца.

Спохватившись, Света обернулась и виновато посмотрела на папу.

- Ты можешь у нас остаться, - серьезно предложил отец, оторвавшись на минуту от чтения нотаций Ромке и угроз физической расправы над младшим ребенком. И с предупреждением посмотрел на Руслана. - Несмотря ни на что, никто не может тебя ни к чему принуждать, - твердо проговорил он Русу.

Руслан хмыкнул и собрался ответить.

Вот только Света не нуждалась в новой главе их противостояния за право навязывания этими мужчинам ей своих решений. А оттого недовольно покачала головой.

- Спасибо, папочка, - поблагодарила она отца. - Но я хочу домой. К себе. Одна, - снова сделала она акцент на этом.

А отец и Руслан вдруг переглянулись и замерев на какое-то мгновение, синхронно усмехнулись. Света прищурилась. Что-то такое единодушие понравилось ей еще меньше, чем их противостояние...

- Я отвезу тебя, - потянув ее в сторону двери, пообещал Руслан, сделав вид, что не замечает попыток Светы высвободиться. - В твою квартиру, - уточнил этот нахал, уже кивнув на прощание ее отцу. - До свидания, Михаил Николаевич, - спокойно попрощался Рус. - Роман, завтра, ты приходишь в секцию, - совсем другим, холодным тоном, напомнил он о чем-то ее брату, отчего тот скукожился еще больше, но кивнул. - Вы уж простите, - объяснил он ее папе, - но у меня к нему свой разговор есть, - жестко закончил Руслан.

И все-таки вытащил Свету в коридор.

А потом он толком не дал ей поговорить с обеспокоенной матерью, которую отец не пускал в кабинет во время всего этого совета, пообещав, что все перескажет после. И Светлана не сомневалась, что папа сообщит жене адаптированную версию,чтобы хоть немного поберечь той нервы. И чуть ли не насильно, но очень аккуратно вывел ее из квартиры.

Света просто не имела сил достойно сопротивляться. Даже сейчас, когда он был вымотан не меньше ее -- она проигрывала ему по выдержке. И потом, слишком много всего клубилось у Светы в душе, внося сумятицу в чувства и решения.

Она молчала всю дорогу, пока Руслан действительно вез Свету к ее же дому. И только переступив порог квартиры, повернулась и посмотрела на то, как Рус зашел следом, прикрыв входную дверь.

- Уходи, - тихо попросила Света, отведя глаза. - Я не могу, не хочу сейчас снова думать и что-то решать.

Руслан покачал головой. И подошел ближе.

- Я уже сказал тебе, что одну не оставлю, - непримиримо заявил он, напомнив ей отчего-то, как они спорили когда-то.

Так давно, казалось бы, а всего лишь пару месяцев назад. Только вот темы их прошлых споров были проще и легче. Секс -- не любовь, он не ранит так, не режет сердце на части.

- Руслан, я не могу переступит через то, что случилось, - отвернувшись, тихо призналась Света. - Я люблю тебя, мы оба знаем это. И простила, да, Господи, я так боялась за тебя, так рада, что ты жив, и все утряслось - что все мне мелочью теперь кажется, - она кивнула, но передернула плечами, когда ощутила, что он обхватил ее со спины, и отошла на шаг. - Но не верю, Руслан, пойми.

Света тяжело вздохнула, услышав, как он хрустнул суставами за ее спиной и чем-то звякнул. Однако не обернулась, потерла лицо ладонями.

- Почему ты не брал телефон утром? - с грустной усмешкой спросила она.

- Меня Сергей на ЯМР потянул, туда телефоны брать нельзя, - хрипло объяснил Руслан.

Света скривила губы.

- Я ведь знала, что глупость, что не до того тебе, а все равно -- не смогла подавить, подумала о том, что ты с другой можешь быть, - честно призналась она. - Ведь дурость, понимаешь, Руслан?! Казалось бы, такие страшные вещи творились, какая разница..., - она резко обернулась, не понимая, с каким отчаянием смотрит в любимые глаза. - А я опять сомневалась и боялась предательства.

Руслан напряженно и глубоко втянул воздух.

- Малышка, - хрипло прошептал он, и сделал шаг к ней, но Света вновь отступила. - Я понимаю, что заслужил. Но обещаю, что смогу доказать тебе, что больше никогда не предам, - тихо, но бескомпромисно проговорил Рус, тяжелым взглядом прожигая ей душу.

Света покачал головой.

- Уходи, Руслан. Не сейчас, - почти взмолилась она. - Не поможет нам очередной наскок. Так мы уже пробовали строить отношения. И сейчас... Зачем два раза наступать на одни и теже грабли? - горько спросила Света, понимая, что больше всего хочет плюнуть на все и кинуться к нему в объятия. Но разум еще перевешивал глупое сердце, не понимающее, что следующего раза может не выдержать.

Он тихо выругался сквозь зубы, а потом, не обращая внимания ни на что, с силой притянул Свету к себе, и впился в губы. Даже не целуя, клеймя.

- Я вернусь, - пообещал он ей в рот.

И так же стремительно развернувшись, вышел из квартиры, оставив дезориентированную и потерянную Свету в полном одиночестве.

Она несколько минут стояла посреди пустой комнаты, убеждая себя, что так лучше всего. И она права, что настояла. А он разумный, если послушал ее доводы.

А слезы, которые Света вытирала -- это просто от нервов такого напряженного и непростого дня.

Но так и не убедив себя, наплевав на все, Света зарыдала в полный голос, и махнув рукой на то, что еще не было и трех часов дня -- пошла в спальню, не имея сил ни умываться, ни переодеваться в пижаму.

Зябко свернувшись калачиком под одеялом в одном белье, она закрыла глаза, и попыталась освободить мозг от всего. И сама не заметила, как просто отключилась.

"Черта с два он ее оставит", - Руслан не собирался отказываться от своих слов.

И ни за какие коврижки или отдых в мире не ушел бы сейчас. Но и спорить со Светой в этот момент было бессмысленно.

Что он мог противопоставить ее словам? Доводам, для которых сам дал повод и почву?

Ему было больно от того, что даже в такой момент, она боялась, но он не имел права на упреки или несогласие.

Вытащив из кармана мобильный, Рус еще раз посмотрел на время -- оно тянулось медленнее самой старой черепахи. А Рус не представлял себе, сколько Света сможет сопротивляться желанию уснуть. Сам он держался из последних сил, зевая едва ли не поминутно. Но игнорировал подозрительные взгляды старушек, сидевших недалеко от него на лавочке.

Уже сорок минут Руслан подпирал спиной стену у входа в подъезд Светы, перебирая пальцами ключи, которые нагло взял с ее комода. Он очень надеялся, что она уже легла. Потому что, помимо физической усталости, испытывал дикую потребность видеть ее. Знать, что Света рядом и с ней все хорошо.

Еще раз посмотрев на телефон, Руслан послал все к черту, и повернулся, набрав код на замке. Быстро поднялся на третий этаж и замерев у двери Светы -- прислушался. В квартире не раздавалось ни звука. Но значило ли это, что она заснула?

Руслан не представлял, как проверить. А потому, несмотря на ее слова, решил идти ва-банк, надеясь на то, что наглядный пример убедит Свету лучше любых слов. Они не могут жить по отдельности, и он собирался ей это показать.

Тихо провернув ключ в замке, он осторожно открыл двери, и сбросив туфли, прошел по пустым комнатам.

Она и правда заснула, оправдав его ожидания.

Руслан стоял в спальне, глядя на то, как спит его женщина. У него слишком много накопилось всего внутри, чтобы даже самому себе суметь выразить это словами.

И потому Руслан просто сделал то, чего дико, безумно желал -- раздевшись, он очень аккуратно лег рядом, повыше подтянув одеяло на плечи Светы. Даже настолько устав, он понял, что тело реагирует на ее присутствие, на касание кожи к коже, зажигая его, распаляя извечное желание обладать этой женщиной, многократно усиленное такой долгой разлукой.

Но Рус только усмехнулся уголком губ, поцеловав ее волосы. И крепко прижал Свету к себе, вдруг осознав, что никакая возможность самому что-то решать в своей жизни не стоит ничего по сравнению с тем, что сейчас он мог обнимать ее, ощущая под ладонью такой родной и любимый стук сердца Светы.

Глава 28

Ей было тепло. Возможно, впервые за многие недели она даже во сне ощущала странную умиротворенность. И просыпаться не хотелось, потому что жалко было лишаться такого пьянящего и дурманящего тепла. Словно бы Руслан находился рядом.

В какой-то момент, в полудреме, Свете даже показалось, что она может поклясться, что ощущает его объятия, вдыхает аромат его кожи. Будто бы, повернувшись, она уткнулась лицом в его шею, и даже почувствовала удары такого родного пульса. И тело горело. Не явно, но заставляя ее ворочаться, в попытке прижаться еще ближе к нему, пусть и выдуманному.

Однако сон вновь сморил ее, не позволив открыть глаза или прийти в себя в достаточной мере, чтобы опровергнуть это абсурдное предположение.

Да и не имелось желания просыпаться. Слишком сладко оказалось снова ощутить то, чего так надолго ее лишили. Пусть только во сне, лишь на миг -- но Света отчаянно цеплялась за это счастье - быть снова рядом с ним, забыв обо всем на свете.

Наверное потому, открыв все-таки глаза в темноте она сначала решила, что это все ей снится. Потому что лицо Руслана было лишь в паре сантиметров от ее собственного лица, а ее губы, в самом деле, касались пульса на его шее. Но...

Серьезно, откуда ему тут взяться? Ведь она сама его выгнала и прекрасно помнила, как за спиной любимого закрылись двери.

И в этот момент, когда Света недоуменно и несколько потерянно моргала, пытаясь доказать себе, что грезит наяву -- Рус открыл глаза, словно ощутил, что она проснулась. И чуть прищурился, фокусируя сонный взгляд на лице Светы.

Наверное, заметив ее ошеломление, он уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но Света, сама не понимая зачем, вдруг высунула руку из-под одеяла, и накрыла ею его губы, не позволив Руслану нарушить эфемерную тишину ночной спальни.

Все было нереально. Почти сказочно.

И в то же время, Света очень четко уже поняла, что не спит, что по-настоящему это.

Внезапно она ощутила, насколько крепко его руки обнимают ее тело. А между ними практически нет преград, и она чувствует напряженное, горячее и крепкое тело Руслана своей обнаженной кожей.

У нее перехватило горло. А в голову ударил пульс, лишая разумных мыслей, оставляя только чувства.

Господи! Ей стало безразлично, как он здесь оказался, главное, что Рус был с ней, так близко.

Света всегда отчаянно сильно на него реагировала, не в силах побороть потребность своего тела, своей души в Руслане. Сейчас же -- это показалось каким-то безумие. Словно взрыв, приближение которого они оба ощутили. Света видела это осознание в глазах Руслана, слышала его потяжелевшее, участившееся дыхание -- но и несмотря на понимание, ни он, ни она не смогли, а может -- не захотели это предотвратить.

Она попыталась хрипло вдохнуть, но не справилась с задачей когда Руслан жадно поцеловал ее ладонь, все еще лежащую на его губах.

И забыв обо всех нерешенных вопросах, она вдруг отдернула руку от его рта и прижалась к нему своими губами. Просто не смогла по-другому. Света нуждалась в нем, в этом мужчине. А все остальное могло подождать. Во всяком случае, сейчас ей казалось именно так. В этот момент -- дальнейшее существование отдельно от него, его тела, его рта, и рук, которые уже алчно скользили, гладили, сжимали ее тело -- было просто невозможным.

Руслан обхватил затылок Светы, подхватил второй рукой ее спину, и перекатился, вдавив их в матрас. А она испытывала почти эйфорию от каждого прикосновения, от этой тяжести его тела, которое не давало дышать, сужало вселенную до него одного, и дарило такое блаженство.

Его рот не отпускал губы Светы.

Руслан всегда с напором поглощал ее во время их ласк. Но сейчас все было немного не так, иначе.

Он целовал жадно, сильно, обхватив ее лицо обеими ладонями, не пуская. И в то же время, до боли нежно, так, что она сама тянулась, в попытке, в потребности вжаться еще сильнее в него.

Однако Рус не пускал, словно поклоняясь ей этим бесконечным поцелуем, боготворя ее. Так нежно и беспощадно в то же время, что у Светы слезы наворачивались на глаза, а он пальцами вытирал их, так и не прекращая поцелуй.

Они не говорили. Оба молчали, наверное, боясь испортить словами то, что настолько понятно показывали друг другу их ласки и тела.

Не мог этот мужчина находиться в ее постели. И все-таки, вопреки всякому пониманию, этот настойчивый, иногда жестокий, но такой любимый человек был сейчас с ней. И Света ни за что в мире не позволила бы ему в этот момент не то, что уйти, даже отодвинуться.

Ей было тяжело. Дышать приходилась урывками. Но она еще крепче обхватила шею Руслана руками, скользя по его плечам, по его спине, словно пыталась слиться с любимым, срастись кожей с ним. Света обхватила его пояс бедрами, выгнувшись, признавая и умоляя, что хочет большего. Не может дальше терпеть.

И задрожала, когда от этого ее движения, он глухо и низко застонал ей в рот.

Рус хотел что-то сказать, Света ощутила это. Но она не желала, не могла и боялась тратить время на слова, опасаясь разбудить одурманенный разум.

А потому, отпустив его плечи и не позволив ему прекратить поцелуй, Света скользнула горячими ладонями по напряженным мышцам живота Руслана. Дразня и поглаживая его тело, она без всякого стеснения забралась под резинку плавок откровенно показывая, что хочет не разговоров. И не удержалась от тихого стона жажды и предвкушения, когда ее пальцы обхватили напряженный, горячий и тяжелый ствол его члена.

Руслан буквально вдавил ее в матрас, а его тяжелое, сиплое дыхание оглушило Свету, переплетясь с грохотом собственного пульса.

Света подалась навстречу его руке, когда требовательные пальцы Руслана отпустили ее спину, и скользнули ниже, ухватив край белья, и потянули трусики вниз. Она старалась ему помочь, правда, но не смогла заставить свое тело отстраниться от него в достаточной для этого мере. Ее почти трясло от желания. И самого Руслана сотрясала такая же дрожь. Вероятно потому, вдруг чертыхнувшись, он хрипло прошептал ей в ухо:

- Прости, малышка, - и быстро опустив вторую ладонь, но продолжая целовать ее лицо, резко дернул тонкую ткань, зажав между пальцами.

Треск нитей смутно прозвучал для ее возбужденного сознания.

Света даже не сразу поняла, что он просто разорвал белье на ней.

Серьезно, она читала такое в романах, но в жизни подобное действие казалось затруднительным. Что ж, Рус наглядно показал ей, что это не так. Однако даже осмысливать подобное она сейчас оказалась не в состоянии. Потому что именно в этот момент, сжав ее руку своими пальцами, Руслан властно завел ту Свете за голову, и резко толкнулся бедрами, проникнув в нее.

Ее протяжный стон сплетался с его хриплым. И Света покорно позволила завести за голову и вторую кисть.

Руслан на секунду замер, словно упивался этим первым моментом их единства. А потом, вновь впившись в ее губы, начал двигаться. Перенося и на свои толчки то ощущение, которое она испытывала от их поцелуя.

Так сексом они не занимались никогда.

Нет, огонь между ними не угас, стал больше. Напор каждого проникновения, каждого движения Руслана был таким же сильным, клеймящим и покоряющим, как и ранее. И таким же неоспоримым было доминирование этого мужчины. Так же страстно он поглощал ее, заставляя кричать и стонать. Все было так, и в тоже время -- совершенно иначе.

Напор стал бархатным, нежным, огонь не обжигал, плавился в ее венах, покрывал кожу на томящемся теле испариной.

А доминирование... оно стало поклонением. Каждое движение Руслана было только для нее, только для ее удовольствия. И Света не могла устоять.

Это было несоизмеримо больше, чем просто секс. Всеобъемлющей, чем страсть или даже любовь, которую она ощущала между ними ранее.

Света не могла собрать мысли, чтобы дать этому название, да и не до обозначений было ей, когда плоть Руса снова и снова погружалась в ее влажный жар.

Он так и не отпустил ее рук, скользя, гладя своими ладонями заведенный наверх предплечья Светы, целовал ее губы, шею, грудь, будто пил, слизывал испарину с горящей кожи.

А когда она в очередной раз выгнулась, просто не в силах терпеть этого наслаждения, Руслан одной рукой подхватил ее, и резко перевернулся, не выходя из тела Светы. И уложив ее, все еще дрожащую, потерянную, поверх себя, надавил, заставив изогнуть спину, чтобы тут же завладеть губами ее грудью.

Он был таким жадным, хотел всего и сразу.

Света ощущала, как пальцы Руслана мяли, ласкали ее плоть, как его язык рисовал влажные круги на ее сосках, как он втягивал эти напряженные горошины в рот, покусывая их. Но сама могла только стонать, царапая пальцами плечи любимого, и двигаться, отдавшись ритму его тела. И не сумела бы остановиться, даже если бы Рус попросил.

В этот момент, резко сжав ее пальцы в своем кулаке, Руслан другой ладонью почти до боли надавил на ее попку. И прижав губы Светы к своим, стал еще сильнее, еще глубже вонзаться в ее лоно, заменяя стоны, которые рвались из горла Светы, своим тяжелым и надрывным дыханием.

Она не выдержала такого шквала, низко застонала, с силой опустившись на его плоть, ощутив, как тело разлетается на части от оргазма, которые невозможно было выдержать. И обессиленно рухнула Руслану на грудь, чувствуя, как достигает пика он, низко и гортанно шепча ее имя.

Наверное, они пролежали так минут двадцать. Подниматься, да и шевелиться, в общем-то, не было ни желания, ни сил.

Краем зажмуренного глаза Света видела цифры часов, но ей торопиться сегодня оказалось некуда -- на понедельник у нее был взят отгул, за который Света планировала вернуться из несостоявшейся поездки в Париж. Да и Руслан не выказывал признаков, что куда-то спешит.

Все в той же тишине раннего утра спальни, он просто молча перебирал ее волосы, и время от времени целовал влажные пряди, продолжая крепко ее обнимать.

Однако откладывать разговор навечно было нельзя. Потому что, к сожалению, вместе с тем, как потихоньку уходила из тела истома наслаждения -- возвращался разум. И он не желал давать покоя Свете, сверля ее мозг тысячей вопросов и нерешенных проблем.

- Откуда ты взялся тут? - хрипло спросила наконец она, так и не сумев заставить себя поднять голову от его груди. Потому ощутила, как Рус насмешливо хмыкнул.

- Я взял твои ключи, - спокойно заявил этот наглец и поцеловал ее лоб. - Я ведь четко сказал, что больше тебя одну не оставлю, - погладив ее щеки, пока Света несколько ошарашенная таким его ответом и действиями, ответил Руслан. И приподняв ее над собой, аккуратно уложил Свету на матрас рядом. А сам поднялся и посмотрел на часы.

- Ты -- не нормальный, - хрипло и медленно проговорила она, пытаясь придумать что-то более убедительно и возмущенное.

- Разве? - улыбнулся он краем рта. - А мне показалось это самым нормальным и разумным решением, - пожал плечами Руслан и подмигнул ей.

Света резко села в кровати, ощутив, как от голода закружилась голова. И с еще большим непониманием наблюдала за тем, как Руслан направился в сторону ванной.

- Ты куда? - возмущенно потребовала она ответа.

- В душ, - ухмыльнулся Руслан. - Я велел твоему брату явиться в секцию к восьми, а это через час. Так что мне стоит поторопиться, - спокойно пояснил он и толкнул двери.

Света спрыгнула с кровати и пошла следом.

- Руслан, - она остановилась в проеме дверей, наблюдая за тем, как он включает воду. - Рус! - требовательно и громко окликнула Света его, видя, что он не слышит. И добилась того, что Руслан обернулся. - Это ничего не меняет, - заявила она, махнув рукой в сторону спальни, и подошла ближе, чтобы яснее донести до него свою мысль. - Мы стоим на той же точки, на которой вчера разошлись, понимаешь?

- Все изменилось, малышка, - он повернулся через плечо и внимательно посмотрел на Свету. - Хотя, и не из-за этого, - Руслан твердо выдержал ее взгляд и шагнул в кабинку душа, под струю воды, от которой шел пар.

Света глубоко вдохнула. Выдохнула. Но так и не смогла взять себя в руки. Ну почему он такой упертый?!

- Руслан, то, что ты тайком вернулся ко мне, - подойдя к стеклянной дверце, она облокотилась на край, убеждая себя, что совсем не любуется этим мужчиной. - Не вернет доверия, понимаешь? Как и секс, пусть он и был нереально классный. А я не могу жить с тобой, все время оглядываясь и боясь...

Он самодовольно улыбнулся, кажется, услышав только первую часть предложения. И вдруг неожиданно протянул руку и легко преодолев сопротивление не ожидавшей подобного Светы -- затащил ее к себе, под душ. И нежно обнял лицо ладонями.

- Я понимаю, Света, - прошептал Рус, отведя с ее лица мигом намокшие волосы. - Но и не смогу ничего доказать тебе, если буду далеко, малышка, - серьезно добавил Руслан, глядя ей в глаза.

Она сжала губы, понимая, что теряется, и не может понять, чего сама хочет. То ли настоять на своем, то ли поддаться ему. Дать еще один шанс, хоть попытку попробовать показать ей, что он в самом деле осознал, какую боль причинил.

Но было безумно страшно опять испытать разочарование.

- Нам не стоит торопиться, Руслан, - хрипло прошептала Света, слизнув с губ капли воды. - В этот раз, может, стоит попробовать идти медленней? Гораздо медленней, - добавила она тише, видя, как он нахмурился.

- Это дела не решит, - резко мотнул головой Рус. - Мы -- одно целое. И я не собираюсь позволять тебе жить отдельно, - самоуверено заявил он.

Света вдавила пальцы в ладони.

- Но и заставить переехать меня -- ты не сможешь! - гордо вскинула она голову.

- Хорошо, - пожал плечами Руслан. - Будем тут, хоть у тебя места и меньше, - спокойно заметил он, взяв с хромированной полочки ее шампунь.

Она несколько раз открыла и закрыла рот, не веря тому, что слышала.

- Я поменяю замки, - сердито заявила Света, сложив руки на обнаженной груди, наблюдая за тем, как он намыливает голову.

А Руслан вдруг широко усмехнулся, кажется ни капли не испугавшись такой угрозы.

- Думаешь, стоит? - спросил он, и нахально выдавил шампунь на ее волосы. - Не знаю, мне кажется, что повода нет, - он спокойно пожал плечами, и улыбнулся еще шире, наблюдая за тем, как она, оттолкнув его руки, сама принялась мыть голову. - Но если ты так хочешь, ладно, - он вздохнул. - Я сегодня поменяю замки.

- Руслан! - Света не знала, то ли ей смеяться, то ли плакать, от такого непробиваемого упорства.

- Что? - с наигранным удивлением спросил он, и подтолкнул Свету под воду. Она зажмурилась, чтобы шампунь не попал в глаза. - Менять замки -- мужская работа, - пояснил он ей на ухо. - Не думаешь же ты, что я позволю какому-то другому мужчине менять замки моей женщине? - Рус прижал ее к кафелю стены и поцеловал затылок.

- Но у тебя тогда опять будут ключи! - в отчаянии воскликнула Света.

- Разумеется, - спокойно согласился Руслан. - Что совершенно логично, учитывая, что мы будем жить вместе, - он подмигнул ей, развернул к себе лицом, и быстро поцеловал в губы, пока Света находилась с ответом.

А она решила молчать. Вот так. Может и по-детски. Но ничего более умного Света не придумала. Какой смысл вообще открывать рот, если этот нахал ее не слушает?

Потому, только гордо хмыкнув, она выбралась из душа и, завернувшись в полотенце, вышла из ванной, не оборачиваясь на его смех. И пошла готовить себе овсянку.

Впрочем, завтрака ей не досталось.

И не потому, что Руслан потребовал или хоть словом намекнул, что было бы неплохо приготовить и на него. Нет, даже наоборот, похоже, он не ждал от нее подобной доброты.

Просто, когда Света начал отмерять хлопья, и поняла, что уже глотает от голода слюну, она прикинула, когда сама ела в последний раз? И тут же с ужасом поняла, что Руслан, все еще находящийся в ее ванной, вероятно, не ел с позапрошлого вечера. Потому как вчера, определенно, не одному из не хватило ни сил, ни времени для обеда.

Оттого -- сварила овсянку и на его долю. Хоть и подозревала, что Руслан в данный момент больше обрадовался бы куску мяса.

Однако, последний месяц Света жила одна, и питалась, соответственно, как и всякая одинокая девушка.

Руслан искренне удивился. Однако, не отказался.

Как и от добавки, когда Света, наблюдая за тем, с какой скоростью исчезла каша с его тарелки, все так же молча высыпала ему и свою порцию.

"В конце концов, он шел вправлять мозги ее брату", оправдывала свое мягкосердечие Света, поставив перед ним еще и чашку кофе. За что получила искреннее, горячее "спасибо, малышка" и настолько жадный, крепкий поцелуй, словно он передумал уходить.

Но, посмотрев на ее приспущенное его стараниями полотенце с явным сожалением, и так и не добившись от нее никакого вразумительного словесного ответа, Руслан все-таки ушел в клуб. Разумеется, забрав с собой ключи.

А Света занялась поисками йогурта в холодильнике, поскольку крупы у нее больше не осталось. И позвонила отцу, сообщив, что выйдет сегодня на работу.

Глава 29

Света не верила своим глазам.

Она зажмурилась, сосчитала до пяти -- и опять подняла веки. Но все равно не могла понять, что происходит.

Нет, разумеется, она уже давно знала, что Рус никогда не бросает слов на ветер. Однако... однако, все равно не верила.

Света стояла на своей лестничной площадке и несколько оторопело наблюдала за тем, как этот мужчина сидел на корточках в проеме ее дверей, закручивая какие-то винтики, и разговаривал с кем-то, кого она не видела из-за двери о своей службе в армии.

Он действительно менял ее замки. Как и пообещал после глупого утреннего заявления Светы.

- Привет, - заметив Свету, Руслан повернулся лицом к ней и широко улыбнулся, кивнув головой. - Заходи, - он поднялся, посторонившись, чтобы освободить ей проход. - Я почти закончил. А тебе пока будет с кем поговорить, - добавил Рус, поймав ее за талию, и крепко поцеловал, кажется, ни капли не обеспокоенный тем, что она все еще молчала.

Света, против всякой воли, разумеется, прижалась на миг крепче к нему. Но тут же одернула себя и отстранилась, поджав губы, когда заметила лукавые искорки смеха в темных глазах Руса.

Так и не сумев придумать ничего остроумного, да и напомнив себе, что собиралась с ним не разговаривать, Света обернулась, сняв туфли. И с удивлением увидела брата.

- Ромка? - она закусила губу, увидев свежий синяк на его скуле, и охватила взглядом взлохмаченный вид парня.

Сердце старшей сестры дрогнуло, несмотря ни на что, но она промолчала, понимая, что они и так избаловали его чрезмерной опекой. Рома был мужчиной. Или, по крайней мере, должен был стать им. А Руслан, похоже, как никто мог помочь ему в этом деле. И не гоже ей лезть туда разбираться, для его же блага.

Впрочем, кажется, Ромка выглядел не особо расстроенным, и достаточно свободно, даже с восторгом разговаривал с Русланом минуту назад. Пока не увидел ее.

Сейчас же Роман казался почти испуганным, и словно бы в поисках поддержки, то и дело смотрел Свете за спину. На Руса.

- Что происходит? - непонимающе спросила она у них обоих.

- Твоему брату есть, чем поделиться, малышка, - ответил Руслан с каким-то странным выражением, которое заставило ее обернуться и посмотреть на любимого.

Руслан уже выпрямился, проверяя, как работает замок, и наконец-то, закрыл входную дверь.

- Все, - констатировал он, - с этим решили, - он бросил комплект ключей на комод. И поднял глаза на Рому. - Давай, парень, Света заслуживает знать то, что ты рассказал мне утром. В конце концов, она должна иметь представления, кто и насколько ее любит, - Руслан подошел к ней со спины и обнял, забрав из рук Светы сумку.

Если бы она понимала его хуже -- не обратила бы внимания на этот поступок. Или посчитала, что он просто пытается "закрепиться на территории". Но Света слишком хорошо знала этого мужчину. Руслан думал, что ей понадобится его поддержка. А потому, настороженная его словами и поведением, она не отстранилась, а вновь перевела глаза на брата.

- Рома? - спросила Света, видя, как тот покусывает губы.

- Пффф, - брат глубоко вдохнул, а потом выдохнул. - Это Маша придумала, - резко выпалил он и напряженно посмотрел на нее.

Света моргнула, повернула лицо, посмотрев через плечо на Руслана. Тот выглядел хмуро. Но она, все-равно, ничего не поняла.

- Что придумала, Рома? - опять посмотрев на брата, спросила Света.

- Чтобы я к тебе пошел с этим делом, - Ромка повесил голову. - Она вчера утром поймала меня на кухне, когда я вернулся после разговора от Щеглова, оставив у него пистолет. И я ей признался, что сделал, а она сказала -- мне не стоит идти к отцу, а лучше тебе рассказать, потому что ты быстрее сможешь уладить это дело, - Ромка вдруг замолчал, и облизнул пересохшие губы. - Или сама, потому что "с девушкой Щеглов охотней договориться", сказала Машка, или через свои связи.

Света застыла, не заметив, как вцепилась в ладони Руслана, обнимающие ее.

- А я не знал, серьезно, Света. А я даже не подумал, что он может потребовать от тебя..., тебя... ну, такого, - Ромка отчаянно взъерошил волосы и посмотрел на нее с виной. - Я думал, что может Маша больше понимает, ведь она все-таки, в этом крутилась немного с вами. И... я пришел тогда к тебе..., - брат опустошенно сел на диван. - Прости, что такой дурак, - спрятав лицо в ладони, прошептал Роман.

Света пока не могла ответить, все еще осмысливая сказанное.

В отличии от Ромки, Маша действительно побольше понимала в криминале -- все-таки, отучилась два курса в юридическом, пока не бросила, признав, что не ее это. И "осознала" ее сестра, насколько Света помнила, как раз после того, как им наглядно в фото и отчетах рассказывали, каким образом поступают банды со своими "должниками" и жертвами.

Свете как-то резко перестало хватать воздуха.

- Она сказала, что я быстрее улажу это? - хрипло переспросила она. - Именно потому, что девушка? - Ромка кивнул, так и не посмотрев ей в глаза.

Света зажмурилась, а потом повернулась, и забыв обо всех своих решениях, спряталась у Руслана на груди. А он крепко-крепко ее обнял.

Не то, чтобы этот рассказа менял что-то. И в то же время -- он менял все.

Она бы так или иначе поступила так, как поступила.

Света никогда бы не бросила брата в беде, и предпочла бы подставиться сама, чем подставить отца. Но Ромка хоть не понимал, чего от нее просит. А знать, что Маша, представляя, да что там, даже намекая на то, что с ней там сделают, настолько цинично распоряжалась судьбой Светы и манипулировала ее любовью к семье -- это причиняло боль.

Ее опять предали. И пусть боль была другой, слабей - она не жалила от этого меньше.

- Почему? - тихо и потерянно спросила она, неясно у кого. - За что меня предают все, кого я люблю? Что не так со мной и моим отношением к вам? Что?! - проговорила Света.

И отодвинулась от Руслана, хоть он и попытался мягко ее удержать на месте.

- С тобой все правильно, малышка, - просто ответил Рус, позволив ей все же отстраниться. - И ты не виновата ни в чем.

Она подняла на него глаза.

Ему тоже было больно. За нее. Из-за нее, и всего того, что и он, и ее близкие причинили Свете. Только ей легче от этого не становилось.

Вздохнув, она отступила еще на шаг и не раздеваясь, села в кресло, почему-то, так же, как и младший брат, уткнувшись лицом в ладони.

- Света, - Рома, похоже, чувствовал себя виновато и неудобно, и пытался даже голосом показать, что теперь-то осознает свою дурость.

Но у нее не было сил поднимать голову. И врать, будто все хорошо -- Света не могла.

- Иди-ка домой, Ром, - кажется, Рус понял ее состояние. - Мы разберемся, - пообещал он, а Света не поняла, с чем именно он собирался разбираться.

Она слышала, как брат согласно пробурчал, сказал ей "пока", и громко протопал, хлопнув за собой дверью в коридоре. Замок непривычно щелкнул. Наверное Руслан поставил захлопывающийся вариант. Отметив, что следует завезти один комплект ключей в службу охраны, она вздохнула, но так и не подняла голову. Опустив руки, Света бессмысленно смотрела себе под ноги, изучая знакомый узор ковра.

Кажется, она что-то собиралась делать. И даже для этого раньше ушла, отпросившись у папы. Но сейчас Свете оказалось трудно сосредоточиться.

- Света, посмотри на меня, - Руслан опустился перед ней на корточки.

Она отвернулась.

- Малышка, - Руслана подобное не остановило, и сжав ее щеки ладонями, он мягко повернул голову Светы, заставив смотреть прямо на него. - С тобой -- все нормально, слышишь? Ты очень хороший человек, преданный, честный. Замечательная сестра и дочь, - Руслан немного криво вздернул уголок губ. - И такая женщина, о которой может только мечтать любой мужчина, - с грустным вздохом добавил он. - Не всегда люди могут соответствовать тебе, в силу своей глупости, зависти, или эгоизма. Но эта наша дурь, наша вина, Света. Не твоя. Понимаешь? - он надавил на ее скулы, сблизив их лица. - Ты -- самая лучшая, и даже не думай искать в себе самой причину зависти сестры. Но и узнать о ней правду, то, что Маша без раздумий пожертвует и подставит тебя -- было необходимо.

Света улыбнулась.

Грустно, слабо, но все-таки. Наверное, всегда приятно, когда тебя с таким чувством убеждают, что ты -- идеал всех земных добродетелей. Даже, если это не совсем правда.

Руслан тоже улыбнулся, увидев, что она прислушалась к нему, хоть чуть-чуть. А потом неожиданно состроил виноватую, но лукавую до жути гримасу.

- И кстати, коль уж тут все каются -- я доел все, что было съестного в холодильнике, - подмигнул он. - Даже сухари.

Света нахмурилась.

Нет, ей не было жалко. Только вот сухарей она в холодильнике не хранила...

- Ой! - она вскочила, удивив Руса, - мне надо в магазин, - заявила Света, поняв, что он говорит о хлебе, который кочевал по полкам холодильника наверное весь этот месяц.

Если Рус дошел до такого -- ситуация с едой и правда была плачевной. А поскольку этот нахал, которого она все равно не могла перестать любить, явно не собирался уходить, ей следовало подумать о еде заранее. А то они оба умрут с голоду.

Руслан поднялся следом.

- Хорошо, поехали, - согласился он, спокойно направившись в коридор. Наверное за своей курткой.

Света не ждала, что он вызовется.

- Разве клуб сегодня не работает? - спросила она у пустоты комнаты, посмотрев на часы.

Руслан заглянул в дверь.

- Ты хочешь поехать в "Колизей"? - все тем же невозмутимым тоном уточнил он, забирая с журнального столика свой телефон.

Света отрицательно покачала головой.

Она не хотела. Но Руслан же почти каждый вечер проводил там, сколько она его знала.

- Значит, и мне там делать нечего, - пожал Рус плечами, и взяв Свету за руку, потянул ее к выходу. - Поехали, - он захватил с комода два набора ключей и вручил один ей. - Только поведу я, - бескомпромисно заявил Руслан, закрыв за ними дверь. - Надоело кататься пассажиром за эти два дня, - с улыбкой, котрая смягчила это заявление, добавил он.

И быстро наклонившись, неожиданно поцеловал растерявшуюся Свету.

- Добрый вечер, Кирилл, - проговорил Руслан, когда наконец отстранился.

А немного дезориентированная Светлана с удивлением посмотрела на хмурящегося соседа.

И не смогла удержать улыбку.

Все-таки, мужчины всегда оставались детьми, и любили похвастаться перед другими, во всеуслышанье заявив "мое", только более взрослыми методами. А ей возразить было нечего.

Ведь, несмотря ни на что, Света даже не пробовала отрицать, что действительно была "его" женщиной.

В свою очередь кивнув Кириллу, она решила не спорить насчет машин. В конце концов, ее настроение и состояние и правда не являлось самым сосредоточенным для вождения.

И кстати, о состоянии.

Света вдруг вспомнила, что собиралась в аптеку еще по дороге домой. Для того и отпросилась. А потом, почему-то, забыла.

Как и утром элементарное правило безопасности вылетело у нее из головы. И у него тоже, похоже. Хотя раньше Света за Русланом подобной "рассеянности" не замечала.

Может он считал, что она до сих пор принимает таблетки? Так или иначе, но об этом следовало позаботиться.

Хотя, молча спускаясь следом за любимым по лестнице, и глядя в его темную макушку, она вдруг отчетливо представила себе маленького, такого же темноволосого и пухлощекого карапуза.

И внутри все задрожало от искуса довериться случаю и реализовать мечты, которые не в первый раз появлялись в душе.

"Но ведь она еще не решила, сможет ли с ним остаться, не так ли?", напомнила Света сама себе, " и не стоило усложнять ситуацию беременностью. А заодно, надо будет купить эмульсию для рук Руса", решила она, вспомнив ссадины, которые не выглядели подживающими, когда он возился с замком.

Грустно вздохнув, чем привлекла обеспокоенный и настороженный взгляд Руслана, она вышла следом за ним из подъезда и покорно пошла к кроссоверу "BMW". Хочется ему катать ее -- на здоровье, Света отказываться не собиралась.

"КАК?!", этот вопрос просто не умещался у нее в разуме. "Как можно было забыть о таком моменте?! Тем более, что она напоминала себе о таблетках весь вечер..."

Света резко села в постеле, в которой ворочалась вот уже целых полчаса с боку на бок.

Одна. Руслана она категорически выставила вон из своей спальни. Все еще не разговаривая с ним, кстати, хотя, то и дело приходилось ловить себя на середине предложения, обращенного к этому нахалу, незаметно прорывающемуся сквозь любую ее оборону.

Даже послушно выйдя после ужина по указанию ее руки из комнаты, он умудрился сделать это с таким видом, что имено Света ощутила себя обделенной его лаской и любовью. Особенно после нежного поцелуя напоследок.

Но не поддавшись, назло ему, Света тут же улеглась, убеждая себя, что самое необходимое ей сейчас -- это сон.

Только тот не желал приходить к Свете. А вместо этого -- лезли всякие мысли, о Маше, о брате, о любимом человеке, чем-то шуршащем сейчас в соседней комнате...

И вот тут-то она и осознала, что так и не выпила таблетки. И даже не купила их. Просто не вспомнила.

Какая женщина может забыть такое?!

Глупая? Рассеянная?

Или просто та, что отчаянно не желает прерывать возможную беременность, которой может быть от силы не больше половины суток?

Света усмехнулась уголками губ, вспомнив старый анекдот, и потерла щеки пальцами.

Это был именно ее случай.

Что уж тут скрывать? Несмотря на все разумные доводы -- Света до безумия хотела ребенка от Руслана. И похоже, ее подсознание послушно выполняло желание хозяйки, обеспечивая подобные "провалы в памяти".

Ну, а как иначе это можно пояснить?

Умом Свету жизнь вроде не обидела, как и честностью с собой тоже.

Она вспомнила, как они бродили между рядов и витрин супермаркета, как выбирала продукты, складывая их в тележку, которую Руслан не позволил ей везти, заявив молчаливой Свете, что для чего-то же и он с ней поехал.

Вспомнила, как прятала улыбку, от того, что на самом деле испытывала радость и удовольствие от такого простого, незамысловатого совместного занятия, раньше казавшегося им само собой разумеющимся, а теперь, воспринимаемого Русланом едва ли не привелегией, что он даже не скрывал. Как она, отвергнув его помощь, полезла сама доставать пачку кофе с верхней полки, встав на небольшую, конусоподобную тумбу, которую использовали работники магазина.

И все-таки, не рассчитав отступ, свались. К счастью, прямо ему в руки. И Руслан свой шанс не упустил, тут же начав целовать растерявшуюся Свету. "В качестве платы за спасение", как потом он объяснил со своей вечной насмешливой улыбкой.

После этого эпизода Рус все время держал ее за руку, игнорируя любые попытки освободиться и в принципе, сам руководил направлением их "путешествия" по магазину.

Он держал ее даже тогда, когда расплачивался, кстати. И продолжал это делать когда она попыталась свернуть, увидев среди магазинчиков в проходе, мигающий зеленым неоном крест -- знак аптечного киоска.

Света прищурилась, посекундно восстановив события в памяти.

Да, Руслан совершенно определенно понял, куда она направляется. И не пустил Свету, наоборот, потащил в другую сторону, к цветочному киоску, кивнув головой на орхидеи, якобы только что вспомнив, как она их всегда хотела купить.

Света действительно не раз задумывалась о том, чтобы привнести в дизайн квартиры Руслана немного флоры, и орхидеи входили в ее план тогда. Раньше...

Наверное потому она даже обрадовалась, что он вспомнил об этом... А ее подсознание весело ухватилось за такую возможность, "показав язык" здравому смыслу.

Хмыкнув, она откинула одеяло в сторону и поднялась. Решила не тратить время на поиски тапок в темноте, а включать свет просто не захотела. И как была, в одной майке и трусиках пошла к двери, поджимая пальцы на холодном паркете, куда не доставал ковер.

Стоило Свете открыть двери и замереть на пороге, как Руслан тут же повернулся в ее сторону, оторвавшись от какого-то боя, за которым следил по спортивному каналу, сидя на расстеленном ею диване в зале. Он и сам был не более одет, чем она, но Света приказала себе пока не думать об этом.

"Пока..., хм", - что-то она сегодня просто находка для психолога.

С трудом подавив улыбку, которая так и норовила расплыться на лице, Света свела к переносице нахмуренные брови.

Посмотрела в сторону горшка, который теперь гордо возвышался на ее кофейном столике, с семью белыми цветками на ветке и задумчиво прикусила губу.

Руслан вздернул бровь, и в отличие от нее не скрывал улыбку.

- Ты хочешь поговорить со мной? - насмешливо протянул он.

Света прикусила язык, покачала головой и подойдя к дивану села рядом.

- Нет, я и с собой неплохо поговорила, - съехидничала она, уперев локти в колени, и подперла подбородок руками. - И пришла к интересным заключениям.

Он повернулся, чтобы не выпускать ее из поля зрения.

- Не хочешь поделиться со мной результатами этой... беседы? - немного ехидно спросил Рус, явно подшучивая над нею.

Света покачала головой. Она еще не решила, предъявить ли ему свое обвинение, для которого не имела в общем-то, достаточно аргументированных доказательств. Да и вообще, поняла, что не хочет об этом говорить. Словно бы, если Света не будет поднимать эту тему -- то итог, каким бы он не оказался, не будет зависеть от нее...

Глупо, по-детскому, она признавала это. Но принимать какое-то решение -- сил не было. Тем более сейчас...

-Ты наверное сильней устала, малышка, чем я думал, - подначил ее Руслан, тут же положив руку Свете на плечи и притянул к себе. - Поспи.

Она хмыкнула, ни на миг не поверив в его недопонимание, но все же, не смогла оттолкнуть Руслана. Рядом с ним было так тепло и уютно. В его объятиях она ощущала себя дома, и это понятие не зависело от того, находились ли они в ее квартире.

Наверное потому, а еще вспомнив свое сегодняшнее пробуждение, Света поджала ноги под себя и удобно улеглась под бок Руслана на подушку, которую ему же недавно и выделила.

- Я сама не могу уснуть, - невозмутимо пробурчала она в пространство, пряча зевок в кулаке.

Его удивление длилось не больше секунды.

После чего Рус усмехнулся, но уже без шуточек, взял одеяло, которое еще лежало свернутым в ногах кровати, куда Света то положила, выдав ему комплект постельного белья. И не упоминая о том, что она сама выставила Руслана из спальни, ясно показав, что не планирует спать с ним, укрыл Свету до самой шеи.

А сам лег рядом, уперевшись локтем в подушку. Света повернулась и молча уткнулась лицом в пространство между его шеей и плечом, словно спряталась в убежище. И тут же ощутила, как начинает подкрадываться сонливость и теплый покой.

- Тебе телевизор мешает? - спросил Руслан, прошептав этот вопрос прямо в ухо. Отчего по ее коже пошли мурашки.

Света сладко зажмурилась, надеясь, что ему не видно ее лица. И покачала головой, показывая, что он может и дальше смотреть свои бои.

Руслан все же уменьшил звук, почти до нуля и, отложив пульт, обнял ее свободной рукой.

- Кто бы мог подумать, что ты такая садистка, - с веселой усмешкой опять зашептал Рус ей в ухо, но его слова уже смутно доходили до сознания Светы, которое наконец-то погружалось в сон.

Хотя, поскольку она почти лежала на нем из-за узости дивана -- не трудно оказалось догадаться, о чем Рус говорил. Его напряженный пах упирался ей в живот.

Света чувствовала, что и сама начинает понемногу гореть, как и всегда в его объятиях. Только усталость и даже, скорее, измотанность, после того, что узнала сегодня -- побеждали страсть.

- Да еще, и с непонятной тягой к тесным помещениям и узким кроватям, - добавил Рус еще тише, наверное заметив, что она засыпает.

И вновь поправил на Свете одеяло.

Она хотела ответить, что на узкой кровати гораздо легче все время быть близко, еще теснее прижиматься к нему. Но вместо этого губы только слабо приоткрылись, и вздохнув, Света уснула, уже в дреме ощутив, как он немного изменил их позицию, подсунув руку под ее голову, и уложив голову Светы себе на плечо, сам улегся на подушку.

Ей и так тоже нравилось, так что Света не возражала.