На полной скорости

Княжество Монако, 20 мая

Пятёрка посохов всегда вызывала у Аслин странные эмоции — не значением карт, а какое-то внутренне. Она смотрит на карту, лениво крутя её в пальцах, и пытаясь соотнести всё.Соревнование или спор...

«Ставлю на то, что в конце недели победит Феррари».

Карта ложится обратно на стол, тогда как пальцы Аслин тянутся к следующей карте. Шесть пентаклей. И Аслин бы не обратила внимание на эту карту — если бы не следующая карта, которую она достала вчера.Шут. Новые начинания и спонтанность. Не самое любимое сочетание слов Аслин теперь, после аварии. Ей бы спокойствия, умиротворённости и жизненной стабильности, а не эмоциональных качелей, которые будут подкидывать её то вверх, то вниз. Карта аккуратно ложится на стол, пока Аслин лениво покачивает ногой в воздухе, кусая ноготь на большом пальце — вот-вот и откусит кусочек лака.

Это сочетание карт и пугало, и воодушевляло, и заставляло что-то внутри живота болезненно упасть вниз, сдавив внутренности. Соревнование, развитие, спонтанность — что может быть хуже этого? Аслин морщится, сгребая карты, чтобы убрать их обратно в сумку, перекинутую через плечо, и вернуть всё своё внимание к ароматному кофе и притягательном десерту. Гонки были всё ближе, и с каждым днём ей кусок в горло лез всё меньше. Сегодня уже четверг, а Монако сходил с ума от предстоящего Гран-При. Сходила с ума и Аслин, которая нервно дергала ногой под столом, до хруста заламывала пальцы и заедала стресс сладким. Пока для других это была одна из самых ожидаемых гонок, для Белл это был самый страшный кошмар её жизни.

Авария оставила за собой не только следы шрамов на её животе, но и яркие воспоминания — и теперь она боялась до дрожи за Леона. За её лучшего друга, который мог легко бахвалиться тем, что он первоклассный гонщик, но Аслин всё равно нервно вздрагивала и морщилась. Пришлось распрощаться с социальными сетями на целую неделю, потому что тик ток и инстаграмм, как назло, подкидывал все аварии формулы-1, а это никак не способствовало успокоению Белл.

Леон просто не может разбиться или рисковать своей жизнью на треке. С ним всё будет хорошо.

Аслин зачерпывает целую ложку чизкейка, отправляя её в рот и прикрывая глаза от вкуса, почти сразу же запивает всё это дело кофе, хорошо сдобренным сахаром, и где-то мысленно она уже приветствует белые пятна прыщей на своём лице. Леон сказал, что сегодня он весь день будет занят. Перед гонками он всегда пропадал на сутки. Как Клин объяснял, им нужно было обсудить стратегию и... ну а дальше для Аслин следовало слишком много умных слов, которые она не могла совместить в понятное для неё предложение. Поэтому небольшая утренняя прогулка по ещё не проснувшемуся Монако пошла ей на пользу.Она прошлась по набережной, погуляла по узким улочкам и тесным скверам. Сделала несколько фотографий на плёночный фотоаппарат, понаслаждалась видами, подышала морским воздухом, а стоило только ближайшей кофейне открыться, как Аслин тут же завалилась туда, беря кофе и что-нибудь сладкое.

Лёгкое летнее красное платье на тонких бретельках спасало он утреннего майского солнышка, давая возможность просто понаслаждаться теплом и хорошей погодой, которая приятно покусывала за открытые плечи и спину.

Аслин откидывается на спинку ротангового стула, поднося к своему лицу фотоаппарат. Прищурившись, она прижимает видоискатель к открытому глазу. Механизм фотоаппарата тихо щёлкает, запечатляет зелень небольшого скверика, растекающиеся по траве солнечные лучи, ровно расставленные столики и плетеную мебель открытой веранды кафе, как яркое напоминание о прошедших днях. Аслин мягко улыбается, отнимая фотоаппарат от лица и прослеживая сделанную фотографию взглядом, всматриваясь в мягкие лучики солнца и выдыхает.Здесь было хорошо. На удивление спокойно, несмотря на то, что всего лишь завтра официально начинаются гоночные выходные. Аслин стоило отвлечься от этих мыслей, но проходя по улочкам Монако, она каждый раз натыкалась то на какой-нибудь растянутый баннер, то на флаги, то на атрибутику гонок. В общем-то, Леон был прав. Даже не интересуясь формулой-1 спрятаться от гонок под стол не получится даже при большом желании — хотя сейчас Аслин была бы не против это проверить.

Что-то мягкое коснулось ног, заставляя Аслин вздрогнуть и тут же опустить глаза вниз. Под столом мелькнуло нечто пушистое, быстро исчезнувшее среди деревянных ножек стульев и стола. Белл упирается одной рукой в стол, склоняясь вниз, чтобы глазами найти маленького нарушителя порядка. Под столом, смотря прямо ей в глаза, смотрела просто прелестная собачка породы кавалер кинг чарльз спаниель. Высунув язык, он смотрел на неё своими большими глазами, пока по обе стороны от его лица спускалась шелковистая шерсть длинных ушей. Аслин даже сначала замерла, не поверив, что прямо под её столом умостилась такая... собачка... Видно не одна она искала спасения под столом.

— Привет, красавица, — тихо шепчет Аслин.

Хвост собаки тут же начал подметать собой плитку улицы, постепенно набирая обороты, и под конец уже во всю мотающийся за его спиной, выражая всё собачье счастье.

— Неужели, ты потерялась? — Аслин отводит глаза в сторону, приподнимается, чтобы скользнуть глазами вокруг, в надежде найти хозяина этого милого пса. — Где же твой хозяин...

Таким ранним утром посетителей небольшой кофейни были не так уж и много — и кто-нибудь обязательно должен был заметить пушистую пропажу. Глаза Аслин скользят по округе, пока она пытается зацепиться хоть за одной обеспокоенное лицо. Почти каждый сидящий или проходящий мимо был слишком заинтересован своими делами. Белл выдыхает, когда мягкие лапки собачки коснулись её обнаженных ног, привлекая к себе внимание. Аслин выдыхает, опуская глаза вниз.

— Плохи наши с тобой дела. Что же мне с тобой делать, — Аслин поджимает губы, склоняясь вниз чтобы кончиками пальцев ласково скользнуть по голове собачки.

Она тут же потянулась к ней, потёрлась головой о руку Аслин.

Белл любила собак, и мечтала когда-нибудь о своей собственной, но жизнь сложилась так, что у неё то не было времени, то хватал страх за чужую жизнь. Пальцы осторожно скользили по гладкой шерстке спаниеля, натыкаясь на тонкий ошейник.

— Посмотрим, что тут у тебя, — тихо шепчет Аслин, поддевая металлическую подвеску и склоняясь ниже, чтобы среди длинной шерсти разглядеть выгравированную надпись. — Адель, значит. Так ты всё-таки девочка. Теперь бы нам найти твоих хозяев, — Аслин перевернула подвеску на ошейнике, надеясь найти там хотя бы номер телефона или адрес, но... ничего. — И как мне помочь тебе, Адель? Я сама тут не местная. Может быть, если мы тут посидим чуть-чуть, и твои хозяева найдут тебя.

Аслин чуть приподнимается, отодвигая стул назад, чтобы аккуратно подхватить тело собаки, усадив её на своих коленях. Лапки оставляют на красной ткани сарафана следы, но Белл, кажется, совсем не обращает на это внимание, продолжая ласково скользить пальцами по гладкой собачьей шерсти. Адель не сводила взгляда своих больших тёмных глаз с лица Аслин, пока та гладила её, что-то нашептывала ей.

Аслин даже не знала, сколько она так просидела с этой очаровательной собачкой на коленях. Просто поглаживая её по голове и телу, разговаривая с ней. Просто проводя с ней короткий кусочек своего времени — Аслин даже сфотографировать успела это очаровательное существо, пока её уши не уловили знакомую итальянскую речь.

— Dov'e ' questo stupido cane? Scappa sempre da qualche parte![Да где эта глупая собака? Вечно куда-то убегает!].

Аслин подняла взгляд, быстро находя источник громкого звука. Девушка с длинными тёмными волосами, просто невероятно шикарными. На тонких каблуках, с трудом передвигалась по неровной отмостке этой части дороги. На ней была какая-то юбка с разрезом, кофта и маленькая сумочка. В руках она сжимала последнюю модель айфона, подняв свои брендовые очки на лоб, пока её глаза яростно высматривали кого-то. Стоило только звуку девичьего голоса прозвучать в воздухе, как Адель на коленях Аслин непроизвольно сжалась, и словно прижалась головой чуть теснее к животу блондинки. Белл даже не успела среагировать, как зелёные глаза незнакомки моментально остановились сначала на ней, а потом опустились к собачке на её коленях.

—Eccoti qui, piccola schifosa. [Вот ты где, маленькая паршивка], — тонкие каблучки стукнули по камню, когда незнакомка решительными шагами направилась прямо к Аслин. — Прошу... прощения, — грубый итальянский акцент скользнул в её английской речи, когда она остановилась прямо напротив Аслин. — Это моя собака. Она наверняка вам ужасно докучала.

Аслин медленно моргнула, не сводя с шикарной девушки рядом с собой взгляда. Она откинула назад пряди своих тёмных волос и попыталась натянуть на подкрашенные блеском губы дружелюбную улыбку.

— Адель любить сбегать от меня, — незнакомка нервно смеётся, протягивая руку к усевшейся на коленях Аслин спаниелю. — Oh, e ' un brutto cane. Sei anche riuscita a sporcare il suo vestito. Bene, ti organizzerò... [ох, вот же мерзкая собака. Ты ещё и её платье умудрилась испачкать. Ну и устрою я тебе...], — голос девушки с приторно-сладкого моментально превратился в зловещий шёпот, и Адель на коленях Аслин нервно перебрала лапками. — Прошу прощения за... неудобства. И за испачканное платье. Адель просто...

— Всё в порядке, — Аслин тут же прерывает её, мягко улыбаясь. — Мне было в радость провести с вашей собачкой немного времени, — Белл опускает взгляд на Адель, которая не сводила с неё своих тёмных глаз. — Вам не стоит ругать её. Мы отлично провели время, не правда ли, Адель? — Аслин мягко улыбается собачке, скользя пальцами по её голове.

Белл могло показаться, но девушка напротив неё словно бы раздраженно вздохнула, и Аслин почти сразу же поднимает на неё глаза, убирая руки от распластавшейся по её коленям Адель.

— Простите, наверное, я всё-таки увлеклась.

— Да, увлеклись, — незнакомка кривит губы, в один шаг становясь практически вплотную к стулу, сгибаясь, чтобы одной рукой сгрести пискнувшую Адель, и тут же отступить назад, прижимая к себе. — Спасибо, что... присмотрели за Адель. Хорошего вам дня.

Она снова скрывает свои глаза за стеклами солнцезащитных очков, постукивая своими каблучками. Адель пытается извернуться в руках несущей её девушки, чтобы посмотреть на Аслин, но эта незнакомка держала её слишком цепко.Так и хотелось спросить: «И что это вообще такое было?».

Аслин тихо выдыхает, потянувшись к телефону. Сообщение от Клина высвечивается плашкой прямо посредине экрана смартфона. Белл лениво смахивает его в сторону, откидываясь на спинку плетеного кресла.

от кого: леон клин.«я задержусь до пяти вечера. пообедай без меня. сходи обязательно в Amù Monte Carlo. там потрясающая рыба! увидимся вечером».

Леон был занят — это было ожидаемо. У него впереди один из волнительных заездов. Кто из пилотов не хочет победить в Монако? Пожалуй, на этот вопрос не могла ответить только Аслин, потому что не знала ответа. Но для Леона именно эта гонка была важнее других — а значит Аслин была просто обязана поддержать его. Стоя в углу, не вылезая вперёд, но как его друг, она была просто обязана хоть как-то жать ему свою поддержку.

Потому что Леон помогал ей. Когда она очнулась в палате больницы, когда узнала, что отец мертв. Когда дрожащими руками скользили по капоту машины, не рискуя садиться за руль. Клин был рядом, придерживая её. По чуть помогая ей заново привынуть к рёву мотора. Аслин доверяла ему, по началу ездя, только когда он был за рулём.

Теперь она нужна была ему. Даже несмотря на свои страхи, на свои триггеры, она просто обязана была стоять там.

от кого: аслин белл«с тебя напитки, а с меня пицца, идет? и раз ты на весь день оставляешь меня одну, вечером я погадаю тебе, морковка».