Глава 48. В гостях
Мы приехали в наш двор и хотели пойти к нему. Я привыкла, что мы часто зависаем у Келта дома, и иногда к нам присоединятся Лёха и Лера. Однако в этот раз нас увидела моя мама, которая возвращалась откуда-то. И как назло именно в тот момент, когда мы шли за руку.
— Катя! — закричала она, и я вздрогнула, подумав, что вместе с ней отчим.
Из-за него мы с Келтом старались не гулять в нашем дворе, да и вообще держались подальше от нашего района. Вдруг заметит?.. Мне не хотелось разборок. Однако в этот раз были неосторожны.
Келт остался стоять у своего подъезда, а мне пришлось подбежать к маме.
— Ты была у репетитора? — осторожно спросила она.
— Конечно, — махнула я головой. — Мам, ты не веришь, что ли? Позвони ему и узнай…
— Верю, конечно. Просто ты снова с этим мальчиком — Келтом, верно? Вы ведь встречаетесь, да? — спросила она.
Я не знала, что сказать. Мама не поверит, что мы просто одноклассники, к тому же она давно догадывается, что мы встречаемся. Врать нет смысла.
— Да, мам, — вздохнула я. — Только Васе не говори, ладно? Пожалуйста. Он Келта ненавидит. Говорит, что тот мусор.
— Не обижайся на него, — отвела глаза в сторону мама. — Просто у него сложный характер. А за тебя он чувствует ответственность, как за дочь.
Меня передернуло от воспоминаний о том, как отчим ударил меня. К счастью, за последнее время конфликтов у нас почти не было — у Васи было много работы и он ни на что не отвлекался.
— Помнится, дочь он выставил за порог, — хмыкнула я.
— У них сложные отношения.
— У Васи всё сложное — и характер, и отношения.
— Перестань, пожалуйста, — нахмурилась мама. — Позови лучше своего Келт к нам в гости.
— Чтобы твой Вася его выставил? — рассмеялась я, но без веселья. — Потому что окажется в сложном положении, да? Мам, он не сложный, он душный.
— Какой? — не поняла она.
— Ну, неприятный, мелочный, скудный…
Мама вдруг рассмеялась, но спохватилась.
— Катька, не говори ты так! Вася много для тебя делает. И для меня тоже. А недостатки бывают у каждого. Лучше познакомь меня со своим Келтом нормально, а не как в прошлый раз. Вася в срочную командировку уехал в Москву. Вернется через три недели. У него по работе проблемы, какие-то проверки, — вздохнула мама.
В последнее время отчим действительно всё время был занят, и она не знала, куда себя деть. Конечно, он ведь был единственным человеком, с кем она общалась — ни друзей, ни коллег рядом. Даже с родственниками почти перестала разговаривать. Например, её двоюродных сестер Вася терпеть не мог, говорил, что они слишком распущенные, потому что у них мужей нет и они вечно в поиске. А с маминой хорошей подругой умудрился поругаться по скайпу. Вернее, сделал ей несколько неприятных замечаний, а та обиделась и начала грубить. Мама попыталась их помирить, но не вышло. Я сама слышала потом, как отчим говорил ей: «Или я, или она, выбирай, Алеся».
Он замкнул мамину жизнь на самом себе. Стал центром её Вселенной, постепенно вытесняя меня. И наслаждался этим.
Падлина.
— Ты действительно хочешь пообщаться с Келтом? — недоверчиво спросила я. Мама кивнула.
— Конечно. Мне же нужно знать, с кем встречается моя дочь. А Васе мы ничего не скажем. Идет?
Я осторожно кивнула и побежала к Келту. Сказала, что моя мама зовет его в гости и за рукав кожаной куртки потащила за собой.
— Это обязательно? — спросил он.
— Конечно, нет, — вздохнула я. — Если не хочешь, не пойдем, мама поймет. Она у меня хорошая.
— Нет, идём. Раз мама зовёт, нельзя отказываться.
Мы втроем поднялись в квартиру. Мама была дружелюбной, задавала Келту какие-то вопросы, а он отвечал — сначала сухо и настороженно, однако потом раскрепостился. Понял, что она не представляет угрозы.
Я вихрем промчалась по квартире, убрав кое-какие вещи со стула в своей комнате и сняв нижнее белье с сушилки. Не очень хотелось, чтобы Келт его увидел, однако в итоге он всё равно увидел, потому что я врезалась в него и всё уронила. Прямо ему под ноги.
Келту стало смешно, а я, кажется, покраснела от смущения.
— Да ладно тебе, — хмыкнул Келт, пытаясь помочь мне поднять белье с пола, но я стукнула его по руке.
— Не трогай!
— Будто я никогда трусов не видел.
— Моих точно не видел.
— Всё бывает в первый раз…
— Отстань!
На его лице заиграла улыбочка, а я, сграбастав белье, убежала. Вот блин! Хотелось быть для него ангелом, а в результате я ношусь с большими глазами по квартире и снимаю трусы с полотенцесушителя. Красота!Романтика!
Мама усадила нас за стол и накормила обедом. Дождь барабанил по стеклу, работал телевизор, а мы ели, болтали и смеялись. Странно, но мама и Келт быстро нашли общий язык и казалось, будто бы они давно знают друг друга. Им нравилось меня обсуждать.
— Катя с детства вредина, — поделилась мама с улыбкой. — Всё всегда делала по-своему
— Она и сейчас вредина, — наигранно вздохнул Келт.
— Обижает тебя?
Он закивал и тут же получил от меня тычок в ребра.
— Когда это я тебя обижала, Грамадина?!
— Сейчас обижаешь… — Смиренно опустил он глаза.
Мама засмеялась, а он опустил руку под стол и коснулся моего колена. Я едва не подавилась котлетой от неожиданности, и Келт заботливо постучал мне по спине.
— Катька, ты зачем его обзываешь? — развеселилась мама.
— Она меня так всегда называет, — пожаловался Келт.
— Ах ты бедненький! — всплеснула я руками. — Плакал, наверное, каждый раз, когда я тебя так называла?!
— Да…
— Дать бы тебе по башке…
— Хватит Келта обижать! — встряла мама. — Келт, ты не бери в голову, просто Катя у нас раньше с мальчиками не встречалась! Опыта нет…
— Мама! — вспыхнула я.
— А что? Это же правда, — пожала она плечами. Её глаза смеялись. — Так что, Келт, ты её первый парень. Присмотри за ней, хорошо?
— Присмотрю, обещаю. Со мной она в безопасности, — неожиданно серьезно ответил он и положил руку мне на плечо. — Не переживайте.
Мама в ответ лишь кивнула. Веселье из её глаз исчезло — их сменила печаль. Но мама почти сразу встала из-за стола и пошла мыть посуду.
— Давай я вымою! — вызвалась я.
— Я сама, ты с гостем побудь, — ответила она и открыла кран. Но вода едва бежала. Мама нахмурилась. — Это что ещё такое? Вода совсем плохо течет.
— Помочь? — спросил Келт и, не дожидаясь её ответа, поднялся и стал осматривать кран, задал нам несколько вопросов. А потом сказал, что проблема в смесителе и спросил, есть ли какие-то инструменты. Удивленная мама принесла инструменты отчима — дорогой набор, которым он, кажется, никогда не пользовался.
Келт нашел нужные инструменты, перекрыл воду и стал чинить смеситель. Мы с мамой понятия не имели, что он делает, и лишь переглядывались. Смеситель он починил быстро — напор восстановился.
Честно говоря, я даже и не думала, что он способен на это.
— Келт, спасибо большое, — растрогалась мама. — У Васи всё никак руки не доходят домашними делами заняться… Занят.
— Может быть, ещё что-то могу починить? — спросил Келт.
— Нет, что ты, всё хорошо! И вообще, ты наш гость!
— Да, — подхватила я. — Давайте лучше чай пить!
Келт поднял взгляд наверх — на натяжном потолке не работала одна из светодиодных ламп, она перегорела. Мы с мамой умели менять только обычные лампы, а у Васи, конечно же, заменить её не было времени. И, подозреваю, желания.
— Запасная есть? — только и спросил Келт. Мы с мамой переглянулись, и она принесла лампу. Отключив электричество, он довольно быстро поменял её, и на кухне стало светлее.
— Ты просто чудо, — шепнула я ему на ухо, обняв, когда мама на минуту оставила нас наедине.
Келт довольно улыбнулся. Ему нравилось, когда его хвалили. Я звонко чмокнула его в губы, но, услышав шаги мамы, тотчас отстранилась.
Чай мы пили в гостиной, и я впервые ощутила себя в этой квартире по-настоящему счастливой. Рядом была мама и любимый человек, в воздухе вкусно пахло вишневым пирогом, а за окном всё так же барабанил дождь.
Ладони грел горячий чай в чашке, а душу — Келт, который сидел рядом и украдкой касался моей ладони.
Правда, длилось это недолго. Келт глянул на часы и сказал, что ему пора — нужно выгулять Кея, а потом у него будет подработка. То, что он сам старался заработать себе на жизнь, меня удивляло. Я ещё больше уважала его за это.
Мы тепло попрощались. Мама сказала, что очень рада знакомству и извинилась за Васю. А Келт сказал, что я очень на неё похожа, чем окончательно покорил. Дверь за ним закрылась, и мы остались вдвоем. Улыбка на лице мамы вдруг погасла, а взгляд снова сделался странным. Она ушла в свою комнату, и я вдруг поняла, что она плачет.
Я вбежала в спальню и увидела, как она смотрит на фотографию папы, которую, видимо, хранила тайно от Васи — он запретил перевозить фотоальбомы.
— Мам, ты чего? — тихо спросила я.
Она отвернулась и стала спешно вытирать слезы. Не хотела, чтобы я видела их.
— Мам?
— Твой Келт… Он так мне твоего папу напомнил, — прошептала она. — Не внешне, а характером. Жестами. Повадками. У него тоже руки золотые были.
Я обнала её и положила голову на плечо. Каждый раз, думая о папе, я тоже хотела плакать. Скучала.
— Наверное, ты поэтому его и выбрала. Уверенного, благородного. Доброго. Не бросай его, Катька. Он на тебя смотрит влюбленными глазами.
— Думаешь? — вздохнула я. От взгляда Келта у меня действительно мурашки были по телу. С самого начала.
— Поверь, я знаю, что такое влюбленный взгляд у мужчины.
— Тогда почему ты с Васей? — отстранилась я от неё. Он всегда смотрел на неё, как на собственность.
— Я… Не знаю, — вдруг растерянно ответила мама. — Так вышло. Сама не знаю, почему.
— Может, тебе его бросить? — спросила я, но она замотала головой.
— Не лезь во взрослую жизнь, хорошо? Я сама разберусь.
Но мне вдруг стало ясно, что сама она разобраться не в силах. Но говорить ничего не стала. Бесполезно. Пока сама не поймет, никто не сможет помочь ей.
— Обещай не плакать, — попросила её я. — Иначе я тоже буду.
— Обещаю, — кивнула мама.
Я потащила маму смотреть «Бессмертник» — и мой, и её любимый фильм. И приготовила поп-корн. Она действительно отвлеклась от всего, смеялась, рассказывала какие-то истории из молодости, а когда я ушла делать уроки, позвонила своей подруге. Той самой, с которой поругался Вася. Кажется, пока его не было, всё налаживалось.