Глава 20. Всегда одинокий
Второй день Келт пропадал на подработке. Со склада они перетаскали несколько гребанных тонн всякой фигни, у некоторых мужиков в конце второй смены спины отваливались, а он ничего, держался. Только мышцы на руках забило, как будто весь день в тренажерке качался. Ничего, полезно.
Скпермаркет торжественно открылся, и по словам старшего, народу было — не протолкнуться. Гремела музыка, раздавался веселый голос ведущего, который разыгрывал призы. Келту тоже хотелось попасть в торговые залы, посмотреть, что происходит. Говорили, там еще и хавчик бесплатный раздавали.
Келт уже рвался домой, однако к ним подошел тот самый типа с усами и велел перенести в один из торговых залов пару ящиков с пивным и расставить бутылки. Кто-то из сотрудников, работающих в зале, в запаре что-то забыл. И теперь срочно нужно было это сделать.
— Мы не должны товар в торговых залах выкладывать, — нахмурился Келт.
— Ты мне еще поговори. Быстро пошел! Тут дел на пару минут. И приходите за деньгами.
— Если на пару — может, сам отнесешь? — прямо спросил Келт, и кто-то из грузчиков тыкнул его в спину. Мол, молчи.
— Ты как, со мной разговариваешь? Да ты знаешь, кто я?!
— Всё равно, кто ты.
— Хватит мне тыкать! Я неясно выразился? Быстро в зал. Времени мало! Бегом, мать вашу! Придурки тупые! Еще и спорят со мной! — заорал тип с усами.
— Ладно-ладно, начальник, идем мы, — примирительно поднял руки один из мужиков. — Все сделаем. Келтик, давай!
Усатый ушёл, на ходу выкрикивая новые указания другим работникам и указывая на то, что в этом месте собрались только придурки, которые ничего не понимают. А Келту пришлось идти в торговый зал с ящиком. Тяжело не было. Он из принципа возникать стал.
— Ты бы потише был, — сказал грузчик, когда они быстро расставляли бутылки. — Этот злопамятный.
— Да пошел он…
Келт вдруг почувствовал на себе взгляд и увидел Сору — жену его Создателя. Рядом с ней стояли Раин и Кори его сыновья.
Сора выбирала дорогое шампанское. Одна бутылка стоила, как последний айфон 15 про макс.
— Так, папа вроде бы такой пьет, да? — спросила она у Раина рассматривая этикетку.
— Вроде бы такой, — пожал тот плечами. — Мам, да какая разница? Бери любой.
Они были немного младше Келта и сосем на него не походили.
— Нужно не любой брать, а тот, который папа пьет, — отозвалась Сора. — Мы ему должны угадить с подарком. Так, наверное, эту бутылку возьмем. И поедем за основным подарком в салон…
Договорить она не успела. Кори весело закричал:
— Мама, мама, смотри, Келт!
Сора и Кори резко повернулись к Келту. На лице жены Создателя появилось замешательство. На лице Раина — отрешенность. Келт досадливо поморщился — не хотел, чтобы они видели его в спец форме грузчика. Доложат отцу, а ему это на фиг не надо.
— Келт? — недоверчиво спросила Сора. — А ты что тут делаешь?
— Подработка, — одним словом ответил он.
Жена Создателя огляделась по сторонам, чтобы убедиться — рядом никого нет. Никто не сможет подслушать их разговор или увидеть вместе.
— А отец знает? — спросила она.
— Без понятия.
— И кем ты работаешь? Грузчиком?
— Ага.
Во взгляде Сора появилось что-то среднее между непониманием и неодобрением.
— Тебе же отец деньги дает…
— А я не беру, — усмехнулся парень.
— Что же. Понятно. Мы пойдем, спешим очень. — Сора положила бутылку в тележку и развернула ее.Тобота мужа она боялась.
— Ты придешь на день рождения папы? — спросил Кори тихо.
— Нет. А надо? — на лице Келта появилась веселая улыбка, едва только он представил, в какой ярости будет Создатель, когда он появится в крутом ресторане, который тот снимет для праздника. Глаза гореть алым станут, как у демона.
— Ты же ему как сын…
— Он так не думает.
Келт развернулся, но Кори окликнул его:
— Келт!
— Что?
— Подари папе что-нибудь. Он будет рад, — выдал Кори.
— Ты глупый? — прямо спросил Келт.
— Нет, правда, я думаю, ему будет приятно…
— Кори, нам пора! — закричала Сора, и девушка, тихо попрощавшись с Келтом, пошёл следом за матерью.
Из зала Келт вернулся на склад, оттуда попал в раздевалку, переоделся, пошел за деньгами. Однако получил меньше, чем рассчитывал — почти в два раза. Из-за козла с усами, с которым он был слишком грубым. Это так взбесило его, что он перед глазами появились алые всполохи. Был бы рядом этот козлина, Келт ему бы вмазал по лощеной морде. Два дня горбатился, чтобы получить как за один! Дебил!
Разумеется, по морде ему Келт не вмазал, однако на парковке нашел его тачку и нацарапал проволокой «Козел». И только потом пошел домой, где его ждали Келтар и Кей. После прогулки с псом, Келт пошел к друзьям. Они втроем погнали гулять. Оказались неподалеку от школы.
— Что в школке было? — спросил Келт.
— Да ничего, — провел по лысине Леха. — Хотя я себе девчонку нашел, которая мне с математикой помогать будет.
— Это как? — хмыкнул Келт, зная, что адекватная девчонка на такого, как Леха, не западет. У него всегда такой вид, будто он только из колонии вышел, хотя чел неплохой.
— Этот лошара ее защитил от местных петухов, — хмыкнул второй друг Келта — Хитвейв.
— Они к ней приставали? — нахмурился Келт. Он ненавидел, когда к девчонкам пристают.
— вот знаешь, надо в беседе с одноклассниками сидеть, чтобы в курсе всего быть, — наставительно сказал Хитвейв.
— Нафига мне беседа с дебилами? — пожал мощными плечами Келт.
— Во-во, — подхватил Леха. — надоело мне всякую дичь читать про то, как много домашки училка задала.
Они оба вышли из всех бесед класса — и в соцсети, и в мессенджере. Им и слово никто не сказал. Боялись.
— Мне хватает читать родительский чат у малой, — продолжал Лёха. У него была сестра — пятиклассница, которая училась в их же школе, только в корпусе для младших классов. Мать их одних воспитывала, все время на работе была, а он этот чат вместо нее читал. Келт его за это уважал.
— Короче, пацаны, у нас в классе падла завелась. Новенькая, — начал Лёха весело. — Данила стал к ней клеиться, а Коновалова взбесилась. Всех на нее натравила. Ну а потом новенькая всех подставила…
И он стал рассказывать обо всем, что произошло за последние два дня, пока Келта не было в школе. Он слушал молча, однако кровь внутри кипела. От одной только мысли, что голубоглазку могут обижать, внутри все стягивало жгутом.
Келт ненавидел такое.
Ненавидел трусливых дибилов, которые толпой идут на одного.
Хочешь разборок — давай один на один.
Келт вдруг представил, какие глаза были у Кати, когда ее объявили падлой. Ярость обожгла его будто огонь. Хитвейв все говорил и говорил, а у Келта внутри каждая вена, каждая жила натягивалась все сильнее. Каждая его мышцы напряглась, ныла, требовала разрядки. Челюсти плотно сомкнулись.
Хотелось найти обидчиков голубоглазки, и каждому от души вмазать.
— Короче, ее подружка защитила — Морхат,с которой я сижу, — с уважением в голосе закончил рассказ Леха. — Ну я и велел петухам от них отвалить. Достали. Че за цирк устроили, непонятно.
— Да зачем ты встрял, — поморщился Хитвейв . — Если новенькая падла — ее надо наказывать. Весь класс заложила. Дискача не будет. Мне в субботу придется территорию убирать. Глупая, мать её.
Келт не сдержался и вдруг ударил Хитвейва — в пол силы и не в лицо. Но тот все равно от неожиданности не устоял на ногах и повалился на землю. Удар у Келт был сильным. Хорошо поставленным. Ведь он тобот. Хоть Хитвейв и бот спасатель он всё равно не устоял.
— Ты че?! — заорал Хитвейв, не понимая, что происходит.
— Завали, — прошипел Келт. — Еще раз услышу, кости переломаю, понял?
Хитвейв поднялся и со страхом уставился на него. Знал, что тот сильнее.
— Ты шутишь, что ли?!
— Я серьезно. Еще раз скажешь про нее что-нибудь — зарою.
— Да ты че, Келтик? Че я сделал-то?!
— Вот именно — ничего, — сквозь зубы выплюнул Келт. — Весело тебе было, да?
— Да какая тебе разница? — заорал Хитвейв. — Подумаешь, новенькая! Ты че так кипишуешь? Она твоя подружка или как?
На лице Келта появилась недобрая улыбка.
— Или как. Не трогай ее, понял?
— понял-понял, успокойся только. Да и не трогал я ее. Вообще ничего не делал! Келт, ты псих! Просто гребанный псих!
— А вон она и сама, — вдруг прищурился Лёха и кивнул в сторону — по школьному двору действительно шагала Катя. Джинсы, кроссовки, кофта с горлом — как их там девчонки называют? У них же для каждой кофты свое название есть.
Волосы Кати были распущены — доходили до самой талии, кучерявые, и Келт почувствовал странное желание коснуться этих волос. Наверняка мягкие и пушистые.
Катя печатала что-то, не замечая их, стоящих в стороне. А Келт смотрел на нее и чувствовал, что хочет улыбаться. Лёха заметил, что его глаза друга стали другими — в них больше не было ярости. Лишь теплота. И улыбнулся. А Хитвейв продолжал ныть, отряхивая спортивные штаны.
— Иди к ней, — хмыкнул Лёха. — Пообщайся и все такое.
— Зачем? — пожал плечами Келт. — Она не в моем вкусе.
— А чего защищаешь тогда?
— Ненавижу, когда толпой не одного. Особенно если это девчонка.
— Да ладно тебе! Она хорошенькая. Закадри ее и будет счастье. А это кто? — вдруг прищурился Лёха. Келт увидел, как из-за угла школы выходят Коновалова и ее подружки — из их класса и из параллельного. Они тоже увидели новенькую и направились к ней. Окружили. Утащили за собой.
— Пацаны, идите без меня, — вдруг решил Келт.
Лёха внимательно на него взглянул.
— Уверен?
— Уверен. Валите.
Келт хлопнул его по плечу и направился следом за девчонками. А Лёха и Хитвейв направились прочь со школьного двора.
— А че он? — ничего не понимал Хитвейв.
— Дебил ты, — хмыкнул Лёха. — Новенькая Келту понравилась.
— У него же Саша есть!
— Келт ее кинул.
— Ради падлы?! То есть, как ее… Чар? Он реально псих… По сравнению с Сашей Чар убогая. Даже задницы нет нормальной!
— Да завали ты, а?
Переговариваясь, парни скрылись в темноте.