Идеальное соответствие

После обеда Омегам вместе с малышами рекомендуется спать, поэтому занавески на кроватях начали опускаться одна за другой, а члены семей отправились по домам. Чэн Сю и Альфа круглолицего Омеги тоже собрались уходить.

Чэн Сю почти не покидал больницу в течении шести дней. Его тело пропахло дезинфицирующими средствами и рассолом от маринованных овощей, которым он случайно облился. Мужчина поспешил домой, чтобы принять душ и подстричься. А супруг Омеги с соседней койки работал в автомастерской и ему надо было заработать денег, чтобы прокормить свою семью. Утром он взял отгул всего на полдня и ушел после того, как уговорил ребенка поспать.

Хэ Ань и сосед-Омега спать не хотели, поэтому, сев поудобней и налив себе по тарелке черного куриного супа из контейнера, принесенного широкоплечим Альфой, они прислонился к изголовьям кроватей, чтобы поболтать.

Омегу звали Сяо Юаньлянь. Хэ Ань спросил его, как тот нашел свою любовь. Сяо Юаньлянь почесал голову, широко улыбнулся и рассказал ему обычную и теплую историю любви.

Сяо Юаньлянь по профессии повар и управляет небольшим уличным рестораном.

Его ресторан совсем небольшой и специализируется на простых и доступных по цене блюдах навынос. Мастерская по ремонту и обслуживанию автомобилей по соседству заказывает у них еду буквально каждый день, почти считая ресторан своей столовой.

Однажды он, как обычно, он поехал на своем электробайке развозить еду, и из мастерской за заказом вышел крупный незнакомый Альфа.

Альфа взял пластиковый пакет, небрежно взвесил его, нахмурил густые брови и преградил путь, не позволяя Сяо Юаньляню уехать.

- Я был в ужасе в то время. Я сказал: «Чувак, не делай этого. Если тебе не нравится еда, я могу вернуть тебе деньги, но только не надо драться.» А результате ... он ... – застеснялся Сяо Юаньлянь, - он начал хвалить меня за то, что я хорошо готовлю. Он также сунул мне в карман крупную купюру. Он сказал, что очень любит покушать и того, что заказывает хозяин мастерской, ему недостаточно, ведь в этом случае еда делится на всех, так как все скидываются на еду одинаково. Ему неудобно выпрашивать для себя дополнительную порцию, поэтому он после работы хочет прийти ко мне в ресторан на ужин.

Во время рассказа о прошлом глаза круглолицего Омеги сияли, а его сердце было полно счастья.

Позже они обменялись номерами мобильных телефонов друг друга. Мало того, что Сяо Юаньлянь добавлял в порцию этого Альфы лишнюю ложку риса каждый день, он также рисовал поросенка в качестве метки к этому блюду и каждый день писал смс, чтобы узнать, сыт ли он. Его Альфа - грубый мужчина из уездного городка. Он не силен в словах. Он искренне заботился о Сяо Юаньляне, но он не мог признаться ему в чувствах. Он мог только хвалить его за вкусную еду.

Круглолицый Омега надул щеки и пожаловался:

- Он не хвалил меня за то, что я симпатичный или у меня хороший характер. Он только ел мою еду, порой заказывая ее по несколько раз в день. Это действительно глупо...

Однажды электробайк сломался на полпути.

Сяо Юаньлянь в отчаянии сел на дорогу и позвонил Альфе с просьбой о помощи. Менее чем через две минуты Альфа приехал на своем мотоцикле с большим ящиком инструментов. С тех пор в обеденной порции Альфы появилось несколько новых ингредиентов: половинка разрезанного крест-накрест яйца всмятку, три кочанчика брокколи и кусочек моркови, вырезанный в виде сердечка.

На четвертом месяце их знакомства у Омеги наступила течка. Все его тело стало влажным, горячим и мягким. Он даже не мог держать сковородку, поэтому ему пришлось временно закрыть маленький ресторанчик.

Альфа не видел его несколько дней и, наконец, забеспокоился, отправляя сотни текстовых сообщений подряд, спрашивая, что происходит. В это время Сяо Юаньлянь, свернувшись калачиком на своей кровати, пытался что-то напечатать ослабевшими руками, путаясь во фразах и делая кучу ошибок. Альфа ничего не понял, написав в ответ: "Но я хочу съесть твой обед. В последние два дня я ел еду навынос из других ресторанов, поэтому у меня все время плохое настроение и совершенно нет сил работать."

Всего в двух предложениях прозвучало даже не признание, а настоящая искренняя исповедь.

Сяо Юаньлянь в это время лежал на кровати, и не мог не думать о крепком теле Альфы. Его низ живота был горячим, а нижнее белье промокло насквозь.

На следующий день Сяо Юаньлянь с большим усилием встал, приготовил обед на одну персону и поехал доставить его. Альфа вышел к нему без рубашки, вспотевший от работы и источающий такой знойный запах феромонов, что юный Омега просто поплыл, сдавшись очередной волне течки.

Сяо Юаньлянь поднял руку и стыдливо прикрыл глаза:

- Он прижал меня к углу склада автомастерской, прозанимался со мной до самого вечера, а потом пошел ко мне домой на три дня. Это было так здорово! Так круто! Неужели я мог удержаться? Тогда я выкрикнул, что хочу чувствовать его член в себе всю оставшуюся жизнь.

Омега густо покраснел. Увидев его наполовину пристыженное, наполовину счастливое лицо, Хэ Ань не смог удержаться от улыбки и спросил:

- Что случилось позже?

- Потом ... я забеременел. Он был счастлив, как дурак, и потащил меня регистрироваться, сказав, что будет есть мою еду всю оставшуюся жизнь. - Уголки губ Сяо Юаньляня приподнялись, не в силах сдержать переполняющую его радость. - Разве обязательно проходить предварительный тест на пригодность к браку? Раньше мы не думали, что это важно, поэтому сдали тест лишь на регистрации. Однако, когда мы получили свидетельство о браке, угадай, что там было написано?

Хэ Ань «поддался на провокацию» и спросил:

- Что?

- 80%! – Сяо Юаньлянь нахмурился. - Целых восемьдесят, я даже думать о таком не смел! Я, конечно предполагал, что наша совместимость может оказаться больше семидесяти, но кто же знал, что она окажется такой высокой!

80% - действительно хорошая цифра.

60% - это слишком низко, легко потерпеть поражение от частых искушений; 100% - слишком высоко, почти одержимость. А вот те, кому повезло иметь совместимость между этими цифрами – действительно благословлены.

Хэ Ань улыбнулся и сказал:

- Это на самом деле достойно зависти ... Вы определенно будете неразлучны до конца жизни.

- Да, я не хочу разлучаться с ним до самого конца своей жизни!

Круглолицый Омега энергично закивал.

Он радостно посмотрел на Хэ Аня и хотел рассказать больше подробностей о счастье после женитьбы, но заметил, что Хэ Ань опустил ресницы, пряча мелькнувшую в глазах грусть, как будто он сдерживал какую-то невыразимую печаль. Сяо Юаньлянь вспомнил, что его Альфа умер. Юноша почувствовал вину и поспешно сказал:

- Извини, я снова несу чушь. Если бы твой Альфа в загробном мире узнал, что ты родил такую чудесную малышку, он... был бы очень счастлив.

Хэ Ань услышал слова "в загробном мире", и каким-то образом перед его внутренним взором появилась черно-белая журнальная фотография Чжэн Фейлуаня. Фотография была окружена венком из желтых и белых цветов, а в центре была крупная надпись "Да покоится с миром". Хэ Ань не смог удержаться от смеха.

- Спасибо, он будет счастлив.

Эти двое долго болтали, пока дежурный врач не привел девушку, одетую в офисном стиле: белая блуза и юбка-карандаш. Врач прошел прямо к кровати Хэ Аня, положил руку на ограждение и представил его:

- Вот, койка 208, Хэ Ань.

У девушки было странное выражение на лице. В руках она держала большой букет золотистых подсолнухов. В центре яркого букета сидел коричневый пушистый мишка, словно подарок для Ландыша.

Хэ Ань растерянно спросил:

- Здравствуйте, могу я спросить, кто вы?..

- Я недавно нанятый личный ассистент господина Чжэна. - Девушка улыбнулась, как цветок, и сказала милым, хорошо поставленным голосом: - господин Чжэн очень рад, что вы успешно родили ребенка. Просто в эти дни он был занят работой и не мог выкроить время, чтобы навестить вас лично, поэтому он приказал мне прислать букет цветов и плюшевого мишку. Пожалуйста, примите.

Хэ Ань решил, что ослышался.

- Очень счастлив?

Как мог Чжэн Фейлуань быть "очень счастливым"?

Всего два месяца назад он считал Ландыш обузой, решительно отрицал ее право на жизнь и даже поспешно организовал процедуру аборта. Теперь, когда ребенок родился, неужели он вдруг передумал и решил смириться с судьбой?

Более того, личный ассистент Чжэн Фейлуаня ... Разве это не Чэн Сю?

Прежде чем он успел переварить сказанное, ассистентка произнесла множество невероятных слов:

- Вы сильно пострадали при рождении ребенка. Господин Чжэн хочет создать вам комфортные условия для восстановления сил и надеется, что ваш ребенок получит наилучший уход. Поэтому он выбрал для вас палату высокого класса для совместного пребывания родителя с ребенком. Она уже готова. Я приглашу сиделку проводить вас туда, хорошо?

Комната для родителя с ребенком представляла собой одноместный люкс, с горячей вода и кондиционером, а также услугами профессиональной сиделки 24 часа в сутки. Стоимость суточного пребывания здесь просто ошеломляла. Что еще более важно, количество палат для родителей и детей в этой больнице невелико, и они очень востребованы. Обычно приходится бронировать эту палату за полгода и более.

Что именно планирует Чжэн Фейлуань?

Сяо Юаньлянь подозрительно уставился на Хэ Аня и спросил:

- Разве ты не говорил ... что твой Альфа скончался?

Хэ Ань внезапно попал в ситуацию, когда сказать было абсолютно нечего.

Он не хотел идти в палату-люкс. Если Чжэн Фейлуань решил так потратиться, то, возможно, его ждет какая-то ловушка. В случае, если что-то случится, он и Ландыш окажутся одинокими и беспомощными, и ни на кого нельзя будет рассчитывать. Однако две сиделки, которых привела ассистентка, действовали быстро: одна быстро собрала вещи, а другая сразу же наклонилась к детской кроватке.

Рана на животе Хэ Аня еще не зажила, и ему было больно двигаться, поэтому он не мог встать с кровати, чтобы остановить это. Увидев, что Ландыш уносят, он был вынужден сдаться и покинуть общую палату.

Комната для совместного пребывания родителя и ребенка, выбранная Чжэн Фейлуанем, находилась в южном конце коридора. Окна ее были светлыми и чистыми, а на кровать падало большое количество солнечного света, отчего становилось тепло и комфортно. Расположение этой палаты также удобное. В нескольких шагах от двери находилась стойка дежурной медсестры. Если нажать звонок, то помощь придет максимально быстро.

Это не похоже на подготовку места убийства.

Сиделка, ответственная за уход за Ландышем, - добродушная тетя лет пятидесяти. Меняя подгузники Ландышу, она сказала:

- Вам повезло встретить мужчину, который вас так любит! Палаты-люкс в нашей больнице очень востребованы и бронируются задолго до предполагаемой даты родов. Это просто чудо, что вы можете воспользоваться ей, попав к нам преждевременно. Честно говоря, этот номер на самом деле был забронирован давным-давно. Но ваш муж ради вас и вашего ребенка решился заплатить в десять раз большую цену, чем предполагается по прайсу.

Хэ Ань нахмурился, пребывая в растерянности, сбитый с толку тем, что Чжэн Фейлуань развернулся на 180 градусов.

Он не понимал, о чем думает Чжэн Фейлуань.

Могло ли быть так, что это действительно было из-за того, что ребенок родился и его больше нельзя запихнуть обратно в живот? Чжэн Фейлуань не мог спорить с реальностью, поэтому изменил свое отношение в одночасье и готов принять его и Ландыш?

Нет, это невозможно.

Эта идея была слишком абсурдной и наивной, и она исчезла в мгновение ока - Чжэн Фейлуань был не из тех людей, которые легко идут на компромисс. У него наверняка имеется совсем другая цель.

Хэ Ань смотрел на яркие соцветия подсолнухов на прикроватной тумбочке. Его пальцы сжимались под одеялом, а внутреннее беспокойство становилось все сильнее и сильнее.

Это беспокойство быстро подтвердилось, потому что как только Хэ Ань разместился палате-люкс, прибыл адвокат Чжэн Фейлуаня.

Когда в дверь постучали, сердце Хэ Аня внезапно учащенно забилось. Почему-то он подумал, что пришел Чжэн Фейлуань, но в комнату вошел одетый в деловой костюм незнакомец с портфелем.

Он вежливо поздоровался с Хэ Анем и, не дожидаясь, пока хозяин поприветствует его, подтащил к кровати стул и сел. Затем он открыл портфель, достал темно-синюю папку и положил ее себе на колени. Он еще даже не представился, а Хэ Ань по необъяснимым причинам почувствовал страх и отвращение. Возможно, это произошло потому, что в чем-то этот человек был слишком похож на Чжэн Фейлуаня - спокойный и расслабленный, отчужденный и вежливый, с элитарным темпераментом, с человеческим лицом и сердцем зверя. И такой же высокомерный...

И действительно, как только адвокат заговорил, он сказал холодным деловым тоном:

- Здравствуйте, господин Хэ Ань. Моя фамилия Ся, и я личный адвокат господина Чжэн Фейлуаня. Ранее у вас было соглашение с господином Чжэном, которое касалось сохранения плода. Жаль, что вы в одностороннем порядке нарушили его, избежали операции по прерыванию беременности и родили ребенка без разрешения. Это причинило большое горе лично господину Чжэну и его семье ...

Он говорил негромко, но все равно потревожил Ландыш. Она поджала губы, что-то пробормотала и несколько раз пошевелила маленькой ручкой, собираясь проснуться.

Хэ Ань поспешно перебил его: "Ребенок только что заснул, не могли бы вы говорить потише? Я отчетливо вас слышу.

- Извините.

Господин Ся извинился, не меняясь в лице, и слегка понизил голос:

- Вы причинили господину Чжэну большие страдания. Само собой разумеется, что он может привлечь вас к ответственности, но, учитывая ваше текущее физическое состояние и финансовое положение, господин Чжэн великодушен и решил не чинить вам неприятности. Однако, чтобы защитить свои права, он составил проект нового соглашения и надеется достичь с вами консенсуса. В больнице слишком много людей, поэтому ему неудобно приходить лично и он поручил мне поговорить с вами от его имени.

Оказалось, что это было ... еще одно соглашение.

Сцена двухмесячной давности повторилась снова, но на этот раз Чжэн Фейлуань даже не появился.

Хэ Ань вздохнул:

- Продолжайте.

Господин Ся открыл папку, положил пальцы на бумагу и зачитал первый пункт:

- Прежде всего, господин Чжэн просит вас быть осторожным в больнице и не упоминать о ваших с ним личных отношениях врачам, медсестрам или кому-либо еще. Вы родили раньше срока, потому ваш ребенок слаб и нуждается в комфортных условиях для восстановления сил. Господин Чжэн забронировал эту палату для совместного пребывания родителя с ребенком за крупную сумму денег, чтобы предоставить вам в больнице наилучшие условия. У него нет к вам никаких других требований, он просто надеется, что вы сможете отплатить за его доброту и будете держать рот на замке. Вы согласны?

Он... боится, что я подниму шум?

Хэ Ань недоверчиво посмотрел на адвоката, почти смеясь над этими абсурдными словами.

Как он мог быть настолько наивен, чтобы вдруг вообразить, что Чжэн Фейлуань захотел заботиться о нем?

Как только он проснулся, под предлогом "лечения" и "ухода" его перевели из общей палаты, опасаясь, что он перед кем-нибудь упомянет имя Чжэн Фейлуаня и поднимет шумиху. Что ж, Хэ Ань даже не удивлен.

Видя, что он молчит, адвокат Ся снова спросил:

- Вы можете согласиться с этим требованием?

Сквозь эти безразличные глаза Хэ Ань, казалось, видел Чжэн Фейлуаня, сидящего перед ним в кафе, сложив пальцы на коленях и слегка приподняв подбородок, в своей обычной высокомерной позе.

Этот человек никогда не менялся.

- Я не имею права сказать "нет", и никогда не скажу. Вы это знаете, так зачем утруждать себя «просьбами»? Пожалуйста, расскажите ему, что я сообщил всем, что мой муж умер. Я никогда не упоминал его имени в разговорах. В этом он может быть уверен.

Адвокат Ся нахмурился, недовольный неожиданно резким ответом Хэ Аня, но ничего не сказал и перешел к следующему пункту, достав из папки красный конверт и протянув его Хэ Аню.

- Это подарок от господина Чжэна ребенку, и это также второй пункт соглашения. Пожалуйста, обязательно примите его.

Конверт был очень тонким и легким. Хэ Ань взял его обеими руками, вскрыл печать. Маленький пластиковый прямоугольник выскользнул из конверта и упал ему на ладонь.

Это банковская карта.

Он посмотрел на нее, и слабый след надежды в его глазах полностью погас.

Он думал, что это будет поздравительная открытка. Хотя бы даже обычная картонка из супермаркета за десять юаней, с написанным благословением и нарисованным цветком. По крайней мере, это показало бы хоть какую-то любовь к Ландышу.

Но отправка банковской карты ... Что это?

Хэ Ань засунул банковскую карточку обратно в конверт и торжественно протянул ее обратно обеими руками:

- Я не могу ее принять.

Адвокат Ся проигнорировал его и холодно подчеркнул:

- Это от господина Чжэна ребенку, а не вам. Вы не можете отказаться.

Хэ Ань промолчал.

Адвокат Ся продолжил:

- К счастью, вы родили девочку-Омегу, которая не подходит для наследования семейного бизнеса. Господин Чжэн не намерен конкурировать с вами за право опеки. Но, в конце концов, она также кровь господина Чжэна и он не хочет, чтобы из-за нищенского заработка отца-омеги ребенок испытывал недостаток в самом элементарном. Поэтому он готов проявить инициативу и выделить для дочери финансирование. Стоимость воспитания девочки-Омеги до совершеннолетия по стандарту среднего достатка с учетом инфляции составляет около 9,45 миллиона. Именно такая сумма находится на карте. Вы можете использовать ее как фонд поддержки вашего ребенка, чтобы обеспечить ей хорошую жизнь.

- Мне это не нужно. – Хэ Ань покачал головой и снова отказался. - У меня есть возможность прокормить ее.

- Если вы считаете, что вам это не нужно, вы можете не использовать деньги на карте, оставив эти 9,45 миллиона на счету господина Чжэна. - Адвокат Ся держал папку в одной руке и бумагу в другой, без какого-либо намерения брать конверт обратно. - Позиция господина Чжэна такова: в случае, если вы столкнетесь с финансовыми трудностями в будущем и вам срочно понадобятся деньги, вы можете снять их с этой карты. Но вы не должны беспокоить его без разрешения, потому что вся максимальная сумма, которую вы можете получить, уже находится на этой карте.

Хе Ань простой человек, но он не глуп. Он ясно понял значение этих слов. Его лицо мгновенно изменилось, и он зло сжал конверт, сминая красную бумагу.

Это неприкрытое унижение его личности.

Перед рождением ребенка Чжэн Фейлуань боялся, что он будет шантажировать его ради денег, потому и заставлял его сделать аборт. Теперь, когда ребенок родился, Чжэн Фейлуань все еще боялся, что он будет вымогать деньги, поэтому он просто вышвырнул их из своей жизни, выплатив стоимость содержания ребенка вплоть до совершеннолетия. Если он возьмет эти 9,45 миллиона, то докажет свою жадность. А если не возьмет, то заставит подозревать, что он хочет большего. В любом случае, в глазах Чжэн Фейлуаня он был подонком, который зарабатывал деньги, рожая от богатого человека.

Хэ Ань окончательно понял, каким трезвым и хладнокровным человеком был Чжэн Фейлуань.

Он задрожал от гнева, стиснул зубы и сказал:

- Ребенка, которого я родил, я смогу прокормить сам, чего бы мне это не стоило. Скажите ему, что, когда Ландышу исполнится восемнадцать, я верну все деньги с карточки вместе с процентами, чтобы он подавился этими своими «алиментами».

- Я передам ему.

Адвокат Ся равнодушно кивнул, поставил галочку возле второго пункта, снова пролистал папку и достал еще один конверт.

Этот конверт намного больше, чем тот, что он вручил только что: формата А4, чисто белый, он не выглядел толстым, но центр конверта был слегка вдавлен, и, похоже, в нем содержалась какая-то плотная бумага. Адвокат Ся протянул его обеими руками и сказал:

- Это подарок лично вам от господина Чжэна, и это также третий пункт соглашения. Я надеюсь, что вы примете его.

Хэ Ань осторожно взял конверт, придерживая один конец левой рукой, а правой нащупывая место запечатывания. Его пальцы коснулись края гладкой и холодной книжицы, похожей на брошюру, напечатанную цветным шрифтом.

Он достал буклет, сначала посмотрел на заднюю обложку, а затем перевел взгляд на переднюю.

Как только в поле зрения появились крупные буквы заголовка на обложке, его руки внезапно задрожали, пальцы разжались, и брошюра упала на пол. Листы с бланками, вложенными между страниц, разлетелись по всей комнате.

Хэ Ань сел на кровать, оцепенело уставившись на разбросанные листы. Дыхание перехватило, в горле встал ком, в груди возникла острая боль.

Это оказалась брошюра с рекламой хирургической операции.

Но это была не очистка маркеров, о которой Чжэн Фейлуань упоминал ранее, а совершенно новая процедура, о которой он слышал только в новостях - PGRT / пожизненная замена шейных половых Omega-желез.

Под заголовком на обложке ярко-красным маркером от руки было написано:

«Замените на тип Omega 000003.

Приблизительное соответствие: 7%»