Глава 10. Роды.
Вечером ветер и снег усилились, и на скоростной автомагистрали Юаньцзяня произошло уже несколько автомобильных аварий. Дорожная полиция начала регулировать движение и последовательно перекрывала дороги.
Водитель на гламурном Volkswagen Beetle, полагаясь на превосходные навыки вождения и хорошее знание города, мчался на полной скорости, объезжая заторы через дворы и узкие переулки. Проехав почти весь город насквозь, он резко затормозил у дверей дома Хэ Аня. Машина по инерции врезалась сзади в стоящий у подъезда Maybach, в пару секунд обнулив зарплату Чэн Сю за несколько месяцев.
Ему не было жалко денег, наоборот, даже злило, что машина босса пострадала лишь частично. Чертыхаясь, Чэн Сю ловко выпрыгнул из автомобиля и в пару прыжков взлетел по лестнице, наступив в темноте на что-то непонятное. Присмотревшись, он понял, что топчется по тофу и листьям капусты.
Распахнув незапертую дверь, Чэн Сю увидел, что в гостиной царит беспорядок.
Подушки с дивана валялись по всей комнате, и ни одна из них не осталась на месте; кружка с логотипом кофейни, которая нравилась Хэ Аню, превратилась в кучку осколков, разбросанную от одной стены до другой; дорогой пиджак был брошен на диван, и на нем висел черный галстук-бабочка.
Внезапно из-за двери спальни донесся крик боли. Голова Чэн Сю буквально взорвалась, и, наступая на осколки, он ворвался внутрь.
Увиденная сцена заставила его застыть в шоке.
В доме не было отопления, но Чжэн Фейлуань раздел Хэ Аня догола. Юноша сидел, пошатываясь, на краю кровати, свернувшись всем телом в клубок. Голые ноги поверх одеяла привлекали внимание цветовым контрастом: молочно-белого с ярко-красным. Кровь покрывала бедра, и, стекая на постель, смешивалась там с большим количеством эмбриональных вод, пропитывая светло-серые простыни до черноты.
Ему было холодно, так холодно, что он весь дрожал, но при этом, как ни парадоксально, обильно потел. Все тело Омеги стало мокрым, как только что вытащенные из реки корни лотоса. Из-за боли в животе его зубы сжались так плотно, что красивое от природы лицо выглядело неприятным.
Его руки оказались крепко связаны - после нескольких попыток он так и не смог избавиться от ремня. Тонкая кожа на запястьях стерлась до кровавых полос.
Когда Чэн Сю увидел этот ремень, все волосы у него на загривке встали дыбом.
Не понимая, что натворил, Чжэн Фейлуань разлегся на постели и обнимал Хэ Аня сзади, накрывая его живот ладонями и нежно успокаивая, как будто был хорошим мужем, заботящимся о своей жене и ребенке. В какой-то момент Альфа опустил голову и понюхал шею Хэ Аня. Выражение его лица стало опьяненным, и губы прошлись по линии плеча, оставляя огненную цепочку засосов.
Заметив вторжение незнакомца, Чжэн Фейлуань немедленно настороженно поднял голову. Его глаза были как кинжалы.
Почуяв запах Беты, Чжэн Фейлуань мгновенно отреагировал, и альфа-феромон вокруг ее тела бешено закипел. Он достиг своего пика в течение нескольких секунд, а затем хлынул потоком на чужака. Ноги Чэн Сю задрожали, и он едва не рухнул на колени, закрыв лицо.
- Катись...
Одно слово, краткое и емкое.
Бицепсы на предплечьях Альфы вздулись, образуя нерушимую стену, защищающую любимую Омегу в его объятиях, подобно свирепому дракону, охраняющему сокровища.
Реагируя на шум, мокрые ресницы Хэ Аня задрожали, и через некоторое время он с трудом поднял веки.
Юноша открыл рот, явно желая что-то сказать, но не смог издать ни звука. Чэн Сю, преодолевая страх и слабость, сделал шаг ближе к нему. Этот шаг был подобен пересечению невидимой границы, гнев Чжэн Фейлуаня возрос, он поднялся и крикнул:
- Убирайся!
- Фейлуань, успокойся. - Хэ Ань кашлянул, его голос звучал хрипло. - Это Чэн Сю.
Он говорил мягко и нежно. Его голос паутиной обвивал сознание Альфы, как некая печать, налагаемая на монстра. Чжэн Фейлуань послушно закрыл рот и, конечно же, перестал кричать. Но его взгляд, устремленный на Чэн Сю, становился все более и более злобным, как будто он хотел восполнить невозможность говорить убийственными намерениями и одним махом отпугнуть противника.
Чэн Сю почувствовал беспомощность.
Он уже десятки раз наблюдал это странное состояние Чжэн Фейлуаня, когда он превращался в животное, давшее волю своему либидо. Казалось, этот весьма неглупый человек под влиянием психического расстройства превращался в некую гигантскую собаку, чувствительную и прилипчивую. Этот пес чуял своего Омегу, шел за ним, а потом прилипал, не желая расставаться.
Каждый раз, когда Сю приезжал, чтобы забрать его, Альфа сопротивлялся. Чэн Сю приходилось долго уговаривать его, сажать в машину и давать ему в руки маленькое оранжевое одеяло.
Маленькое одеяло было его личным особым предметом, источавшим легкий аромат ландыша. Когда этот аромат достигал его носа, упрямому злому псу хотелось закрыть глаза и уснуть.
Чэн Сю однажды увидел, как Чжэн Фейлуань, держа в руках маленькое одеяло, трет им щеки и шею, и тогда он едва не захохотал. У него возникло искушение повернуть авторегистратор на 180 градусов и снять небольшое видео, а затем показать его боссу. Пригрозив этим «черным материалом», возможно, удалось бы получить хорошую премию в качестве денег за молчание, а затем просто убраться из города.
Однажды он действительно снял его.
Конечно, Чэн Сю не собирался шантажировать босса, а тайно хранил уникальную запись на жестком диске, намереваясь дождаться, когда Чжэн Фейлуань сделает наконец предложение Хэ Аню, а затем подарить его им в качестве свадебного подарка.
Чэн Сю счастливо улыбался, записывая неловкую сцену с одеяльцем, думая, что все наладится.
При 100%-ном соответствии судьба вершится на небесах. Рано или поздно они все равно должны пожениться.
Чэн Сю верил, что когда-нибудь Чжэн Фейлуань придет к Хэ Аню, чтобы подарить ему безграничную любовь, забрать его из маленького и темного съемного дома и поселить в своем особняке. А потом у них родится десяток толстых здоровых детей. Когда малыши научатся ходить, Чжэн Фейлуань приведет их в свою компанию и позволил им ползать по офисному ковру...
Чтобы увидеть эту привлекательную картинку пораньше, Чэн Сю даже хотел организовать встречу Чжэн Фейлуаня и Хэ Аня...
Но прежде чем пришло время, произошли неожиданные перемены.
После возвращения босса из полугодовой командировки выяснилось, что Хэ Ань забеременел, но Чжэн Фейлуань все равно остался жестоким волком с каменным сердцем.
Чэн Сю проигнорировал убийственный взгляда Чжэн Фейлуаня и бросился к кровати, спрашивая Хэ Аня:
- Как ты? Можешь еще держаться?
Юноша опустил ресницы, ничего не ответил и медленно покачал головой.
Произнесенные ранее слова отняли у него последние силы, и ему потребовалось много времени, чтобы, преодолевая слабость, дрожащими пальцами схватить Чэн Сю за рукав:
- Ландыш ... он долго не шевелился ... Отвези меня в больницу... Надо оперировать...
- Хорошо.
Больше не говоря ни слова, Чэн Сю мягко разжал обнимающие юношу конечности Чжэн Фейлуаня, нашел чистое одеяло, завернул в него Хэ Аня и взял его на руки.
Когда Чжэн Фейлуань увидел, что его сокровище уносят, он немедленно стал препятствием на пути и крепко схватил одеяло.
- Мой!
- Ты, немедленно отпусти! - Чэн Сю был так зол, что ему хотелось ударить этого идиота ногой в лицо.- Если я не отвезу его в больницу, Ландыш умрет! Это твой ребенок, твой собственный! Ты, блядь, отпустишь меня?!
- Не отпущу! - Чжэн Фейлуань был так упрям, что, казалось, и десяток быков не отцепят его. - Он принадлежит мне!!!
Чэн Сю беспомощно замер.
Он держал Хэ Аня на руках, и из-за беременности вес юноши был немаленьким, так что у Беты не было сил бороться с Чжэн Фейлуанем. Даже если бы они дрались с пустыми руками, против этого Альфы с восьмью кубиками пресса у Чэн Сю все равно не было бы шансов.
В этот момент Хэ Ань пережил очередную волну острой боли, прижался щекой к плечу Чэн Сю и устало выдохнул.
- Фейлуань, отпусти... - Тихо сказал он.
Обезумевший Альфа застыл всем телом, и его пальцы бесконтрольно разжались - он не мог отказать своему Омеге.
Чэн Сю немедленно разорвал дистанцию, подальше от сферы действия феромонов Альфы. Потерявший волшебный аромат мужчина почувствовал, будто его бросили в безлюдной глуши. Немедленно он захотел найти своего вновь пропавшего Омегу, но не осмеливался уйти без разрешения. Он мог только сидеть на кровати, уставившись на маленькую прядь черных волос, выбившуюся из-под края одеяла, и нетерпеливо сказать:
- Возвращайся пораньше.
Хэ Ань закрыл глаза и долгое время ничего не отвечал.
Чэн Сю подождал несколько секунд, понял, что Чжэн Фейлуань ему не препятствует, и выбежал из квартиры с юношей на руках.
Быстро спустившись по лестнице, он выскочил на улицу. Ледяной ветер бросил им в лицо хлопья снега. Хэ Ань моментально так замерз, что у него заболели еще и щеки.
Сквозь шум ветра до Альфы донесся почти неслышимый голос:
- Нет, Фейлуань, я не вернусь.
...............................
Когда Чэн Сю только приехал, он сразу вызвал скорую помощь. Кто ж знал, что машина скорой помощи сама попала в аварию с участием сразу семи машин, после чего ей пришлось развернуться и поехать обратно. В центре неотложной помощи сказали, что пришлют еще одну бригаду как можно скорее, но Чэн Сю уже стоял на ветру с Хэ Анем на руках, и было неизвестно, когда же приедет скорая.
Перед ним были припаркованы две машины: одна - его миниатюрный "жук", а другая - двенадцатицилиндровый "Майбах" Чжэн Фейлуаня с оставленным в замке ключом.
Чэн Сю, не колеблясь ни секунды, усадил Хэ Аня на заднее сиденье "Майбаха", пристегнул ремень безопасности, сам запрыгнул на водительское сиденье, до упора нажал на акселератор и исчез в оглушительном реве двигателя, мчась к больнице со скоростью 120 километров в час.
По дороге состояние Хэ Аня резко ухудшилось - альфа-феромон оказывает значительное обезболивающее и кровоостанавливающее действие на рожающего Омегу. Покинув своего Альфу, Омега становится чрезвычайно хрупким и уязвимым. Само собой разумеется, что Чэн Сю должен был бы взять с собой Чжэн Фейлуаня, но тот в настоящее время в таком состоянии, что взять его – это все равно что тащить чокнутого хаски на вступительный экзамен в колледж. У Чэн Сю действительно не было сил заботиться одновременно о Хэ Ане и неадекватном псе, поэтому он просто решил довериться больнице.
Пятнадцать минут спустя Хэ Аня в приемном покое уложили на каталку.
Юноша уже потерял сознание, его лицо стало совершенно бескровным и белым, как фарфор. Когда одеяло, в которое он был завернут, убрали, по всему этажу расползся густой запах крови.
Чэн Сю был так напуган этой сценой, что его душа едва не улетела на небеса. Ничего не говоря, он следовал за каталкой до самой двери операционной. Когда над его головой загорелась ярко-красная контрольная лампочка, он уставился на надпись "Тихо! Идет операция!" и замер у двери, не в силах сказать, был ли красный индикатор светом или очередным пятном крови.
Справиться с паникой тяжело, но то, что должно быть сделано, он сделает обязательно. Альфы рядом не было, так что вся тяжесть ситуации легла на плечи Чэн Сю.
Мужчина пошел к стойке регистрации, чтобы оплатить стоимость лечения и госпитализации, а также подписал форму информированного согласия от имени Чжэн Фейлуаня. Чэн Сю подал заявку на экстренную помощь с использованием искусственного альфа-феромона, и даже из-за того, что количество перелитой во время операции крови превысило стандартную норму, он закатал рукава и пошел сдавать свою кровь. После нескольких напряженных часов, похожих на битву, Чэн Сю выбился из сил и сел возле операционной, чтобы подождать.
Три слова "Тихо! Идет операция!" все еще ярко горели, и неизвестно, когда они погаснут.
Чэн Сю просидел в коридоре, периодически отключаясь, до двенадцати часов ночи. Наконец, дверь открылась и женщина-Бета подошла, толкнула его в плечо и с улыбкой сказала, что ребенок родился и это милая девочка-Омега. Со здоровьем малышки особых проблем нет, но ее телосложение слабое, и она нахлебалась околоплодных вод. В течение нескольких дней за ней необходимо наблюдать в детском инкубаторе.
Чэн Сю мгновенно проснулся, похлопал себя по бедру и вскочил:
- А что с отцом ребенка?
- Отец ребенка... С ним ситуация пока нестабильна. – Врач замялась. -Пациент подвергся жестокому обращению и потерял слишком много крови. Альфы во время операции тоже не было поблизости. Индекс баланса феромонов был очень низким, что затрудняло спасение, и на данный момент нельзя сказать, что он вне опасности...
Чэн Сю занервничал:
- Но... Есть надежда на успешное выздоровление?
- Мы сделаем все, что в наших силах. - Врач протянула руку и похлопала его по плечу для утешения. Затем вздернула подбородок и указал в сторону палаты для новорожденных: - Идите и посмотрите на ребенка. Надеюсь, девочка не останется одна...
Чэн Сю взглянул на погасший световой индикатор, потер брови и последовал за медсестрой по длинному коридору.
В боксе для новорожденных сквозь слой прозрачных стеклянных окон он увидел более дюжины розовых младенцев.
Медсестра указала на один из термостатов. Чэн Сю широко открыл глаза и увидел лежащую внутри маленькую девочку в подгузнике. Ее кожа была красной, а личико сморщенным. Сама она выглядела худой и маленькой, но голова у нее оказалась круглой и большой, с редкими кучерявыми волосиками. К ее запястьям и лодыжке были привязаны ярлыки, подрагивающие от активного дерганья ножками. На животике малышки торчал неотпавший розовый кусок пуповины.
Сегодня Рождество... Кроха, что же ты не дождалась конца праздников? Неужели так спешила родиться?
У Чэн Сю от избытка эмоций защипало в носу, и он не знал, плакать ему или смеяться.
Он протянул руку, постучал ногтями по стеклу и поздоровался с ребенком:
- Ландыш, привет!
______________________________________
Вот так выглядит машина Чэн Сю, "Volkswagen Beetle", знаменитый "жучок":