Глава 9. Кошмар.
Альфа грубо подхватил Хэ Аня поперек талии, донес до гостиной и бросил на диван.
Подушки, лежавшие рядом с детской одеждой, подскочили одна за другой, высоко взлетели в воздух, уронили пульт от телевизора на журнальном столике, опрокинули кружку, смяли стопку журналов и, наконец, беспорядочно покатились по полу.
Рост Чжэн Фейлуаня был близок к 1,9 метра. Бросок получился с высоты в один метр. Поясничный отдел позвоночника Хэ Аня ударился о твердый край ящика для хранения вещей. В одно мгновение боль, сравнимая с переломом, пронзила брюшную полость, и живот отвердел. У него не было времени оказать какое-либо сопротивление. В панике юноша почувствовал только сильный спазм внизу живота, за которым последовало тепло между ног, и из него вылилось большое количество непонятной жидкости.
Омега застыл на диване, как игрушка со сломанным механизмом, и резкий крик, сорвавшийся с его губ, резко оборвался.
Он растерянно и испуганно смотрел в потолок, его тело было неподвижно.
Ландыш!
Что с малышом Ландышем, который еще не доношен?
За окном шел сильный снег, и нависшая над Хэ Анем тень закрывала большую часть света, попадающего в комнату с улицы.
В гостиной было темно, и Чжэн Фейлуань стоял перед Хэ Анем спиной к свету. Черты его лица скрывались в темноте. Вспышка сексуального желания полностью овладела рассудком Альфы. Он опустился коленом на диван, положив одну руку сбоку на шею Хэ Аня, чтобы не дать добыче убежать, а другой рукой яростно потянул за ремень, пытаясь выпустить из клетки зверя, спрятанного в штанах. Но он был слишком взволнован, его пальцы дрожали, и мужчина никак не мог расстегнуть пряжку ремня, раня ладони металлом и жесткой воловьей кожей.
Он тяжело дышал в спешке, и его дыхание становилось все горячее и горячее. Задержка окончательно вывела его из себя. Он ударил кулаком по спинке дивана, подтянул колени, схватил холодную руку Хэ Аня, чтобы прикрыть выпуклую промежность, и приказал ему:
- Сними это с меня!
Хэ Ань не подчинился.
Инстинкт послушания Омеги действительно на некоторое время поверг его в оцепенение, но инстинкт защиты ребенка, наконец, возобладал. Юноша поднял взгляд на Чжэн Фейлуаня, его глаза были ясными. Потерев ладонями гениталии Альфы прямо через ткань, чтобы немного успокоить похоть мужчины, он тихо сказал:
- Фейлуань, очень нужна одна вещь, но в этой комнате ее нет...
- Чего не хватает? - Нетерпеливо спросил Чжэн Фейлуань.
- Нужна смазка... В прошлом, если ты хотел войти в меня и чувствовать себя комфортно, нужно было сначала использовать масло... В этой комнате его нет, поэтому я даже не могу расстегнуть ремень. Фейлуань, принеси мне немного масла, ладно?
Лицо Чжэн Фейлуаня помрачнело:
- Где его взять?
- На кухне. – Хэ Ань указал себе за спину. - Это за той маленькой дверью, недалеко, всего в двух шагах. Ты можешь сходить и принести его, хорошо?
На кофейном столике в полуметре от дивана кружка, которую опрокинула сброшенная подушка, подкатилась к краю стола и опасно остановилась. Остатки холодной воды капля за каплей стекали на пол.
Кружка была керамической, с толстыми стенками и приличным весом. Все надежды Хэ Аня спастись сейчас были связаны с ней. Он надеялся уловить момент, когда Чжэн Фейлуань развернется к нему спиной и собирался ударить его кружкой по затылку.
Но Чжэн Фейлуань не шевелился.
Мужчина опустился коленями на диван и посмотрел на юношу сверху вниз, нахмурившись и явно усомнившись в правдивости этих слов - инстинкт Альфы подсказывал ему, что подвластный ему Омега лукавит.
Видя, что обмануть не получается, Хэ Ань тревожился все больше и больше.
Ритмичные сокращения живота следовали одно за другим, интенсивность постепенно возрастала, и липкая влажная жидкость стекала между ног. Хэ Ань не мог ждать ни секунды и более активно потер выпирающую штуковину в промежности Чжэн Фейлуаня, уговаривая его:
- Фейлуань, у меня внутри горячо и влажно, но без масла получится не так приятно. Ты ведь действительно хочешь войти прямо сейчас?
Все тело Чжэн Фейлуаня дрожало от возбуждения, уголки его глаз покраснели.
Он сказал:
- Да, немедленно.
- Тогда ... просто принеси немного масла, и я впущу тебя. - Голос Хэ Аня звучал нежно, его пальцы ласково поглаживали пах Альфы. - Фейлуань, я никогда не лгал тебе, ты можешь доверять мне, верно?
Чжэн Фейлуань неохотно поверил, отпустил прижатые руки, встал с дивана, повернулся и пошел на кухню.
Хэ Ань облегченно выдохнул и встал, изо всех сил вцепившись в подлокотники дивана. От внезапной гипотензии у него потемнело в глазах, и все вокруг, казалось, превратилось в фотонегатив. У него так закружилась голова, что он ничего не мог ясно видеть. Но юноша не смел упустить возможность. Он схватил кружку, поспешно преодолел несколько шагов, прицелился в голову Чжэн Фейлуаня и со всей силы ударил.
Получив удар по затылку, Чжэн Фейлуань пошатнулся и сделал несколько шагов вперед.
Его колени стали мягкими, шаги нетвердыми, его тело качнулось из стороны в сторону, и он едва не упал на колени. Но, в конце концов, сознания, как рассчитывал Хэ Ань, мужчина не потерял и остался на ногах, опершись рукой о стену. Хэ Ань ударил снова, точно и яростно. Он должен был достичь своей цели, но из-за почти пятнадцатисантиметровой разницы в росте между ними и усиливающейся боли в животе у него осталось совсем немного сил.
Мужчина оправился от шока, вызванного нападением, прикрыл затылок и обернулся, сердито уставившись на смелого Омегу перед собой. Его глаза горели яростным гневом оттого, что его обманули.
- Ты солгал мне!
Мужчина сделал два шага вперед, схватил кружку обеими руками и разбил ее у ног Хэ Аня. Как осколки гранаты, куски керамики разлетелись во все стороны, отбив краску на стенах. На плитках пола появились трещины.
Хэ Ань был напуган и отступал шаг за шагом, обхватив живот руками.
Чжэн Фейлуань с ничего не выражающим лицом шел к нему, приближаясь шаг за шагом.
Он шел медленно, ровно, с той же скоростью, что и отступающий Хэ Ань, точно леопард, контролирующий общую ситуацию, убежденный, что жалкая добыча не сможет вырваться из-под его когтей, поэтому он не утруждал себя погоней. На ходу мужчина снял пиджак, бросил его на диван, схватил полы жилета и рубашки и разорвал их, обнажив сильную грудь и талию.
Пуговицы от дорогой рубашки отлетали, рикошетя о мебель.
Наконец, металлически звякнув, пряжка поясного ремня тоже сдалась, позволив высвободить его желание.
Хэ Ань отступал к окну шаг за шагом, и выхода не было. Он мог только следить за движениями Чжэн Фейлуаня, надеясь, что тот на какое-то время запутается в штанинах - в тот момент, когда его брюки сползут до икр или лодыжек, Чжэн Фейлуань ненадолго потеряет способность преследовать, и у него появится возможность убежать в спальню и запереть дверь.
Но этим надеждам не суждено было сбыться.
Альфа только что был обманут и находился в максимально настороженном состоянии. Вытащив ремень, он не только не спешил прикасаться к молнии брюк, но и держал один конец ремня в руке.
Другой конец свисал до земли, извиваясь, как ядовитая змея.
- Ты солгал мне, поэтому я должен наказать тебя.
Он произнес самую длинную фразу за все время своего слабоумия. В то же время он взмахнул ремнем в воздухе, перехватил его обеими руками поперек груди, и медленно щелкнул им - непослушный Омега должен быть крепко связан и заперт в клетке на всю оставшуюся жизнь.
Лицо Хэ Аня побледнело, холодный пот в одно мгновение выступил даже на затылке, а в ушах, казалось, завыла сирена. Какое-то время он даже не чувствовал боли в животе, резко рванув в спальню.
Увидев, что Омега бежит, Чжэн Фейлуань немедленно устремился за ним, пнул ногой дверь комнаты, которую юноша не успел захлопнуть, схватил Хэ Аня за воротник и потащил его в свои объятия. Потом бросил юношу на кровать, трижды обернул ремень вокруг тонких запястий и туго застегнул.
Хэ Ань яростно сопротивлялся, но Альфа с огромной силой удерживал его конечности, и юноша не видел ни малейшей надежды вырваться на свободу. Он запаниковал до крайности, слезы покатились градом, он закричал:
- Фейлуань, не надо!... Пожалуйста, не надо сегодня!...
Сначала он просто бормотал и умолял, но потом его начала бить дрожь с такой силой, что даже Чжэн Фейлуань с трудом удерживал его. Внезапно Хэ Ань вздернул подбородок и со слезами на глазах крикнул:
- Ему почти девять месяцев! Он сможет жить, когда родится! Тебе нужны мои шейные железы? Возьми нож и отрежь их! Я обменяю их на жизнь Ландыша! Ты меня слышишь? Фейлуань! Чжэн Фейлуань! Ты меня слышишь?!
Чжэн Фейлуань пропустил это мимо ушей.
Стекающий по телу Хэ Аня пот смешивался со слезами, наполняя спальню запахом ландыша. Альфа погрузился в освежающий аромат, отключивший его слух и зрение, его интересовал только феромон. Он наклонился, его губы и нос приблизились к шее Хэ Аня, и он задышал свободно и с наслаждением. Затем либидо стало безудержным, и мясистый ствол раздулся, разрывая по швам брэндовые боксеры. Ярко-красная головка проклюнулась из-под нижнего белья, истекая смегмой.
Он стянул с Хе Ана штаны, грубо раздвинул две белые ягодицы, вытянул пальцы и погрузился в пещерку, на которую так жаждал посягнуть.
Стенки кишечника такие же теплые и эластичные, как и раньше, но более влажные, чем он привык. На простыни между его пальцев стекала жидкость околоплодных вод.
Раз отошли воды, значит ребенок скоро родится, но Чжэн Фейлуань не мог этого понять.
Он все еще был в смятении, думая, что раз дырочка влажная, то Омега посылает ему страстное приглашение заняться сексом, поэтому он опустился на колени, поднес свой твердый и болезненный пенис к входу, с трудом втиснул половину плоти, а затем, не в силах больше сдерживаться, нетерпеливо потянулся и вбил член до предела, вонзившись в самую глубокую часть тела Омеги.
-Аааааа! Ах, ах, ах, ах!
В тот момент, когда Альфа вонзился в него, губы Хэ Аня побагровели, а руки, связанные ремнем над головой, внезапно напряглись, выгибая тело дугой.
Эта застывшая поза длилась всего несколько секунд, а затем тело внезапно обмякло. Хэ Ань лежал на спине, судорожно хватая ртом воздух, его мышцы лишились силы, и он обнимал Чжэн Фейлуаня мягко, словно бескостный, позволяя ему наслаждаться.
Каждый раз, когда они занимались сексом, процесс шел по одному сценарию.
Не было ни долгой прелюдии, ни тщательной смазки. Это всегда было жертвой с одной стороны и грубым изнасилованием с другой. Чжэн Фейлуань глубоко вбивался в плоть Хэ Аня, заставляя сжимающийся кишечник раскрыться для него и испытывая неистовую похоть, которую он подавлял месяцами.
Он всегда двигался яростно, не демонстрируя и следа нежности, особенно в начале секса, а его пенис вводился чрезвычайно глубоко, стремясь пронзить хрупкую репродуктивную полость Омеги. И на этот раз вытекающая струйка околоплодных вод постепенно сменилась с медленной на быструю, с прозрачной на мутную. После того, как Альфа эякулировал в первый раз, живот Хэ Аня задрожал, и на простыни обильно хлынула кровь.
Чжэн Фейлуань этого не заметил и сделал еще один круг без паузы.
Чтобы облегчить фрикции, он фиксировал верхнюю часть тела Омеги локтями, одновременно раздвигая ноги юноши пошире. Худая фигура Хэ Аня казалась сегодня одутловатой и уродливой, вызывая отвращение. Однако, по сравнению с тем хладнокровным зверем, которым этот человек был в своем нормальном состоянии, умственно отсталый Чжэн Фейлуань обладал, по крайней мере, остатками инстинкта защиты своих детенышей. Он смутно понимал, что у Омеги в животе есть что-то драгоценное и хрупкое, поэтому после того, как его желание утолилось, он медленно ослабил силу удара.
Когда второй раунд, наконец, закончился, сознание Хэ Аня уже было нечетким.
Он слегка приоткрыл глаза. Его сердце было пустым, он явно ни о чем не думал, и даже не смел думать, но слезы неудержимо потекли из уголков его глаз. Час назад Ландыш еще яростно боролся у него в животе, но теперь Хэ Ань не чувствовал даже малейшего шевеления плода.
Мужчина, лежавший на нем, выстрелил дважды, его жестокость исчезла, и проявилась какая-то тупая нежность. Он начал целовать его губы и уголки глаз, умоляя не плакать. Хэ Ань смотрел на Чжэн Фейлуаня, и его отчаяние разрослось до безграничной бездны. Слезы потекли сильнее.
Почему эта нежность – лишь краткий миг после истинного кошмара? Его возлюбленный не пробужден и не совершенен. И даже если в его сердце есть любовь, он не осознает ее и не способен выразить.
За что ему все это? Кто даст ответ?
Хэ Ань смотрел в потолок, разглядывая мир через толщу воды, через которую окружающее казалось нечетким.
Как мило, что его Альфа - величественный лев, стоящий на вершине, свирепый и внушающий благоговейный трепет. Этот лев должен использовать свои острые клыки для атаки, а свой рев, разносившийся по горам, - для защиты своего партнера и детенышей. Но, увы, он, обнажив свои острые зубы, прокусил плоть и кровь своего партнера и разорвал шею детенышу...
"С меня хватит", - подумал Хэ Ань.
Я больше не хочу такой любви, я действительно больше не хочу ее.
Если так называемое «идеальное соответствие» - быть пойманным в ловушку страха, ненависти и произвола на всю оставшуюся жизнь, то позвольте мне продолжать быть Омегой, брошенным судьбой.
Боги, прошу вас!
Позвольте мне вернуться в тот дождливый день, когда я встретил его. Я выйду на десять минут позже, нет, на час позже. Когда его фигуры больше не будет на верхней ступеньке лестницы, я задержу дыхание и тихо-тихо пройду мимо...