Глава 40. Даниэль
*рекомендованные саундтреки: Im Alone, Olga Lukacheva, Igor Volkov;.
**Доп.информация: тг @RiaDias_writer
Не передать словами ощущение, которое я испытал, когда почувствовал движение своей дочери. Бесконечная любовь к двум самым важным девочкам в моей жизни и желание защитить их от всего в этом мире охватили мое сердце. Наполненные любовью и нежностью, шоколадные глаза Рании изучают мое лицо, и в эту секунду я даю новую клятву: они никогда не посмотрят на меня иначе, и я сделаю для этого все.
- Я люблю вас, - крепче прижимаю ее к себе.
- Полегче, я вижу твою рану, - бубнит она и обеспокоенно смотрит на меня.
Улыбаюсь и поглаживаю ее живот. Я должен рассказать ей правду, и мы обязательно начнем все с чистого листа. Она сжимает мою руку, и я вижу в ее глазах блеск, которого так давно не видел...
- В тот день, когда ты потеряла сознание и попала в больницу...
- Ты уверен, что хочешь сейчас об этом поговорить? - перебивает меня она и прищуривается.
- Да, - Рания кивает и опускает взгляд на наши руки, лежащие на животе, - в тот день я зашивался с договорами в офисе, когда зазвонил мой телефон...
Семь месяцев назад
Устало откидываюсь на спинку кресла и смотрю на Ника, который скоро психанет и наорет на нашего партнера.
- Мистер Мартин, предлагаю перенести встречу на завтра, мы подготовим новый договор и на свежую голову обсудим детали, - наконец говорю я и встречаю благодарный взгляд брата.
- Хорошо, завтра в четыре часа вам будет удобно?
- Конечно, будем ждать вас.
Мартин жмет нам руки и выходит из кабинета. Брат трет переносицу и встает из-за стола:
- Я поехал домой, мы сегодня засиделись... Тебя подвести?
- Рания заедет за мной, поезжай к молодой жене, - протягиваю ему руку, Ник жмет ее и уходит.
Вибрирующий телефон привлекает мое внимание, убираю документы и закрываю сейф. Беру телефон и неосознанно улыбаюсь:
- Ты подъехала?
- Простите, это не Мисс Паркер. Дело в том, что ее доставили в больницу без сознания, - мужской голос стирает мою улыбку.
Слушаю детали и бегу к машине. Через десять минут вбегаю в приемное отделение и узнаю в какой палате Рания.
Пустые коридоры напрягают меня, но я игнорирую предчувствие и влетаю в нужную палату. Свет выключен, и я на ощупь пытаюсь найти выключатель. Тени бегают по стенам, никак не помогая мне решить проблему.
- Не стоит, - грубый мужской голос разрезает звенящую тишину, заставляя все тело напрячься.
Легкий свет торшера проливается на сидящего в кресле грузного мужчину. Паркер. Дергаюсь на него, однако знакомый щелчок останавливает меня. Медленно поворачиваю голову вправо и вижу черноглазого мужчину, направляющего пистолет на спящую Ранию. Сердце пропускает удар, и я перевожу полный ярости взгляд на ее отца.
- Забавно, старший внук Бернардо Бенедетто примчался в больницу к моей дочери, - постукивая пальцами констатирует он.
- Кто мог подумать, что к дочери явится отец? Разве тебе не запрещено появляться на нашей территории?
Тихий фальшивый смех разносится по палате, вызывая отвращение.
- Любишь мою дочь? - Паркер встает и подходит к постели дочери, ухмыляясь, поглядывая на меня, - Непозволительная роскошь, что ж раз ты можешь себе позволить подобное чувство, значит, принимаешь и риски. Уверен, что до тебя дошло, что я легко и незаметно могу нарушить любые запреты и ограничения, - выплевывает он, - я хочу, чтобы ты оставил мою дочь в покое и женился на девушке своего полета. Сара Грин, полагаю, запомнишь.
- А то что? Ты думаешь, что это сойдет тебе с рук? - делаю шаг в его сторону и замираю, когда он кладет ладонь на шею Рании.
- Ты меня услышал? - аппараты начинают учащенно пищать, сообщая о проблемах с дыханием, и я, стискивая зубы, киваю, - не слышу!
- Услышал.
- Вот и молодец, Дерек, нам пора, - мужчина продолжает держать пистолет, направленным на Ранию, пока Паркер подходит и ухмыляясь, хлопает меня по плечу, - приглашение на свадьбу отправлять не обязательно, завтра жду заголовки статей.
Он выходит из палаты, а черноглазый прихвостень останавливается возле меня и убирает оружие в кобуру:
- Неосмотрительно зариться на чужое в нашем мире. Пуля рано или поздно найдет своего героя.
Дерек секунду смотрит на меня и выходит вслед за Паркером. Чужое?
Свет торшера падает на бледное лицо Рании, заставляя мое сердце пропустить удар. Костяшки пальцев со всей силы врезаются в стену больничной палаты, не принося облегчения. Сжимаю зубы и подхожу к кровати, теплые алые капли скользят между пальцев, в конце неизбежно срываясь в пропасть.
Поправляю разбросанные по подушке русые волосы и ладонью еле касаясь, провожу по бархатной щеке девушки.
- Отец. Я согласен жениться на Саре, - слух режет чужой голос, и я, недослушивая ответа, убираю телефон.
Шум города доносится из приоткрытого окна, вступая в конфликт с безжизненной тишиной серой комнаты. Сознание заливает отборная, вязкая горечь, предстоящего предательства. Я предаю не только любимую девушку, но и себя. Я проклят в эту минуту, проклят рядом с ней.
- Прости меня...
Тяжело вздыхаю и сжимаю ее ладонь. Напряженное молчание царит в палате, но я не чувствую и намека на пустоту. Кофейные глаза встречаются с моими и с блеском дарят прощение. Одинокая слезинка срывается с темных ресниц, и я нежно целую блестящую влажную дорожку на щеке.
- Ты не женился? - тихо спрашивает Рания.
- Нет, конечно, нет, - прижимаю ее ближе, - когда ты пропала и мы узнали, что ты... - прочищаю горло, - мой мир рухнул. Все остановилось. Мне не нужна жизнь, где нет тебя, Рания, - беру ее ладонь и целую пальчики, - я очень виноват перед тобой... перед вами...
Она кладет руку мне на скулу и мягко улыбается:
- Сойдемся на том, что мы виноваты оба, хорошо?
- Никогда, - серьезно смотрю в ее глаза и вижу знакомый упрямый огонек, - ты уже придумала имя нашей дочери?
Она поджимает губы и виновато отводит глазки. Конечно, она придумала. Стараюсь сдержать смех и аккуратно двигаю плечом, привлекая внимание.
- Да, - тихо признается она, - но если тебе не понравится, я буду готова выслушать твои предложения.
Не сдерживаюсь и смеюсь, теперь Рания обиженно смотрит на меня и складывает на груди руки.
- Мы оба знаем, что это ничего не изменит, не так ли? - снова беру ее за руку и целую в висок.
- Ну, - она вздыхает и снова поджимает губы, - так. Мне очень нравится имя Киара, - смущенно шепчет она.
- Потрясающее имя, - улыбаясь, говорю я и она дарит мне скептический взгляд, - Киара Бенедетто, звучит!
Рания поднимается и неуклюже слезает с постели. Прищуриваюсь и озадаченно смотрю на нее:
- В чем дело?
Она встает и встречается со мной взглядом:
- Во-первых, Киара Уокер. Во-вторых, мне нужно в палату. В-третьих, - она задумчиво переводит взгляд на мою перевязанную рану, - мне пора, потом зайду еще.
Рания нахмуривается, кладет руки на животик и практически вылетает из палаты. Напряженно привстаю и шиплю от боли в боку:
- Черт, - замираю, когда дверь открывается и входит мама.
- Ну-ка быстро лег! - подбегает она и помогает мне лечь обратно, - Даниэль, пожалей меня, пожалуйста, я чуть с ума не сошла!
- Все хорошо, мам, - заверяю и вглядываюсь в ее покрасневшие от слез глаза, - а где отец?
- Он уехал, - отмахивается она и суетливо присаживается на край постели, - Даниэль, я видела Ранию...
- Ты станешь бабушкой раньше, чем планировала, - сразу говорю.
- Даниэль! - мама обнимает меня и целует в щеку, - я так рада, что невесткой будет Рания, а не эта противная девица... Как ты себя чувствуешь?
Обеспокоенный взгляд скандирует меня и тяжело вздыхает, когда замечает перевязанный бок. Я вижу сожаление, смешенное с болью в ее нежных глазах. Она закрывает лицо ладонями и тяжело вздыхает:
- Я очень боюсь вас потерять, - на ее глазах появляются слезы и она аккуратно берет мою руку, - я думала, что молчание подарит вам безопасность, и оказалась не права...
- Мам, я тебя не понимаю, - сжимаю ее ладони и серьезно смотрю в ее глаза, - это случайность и сейчас я чувствую себя прекрасно, хочешь, потанцуем?
Взгляд мамы не меняется, и я предчувствую недоброе.
- Мам, я тебе серьезно говорю, успокойся, все хорошо.
- Нет, Даниэль, - шепчет она, потерянно смотря в пол, - очень много лет назад, когда тебе было лет десять, мы всей семьей поехали Нью-Джерси. Мы только купили этот дом, поэтому ехали туда в первый раз, - мама нервно сглатывает и сильнее сжимает мою руку, - Ник разбил коленку, и я пошла за аптечкой. Я нигде не могла ее найти, - я прищуриваюсь, пытаясь вспомнить тот день, - отец был в своем кабинете, и я побежала за ним. Когда я подошла к кабинету, услышала, как он на кого-то кричит...