Глава 39. Рания
*рекомендованные саундтреки: I'm Happy, Bury the Wren; Собирай меня, Артем Пивоваров;.
**Доп.информация: тг @RiaDias_writer
Месть. Ненавижу это слово. По сути, месть бесконечна, всегда найдется тот, кто захочет мстить дальше. Всегда. Но только не я. Своей местью я причинила боль только себе. Пусть я не отомстила сама, но я видела, была в момент торжества справедливости. Нет никакого торжества. В момент, когда свершилась моя цель, я была уничтожена. Брат, за которого я мечтала отомстить, оказался жив и выстрелил в нашего отца, пистолет которого был направлен на беременную дочь, которую закрыл собой любимый мужчина. Пуля отца, предназначенная мне, попала в Даниэля, пуля брата - убила отца.
Мои ориентиры сбиты. Я хотела отомстить за брата, которого убил мой отец... Но брат оказался жив... Какая это тогда месть? Это же не месть... Получается, обман, заблуждение привели меня к тому, чего могло и не быть? Этого всего могло и не быть, если бы мне не врали! Не врали люди, которым я верила! Все могло бы быть иначе! По-другому!
Я миллион раз прокручиваю этот момент, плачу от обиды, боли, несправедливости. И не могу разобраться... Я точно слышала три выстрела. Один - стоил жизни моему отцу. Второй - Даниэлю. А третий? Кому принадлежал третий выстрел?
Слышу ненавистный писк аппаратов, раздающихся где-то на поверхности, дальше моего сознания. Пытаюсь всплыть, не знаю зачем, просто понимаю, что должна. Что-то мешает мне сделать вдох, и я рукой стягиваю с себя непонятный предмет. Воздух врывается в мои легкие, и я наконец открываю глаза.
- Рани! Шерил, беги за доктором! - кричит подруга и дрожащими руками гладит меня по голове.
Фокусирую взгляд и встречаюсь с заплаканными глазами Ханны:
- Ханна? - хриплый чужой голос оглушает меня, и я прочищаю горло, - что...
Взглядом пробегаюсь по больничной палате и натыкаюсь на Шерил и доктора.
- Мисс Паркер, - доктор кивает мне и опускает взгляд в анамнез.
- С ребенком все в порядке? - встревоженно спрашиваю я и руками обхватываю живот.
- Спокойно, Мисс, с девочкой все в порядке, если сегодня придут хорошие результаты анализов, поедите домой.
С облегчением вздыхаю и сглатываю. Голова взрывается от бесконечного количества вопросов, и как только доктор выходит из палаты, я смотрю на подруг, по которым безумно скучала и не верила, что увижу снова.
Шерил смотрит на меня добрыми и уставшими глазами, в которых читаются вопросы, которые она умело сдерживает. Ханна вытирает слезы и заправляет волосы за ухо, мое внимание привлекает ее живот:
- Сколько?
- Пять месяцев, - шепчет она и всхлипывает, - я не хотела тебя расстраивать, поэтому молчала, а оказалось...
- Кто у вас будет? - мягко улыбаясь, спрашиваю я.
- Мальчик, - Ханна на мгновенье, смущенно опускает глаза, - будут дружить...
- Обязательно, - сжимаю ее ладонь и сдерживаю слезы, - Шерил, ты видела...
Шерил нервно улыбается и качает головой:
- Адама? Да... Он ждет, когда мы его впустим...
До скрежета стискиваю зубы и опускаю взгляд, боясь задать самый болезненный вопрос.
- Даниэль? - безэмоционально спрашиваю и отвожу взгляд.
- С ним все хорошо. Он еще вчера пришел в себя, рвется к тебе...
- Думаю, что я быстрее дойду до него, - отстраненно шепчу.
Они аккуратно обнимают меня, и я не могу сдержать слез. Дверь в палату открывается, и я взглядом встречаюсь с братом.
- Мы зайдем позже, - девочки целуют меня в щеки и выходят из комнаты.
Адам виновато опускает взгляд и садится на стул у моей постели. Слезы срываются с моих ресниц, и я нервно смахиваю их. Напряжение вкупе с тишиной начинает искрить, и я опускаю взгляд.
- Рани, прости меня, пожалуйста, - он берет мою руку и аккуратно сжимает, - я не мог рассказать тебе...
- Отец не стрелял в тебя?
Втягиваю воздух, поднимая голову, приказывая слезам остановиться, замереть.
- Стрелял, - слезы жгут мои щеки, - Рик... Он подстраховался и отправил за мной людей. Как оказалось, наш отец не может даже убить, - вырываю руку и приподнимаюсь на кровати, - так и есть, Рани, меня отвезли в Чикаго и вылечили. Все это время я под чужим именем работал на Рика, помогая Дарену, - брат виновато смотрит на меня, пока я сверлю взглядом окно, - я знаю, как тебе было тяжело, я видел, но не мог...
- Я похоронила тебя заживо...
- Как и я тебя...
Две пары карих глаз встречаются и заново ищут точки соприкосновений. Я вижу собирающиеся капельки в уголках его глаз и жестом прошу его обнять меня. Родной запах брата впитывается в меня, и я, дрожа, сжимаю его сильнее.
- Я так скучала... Адам, я тебя очень люблю, - чувствую, как вздрагивает мое сердце, пока слезы впитываются в больничный халат брата.
- Я тоже тебя очень люблю, сестренка. Прости, что не смог уберечь тебя, - отстраняюсь и целую его в лоб.
- Мама... она...он...
- Сердечный приступ.
- Ты убил его?
- Да, - он серьезно смотрит в мои глаза и гладит по щеке, - лучше скажи, кто у меня будет племянник или племянница?
Мы спокойно говорим о смерти. Неужели она настолько срослась с нами? Ничто не цепляется в моей груди, и я качаю головой от абсурдности. В конце концов, улыбаюсь через слезы и опускаю руки на живот:
- Племянница, - нежно улыбаюсь, - Киара Уокер.
- Уокер? Ты возьмешь фамилию мамы? - укол боли одинаково пронзает наши сердца, и я киваю, - похороним нашу фамилию...
- Ты права, я сразу после того, как встал на ноги, сменил фамилию, - улыбается Адам и опускает руку на мой большой живот, - моя сестра станет мамой раньше меня, - задумчиво произносит брат.
- Ну мамой ты не станешь, а вот папой, попробовать стоит, - дочь проводит пяточкой по животу, и я встречаюсь с полными восторга, глазами брата, - Шерил простила тебя?
- В процессе, - Адам целует меня в лоб и садится обратно на стул.
Брат почти не изменился, стал взрослее, между бровями залегла морщинка, а глаза блестят точно так, как блестели когда-то давно... в детстве.
- Расскажи, - закусываю губу и напряженно смотрю на него, - я не помню ничего, после того как... - опускаю взгляд на живот и тяжело вздыхаю.
- Мы с Николасом вернулись за Даниэлем, он был без сознания. У нас получилось его вытащить, и мы сразу отправились в аэропорт. Врач уже был на борту и сделал все необходимое. Спокойно долетели и вот, - брат пожимает плечами и обводит взглядом палату.
- Ты, как и раньше, мастер рассказов, - хмыкаю, - что теперь будет с Калифорнией?
- Вот теперь тебя это не касается. Ты лежишь, дышишь свежим воздухом и спишь, все, - отчеканивает брат, на что я закатываю глаза.
Сглатываю и опускаю голову, формулируя вопрос, который не дает мне понимания:
- Адам, я слышала три выстрела.
Брат с минуту смотрит на меня, в конце концов, кивая и потирая переносицу:
- Не только я стрелял в Паркера.
- Кто?
- Выстрел был в спину, кто-то из его семьи. Теперь точно все, - он тяжело вздыхает и натягивает улыбку, - проводить тебя к Даниэлю?
Прищуриваюсь, усмехаясь хитрости брата, и киваю, делая вид, что купилась. Адам помогает мне спуститься с постели и под руку выводит меня из палаты. Только сейчас я в полной мере осознаю, что рядом со мной брат. Живой, родной и все тот же...
Мягко улыбаюсь подругам и снова возвращаю взгляд брату. Сердце согревается оттого, что он рядом... Вижу себя маленькой девочкой, которую, уверенно держа за руку, ведет старший брат. Нет страхов, нет прошлого, мы все там же - в детстве... До того как все начало рушится... Мы напишем историю заново, теперь все обязательно будет хорошо.
Он открывает мне в дверь и снова целует в лоб:
- Думаю, что там я тебе не нужен, - благодарно улыбаюсь ему и захожу в палату.
Такой же писк аппаратов нарушает тишину комнаты, и я неуверенно встречаюсь взглядом с сапфировыми глазами Даниэля. Кладу ладони на живот и мягко улыбаясь, иду к постели:
- Мне сказали, что ты рвался ко мне, - шепчу, присаживаясь на край кровати.
- Так и есть, - он, не отрываясь, смотрит на меня, - я рад, что снова вижу тебя. Я должен тебе все объяснить...
- Даниэль, все, что случилось, это результат моих необдуманных действий...
- Нет, Рания, все не так. Хватит тайн, - он присаживается на кровати и приглашает меня лечь рядом, киваю и аккуратно ложусь ему на плечо, - я очень люблю тебя и нашего ребенка...
- Ты не знаешь... Хочешь узнать, кто у нас будет?
Даниэль встречается со мной взглядом и неуверенно кивает. Беру его руку и кладу на свой живот:
- У нас будет дочь, - кладу свою ладонь на его и замираю.
Дочь будто почувствовала папу и легко провела по животу ножкой. Такой волшебный момент, я чувствую неподдельную радость и счастье. Вглядываюсь в любимые голубые глаза и обещаю себе, что ни за что больше не откажусь от них. Мы исправим ошибки и подарим друг другу все то, что так хотим.
Губы Даниэля нежно касаются моих, и я таю в его руках, растворяюсь в запахе и нежных прикосновениях.
- Я люблю вас...