Глава 31. Рания
*рекомендованные саундтреки: Красота, Би-2, Мария Чайковская; Yasli (Mournful), Soner Akalin;.
**Доп.информация: тг @RiaDias_writer
Четыре месяца спустя.
Иллинойс. Пригород Чикаго.
Шелест, расписанных яркими красками, деревьев смешивается с ароматом леса и окутывает меня. Я сижу на веранде и грею ладони о горячую чашку, стук дятла привлекает мое внимание, и я расслабленно улыбаюсь. Мне кажется, что в эту секунду я излучаю покой, которым переполнена.
Делаю глоток зеленого чая и оборачиваюсь на звук остановившейся машины, рефлекторно завожу руку за спину, чтобы достать пистолет, и цокаю, когда вспоминаю, что оставила его в доме. Натягиваю платье выше колен, чтобы можно было быстро идти, и проскальзываю в дом. Достаю любимую Beretta и осторожно крадусь к входной двери, за которой раздаются тяжелые шаги. Встаю слева и заряжаю пистолет, направляя его в место, где вот-вот окажется голова незванного гостя. Пульс учащается, разнося по венам адреналин, и я задерживаю дыхание. Дверь открывается, и на мушке оказывается светловолосая голова.
- Дарен, черт! - я опускаю оружие и прижимаюсь спиной к деревянной стене, тяжело дыша, кладу свободную руку на округлившийся живот.
- Рания, ты в порядке? - мужчина подхватывает меня за локоть и ведет к дивану, - я же звонил тебе утром, предупреждал, что заеду...
Дарен помогает мне сесть на диван, и я вздыхаю, закрывая лицо ладонью:
- Прости, совсем с памятью плохо, - шепчу и скидываю с себя пальто.
- Все в порядке, но я испытываю дикое желание забрать у тебя это, - он вытягивает из моей руки пистолет и кладет на журнальный столик, - как ты? Я привез продукты и все, что ты просила.
- Спасибо большое, прекрасно себя чувствую, - улыбаюсь Дарену, - как дела? Расскажи мне новости.
Мужчина садится в кресло напротив и складывает руки в замок. Я опускаю с колен поддол своего темно-зеленого платья и откидываюсь на спинку дивана. Серо-зеленые глаза изучают меня, решая, что стоит мне знать, а что нет.
- Мы лишились партнерских отношений со всеми штатами, кроме Нью-Йорка. Ситуация в семье ухудшается с каждым днем, но я так и не получил никаких сообщений от нашего кукловода, - Дарен встает и подходит к окну, - Рик в сотый раз проверяет свое окружение, но ничего.
Я обдумываю сказанное и встаю с дивана:
- Может быть, действительно, мы ищем не там, - подхожу к нему и встаю рядом, - что если это Эрик или его окружение? Я уже говорила: сложно искать черную кошку в черной комнате, а что если ее там нет?
Мужчина задумчиво смотрит на меня и чешет затылок. Я пожимаю плечами и осматриваю комнату. Темно-серый диван с мягкой обивкой стоит напротив искусственного камина и кресла с журнальным столиком, маленькая кухня располагается под широкой лестницей, и так гармонично и уютно сочетается с древесными оттенками и материалами дома.
- Что ты предлагаешь?
- То, что вы уже наверняка делали - прошерстить окружение Паркера. А если кошка всё-таки есть в черной комнате, то пока мы ищем или делаем вид, что ищем в другой комнате, она обязательно даст о себе знать. Или, по крайней мере, расслабиться, - я закусываю губу, - Дарен, не слушай меня, я несу такой бред... Это все гормоны...
Дарен качает головой и берет меня за руку, я нахмуриваюсь и поднимаю на него многозначительный взгляд:
- Рания, тебе двадцать пять, и ты в своем возрасте мыслишь и рассуждаешь лучше, чем большинство Боссов и советников, - мужчина серьезно смотрит мне в глаза, - твои слова имеют смысл, под влиянием гормонов или без них. Я поделюсь твоими рассуждениями с Риком, и мы подумаем.
- Ладно, пойдем на веранду, - я аккуратно забираю свою ладонь из руки Дарена, он поджимает губы и отстраненно кивает, - хочешь чай? Или кофе?
- Я вижу чайник и заварку, - мужчина подмигивает мне и достает чашку.
Беру пальто и подхожу к зеркалу, стоящему у двери на веранду. Платье обтягивает меня второй кожей и подчеркивает выпирающий животик, ткань доходит прямо до моих серых кроссовок, пряча кожу от осеннего воздуха. Касаюсь манжетов платья на кистях и надеваю темно-серое пальто.
Спускаюсь по деревянным ступеням и медленно иду по тропинке к лесу. Чистый лесной воздух наполняет мои легкие, и я поглаживаю живот. Пасмурное небо раскидывается над дубовым лесом, подстегивая щебет птиц и эхо кукушки. Слышу хлопнувшую позади дверь дома и замираю от неожиданного толчка. Мой внутренний мир взрывается от потрясающего чувства - первого толчка моего ребенка. Слезинка счастья и горечи скатывается по моей щеке, как же мне хотелось разделить это мгновенье с Даниэлем...
- Рания! - испуганно кричит Дарен и через мгновенье оказывается передо мной, держа меня за предплечья и испытывающе вглядываясь в мое лицо, - что? Рания?
Я приподнимаю уголки губ и вижу, как немного расслабляется мужчина.
- Он толкнулся, - слезинка скатывается на мою улыбку, и я с восторгом смотрю в серо-зеленые глаза, - первый раз...
Дарен смеется, и я обнимаю его, он притягивает меня ближе, и я ощущаю мускусные нотки парфюма. Перевожу дыхание и понимаю, что не могу успокоить свои разбушевавшиеся гормоны, мое сердце переполняется теплом и счастьем.
- Прости, - шепчу я и, наконец, отстраняюсь, - я стала слишком эмоциональной, не смогла сдержаться, - вытираю тыльной стороной ладони дорожку от слезы и потерянно улыбаюсь.
Дарен качает головой и предлагает мне локоть, я принимаю предложение, и мы идем дальше.
- Ты уже знаешь, кто у тебя будет?
Я поджимаю губы и качаю головой:
- Нет, вечером прием, может быть узнаю.
- Не забывай об осторожности в городе, - напоминает Дарен и я, серьезно посмотрев на него, киваю, - если хочешь, я могу съездить с тобой...
- Дарен, думаю, что если ты будешь сопровождать меня, мы точно привлечем внимание, - снисходительно говорю я и останавливаюсь, - плюс, у тебя есть более важные дела, - смотрю в сторону дома и вздыхаю, - и я, кажется, замерзла, давай вернемся?
Дарен, скрывая разочарование, опускает голову и через мгновенье с натянутой улыбкой кивает:
- Конечно, идем в дом.
В день, когда я вышла из больницы и новостные сводки пестрили заголовками о помолвке Даниэля, я пошла к Рику и рассказала ему о своем положении и решении оставить идею мести ради будущего, моего ребенка.
- Рания, ты очень хороший помощник и советник, - Рик видит мой скептический взгляд и уверенно кивает, - да, советник, и мне как Боссу жаль, что ты уходишь. Но как отец, я счастлив, что ты приняла это решение, выбрав себя и ребенка, - он берет меня за руку и по-отечески улыбается, - уверен, что безопаснее места, чем Чикаго для тебя и ребенка мы не найдем, учитывая ситуацию...
- Разве Иллинойс не на очереди у нашего кукловода? - спрашиваю я.
- Верно, но там уже много лет успешно скрываются несколько моих людей, а также не забывай, что на обычную жизнь наш мир и проблемы не влияют. Дарен надежный человек, проверенный временем, ты можешь не сомневаться, - я, соглашаясь с его доводами, киваю, - впрочем, о твоей тайне будем знать только я и он, для остальных мы придумаем легенду.
Рик подходит к столу и достает какую-то папку. Я растерянно наблюдаю за ним и пытаюсь унять дрожь.
- Тут твои новые документы и новый банковский счет, туда через пару дней будут переведены все твои средства, - я принимаю папку и с благодарностью смотрю на Рика.
К вечеру я была уже в Чикаго, откуда меня отвезли в загородный дом, где я теперь живу. Для всех - я на задании, благополучно живу и работаю в Техасе. Все для того, чтобы меня случайно не увидели. Я учла прошлую ошибку и продолжила общение с Ханной и Шерил, к сожалению, оно ограничивается звонками, и при этом я постоянно ловлю себя на мысли, что не хочу им врать, но страх, что новость о моем положении просочиться, всегда берет верх над совестью. Никто не должен знать о том, что я беременна, и о том, кто отец этого ребенка.
Я не хочу разрушать жизнь Даниэля и еще сильнее не хочу, чтобы моему ребенку угрожала опасность. А она есть и всегда будет: я связана с миром криминала и как бы далеко не бежала, где бы не пряталась и чем бы не пыталась разорвать эту связь - ничего не выйдет, в моих венах течет кровь моего отца, человека, который собственноручно убил своего ребенка...
Вот так я и живу уже четыре месяца, зарываю глубоко в душе желание рассказать обо всем Даниэлю и постоянно озираясь по сторонам, боясь, что меня нашли, обнаружили, раскрыли. Однако до сих пор меня никто не нашел, я спокойно живу в пригороде Чикаго, где в радиусе двух миль обитают лишь белки. Вижусь только с Дареном, который часто приезжает ко мне и с врачом в городе, в назначенную дату и время. Рик повелся на мои уговоры, и я стала дистанционно помогать с документацией его банка, поэтому мой образ жизни очень спокоен и размерен: сон, прогулки, свежий воздух, работа с документами и все сначала. В принципе, меня все более, чем устраивает.
- Готовы узнать, кто у вас родиться? - спрашивает доктор, ведя датчиком по моему животу.
Вопрос застает меня врасплох. Конечно, я ожидала, но все кажется таким неправильным: рядом со мной должен сидеть Даниэль, держать меня за руку и с нетерпением ждать ответа доктора. Но его нет и не будет, в его жизни нет места для нас. С горечью смотрю на экран УЗИ аппарата:
- Готова.
- Поздравляю, у вас будет девочка, - слезы наворачиваются на мои глаза, и я чувствую легкое движение в животе.
У меня будет девочка. Дочь. Прекрасная малышка с голубыми глазами отца. Я счастливо улыбаюсь и вытираю слезы, которые никак не останавливаются.
Накидываю капюшон от худи и, запахивая пальто, выхожу из клиники. Запрыгиваю в машину и стараюсь успокоиться, озираюсь по сторонам и выезжаю со стоянки. Музыка прерывается и раздается звонок, перевожу взгляд на экран и останавливаю машину на обочине.
- Ало, Джен? - неуверенно спрашиваю я и неосознанно кладу руки на живот.
- Рания, - голос крестной заставляет меня напрячься, - Алекс... она...
Сердце замирает в ожидании удара, который в действительности уже свершился.
- Она умерла.
Все в этом мире стремиться к равновесию: сколько счастья, столько выльется и горя, - не бывает иначе - свет и тьма не могут существовать друг без друга. Отчего-то моя жизнь переполнена болью, и я никак не могла понять, что же на другой чаше весов? Теперь я уверенно отвечу: моя дочь. Сколько бы ещё ни била меня жизнь и как бы больно ни было, я встану и подставлю другую щеку. И как бы пафосно это ни звучало, это чистая правда, потому что я теперь мать, во мне нуждается мой ребенок.