Бог в лесу

В «Чаще» наступил тот странный час, когда музыка уже смолкла, но звон в ушах всё ещё мешал разобрать тишину. Густой сигаретный дым застыл под потолком неподвижными пластами, а в воздухе перемешались запахи разлитого джина и разного парфюма.

После закрытия, когда последние клиенты выкатились за дверь, персонал, не сговариваясь, скучковался у барной стойки. Вивиан методично протирала бокалы, Мэй изучала новый оттенок лака, а Бирн, прислонившись к стойке, задумчиво разглядывал зал, изредка бросая взгляд на лестницу. Их сборище редко задерживалось: чаще шустро разбегалось по домам. Но на улице утро понедельника, а значит, до четверга всё невысказанное будет просто висеть в воздухе. И они молча пытались выяснить друг у друга всё, что заметили и увидели за последнее время.

Первой подала голос Вивиан. Она была самой нетерпеливой и общительной, и тишина давила на неё сильнее, чем на остальных.

— Ну и денёк, — выдохнула она, не глядя на друзей. — Вам не кажется, что некоторые клиенты начали вести себя... дёргано?

Мэй сразу оживилась. Её пальцы монотонно выстукивали ритм по лакированному дереву.

— Вы видели сегодня людей Ватира? — она подхватила, не поднимая головы. — Они сидели в углу, как на иголках. Хоть и встречи сегодня не было. Хватались за кобуру при каждом шорохе, даже когда Ви-ви просто лёд роняла.

Девушка, собиравшая пустые стаканы, замерла и виновато улыбнулась. Её глаза, обычно сияющие восторгом, сейчас казались немного притушенными от усталости, но энтузиазм никуда не делся.

— Они всегда нервные… Но ты права, они просто сидели. Даже не пили. Взяли по стакану воды и сверлили волков взглядами.

Бирн, до этого хранивший молчание, поднял голову. Коротко кивнул, подтверждая подозрения обеих девушек:

— Сегодня от гримёрок ребята отогнали двоих. Сказали, что «ошиблись дверью». Ага, три раза подряд. Шныряли там, где им быть не положено.

— И что? За девочками часто увязываются, — Вивиан подалась вперёд. — Думаешь, ищут кого-то конкретного?

— Они внятно не ответили. И их выставили, — Бирн помрачнел. — Но судя по тому, как они оглядывались, это была не простая разведка.

Демон замотала головой, будто хотела выкинуть оттуда всё лишнее.

— Не-а, Ватир сейчас слишком занят, чтобы отправлять людей просто так. — Мэй взяла в руки телефон, не скрывая, что готовилась к этому разговору. — За последние три дня — три стычки на границах кварталов. Читали?

Оба её собеседника отрицательно покачали головами.

— Грызутся за каждый переулок. Такое чувство, что резко озверели. Не обижайся, милый.

— А кто с кем? — Бирн только понятливо кивнул.

Мэй перестала разглядывать экран и внимательно посмотрела на мужчину.

— СМК и вампиры, кто же ещё? — девушка отложила телефон. — Хочу верить, что нам всем просто кажется. Потому что если это заказ на кого-то из нас или на самого Лесника...

— И что будем делать? — спросила Вивиан, оборвав тревожную мысль демона.

— Мы все почуяли, как пахнет жареным. Давайте я вызвоню Туса и выскажем ему всё это?

— А что он с этим сделает? — скептически бросила Вивиан, хотя в глазах её мелькнула надежда.

— Он сделает то, что делает всегда, — Бирн пожал плечами. — Попытается удержать «Чащу» на плаву, пока весь остальной город идёт ко дну.

— Тус не дурак, — вздохнула Мэй, поправляя волосы. — Он ценит свои старые связи. Но не настолько, чтобы подставлять себя и всех нас.

Спустя секунды в трубке раздались гудки. Мэй не церемонилась:

— В гробу поспишь, старик. Неси свою тушу сюда.

На том конце провода голос не был сонным, давая им все шансы на появление Нертуса.

— Спускайся, говорю! Не заставляй меня подниматься!

Мэй довольная положила трубку.

— Он слишком много тебе позволяет, — шутливо заметила Ви-ви.

Мэй не подняла головы, уголок её губ дрогнул в ехидной усмешке.

— Не-ет, ты не понимаешь, — Мэй лениво потянулась. — Он давно бы мог приструнить меня, если бы захотел. Но Тус позволяет мне так себя вести, и мы все это прекрасно знаем.

— Такими темпами и власть у него отобьёшь, — Вивиан фыркнула.

— Уволь, пожалуйста, — демоница махнула ладонью. — Где мне будет так тепло и удобно, если не под его костлявым крылышком? Брать всё это на себя? Всю эту ответственность? Куда приятнее сидеть на чужой шее, не так ли? А шея Туса - самое надёжное место, чтобы спрятаться, когда начинается сезон охоты.

Бирн коротко хохотнул, но тут же замолк.

— Я так и запомню. На случай, если ты решишь, что имеешь право голоса в вопросах безопасности.

Мэй обернулась, одарив оборотня самой обворожительной и одновременно опасной улыбкой.

— Милый, не делай вид, словно не знал этого. Ты тут по тем же причинам, — она подняла на него взгляд, в котором цинизм мешался с глубоко запрятанной преданностью.

Мэй вздохнула, снова принимаясь выстукивать ритм, но на этот раз он был более тревожным. В наступившей тишине клуба казалось, что стены тоже ко всему прислушиваются.

Мэй на мгновение замерла, её рука зависла над поверхностью стойки.

С верхнего яруса донесся глухой звук шагов. Нертус спустился, на ходу прикуривая самокрутку.

— Я запрещу оставаться после смены дольше десяти минут. А то такие ваши собрания ничего хорошего не приносят. И что у нас творится?

Бирн изложил всё четко: нервозность людей Ватира, слежка за гримерками и слухи о войне на улицах. Нертус слушал, молча выпуская дым. И только выслушав, заговорил.

— Обычно клиенты идут сюда только в двух случаях: когда хотят заключить невозможный союз или когда готовятся к бойне. Судя по всему, мы ближе ко второму. А Ватира я подумываю больше не пускать сюда.

Ви-ви, закончив с бокалами, оперлась подбородком на кулаки, внимательно слушая.

— Лучше бы сразу сказать ему об этом. Мы и так сидим в самом центре светлячков. СМК могут использовать его, чтобы добраться до тебя. Если Ватира прижмут, он придумает, как тебя сдать.

— Они не суют нос в дела «Чащи», — отрезал Лесник. — Сейчас у них нет прямых доказательств того, что я колдун. Только слухи.

— А может, он хочет сделать это, ведь образовалась причина?

Все обернулись на оборотня, не совсем понимая, к чему это он.

— Ты о чем? — тихонько поинтересовалась бармен.

— Всё началось после того, как Тус взял нового танцора.

— Да ну?! Он ведь добрый. Ты ведь и сам видел, как Пуно общается. Он как одуванчик!

— Доброта не мешает быть опасным, Ви, — Бирн отлип от стойки и подошел ближе. — Он двигается быстрее, чем глаз успевает зафиксировать. По крайней мере, так это выглядит. У парня есть зубы, и он умеет ими пользоваться, хоть и пытается это скрыть.

— А ты чем на работе занимаешься? Я ведь твоей жене всё расскажу, — Мэй предприняла попытку пошутить, но эффекта не получила.

— Его движения… — Бирн замолчал, словно подбирая слова.

— «Его движения»? И? — поторопила его демон.

— Это не танцы. Это инстинкт хищника, который слишком долго притворялся жертвой.

Нертус затушил окурок о подошву, посмотрел на своих соратников.

Ви-ви кивнула, её лицо сразу посерьезнело.

— Тус, а что, если мы притащили в клуб не просто танцора, а ходячую мишень?

— Я наблюдал за ним, когда он двигался. На Пуно не было никакого магического фона. Вообще. Он делал вещи, которые не под силу обычному смертному, но делал это… как-то иначе. Но даже так. Не совсем понимаю, почему он мог стать мишенью.

Мэй резко повернулась к нему, её глаза блеснули в полумраке.

— Стой, так может, его и правда ищут?

— Думаю, это было неслучайно, — Бирн был не совсем доволен, что всё складывается в его пользу. — И Ватир пришёл тогда за кем-то конкретным.

— Изначально он просил кого-то необычного, — Мэй задумчиво бормотала.

— И как они могли узнать, что ты приведешь именно Пуно? 

— Я не знаю.

— И что мы собираемся делать? — Вивиан замерла, сжав в руках полотенце. — Пуно... он ведь совсем другой. Если он цель, то мы подставляем его под удар, просто оставляя здесь, на виду.

Нертус молчал. Прошло меньше месяца с того дня, как в их размеренном, хоть и специфическом мире появился этот новенький, Пуно, а налаженный годами механизм его жизни начал подозрительно трещать по швам. Он отчаянно хотел верить, что визиты людей Ватира и стычки на границах кварталов - всего лишь череда крайне неудачных совпадений, никак не связанных с ним. У колдуна не было никакого желания становиться фигурой на доске в чьих-то локальных войнах. Он слишком ценил свой нейтралитет и те крохи покоя, которые удавалось вырвать у города. Да и если кто-то прямо сейчас востребовал с него танцора - Тус отдал бы мальчишку в обмен на спокойствие. 

С чего со всех сторон поднималась какая-то паника - тайна на данный момент. Информация стекалась по каплям: нервные рукопожатия Ватира, слухи о ком-то «третьем», кто решил посягнуть на устоявшиеся границы. Просто они окопались в самом центре, слишком близко, чтобы увидеть угрозу со стороны.

Мэй прищурилась, её демоническая натура жадно ловила каждое изменение на лице старого друга.

— Значит, Ватир не ошибся? Он знал, кого искать?

— Вряд ли всё только из-за одного пацана, — Нертус устало провел по волосам. — Просто что-то не так. С этого момента «Чаща» закрыта для людей Ватира и для него самого. Бирн, если увидишь кого-то из СМК — просто говори мне.

— А Пуно? — тихо спросила Вивиан. — Ты скажешь ему?

— Он знает больше, чем говорит, но сейчас это неважно. — Нертус горько усмехнулся. — Всё, идите домой. Я попробую разузнать что-нибудь за выходные.

Персонал начал молча расходиться. Когда в зале погас последний свет, Нертус тяжело поднялся по лестнице. Его голос в голове ворчал, требуя покоя, но Нертус знал, что покоя не будет.