Терапия света

Клиника «Серебряный кедр» в субботу была пустынна. Дежурный администратор, молодая девушка, сонно щёлкала клавиатурой, когда дверь с силой распахнулась, ударившись о стопор. В проёме стоял Феликс. Его одежда была мятая, в волосах — засохшие листья, а в глазах горел тот самый дикий, неконтролируемый огонь, который видел в нём только Хёнджин.

— Мне нужен Минги, — его голос был низким, хриплым, почти нечеловеческим.

Девушка вздрогнула, отодвинувшись.
—Д-доктор Минги сегодня не принимает. У него нет записей.

— Где он? — Феликс шагнул вперёд, его пальцы впились в стойку ресепшена. — Сейчас же отведи меня к нему.

— Я не могу... это против правил...

Феликс не стал слушать. Он проигнорировал лифт и рванулся к лестнице, ведущей в кабинетный корпус. Его шаги гулко отдавались в пустом холле. Администраторша с перекошенным от страха лицом схватила телефон.

Он знал, где кабинет Минги. Хёнджин показывал ему однажды, проходя мимо, бросая короткое: «Коллега. Старайся избегать». Теперь эти слова звенели в его ушах зловещим эхом.

Он подбежал к двери с табличкой «Д-р Ли Минги» и без стука рванул на себя ручку. Дверь была заперта. Он начал бить в неё кулаком, с силой, от которой дерево затрещало.

— Минги! Выходи, тварь! Я знаю! Я всё знаю о тебе! О Ни-Ки!

Изнутри послышались шаги. Замок щёлкнул, дверь приоткрылась. В проёме стоял Минги. Он был в идеально отглаженном костюме, на его лице — маска холодного недоумения.

— Ли Феликс? — его голос был ровным, словно шёлк, натёртый ядом. — Что это за недостойное поведение? Вы нарушаете режим учреждения.

— Ты убил его, — выдохнул Феликс, его грудь судорожно вздымалась. — Ты дал ему те таблетки. Ты знал, что они сделают!

Минги не моргнул и глазом. Он медленно оглядел Феликса с ног до головы, его взгляд скользнул по грязной одежде, дрожащим рукам.
—Вы явно не в себе. Вам требуется помощь. Позвольте мне вызвать для вас скорую. Или вашего... опекуна. Доктора Хвана.

— Не смей говорить о нём! — Феликс рванулся вперёд, пытаясь вломиться в кабинет, но Минги оказался сильнее. Он упёрся в дверь, и она захлопнулась, едва не прищемив Феликсу пальцы.

— Успокойтесь, молодой человек, — послышался из-за двери его спокойный, бесстрастный голос. — Вы находитесь в состоянии острого психоза. Ваши обвинения беспочвенны и оскорбительны. Я вызываю охрану.

Феликс с силой ударил кулаком по двери, ощущая, как боль пронзает костяшки. Он кричал, выл, как раненый зверь, выкрикивая обрывки фраз о брате, о препарате, о вине. Но дверь оставалась закрытой. Он скатился по ней на пол, рыдая от бессильной ярости. Он был так близок. Так близок к правде, к мести, но всё, что он получил — это холодная, непробиваемая стена в лице этого человека.

---

Хёнджин врезался на машине в парковку у клиники, едва не задев столб. Он выскочил из машины и бросился к входу. Его сердце бешено колотилось, в ушах стоял оглушительный шум.

Он ворвался в холл. Администраторша, бледная как полотно, указала пальцем на лестницу.
—Он... он пошёл наверх. К доктору Минги. Он был не в себе!

Хёнджин не стал ждать лифта. Он взлетел по лестнице по три ступеньки, его лёгкие горели. Он услышал крики. Приглушённые, полные боли и ярости. Крики Феликса.

Он добежал до кабинета Минги как раз в тот момент, когда Феликс, обессилев, опустился на пол. Дверь была закрыта.

— Феликс! — Хёнджин рухнул перед ним на колени, пытаясь обнять его.

Феликс отшатнулся, его глаза были дикими, полными слёз и ненависти.
—Он там! Он там! Он убил его! И он просто... просто спрятался!

— Я знаю, я знаю, — Хёнджин пытался говорить спокойно, но его собственный голос срывался. Он видел, в каком состоянии Феликс. Это было хуже, чем паническая атака. Это был нервный срыв. — Но мы не можем так. Мы должны действовать по закону. Детектив Юнхо уже в пути.

— Закон? — Феликс горько рассмеялся, и звук этот был ужасен. — Какой закон? Тот, что позволил ему замести всё это под ковёр? Который позволил моему брату умереть? Нет!

Он снова попытался подняться, но его тело не слушалось. Хёнджин схватил его за плечи, прижимая к себе.

— Слушай меня, — он говорил прямо ему в ухо, тихо, но с невероятной силой. — Слушай мой голос. Ты не один. Я с тобой. Но если ты сейчас сломаешься, он победит. Он выставит тебя сумасшедшим. И всё, во что ты веришь, всё, за что ты борешься, рассыплется. Понял меня?

Феликс задыхался, его слёзы текли по шее Хёнджина.
—Я не могу... я не могу это вынести...

— Можешь. Потому что я буду рядом. Мы сделаем это вместе. Мы заставим его ответить. Но не так. Не его методами.

В этот момент с лестницы донёсся звук быстрых шагов. На площадке появились Банчан и детектив Юнхо, за ним — два офицера в форме.

Юнхо, не теряя ни секунды, подошёл к двери кабинета Минги и постучал костяшками пальцев.
—Доктор Ли Минги? Это детектив Юнхо. Откройте, пожалуйста. У нас есть вопросы.

Прошла долгая, тягучая пауза. Затем щёлкнул замок. Дверь открылась. Минги стоял на пороге, его лицо было абсолютно спокойным.

— Детектив, — он кивнул. — Чем могу помочь? Этот молодой человек, — он кивнул в сторону Феликса, — устроил недостойную сцену. Я вынужден был запереться из соображений безопасности.

— Мы бы хотели поговорить с вами о деле Ли Ни-Ки, — сказал Юнхо, его голос был нейтральным, но глаза пристально изучали Минги. — А также о назначении экспериментального препарата без надлежащего согласования.

На лице Минги на мгновение мелькнула тень. Быстрая, как вспышка, но Хёнджин её уловил. Страх. Холодный, расчётливый страх.

— Я не понимаю, о чём вы, — сказал Минги. — Все назначения проводились в строгом соответствии с протоколом. Что касается Ли Ни-Ки... трагический случай. Расследование было закрыто.

— Расследование открыто вновь, — холодно парировал Юнхо. — И у нас есть основания полагать, что вы причастны к уничтожению доказательств и незаконному доступу к базам данных клиники. Прошу вас проследовать с нами для дачи показаний.

Минги медленно выдохнул. Его взгляд скользнул по Хёнджину, который сидел на полу, обнимая Феликса, по Банчану, по детективу. И в его глазах не было ни раскаяния, ни страха. Было лишь ледяное презрение.

— Очевидно, имеет место быть чья-то клевета, — произнёс он. — Я, разумеется, готов сотрудничать. Но заявляю, что все обвинения беспочвенны.

Он сделал шаг вперёд, и офицеры окружили его.

Феликс, всё ещё дрожа, смотрел, как его демон, человек, разрушивший его жизнь, уходит с высоко поднятой головой. Не было торжества. Не было облегчения. Была лишь пустота после бури.

Он обернулся и уткнулся лицом в плечо Хёнджина. Его тело содрогалось от остаточных спазмов.

— Всё кончено? — прошептал он.

— Нет, — тихо ответил Хёнджин, гладя его по волосам. Его взгляд был прикован к удаляющейся фигуре Минги. — Это только начало. Но теперь мы будем бороться вместе. И мы победим.

Он помог Феликсу подняться. Они стояли посреди пустого коридора, два сломленных человека, нашедших в себе силы сражаться. Не друг с другом. А за друг друга. И против общего врага. Пусть битва только начиналась, но впервые у них была настоящая цель. И они были вместе.